Из разных миров

      Беловолосый давно наблюдал за этим существом. Строгие черты тела, грациозность... А существо наблюдало за ним. Уже несколько дней они играли в эту игру, встречались взглядами, но ни разу не заговорили.       Каждый раз, когда дракон пролетал в небе, паренёк с крыльями выглядывал из листвы очередного дерева-укрытия. Самолюбие драконида тешили взгляды, что снисходительно бросал на него золотистый дракон. Такая чешуя - показатель статуса. И возраста, лет так в тысячу или больше. И это осознание лишь больше заводило двадцатилетнего сталкера.       Сам он, будучи драконидом - отпрыском порочной связи - был почти безстатусным скитальцем. И то, что его до сих пор не испепелили его невероятно подкупало. Он знал, что ему повезло родиться красивым. И бисексуалом. А значит, он может развлекаться вдоволь. С кем, где и когда угодно. Всё равно терять нечего, кроме жизни, разумеется.       Беловолосому слишком льстила заинтересованность в нём дракона. А того будоражила невероятная наглость сталкера. Тот хотел, чтобы его замечали. Замечал именно он. Потому что другие, не менее способные воины, чем он, преследователя не чувствовали. Это однозначно говорило о том, что и полукровка достаточно неплохой воин. Шпион. Только силы его всем были безразличны, слишком уж сильна расовая неприязнь. А ведь могло выйти что-то полезное.       Валериан всегда был слишком самоуверен. Свою расу, считаемую многими ничтожной, он называл лучшей. Посудите сами - объединение лучших черт двух главенствующих рас. Но люди и драконы слишком ненавидели друг друга, чтобы принять таких, как он. Это лишь сильнее развязывало парню руки - без воспитания, он сам научился почти в идеале владеть собственным магическим даром, вместе с тем не забывая и физическую и умственную силы. Но также приобрёл такие черты, как самовлюблённость, наглость и полнейшее неумение проигрывать. Он всегда удивлял тех, кто пытались мешать ему жить. Именно поэтому он сейчас ходит по грани, доводя какого-то верховного дракона.       Очевидно, тот был не против этой игры. Он ждал. Чего-то интересного от настырного драконида. Он тоже ничего не терял от этих переглядок. Они скрывались друг от друга, хотя оба уже знали, что если кто-то и выйдет ко второму, то это будет драконид. Золотому по статусу не положено.       Аделард был не просто влиятельным драконом. Он был главным претендентом на трон. Когда старый король чувствовал, что правление ему лишь в тяжесть и великих свершений больше не будет, он выбирал кого-то из опытных, но достаточно молодых драконов, успевших отличиться. Часто с этим были проблемы, но идущая война расставила всё на свои места. Герои проявлялись в бою. И Аделард был тем, кто самостоятельно раскидывал армии противников, выкашивая людей и их оружие пачками, либо же идеально направлял армии из обычных заурядных магов-драконов. Многие поражались гениальности его планов.       Люди не имели магии. Но имели руки, способные творить. Множество великих произведений они создали... Но, наверное, оружия они создали всё же больше. Некоторое из них даже могло использовать магию пленённых драконов.       Дракониду наконец наскучили пустые гляделки. Потому он послал подальше кричащее чувство самосохранения и вышел к дракону. Их было двое среди деревьев. Немигающие взгляды двух существ с узкими вертикальными зрачками не останавливали эту игру.       Одновременно они наконец прекратили. Взгляд каждого был направлен на тело существа напротив. Оба разглядывали все подробности.       Валериан. Парень, похожий на альбиноса из-за почти белой кожи, белых волос, отрощенных чуть ниже плеч, драконьих белых крыльев, торчащих вверх ушей и такого же хвоста. Разве что глаза были зелёно-серыми. За исключением драконьих конечностей, очень даже похож на человека, так как большая часть кожи не покрыта чешуёй. Ростом он со среднестатистического человеческого мужчину.       Аделард. Прекрасный дракон с золотой чешуёй и глазами алого цвета. Его тело грациозно, шея и лапы длинные и стройные, концы крыльев и голова имеют шипы. Скорее для украшения, нежели для боя. Из-за изменяющегося положения шеи назвать его рост затруднительно, однако он выше обычного человека раза в два. Общие же габариты во много раз превосходят упомянутых ранее людей.       