Повторяющийся код

      — Что? — Тэхён проводил взглядом уверенно прошедшего мимо него Чонгука.       — Какие-то проблемы? — тот развернулся на пятках и с вызовом смотрел на ошарашенного парня.       — Нет, я просто, кажется, тебя не так понял, — почти заикаясь, произнёс он.       — Что непонятного в моих словах?       — Ты хочешь, чтобы я изображал робота?       — Да, ты будешь и дальше играть роль моего помощника и выполнять все мои указания.       — Но… ты сказал, что тебе не нужен Ви.       — Ты сказал, я могу выбрать любое наказание для тебя.       — Верно, но…       — Так вот я выбрал. Ты будешь служить мне как робот две недели, но если какое-либо действие выдаст в тебе человека, я разорву договор с учёными и подам на вас в суд.       — Я согласен, — уверенно произнёс Тэхён, надеясь, что тот не передумает.       — Отлично. Завтра твой первый рабочий день. Жить будешь в комнате для гостей, — самодовольно улыбался брюнет.       — А что с полицией?       — Я разберусь.       Он всё ещё пытался понять, в чём заключается суть наказания. Неужели Чонгук до сих пор не понял, что испытывает к нему Тэхён? И что для него находиться рядом будет только в радость.       Только вот он очень недооценил своего мучителя.       Завтрак.       — Переделай.       Сводка новостных статей.       — Переделай.       Уборка дома.       Верно. Переделай!       Это треклятое слово звучало на любое действие Тэхёна.       Единственное место, где Тэхён мог выдохнуть и развернуться в своей стихии шифрования, был офис, куда они ездили почти каждый день. Чонгук даже позволил ему создать свой собственный код, который позже будет внедрён в одну из систем охраны.       Конечно, ранний подъём и заучивание всех последних данных на рынке кибертехнологий, а также готовка и уборка дома по нескольку раз, доводили его до нервного тика, но всё же это было пустяком, если по истечении времени Чонгук простит его.       Также радовало, что его босс не прекратил пытаться наладить контакт с людьми и большую часть времени проводил в компании без экипировки.       И спустя время, Тэхён был полностью уверен, что сможет легко пережить наказание.       — Почему остановился? — недовольно бросил Чонгук, скинув с себя полотенце, в котором вышел из душа.       — …Индекс роста акций этой компании, — выдавливая из себя каждое слово, он отвернулся, смотря на дверь перед собой.       — Повернись, я не слышу.       — Блять, — вырвалось у него, стоило ему развернуться и увидеть фарфоровую кожу обнажённого тела.       — Что? — изображая искреннее удивление и непонимание, хлопал глазами Чонгук.       — Индекс роста акций… — видя, как прищуриваются хитрые чёрные глаза, до него наконец дошло, о каком наказании говорил тот.       — Дальше, — Чонгук надел спортивные штаны и шагнул к нему.       И, наверное, Тэхён должен был облегчённо выдохнуть, только вот мысль о том, что на парне не было белья, а капля воды с влажных волос упала и скатывалась по обнаженной груди, туманила разум.       Понимая, что подобная ситуация уже возникала между ними, он ещё больше осознавал, почему именно это наказание выбрал Чонгук.       — Компания VC выдвинула патент на создание… — Тэхён цеплялся за слова, словно за спасательный круг, в то время, пока подобно загнанной в угол добыче, отступал от надвигающегося на него хищника.       — У робота не может быть такого учащённого дыхания, — чёрные глаза строго смотрели на неконтролируемо сглатывающего слюну Кима.       — Компания VC выдвинула патент на создание, — он постарался взять себя в руки, отводя взгляд от острых ключиц, что находились слишком близко.       — В чём дело? — мягкий голос щекотал в самое ухо.       — Компания…       — Ты сдвинешься сегодня с этой компании или нет? — издевательски усмехнулся Чонгук и отступил, оставив на теле тепло от скользнувшей по ткани на груди ладони.       — Я пойду, сделаю вам кофе, — протараторил Тэхён и вылетел из комнаты.       — Думал, легко отделаешься? — самодовольно хмыкнул Чонгук вслед хлопнувшей двери.       Вот уже несколько дней он получал истинное удовольствие, видя, как старается угодить ему провинившийся. Вот только иногда он и сам забывал о том, с какой целью оставил Тэхёна тут. Всё это время Чонгук словно страдал раздвоением личности. Одна из которых была готова стереть обманщика в порошок, а вторая млела и таяла, стоило им оказаться чуть ближе необходимого.       Ещё вчера вечером он уже действительно полагал, что его наказание больше было похоже на награду, от которой он и сам получал удовольствие. Но стоило услышать это привычное «доброе утро», будучи в душе, как он тут же вспомнил о том, как, не зная о том, кто стоит перед ним, разгуливал обнажённым перед парнем. И желание поиздеваться возникло само собой и уже выталкивало его из ванной комнаты к ничего не подозревающему Тэхёну.       — Так вот что тебе даётся с трудом? — довольный своим открытием, Чонгук силился убрать улыбку с лица, спускаясь по ступенькам.       Видя, как тот кружит по кухне, стараясь не выдать своего состояния, личность, которая уже давно простила Ким, была готова, не сбавляя хода, устремиться и, подхватив под длинные ноги, усадить того прямо на мраморную столешницу. Не усадить, а нагнуть. Добавила вторая.       Вот только стоило подобным мыслям найти дорогу в голову Чонгука, как, позвав всех своих единомышленников, те полностью поселились в сознании. Блять!       И теперь наказание, кажется, распространилось и на самого палача. Каждый изгиб приковывал взгляд. Каждое движение вызывало желание. Губы, что сообщали о рейтингах акций, сводили с ума, вынуждая Чонгука пить воду, топя в ней жажду коснуться и почувствовать снова их вкус.

