Sorry, I Love You

— Успокойся Джина, успокойся. Все будет хорошо… Нечего волноваться. Неч… — Джина? Ты тут? — Что ты делаешь в женском туалете? — Когда я спросила это, я услышала щелчок замка. Он закрыл дверь? — Я? Джина, нам нужно поговорить. — Уджин, я не хочу разговаривать без Бан Чана, мне страшно отпусти меня, — парень подошел уже очень близко, я была зажата в углу. — Тебе так идут юбки, Джина. Тебе это Бан Чан говорил? — От парня несло алкоголем и… Сигареты? — Уджин? Ты курил? — Ты тоже хочешь? — Его рука стала подниматься по моему бедру немного приподнимая мою юбку. Я ударила его по руке, чтобы тот убрал ее. Но это была моей последней ошибкой. Он схватил меня за талию и притянул к себе. — Зачем ты так делаешь? Ты мне нравишься, позволь сделать тебе приятно. — Я начала плакать и просить его отпустить меня. Он меня не слушал и второй рукой начал водить по спине спускаясь ниже. Я начала его бить, поэтому он схватил мои руки и прижал их рукой к стене над моей головой. Страх сковал мое тело. Я не могла пошевелить и пальцем. Чувство беспомощности и безысходности разрывало меня изнутри. — Уджин, прошу! — Я начала кричать. Он закрыл мой рот другой рукой. Я посмотрела в его глаза, он не поднимал их выше моей груди. Рука, которая держала мой рот начала спускаться ниже. Я понимала, что в коридорах пусто и никто меня не услышит. В горле встал ком. Я плакала. Тихо и беззащитно. — Ты себе все испортишь! — Я уже шептала, на большее сил не хватало. — Я уже все испортил, так что хуже не будет! — Его голос дрожал, было непонятно — это из-за его животных инстинктов, или на его глаза наворачивались слезы. Он трогал мою грудь долго, пока его член не встал. Увидев это, в моих глазах потемнело. Я хотела умереть в тот момент. Уджин доставал член, пока я пыталась пошевелить ногой или рукой. Ничего не получалось, но не у него. Он рукой поднял мою юбку. Под ней были защитные шорты и колготки. Шорты он снял, как и колготки. Дальше все было как в тумане. Он изнасиловал меня. Было больно, страшно, неприятно. Я плакала. Я не знала как мне поступить. Все тело дрожало, словно осиновый лист. Не прошло получаса, как он закончил. Слава богу при нем был презерватив. Я чувствовала себя ужасно грязной. Мне хотелось спать, плакать, хотелось в объятия к любимому человеку. — Сиди тут еще полчаса. Потом выйдешь. Из тебя бы вышла отличная проститутка, — Сказал парень и вышел из комнаты. Я начала кричать и бить кулаками по полу, не заметив, что я уже разбила их и они сильно кровоточили. Через час я успокоилась, остановила кровь, привела себя в порядок и вышла из ванной. Я направилась в зал практики, чтобы забрать свои вещи и отправиться домой. — Джина? — Я обернулась, там стоял Хенджин. — Ты где была, мы тебя обыскались. — Ты пьяный? — Я говорила холодно. Я слишком устала. — Уже нет, — Парень опустил глаза и увидел мои руки. — Что случилось? — Его глаза наполнились страхом — Ничего, передай Чану, что я домой. — Зачем передавать, скажи лично, — Чан уже подходил ко мне. Его обеспокоенный взгляд вдруг растопил во мне все чувства, что я почувствовала тогда. Ноги ослабли. Я чуть не упала, но Хенджин поймал меня. — Джина! — Все хорошо, я устала, — я постаралась встать, но ноги были слишком ватными. — Ты пила? — Чан посмотрел на меня с недоверием, поведение было слишком странным для меня. Но Хенджин ответил, что как только я вернулась из ванной, я опять ушла. — Что с тоб… Что с руками? Хенджин отнеси ее на лавку в зале и посиди рядом с ней. Если уснет, не буди. — Понял, — с этими словами Хенджин поднял меня на руки и направился в зал для практики, а Чан направился в другую сторону. — Куда он? — Я шептала. Я не хотела, чтоб он уходил. Я хотела, чтобы нес меня он, а не Хенджин. Когда я видела Чана, желание смерти пропадало, но он пропал из поля моего зрения и по моей щеке потекла слеза. Когда мы зашли в зал, там никого не было. Мы были одни. Страх начал нарастать. Хенджин посадил меня на лавочку и сел рядом. Я оперлась