Нектар

Амрит был ошарашен таким поворотом событий. Это действительно выбивало землю из-под ног, потому что предложение Шивы казалось слишком противоречивым. Одновременно дерзким, одновременно глупым. Обменять свою Божественную сущность на простую человеческую жизнь, как у него вообще возникло такое желание? Будь Амрит на месте аватара шивы, он бы никогда так не поступил. Не опустился до самых низших существ, даже если таких значимых, как сам Амрит. С другой стороны, он понимал, что эта мысль пришла в голову Шивы неспроста. Жрец и сам уставал от своих духовных обязанностей, от бесконечных обрядов, поклонений, ответственности за семью и культ. И все-таки ему не хватило бы смелости бросить все и сбежать. Стать серым, неприметным, жить обычную размеренную жизнь, отложив дела и обязанности. Но это решение было не его. В первую очередь Дубей думал о том, что он сам от этого получит, какую выгоду? Шивы не станет, останется лишь Рэйтан. Ему больше не придётся разрываться между двумя божествами, ощущать на себе гнев Кали каждый раз, когда Рита-Шива находится рядом. Они станут равны и Рэйтан точно не сможет смотреть на него свысока. Окончательной точкой в размышлениях стало томное дыхание Шивы на шее Амрита. Он повернулся, сидя в кресле, вынудив того отодвинуться. Положение оказалось неловкое, он практически уткнулся носом в оголенный живот Рэйтана, лишь слегка прикрытый чёрными шелковыми одеяниями. — Рискнёшь всем? Ради чего? — жрец смотрел на пока еще божество снизу вверх, это вызывало небольшой дискомфорт, Амрит привык к обратному. — Важна не причина, важен исход. Рэйтан смягчился. В его взгляде больше не читалась решимость, лишь нежность, с которой он коснулся Амрита. Легонько подхватил его кончиками пальцев за подбородок, заставив смотреть на себя ещё пристальнее. Амрита от этого жеста обдало жаром. Он понял, что начинает буквально плавиться от его прикосновений. Ощущать чей-то контроль ему не хотелось, пусть даже такой. Поэтому вместо ответа Дубей аккуратно приблизился к животу Шивы. Коснулся губами, начал целовать, оставляя тонкую дорожку своего дыхания на бархатной коже. Дыхание и сердцебиение обоих участилось. Шива же ничего не предпринимал, ждал действий жреца. А тот, в свою очередь, был настроен серьезно. Резко прекратив поцелуи, он вскочил к двери. Рэйтан подумал, что Дубей снова решил сбежать, но оказалось совсем иначе. Амрит закрыл дверь на замок и через секунду уже оказался позади аватара. Он прижался к нему всем телом и аккуратно убрал волосы с его шеи. Стал покрывать ее ласковыми поцелуями, хотя ласка и была для него чужда. Послышался томный вздох Рэйтана, ещё больше его раззадоривший. Стало очень горячо и неспокойно. Он почувствовал как натягивается бархатная ткань и прикосновение Дубея сзади стало более твёрдым. Пожалуй, твердость была только в этом, в остальном же Амрит оказался на удивление мягким. Его жесты были неторопливы, растягивая удовольствие, он перешел от шеи к уху, нежно его прикусил. На это Рэйтан простонал что-то невнятное, вызывая в глазах Дубея недобрый огонек. Сейчас жрец выглядел как хищник, который крепко схватил свою жертву и наблюдал за ней, всячески подогревая аппетит. Окончательно войдя в азарт, Дубей скользнул рукой под ткань шелковых штанов Шивы. Он гладил его по бёдрам, дразня и не затрагивая самого главного. Ждал, когда Рэйтан не сможет больше сдерживаться. — Это означает да? — но Шива выжидал, сейчас он не хотел быть инициатором. Ему нравились эти ласки и что-то большее, чем простые прикосновения. Амрит разгорячился окончательно, томно прошептал на ухо, — Да. И перешёл к действиям, нащупав под тканью нечто более твёрдое. Сначала он был нежен, периодически прерываясь на поцелуи, но с каждым вздохом Рэйтана движения становились все ритмичнее и быстрее. Шива тоже перешёл ту черту, когда ещё мог сдерживаться. От каждого касания по его телу пробегала волна мурашек, с каждой секундой казалось, что ещё чуть-чуть и его накроет приятной волной. Он снял с себя шелковую рубашку, немного приспустил нижнюю часть одеяния, чтобы не испачкаться, повернулся к Дубею лицом. Теперь Амрит мог видеть его полностью. Одной рукой он продолжал ритмично его поглаживать, другой ногтями жадно впился в его живот, рёбра, оставляя маленькие царапины. Доставлять удовольствие ему впервые нравилось сильнее, чем получать. Амрит довольно прикусил губу, глядя на Шиву, который, судя по всему, был уже где-то «не здесь». Рита-шива же прикрыл глаза, тяжело дышал и периодически вздрагивал, будто вот-вот закончит. Он снова обхватил пальцами подбородок Дубея, на этот раз жёстче. Посмотрел ему в глаза, а потом вовлёк жреца в жаркий и долгий поцелуй. Границ больше не было, только приятный финал. Амрит почувствовал, как Рэйтан стал ещё тверже, горячее, почувствовал пульсацию в своей руке. Шива притянул его за шею, прижался к нему всем своим нутром, словно умоляя не останавливаться. Сильно вздрогнул, когда Амрит сделал последние пару резких движений. Дубей почувствовал, как стало тепло и мокро на руках, как Рэйтан расслаблено и отстранённо простонал. — Значит так тому и быть, — это все, что смог сказать Шива, потому что его накрыло приятной волной. Он ощутил полную нирвану и удовлетворение в руках Дубея. Они простояли так ещё минуту, приходя в себя и восстанавливая дыхание. Затем отстранились друг от друга. Амрит потянулся к столу, достал оттуда что-то, чем можно было вытереть руки, кинул испачканную ткань куда-то под стол и рассмеялся. — Буду считать, что теперь ты в моей власти. Невозможно описать, насколько Дубей был доволен собой сейчас. Его высокомерие только усиливало это ощущение. Шива же стал абсолютно спокоен. — Это так. Мне нужно провести Махашиваратри, Дубей. Прямо сейчас я не смогу остаться с тобой. Но после этой ночи — я точно весь в твоей власти. После этого Шиве пришлось приступить к своим последним делам в этой роли, оставив Амрита одного.