Прошлое не властно.

— Я рада, что ты приехал, Крейг. — Налив кофе и передав чашку с горячим напитком сыну, ласково произнесла Августа Локридж. Выглядел Крейг уставшим. Круги под глазами, явно от недостатка сна, потухший взгляд, полный переживаний из-за происходящего, щетина на лице. Как там говорят? Прошлое всегда с нами. И оно только и ждет, чтобы перевернуть настоящее. — Надеюсь, я не доставляю беспокойства. Лайонел не очень-то и жалует меня. — Что за глупости. Лайонел давно принял реальность такой, какая она есть. — Но при этом она не обязана ему нравится. — Глупости, Крейг. И ты же здесь не для того, чтобы говорить об этом. Крейг потупил взгляд, сделав пару глотков кофе. Легче ему, конечно, от этого не станет, потому что необходимо принять сложное решение, прежде чем вернуться в Санта-Барбару. Должен ли Джейсон знать? Должен ли он ему рассказать? Есть ли у него моральное право вставать между Самантой и Джейсоном, понимая, что тем самым он может навсегда их разлучить? Именно об этом не переставал думать Крейг, едва покинув дом родителей Бетани. В такси и в самолете эти мысли ни на секунду не оставляли его. — Если бы у тебя был выбор, знать о том, что я твой сын или нет, что бы ты выбрала? — Ты прекрасно знаешь ответ, Крейг. Я хотела бы знать. И ни капли не жалею, что узнала. — Сейчас. Но во время того ужина, когда Минкс… и чуть позже. Не думаю… — Я не горжусь своим тогдашним поведением. Но, учитывая наши с тобой отношения на тот момент, иной реакции у меня и быть не могло. Впрочем, как и у тебя. — То есть, имея возможность что-то изменить, ты не стала бы ничего менять? — Если только, чтобы тебя не похищали и не пытались дважды убить. В остальном — да, я не стала бы ничего менять. Августа смотрела на него, словно он задавал ей какие-то абсурдные вопросы. Но ему действительно было необходимо поговорить об этом, чтобы хотя бы попытаться выбрать одну из сторон собственной раздвоенной души. Он тоже не хотел бы что-то менять в своих отношениях с матерью, кроме возможно пары мелких неприятных деталей, но с Джейсоном все гораздо сложнее. Его жизнь их предполагаемое родство перевернет с ног на голову в самом худшем варианте. Разве он имеет право… — Считаешь, будет верным решением не говорить тому парню, что ты можешь оказаться его отцом? — Это лучше, чем разрушить его отношения с Самантой. — Ситуация ужасная, я не отрицаю. Но, возможно, он не твой сын. Без ДНК… — Наверное, многим людям жилось бы гораздо проще, без всех этих научных достижений. Августа совершенно не удивилась поведению Крейга. Прекрасно помнила, как все обстояло шесть лет назад, когда они узнали, что являются матерью и сыном. Как Крейг все упорно отрицал и отказывался от анализа ДНК. Побег от болезненных перемен и всего, что могло причинить боль, его защитный механизм. — Я, конечно, лично не знакома с Джейсоном. Могу судить лишь по словам Джулии и Саманты, мнение Мейсона в расчет брать не стану. Так вот… судьба у парня выдалась непростая. Наркотики, тюрьма. Может, для них с Самантой как раз лучше расстаться? Они еще молоды, оба встретят кого-нибудь еще, полюбят. При упоминании тюрьмы и наркотиков Крейг сжался, словно получил болезненный удар. Августа пообещала себе более тщательно подбирать слова. Последнее, чего она хотела бы, причинить сыну боль, но все-таки не была согласна с его взглядом на сложившуюся ситуацию. — Другими словами, Саманта слишком хороша для такого, как Джейсон. — Я вовсе не это сказала. — Неужели? — Крейг, послушай… Ты действительно уверен, что справишься с грузом, который собираешься на себя взвалить? — Вполне. Я ничего не скажу Джейсону, никаких анализов. Они с Самантой смогут строить собственную судьбу, не оглядываясь в прошлое. Они ведь не виноваты в том, что мы с Бетани… — Не верю, что ты не хочешь знать, твой ли сын этот парень или нет. — Хочу, конечно. Но это не сильнее моего желания не разрушать их с Самантой счастье. Я не собираюсь быть эгоистом, ради шанса загладить… Буду помогать Джейсону, не обрушивая на него правду, которую он точно не захочет знать. — Но разве твое молчание не есть тот самый эгоизм? Представь на минуту, Крейг. Если Джейсон и Саманта в итоге поженятся? Сможешь ты придерживаться принятого решения, находясь в церкви во время произнесения ими брачных обетов? Спокойно наблюдать за ними на семейных праздниках? А когда Сэм забеременеет, не будешь переживать, что ребенок может родиться больным? Даже если ребенок родится здоровым, ты действительно не станешь, каждый раз смотря на него, думать о том, что это плод кровосмесительного брака? Вдруг ты не выдержишь и в итоге расскажешь, когда все зайдет уже слишком далеко. — Я могу сделать ДНК, не посвящая Джейсона. Сейчас ведь достаточно пары волосков. И сказать ему правду, только если результат будет положительным. — Проберешься в их с Сэм спальню и выкрадешь расческу? Я тут стараюсь достучаться до твоего разума, а не подбить на глупости. Крейг, конечно, признавал правоту матери. Но считал несправедливым обрушивать на Джейсона то, что, возможно, не является правдой. Они с Самантой не должны расплачиваться своим счастьем за чужие ошибки. За его ошибки. Августа не может не понимать этого. — Я люблю Сэм. И Джейсон мне очень симпатичен. Я обязан принять на себя груз правды, оградив их от страданий. — А что Келли думает об этом? — Догадайся. Почти то же, что и ты. Когда я вернусь домой, мы все обсудим, но она считает, что Джейсон имеет право знать. И ему решать, говорить Саманте или нет. — Понимаю, для тебя это очень сложное решение. Как и понимаю, что часть тебя хочет оказаться отцом этого парня, потому что он тебе симпатичен, а другая часть хочет обратного. Но все-таки хорошенько подумай о последствиях своего молчания. — Они не могут оказаться ужаснее последствий, если Джейсон действительно мой сын. — Я сказала тебе шесть лет назад. И повторю сейчас. Правда всегда лучше. Она болезненнее и мучительнее, но всегда лучше. Вспомни о Минкс и подумай, есть ли у тебя право распоряжаться чужими судьбами, как делала это она. Если Джейсон и Саманта родственники, значит, так предначертано, и не тебе пытаться исправить божий замысел. На лице Крейга было четко написано, что пока он не готов согласиться с ее словами. Но Августа и не ждала от него этого так скоро. Пусть все хорошо обдумает, переварит, поговорит с Келли, прежде чем принимать какое-либо решение. Она же со своей стороны примет парня, если тот окажется ее внуком, поможет пережить драму расставания с Самантой. Может, это и жестоко, но Августа действительно полагала, что, учитывая непростое прошлое Джейсона Янга, учитывая его наркозависимость, ее племянница в итоге лишь выиграет, оказавшись его двоюродной теткой. Она слишком любила Сэм и не желала племяннице судьбы, схожей с судьбой ее бабушки и матери, связавших свою жизнь с мужчинами, имеющими пагубные пристрастия.