Драконид, налюбовавшись, стал делать осторожные шаги, всё ближе и ближе к дракону. Тот не отходил, позволяя это посягательство на личное пространство. Драконья голова опустилась на уровень драконидской. Окончательно потеряв страх, беловолосый прикоснулся к его щеке. Губы тоже оказались слишком близко, чтобы Валериан не рискнул.       Сначала лёгкое прикосновение, перерастающие в более настойчивое, с языком, бродящим по губам другого, умоляющим позволить ему продолжить. Лапа дракона ложится на затылок младшего, притягивая вплотную. Губы открываются, но вместо того, чтобы впустить обычный человеческий язык, они проталкивают свой длинный и раздвоенный в пространство наглеца. Золотой перехватывает инициативу, полностью лишая контроля полукровку. Тот довольно стонет - игра уже окупает его ожидания.       Полудракона повалили на землю. Массивная фигура существа другой расы, нависающая над ним, по какой-то причине, выдуманной его извращённым мозгом, вызывала не страх, а возбуждение. Он был уверен, что дракон понимает его состояние. Потому что его когти, еле царапая, проходились по коже головы, перебирали белые локоны.       «Впервые в живую вижу самоубийц», - издеваясь, произнёс золотой на драконьем языке. Сквозь слова прослушивалось рычание. Что конкретно оно значило, Валериан понять затруднялся, может, это вообще обычная его манера говорить. Проскользнула шальная мысль ответить на человеческом языке, но целью было взбудоражить или даже возбудить дракона, а не разозлить. Поэтому он, как "примерный" мальчик использовал драконью речь.       «О, я рад быть первым в вашей жизни», - если дракона и возмутило такое поведение, на его морде это никак не сказалось.       «Чего ты добиваешься таким образом? Принятия в драконье общество?» - тот усмехнулся, считая, что попал в точку.       Валериан ненадолго выпал. Что? Лишь спустя секунд десять он понял. Золотой наверняка связан с политикой, из-за чего его выходку воспринял, как попытку подмазаться.       «Нет», - всё же ответил белёсый, - «жизнь скитальца вполне себе хороша. Вы просто невероятно привлекательны», - даже будучи прижатым к земле существом больше и сильнее его, беловолосый мог пытаться флиртовать. Наглости ему действительно не занимать. На удивление, этот подход работал. Дракон заинтересовался им именно из-за нетипичных действий. Главное - не перейти таким образом какую-то черту между интересным парнем и жертвой гнева.       Золотой, кажется, не полностью верил его словам. Но по тому, как лапы медленно забродили по телу драконида, тот понял, что делает всё верно.       «Как тебя зовут хоть, мальчик?» - снова снисходительный взгляд, и, боги, как же его это возбуждало.       — Валериан, - имя было человеческим, и его значения или перевода на драконий парень всё равно не знал, - «а вас?».       Золотого забавляла его манера общения. Выкидывая неоднозначные шуточки, он умудрялся всё равно обращаться к дракону "на вы".       «Аделард. Ты действительно не представляешь, с кем общаешься?» - как можно вертеться у драконьей столицы, но при этом не знать, кто он?       «Неа. Политика - не моя тема».       Золотой рассмеялся. Его тихий, спокойный и хриплый смех пленял Валериана. Он уже точно не отступит. Слишком хочется получить желаемое. Но дракон всё продолжал водить лапами по его телу, даже не пытаясь стянуть одежду. Он игрался с драконидом.       «Ммм, а мы можем перейти ближе к делу?»       «Если ты правильно попросишь...» - дракон хотел, чтобы его умоляли.       «Прошу... Поиграйте со мной», - беловолосый повилял бёдрами и сощурил глаза, чтобы сделать просьбу ещё более убедительной.       Долгое время Аделард либо находился по скучным бюрократическим делам в столице, либо был где-то на границе военных действий. Было абсолютно не до развлечений. Однако сейчас его лапы поглаживали пока скрытое одеждой тело какого-то полукровки. Пока? Дракон отошёл, делая вид, что думает над этим предложением. Белёсый покорно лежал на земле, продолжая взглядами заманивать в эту интрижку.       «Ты довольно наглый. Сможешь ли быть послушным?»       «Да», - без тени сомнения. Безусловно, он мог. Ради такой то вещи. Ради близости с таким существом.       «Раздевайся», - золотой произнёс это будто отдавал приказ армии идти в бой. Так, что даже при желании не ослушаешься. Но Валериан не был бы собой, если бы его руки не начали гладить собственное тело и играться с волосами, пока он исполнял этот приказ. Ещё один снисходительный взгляд. Но глаза блестели, жадно наблюдая эту картину. Полукровка явно не тратил время попусту, а занимался саморазвитием. Сильное красивое тело... Ни за что просто так не подумаешь, что такое существо ради секса будет готово наплевать на гордость. Именно эта противоречивость его так интриговала.       Драконид, обнажённый, стоял к нему спиной и смотрел через плечо, дразня. Эта провокация, казалось, уже ни к чему, дракон уже согласился на предлагаемое продолжение. Но это заводило. Деланная покорность... Драконид считал себя достаточно равным золотому дракону, чтобы открыто вести свою игру.       Аделард сказал себе расслабиться. Ему-то точно ничего не грозит. Если кто-то узнает - решит, что дракон лишь использует полукровку. Играется с неразумным юнцом. Хотя в этом случае именно драконид игрался с ним. И, с этим золотой смирился.       Он подошёл плавно и вальяжно, этими действиями показывая, что намерен отнять контроль над ситуацией. Магией беловолосого развернули и поставили на колени. Тот ждал, прерывисто дыша. Из еле-заметной складки на животе дракона возникли два члена. Настолько массивные, что, наверное, напрочь порвут его маленькое тело даже поодиночке. Но вряд-ли дракон станет толкаться двумя сразу, это просто нелогично. Драконья лапа подтолкнула его лицо к одному из органов. Этот приказ даже не нужно было озвучивать. Похабно ухмыльнувшись, чтобы вернуть себе былую смелость, он приблизился и лизнул, после вовсе вбирая головку в рот.       Дракон слегка зарычал, довольный его действиями. «Подготовь себя», - последовал следующий приказ, сорвавшихся на хрип от движений языка. Из-за своих острых когтей, к тому же закручивающихся к концу, сам подготовить тело пассии он не мог. Валериан поудобнее встал на колени на земле, чтобы не упасть ненароком. Пальцем одной руки он толкнулся внутрь себя. Обычно он сверху, хоть не раз бывал и в принимающей позиции. А сейчас он ещё и пошёл с козырей, закадрив дракона. Ему просто необходима была должная подготовка. Вторая рука же пошла помогать доставлять удовольствие дракону.       Валериан не щадил себя. Он брал глубоко и резко ртом, он быстро перешёл на два пальца внутри себя. Этот незначительный дискомфорт он игнорировал, ища крупицы удовольствия в своих движениях. Парень закрыл глаза. Горьковатый вкус во рту пьянил не хуже алкоголя. Особое возбуждение дарило тихое рычание дракона, изголодавшегося по сексу. Гордость не позволяла ему обычные стоны.       Когда добавился третий палец, парень стал чаще попадать по своим чувствительным точкам. Он отдался этим приятным разрядам, посылая довольное мычание по члену дракона, мокрому от его слюны. Полукровка старательно и по нескольку раз прошёлся языком по каждому сантиметру горячей плоти, которую ему приказали ласкать. Новыми волнами возбуждения его накрывало от комплиментов в адрес красот тела. Длинная изгибающаяся шея позволяла золотому хорошенько рассматривать все соблазнительные действия и места драконида. И, ох, того возбуждало это внимание, эти слова.       Через какое-то, незначительное сейчас, время, драконид мог насиловать собственное тело даже кулаком. Остатки боли он поглощал с мазохистским удовольствием. Член дракона был сильно напряжён, его голос всё чаще прерывался судорожными немыми вздохами удовольствия, что говорило об очень скорой разрядке. Плоть содрогнулась, и полудракон с упоением стал глотать вязкую жидкость, обильно заливающую его рот. Дракон отпустил его голову, и Валериан, пытаясь отдышаться, ловил какой-то свой экстаз. Ему не было достаточно своей руки сзади и прикосновений дракона к телу, чтобы кончить, но моральное удовлетворение он получал с лихвой. Отойдя от оргазма, Аделард любовался маленьким телом. Тот дрожал, был весь мокрый от пота и своей слюны и был готов на что угодно, лишь бы его наконец взяли.       Томить было не к чему. Он обошёл тело, что тут же приняло мало-мальски удобную обоим позу. Он стоял на четвереньках, такой доступный, красивый и текущий. И дракон осторожно толкнулся вторым членом внутрь. Будет неприятно поранить такую прелесть. Где-то на периферии сознания он уже планировал оставить этого мальчика себе. Не встретив особого сопротивления тела полудракона, только попытки того ускорить долгожданный процесс, золотой вошёл до упора, но не до конца своего члена. Всё же преимущественно человеческое тело не позволяло тому спокойно отдаваться дракону. Белёсый припал к земле, ослабленный ощущениями. Его стоны лились, словно мелодия, изредка прерываемые бранью на обоих языках. Младший почти бредил, ему было слишком хорошо сейчас.       