Прошлое не властно.

— Сэмми, моя девочка… Мейсон Кепвелл без стука вошел в комнату дочери. Им с Джулией только сейчас удалось прилететь из Сакраменто в Санта-Барбару. Ему пришлось задержаться в резиденции из-за пары важных и срочных дел. Но все время, как только жена сообщила, после телефонного разговора с Келли, что Джейсон Янг приходится сыном Крейга, он не находил себе места, переживая за дочь. Наконец он может быть рядом с ней. — А где же радостная улыбка? Саманта оторвалась от чтения справочника, который изучала с самого утра, вопросительно посмотрев на отца. Вполне ожидая увидеть на его лице удовлетворение, оттого как в итоге развернулась ситуация. Они с Джейсоном родня и не могут быть вместе, как он и хотел. Но ничего подобного Саманта не увидела. Отец выглядел расстроенным и полным сочувствия. — Почему ты один, без мамы? — Она говорит по телефону. София с твоими братьями завтра возвращается в город. — Я со своими проблемами могу испортить… — Прекрати. Я никогда не хотел, чтобы ты страдала, поэтому Джейсон не нравился мне. Мейсон подошел к дочери, присел на кровать рядом с ней и обнял. Саманта обняла его в ответ, уткнувшись лицом в его плечо. — Если бы в моих силах было все исправить. Я знаю, как больно терять того, кого любишь. — Ты говоришь о той девушке, что умерла на крыше отеля «Кепвелл»? Мама мне рассказывала. — Глухо отозвалась Саманта. Она скучала по папе. То, что он бросил все дела и приехал, как только у нее возникли проблемы, заставило ее вспомнить, о чем она часто забывала в последнее время. Отец любит ее. Она важна для него. Пусть иногда его любовь и заботу и не способна оценить. — Да, ее звали Мэри. Лишиться ее было невыносимо больно. Порой я кажусь тебе циничным и бесчувственным… К тому же Джейсон жив… И сравнение неудачное. — Нет, пап, я понимаю, о чем ты. Да, Джейсон жив. Но для нас все закончено. Здесь ничего не исправить. Похоже на смерть. Ничего уже не обратить. Отец погладил ее по голове, и Саманта почувствовала себя снова маленькой девочкой, которую папа может защитить от любых бед. По ее щекам потекли слезы. — Не хочется произносить банальностей, милая. Но однажды станет легче. Нет, ты не забудешь случившегося и своих чувств, но в твоей жизни обязательно появятся кто-то, способный заполнить образовавшуюся пустоту. Как у меня появилась мама и ты. А потом Бог подарил нам Честера и Уильяма. — Не уверена, что когда-нибудь смогу перестать думать о Джейсоне и том, как все могло бы быть. — Ты не заметишь, как это случится само собой. Саманта отстранилась. Еще секунду назад она ощущала невероятную близость с отцом. Но вдруг эта нить оборвалась. Знает ли он ее так хорошо, как ему кажется? Действительно ли способен понять? — А если я не хочу, чтобы такой момент настал? Если я все еще надеюсь… Пусть Джейсон и отвергает меня. Мейсону показалось, что он ослышался. Саманта же не говорит, что готова быть с Янгом, хоть и является его двоюродной теткой? Она же понимает, что такие отношения вне закона? — Крейг может не признавать Джейсона сыном. Вообще не обязательно распространяться об этом. Никто ничего не узнает. И, чтобы не рисковать, мы не станем заводить детей. — Если кто-то узнает, для вас обоих все может закончиться сроком в двадцать лет. Если суд состоится в Калифорнии. — Как и в Массачусетсе. В Оклахоме нам грозит до десяти лет. Но в Делавэре всего лишь год. Мы могли бы переехать туда. — Кажется, ты серьезно подошла к изучению вопроса. Саманта взглядом указала на тот самый справочник, который читала, когда он к ней зашел. Мейсон перевернул книгу обложкой вверх. Справочник назывался «Законность инцеста в США». Он не понимал, как ему реагировать. Не хотел, чтобы разговор с дочерью перешел в спор, в очередной раз испортив отношения между ними. — Я тебя шокировала? — Что Джейсон думает по поводу всего этого? — Ему