Игра во власть

— Как такое могло произойти Ибрагим. Да ещё и в покоях матери наследника. Расследуй это дела, и найди виновника — голос Султана звучал, гневно отдаваясь страхом в каждом ритме сердца Ибрагима. — Слушаюсь повелитель.       Всё же, Ибрагим чувствовал ликование, словно сама судьба решила улыбнуться ему, и хоть раз пойти на встречу. Сегодня у него появилась возможно отомстить за смерть брата, и он его не упустит. — Слушайте приказ. Всех слуг Махидевран Султан запереть в темницу, для допроса — стражи немедля умчались исполнять волю визиря.       Ибрагим неспешно заходит в темницу, в котором уже находиться служанки весенней розы. Он допрашивает всех, грубо и быстро. Оставляя под конец самую дорогую для Махидевран служанку, ее лучшую опору, ее подругу.       Тюремная дверь глухо открылась. Рита сидела на каменном полу поджав ноги, она выглядела уставшей и измождённой. Это первое, что заметил Ибрагим, его настроение сразу улучшилась. — Вижу вы отошли от недавних событий — произнес он с явной издёвкой.       Рита поднимает голову, ее скулы выглядит острее, бледное лицо и красные глаза выдают ее душевное состояние. Но ее осанка остается идеально ровной. Кажется, Рита не собирается склоняться даже на пороге смерти. — Как Махидевран Султан? — спрашивает она. Твердый и уверенный голос на секунду сбивает Ибрагима, он замирает напротив неё, смотрит. Изучает. — Какое волнение. Рита Хатун вы боитесь, что Госпожу не удастся спасти или что ее удастся спасти? — Что вы имеете в виду? — Пожар начался в комнате госпожи, куда вход закрыт всем, кроме ее личных слуг. Разумеется. И я полагаю, что это вы устроили пожар с целью убить Махидевран Султан.       С каждым его словом цвет лица Риты, становился всё бледнее. Словно вся кровь, заледенела в ее жилах. — Не думала, что правая рука повелителя, поставит месть выше преданности. — Что ты себе позволяешь, ты… — Ибрагим оборвал себя так резко, что окончание, повисшее в воздухе, резануло по ушам. Сделав глубокий вдох, он придвинулся, схватив Риту за шею. — Мой долг и моя обязанность защищать Повелителя и его Шехзаде, обеспечить безопасность матери наследников — яростно закричал он — Злоумышленник был осведомлён отсутствием Шехзаде, значит целью была Махидевран, и я хочу знать почему вы планировали её убить? — Паша, так же как вы преданы Повелителю, так же и я предана Махидевран Султан — хрипла заговорила Рита, всё ещё чувствуя грубые руки Ибрагима на своей шее — Мне нечего скрывать. — Так ли это? В таком случае как вы объясните удачное отсутствие Шехзаде, во время пожара? Рита Хатун, всё очевидно. Вы посягнули на жизнь Махидевран Султан. — Зачем мне вытаскивать ее из огня, если я как вы утверждайте хотела её убить? Ибрагим паша, пока вы тратите время обвиняя меня, истинный виновник на свободе.       Валиде Султан в кроваво-красном платье, царственно шагала по своим покоям из угла в угол. Тревога глухой тенью ложилось на ее лицо, выявляя морщины и слегка опухшие глаза. Маленький Мустафа наблюдавший за ней ни один час, решил заговорить, прерывая давящую тишину. — Когда мама проснётся?       Слегка вздрогнув от неожиданного вопроса, Валиде Султан прервала свои думы, уставившись на мальчика, тёмно-карие глаза которого напоминали бездонный колодец. — Скоро дорогой. — Я не защитил ее, теперь она обижена на меня. — Что? Не говори глупости. Как она может быть обижена на тебя? Это невозможно. Ты ее самый любимый сын. Ты самый лучший Шехзаде. — Значит она не расстроена. Это правда? — Конечно. Когда твоя мама проснётся, она обнимет тебя и скажет, как сильно любит.       Валиде погладила мальчика по голове, заглядывая в уставшие глаза. На секунду ей показалось, что Мустафа не выглядит так будто он в порядке. Но она быстро списала это на переживание. Потому она приблизилась к нему, заключая в теплые объятья.       Весь дворец ждал пробуждение Махидевран Султан, однако, госпожа не приходила в себя уже три дня. И только на четвертый день, ее мирное дыхание сбилось.       С поклоном Ибрагим паша встретил повелителя. Он держал в руке папку с несколькими листами. Султан одарил его не терпящим взглядом. — Повелитель. Стало ясно, что за покушением стоит Рита Хатун.       Брови повелителя подскочили на верх. Ничего не ответив, он выжидающе смотрел, но с каждой секундой его лицо темнело. Он не особо обращал внимание на девушку что всюду сопровождала Махидевран, но знал, что ее зовут Рита. Его весенняя роза отзывалась о ней как о близкой подруге. Сулейман всегда чувствовал, что это роднит их. Ведь они приблизили к себе и назвали друзьями тех, кто ниже их по статусу. — Есть ли у тебя доказательство Ибрагим? — Как известно повелителю, брак с Махидевран султан был политической договорённостью с обеих сторон. Отдавая свою дочь Османом, Князь Каитбай рассчитывал на османское войска в его борьбе за трон. Однако за шесть лет брака. Он не смог вынести из этого пользу — сделав маленький перерыв, чтобы проследить за реакцией повелителя, он, неспешно развернув и вынув из папки лист, продолжил — Это письмо было найдено в покоях Махидевран Султан. В нём Князь обвиняет свою дочь в том, что она отреклась от семьи. Предала не только родных, но и всю страну. Очевидно повелитель, такого же мнения придерживалась и Рита Хатун. Как урожденная черкешенка она с крайним недовольством реагировала на переменны в Махидевран Султан. В конце концов она решила, что убийство Махидевран это ее долг перед родиной.       Сулейман взял письмо из рук Ибрагима и начал внимательно его изучать. В глазах повелителя мелькнуло что-то неуловимое, но затем он поднял взгляд на визиря, и злой огонь вырвался наружу. — Что эта Хатун себе позволяет? — раздался яростный крик — Как смеет. Разве не известно, заключивший со мной брак отрекается от всего. Я ее муж, и я же ее повелитель. Ей даже дышать без моего дозволение нельзя. — Это верно повелитель. Но очевидно Рита Хатун думает иначе, в своей ненависти она зашла так далеко что даже… она… — В чём дело, говори Ибрагим. — Прошу прощения, помните тот случай, когда Махидевран Султан упала с лестницы и потеряла ребенка. Я всегда думал, что за этим что-то стоит. Оказывается, Рита Хатун разбирается в зельях и прочих напитках. Государь помнит пожар, случившийся три дня назад, когда я пришёл туда на полу возле покоев, госпожи лежали чаши с разлитым напиткам. Запах этого напитка, пропитанный дымом от огня, стал настоящим ядом. Похоже Рита Хатун хотела отравить всех, тем самым отомстив не только Султанше, но и всем, кто придёт ей на помощь.       Вспомнив запах гари из неизвестных трав, лицо Султана стремительно бледнело, осознавая, что и вправду замечал чаши возле покоев Махидевран. Рассвирепев пуще прежнего, он немедленно приказал вызвать лекаря и казнить Риту.       Сердце Махидевран дрогнуло, когда она попыталась открыть глаза, но острая боль в висках, вновь погрузил ее во мрак.       Палачи как предвестники смерти, бесшумно прошли в темницу. Сопровождая их мрачным взглядом, Ибрагим твердо произнес. — Махидевран впредь знай свои предел.