руками на лавку и сжала кулаки, из-за чего ранки опять открылись и потекла кровь. Хенджин заметил это и взял сухие салфетки. Он хотел начать вытирать мне кулаки, но я рефлекторно отдернула руку. — Извини, — я тихо извинилась и поставила руку на место. Хенджин немного помедлил перед тем как вытирать кровь. — Принцесса… Что же с тобой случилось? — Спросил Хенджин, когда закончил вытирать кровь. — Ты плакала, я вижу. Может позвать Чана? — Услышав родное имя слезы начали накатывать сами собой. Истерика одержала вверх и мои слезы невозможно было остановить. Хенджин взял еще пару салфеток и сел рядом вытирая слезы. каждый раз когда он касался моего плеча я чуть вздрагивала. Любое прикосновение было тяжелым для меня. — Почему? Почему я? Почему я такая слабая? Лучше бы меня не было, всем было бы проще! — Я кричала это сквозь слезы. Я посмотрела на Хенджина. Он грустно смотрел на свои руки. Мы встретились взглядами. — Ты считаешь меня жалкой? — Я перестала плакать. Слезы перешли на смех. Истерический смех. — Даже не смей так говорить. Мы все тебя очень любим. Каждый, — с этими словами в комнату вошел Уджин. Он начал собирать свои вещи. Руки затряслись, поэтому я сильнее вцепилась в лавку. — А, так ты тут? Хорошо что ты нашлась, пока Хёнджин. Пока Джина. — Пока! — Хенджин заулыбался и махал рукой другу. Я после его появления стала смотреть в одну точку. В голове пролетело все то, что он сделал со мной. Мне стало страшно. — Джина, ты хочешь спать? Джина? — Хенджин помахал у меня перед лицом рукой, но я не отзывалась. Хенджин положил мне руку на плечо и я тут же встала с лавки. Я увидела Хенджина сидящего и не понимающего что происходит. Я поняла на сколько я жалко выгляжу и опять стала плакать. Хенджин встал и обнял меня. Я, в свою очередь просто продолжала плакать ему в плечо, опустив руки вниз. Я чувствовала себя ужасно. Мне казалось, что теперь я никто в этой жизни. Просто жалкая соплячка. Мы так простояли минут 5. После мы сели и просто молчали. Я стала засыпать. Голова была тяжелой. Хенджин придвинулся к стене, а мою голову положил на свои ноги. Так я и уснула.       Проснулась я в машине. Чан сидел за рулем. Тихо играла музыка. Я была накрыта теплым пледом. Чан ехал задумчиво. Он молчал. — Чан? Мы домой едем? — Домой, — Парень говорил грустным голосом. — Ты уложишь меня спать? — Все что пожелаешь, — я видела, что ему было трудно говорить. Я отвернулась от него и начала смотреть в окно.       Мы с Чаном приехали домой. Лежа на кровати, я наконец обняоа Чана. Я наслаждалась запахом его духов. Я наслаждалась запахом тела Чана. Мы лежали молча. Он гладил мое плечо. Я запустила в его волнистые, светлые волосы руку. — Джина. Мне страшно за тебя. — А мне нет. С тобой мне не страшно. — А если я уйду? — Я не выживу. — Кто это сделал с тобой? Я порву его в клочья! — Ты не можешь сделать это. С друзьями нельзя так поступать. — Да какой он друг посл… Друг? Кто это был? — Чан привстал на локоть и посмотрел на мое лицо. Я неохотно открыла глаза. Увидев злое лицо Чана я испугалась. — Обещай, что ты сейчас останешься со мной, а завтра мы разберёмся со всем. — Ты серьезно? — Парень начал повышать голос, как вдруг осознал, что творит. — Прости. Я тебе обещаю, всем сердцем. — Это… Уджин… Он изнас… — Не продолжай. Не надо. Я тебя не оставлю. Я буду с тобой, — Чан начал плакать. Я тоже не смогла сдержать слез. Мы плакали и вскоре уснули.       Испугавшись того факта, что я одна, я поспешила выбежать из спальни и искать Чана. Дома я его не нашла. Я начала быстро одеваться, но как только я натянула кофту, Чан зашел домой. Я тут же побежала его обнимать. — Напугал! — Я крепко обняла его. И не отпускала несколько минут. — Джина, пойдем кушать? — Только если ты пойдешь, — я плелась за ним как хвостик все утро. Я боялась остаться одна, наедине со своими мыслями. Когда мы ехали в здание JYP у меня тряслись руки. — Ты не одна, сейчас к директору пойдем. Будем решать вопрос, хорошо? — Он там будет? — Придется.