больше хочется быть сыном Крейга, чем оставаться моим парнем. — Или, в отличие от тебя, Сэм, он мыслит трезво. Крейг твой кузен, а Джейсон племянник. Ваши отношения аморальны. — Но они не были такими, пока мы не узнали, что родственники? В чем теперь разница? Объясни? — Разница в том, что теперь вы знаете. Думаешь, вы долго сможете делать вид, что знание о вашем родстве ничего не значит? Не меняет вашего отношения друг к другу? А что будет, когда страсть утихнет? Когда к вам придет осознание, кто вы друг другу? Если ты все-таки забеременеешь… — Сделаю аборт. — Ты думаешь, что сделаешь. Ребенок, вероятно, даже может родиться здоровым. В этом ты постараешься себя убедить. Но что он почувствует, когда вырастет и узнает правду? А если ребенок родится с дефектами? Если в ходе лечения будет проведен анализ крови, кто-то проверит ДНК и выяснит, что родители ребенка кровные родственники? Уверена, что вы отделаетесь с Джейсоном годом заключения в Делавэре? Вид отца по-настоящему испугал Саманту. Он не был зол или разгневан. Наоборот, спокоен и холоден. Даже слишком. Словно и не обсуждал с ней щекотливый вопрос инцеста. Как будто она была его клиентом, виновным клиентом, и он как адвокат старался убедить ее, что признание вины лучший вариант с его точки зрения в столь безнадежном деле. — Я хочу быть счастлива рядом с любимым человеком! Почему я не имею на это право?! — Ты имеешь право быть счастливой, Сэмми. Но о Джейсоне тебе лучше забыть. Хорошо, что хотя бы он это понимает. — Это несправедливо! Саманта вскочила с кровати и подошла к окну. Отвернувшись от отца, она смотрела на цветущий сад сквозь стекло, полный ярких красок и жизни, нервно стуча пальцами по подоконнику. Внутри чувствуя себя абсолютно мертвой. Она любит Джейсона, любит. Как можно отказаться от него? Как забыть все, что было между ними? В чем они виноваты? Почему должны расстаться? — Речь не о справедливости, а о принятии, Сэм. Достаточно ли ты взрослая и можешь ли поступать разумно. — Принять — значит смириться? Забыть Джейсона? — Принять, что вы родственники, и соответственно к нему относиться. — То есть как к Крису и Дженни? Присматривать за ним, когда Крейг и Келли захотят куда-нибудь сходить, чтобы побыть вдвоем? Взять его на прогулку в парк или на пляж, купить воздушной ваты или попкорна? Быть Джейсону хорошей тетушкой Самантой? Мейсон покачал головой, затем тяжело вздохнул. Саманта огорчала его своими словами. Да, ей больно, но всему ведь есть предел. Упрямое отрицание родства с Джейсоном или поиск варианта, чтобы остаться с ним, ничего из этого добром не закончится. — Если тебе станет от этого легче, можешь язвить. Но также будь любезна трезво оценивать ситуацию. Джейсон твой племянник. Обо всем, что связывало вас раньше, ты должна забыть. И прекрати думать лишь о себе. Ты же не забыла, что он наркоман? Пусть и в долгой завязке. Хочешь спровоцировать у него срыв своим поведением? — Не смей… Саманта с грозным видом повернулась к отцу. Как у него только язык повернулся обвинить ее в чем-то подобном?! — Еще как посмею, дочка! Иначе сделаю, чего бы мне очень не хотелось. — И что же? Запрешь меня где-нибудь? Отошлешь подальше? Твои угрозы ничего не значат для меня! — Уверена? Как насчет того, что я дам интервью для какого-нибудь популярного издания? Расскажу об открывшейся семейной тайне. А лучше дам интервью в одной из известных передач, которую транслируют на всю страну. Мало кто обойдет вниманием подобные горячие новости. И большинству жителей страны станет известно, кем приходятся друг другу Саманта Кепвелл и Джейсон Янг. Саманта задохнулась от возмущения. Собиралась крикнуть что-то в ответ отцу. Обвинить его в жестокости. Сказать, как она его ненавидит. Но вместо этого горько расплакалась и кинулась в его объятия. Все кончено. Для нее и Джейсона все действительно закончено.