Прошлое не властно.

Роберт вдохнул полной грудью свежий морской воздух. Он обожал Валенсию. С ее пляжами, парками, улочками и уютными кафешками. С этими местами у него были связаны многочисленные счастливые воспоминания. Поездки сюда с мамой и отцом в раннем детстве, которые он мало помнил, затем поездки с мамой и отчимом. Когда Эрин подросла, он мог часами водить сестру по своим любимым местам, рассказывая ей истории, которые были больше выдумкой его фантазии, чем правдой. В последнее же время он чаще приезжал сюда один. Роберт снял ботинки и носки, бросив их на песок, закатал джинсы до колен и вошел в воду. До встречи о покупке четверти акций разорившегося отеля у него оставалось около часа. Песок под ногами был мягкий, а вода теплой и приятной. Здесь он всегда обретал душевный покой. Например, как год назад, после своего возвращения в Мадрид из Санта-Барбары. Тогда он был эмоционально высушен, чувства покрылись ледяной коркой, а разум не желал прекращать поток критических и поучительных мыслей, заполняющих сознание. Роберт всматривался в водную гладь, удивительного бирюзового цвета, вспоминая себя тогдашнего. Он мечтал привезти сюда однажды Адриану. Хотел поделиться с ней этой частью своей жизни. Слишком глупый и наивный в прошлом, чтобы трезво оценивать последствия задуманной им мести. Джейсон… Джейсон столько раз предупреждал его, а он самонадеянно не желал прислушаться к словам друга. А в тот момент он потерял и Джейсона. Осознание того, что именно он подтолкнул друга к приему наркотиков, заставляло его еще больше себя ненавидеть. Если к случившемуся с Адрианой он шел целенаправленно, рассчитывая на невероятное завершение истории с местью, их разрыв с Джейсоном он не мог бы представить и в самом страшном кошмаре. Роберт вспомнил ту их драку с другом, вернее, как он просто позволил Джейсону себя бить. Нет, не было тогда ненависти со стороны Джейсона, боль, вот что его друг тогда выплескивал. Боль от предательства. Роберт изо всех сил ударил ногой о воду, так что вокруг разлетелись брызги. Если бы в тот момент он догадался, что Джейсон снова на наркотиках, если бы не упивался собственным ничтожеством и ошибками — можно было бы что-то изменить? Раньше отправить Джейсона в клинику, пока речь шла всего лишь о кокаине? Роберт вспомнил другой момент, связанный с другом. Тот вечер, когда они с Самантой нашли его в притоне для наркоманов. К тому моменту Джейсон уже перешел на героин, окунувшись в самые мрачные глубины души. Да, тогда в глазах друга уже была настоящая ненависть, но не к нему или Саманте. К самому себе. К тому, что оказался слишком слаб и не оправдал собственных надежд и надежд окружающих его людей. Тех, кто его любил и верил в него. Роберт сам не понимал, почему именно сейчас его одолели все эти мысли о прошлом, теперь, когда они с Джейсоном помирились, стали партнерами по бизнесу, начав новую главу в своих отношениях. Возможно, его угнетало, что для Джейсона никогда не наступит полной определенности, наркотики могут вернуться в жизнь друга в любой момент, и ему снова придется начинать заново. А возможно, дело было в том, что хотелось внезапного чуда. Знака судьбы, что Адриана для него не потеряна окончательно, и если они с Джейсоном смогли вернуть свою дружбу, значит, он, Роберт, однажды сумеет вернуть и любовь Адрианы. Проведя в подобных мыслях не менее получаса, Роберт, чувствуя, что его голова вот-вот взорвется, вышел на берег, запихнул носки в карманы джинсов, засунул в туфли голые ступни. Ему не хотелось опоздать на запланированную встречу. Достав из кармана куртки сложенный пополам листок, он развернул его, освежил в памяти напечатанные там данные, присланные ему Деброй Элиот. Интересно, как выглядит представитель инвестиционного фонда Луизианы, приехавшая в Валенсию для контроля сделки по продаже отеля — Бриджит Ренфилд?