Резкие несдержанные толчки - дракону тоже было слишком хорошо - и он пытался компенсировать их нежными поглаживаниями плеч и спины, обжигающе горячим, но без магии, дыханием над ухом, поцелуями и полу-укусами всего доступного тела. Это несомненно были метки. Яркими багровыми синяками на белоснежной коже они будут достаточное время напоминать дракониду о произошедшем, даже если они разойдутся после этого вечера и больше никогда не пересекутся.       Зайдясь в долгом вое, Валериан задрожал особенно сильно и кончил, сжимая дракона пульсирующими движениями стенок. Тот тоже получил свой оргазм, и его рык смешался с воем нижнего. Аделард приподнял лапами ватное тело получеловека в воздух и укутал своими крыльями. Не сказать, что лежать на боку ему было особо удобно, но так он мог укрыть своего любовника. Сознание начало возвращаться и к беловолосому. Он, пользуясь тем, что сейчас можно всё, гладил руками мощную чешую, сухую и твёрдую, словно металл доспех.       «Ни за что бы не подумал, что существом, заинтересовавшим меня больше, чем просто партнёр на ночь, станет драконид».       Судя по резко замершим рукам на теле дракона, младший и не надеялся на дальнейшее развитие событий. Несмотря на любовь к себе, он всегда прекрасно понимал, что никому вокруг не нужен.       «Вы...» - он осёкся, так как мысль сформировать пока не успел, - «вы хотите, чтобы это зашло дальше?» - изумление в голосе почти перекрывало слабую надежду на положительный ответ. Но Аделард уловил это. Его радовало, что признание не бессмысленно. Он хотел узнать этого наглеца ближе.       «А ты хочешь?» - вопрос, на который он хотел получить чёткий и уверенный ответ. Чтобы точно знать, что драконид готов принадлежать ему.       Тот ответил не сразу. Слишком большой шаг для скитальца - связываться с драконом откуда-то из города. Слишком многое после этого изменится в его жизни. Он закрыл глаза. Сейчас он лежал в тёплых объятиях дракона, укрытый пеленой воспоминаний этого вечера и согретый какой-то аурой, исходящей от дракона. И почти был готов согласится.       «Что тогда будет?» - он даже примерно не мог представить, как жизнь изменится, потому цеплялся за этот вопрос. Аделард задумался.       «Иногда я на порядочное время пропадаю в столице. Это совершенно иной мир, нежели лес, с кучей интриг и попыток скинуть меня и мой авторитет в яму. В городах я встречал нескольких существ, представителей лесных рас, и там они спокойно живут, хоть многие тоскуют по свободе от каменных стен», - последнее было сказано для утешения, - «но большую часть времени я нахожусь на фронте, поддерживаю или веду войска, так сказать. Так что не думаю, что тебе придётся мириться со стенами, если ты будешь летать со мной. Думаю, и ты принесёшь пользу армии, так что против никто не будет».       «Как я уже сказал: политика - не моя тема», - усмехнулся парень, - «я и в городе просто физически не смогу кому-то помешать».       «Там у всех найдутся недоброжелатели... Но если ты со мной, навредить тебе не посмеют».       «Кто вы такой?», - этот вопрос был в голове парня ещё с того момента, как дракон удивился незнанию его персоны.       «Тот, кто с имеет далеко уходящие ото всех шансы стать королём», - дракон усмехался, но говорил правду. Валериан вновь замер, обрабатывая новую информацию.       «На кой чёрт королю полукровка?»       «Ты просто невероятно привлекателен», - то, что говорил сам драконид чуть ранее.       Все эти комплименты добили его. Он прижался к торсу старшего существа, уже мысленно согласившись на вообще всё.       «Ну и последнее», - дракон счёл очень важным прояснить этот момент, учитывая явно немаленькое количество партнёров у обоих, - «если ты со мной, то ты только мой».       Это было логично. Если они хотят нормальных крепких отношений, то никаких иных партнёров уже быть не может.       «В обратную сторону это тоже работает?» - такой простой и прямолинейный вопрос.       «Конечно», - мягко улыбнулся дракон, - «я тоже только твой».