***

      Пытаясь сфокусироваться на отчёте менеджеров, он каждый раз одёргивал себя, вынуждая оторвать взгляд от сидящего в его кабинете и сосредоточенно стучащего пальцами по планшету Тэхёну. Он не может проиграть!       — Соберись, блять, — пробубнил Чонгук себе под нос и уткнулся в документ перед собой.       — Что?       — Ничего, — не поднимая головы, ответил он.       — Могу я получить вечером выходной? — неуверенно прозвучало за спиной, как только они вернулись домой.       — Для чего?       — У моего друга день рождение.       — У робота не может быть друзей.       — Ну считай, что я на зарядке.       — Ты, кажется, не совсем понимаешь суть наказания, — Чонгук недовольно скрестил руки на груди.       — О, поверь, я отлично понимаю, — фыркнул Тэхён и направился к лестнице.       — Тебе что-то не нравится?! — видя, с каким лицом тот произнёс последние слова.       — О, конечно нравится. Нравится видеть, как ты три дня смотришь на меня словно кролик на морковку и делаешь вид, что всё в порядке. Нравится видеть тебя без одежды, а потом дрочить до одурения в душе. Лучше бы я действительно был роботом, у него подобных проблем нет! — яростно выплюнул Ким.       — О чём ты?       — А ты не знал? Ви не имеет члена, он словно Кен там, — Тэхён указал на область паха.       — Ах, теперь понятно, почему я не заметил подмены, — усмехнулся Чонгук, но, видя горящие глаза и то, с каким лицом тот приближается к нему, тут же прикусил язык.       — Блять, я тебе покажу разницу, — прорычал Тэхён, не сбавляя шага.       — Не подходи.       Чонгук сглотнул и сделал шаг назад, но тут же упёрся в холодильник за спиной.       — Ты не може… — договорить ему не дали чужие губы.       Рука Тэхёна скользнула по талии и, обхватив за спиной, прижала сильнее к телу напротив. От неожиданности произошедшего воздух в лёгких закончился уже через секунду, но как только он попытался приоткрыть рот для очередного возмущения, нахальный язык тут же проник между ровного ряда зубов.       Очередная попытка высвободиться была остановлена второй рукой, что удерживала его голову, не позволяя отстраниться. Контраст от прохладного металла за спиной и горячего тела, зажимающего его с такой силой, что Чонгук ощущал себя беспомощной жертвой, дурманил сознание от неизвестных прежде ощущений. Но, чем дольше влажный язык оплетал его собственный, тем больше это вызывало дежавю. Это приятное чувство на губах, этот запах чужого шампуня от волос и это расслабляющее поглаживание по шее…       И словно кадры из фильма, в голову влетели воспоминания поцелуя. Но когда это было? Углубиться в память ему не давало возбуждение, что словно волны во время прилива накатывали и не давали возможности выбраться на берег.       Тело требовало закрыть глаза для погружения в это приятное чувство ласкающих рук. Мягкие губы скользили по коже щеки.       — Всё ещё хочешь, чтобы я был андроидом? — бархатный горячий шёпот опалял ухо.       Но вместо слов, в ответ Чонгук неконтролируемо, со стоном выдохнул, ощущая, как рука с его спины переместилась на бедро, и чужое возбуждение прижалось сильнее к ноге.       Каждое прикосновение было чем-то новым, и даже желание чувствовалось сейчас совсем иначе. Губы обхватили мочку его уха и возникший импульс пулей пронёсся по всему телу, вынуждая несдержанно прижиматься к Тэхёну, впиваясь пальцами в острые плечи.       — Ещё секунда, и я не смогу остановиться, — учащённое дыхание сводило с ума.       Личности внутри бесновались, и каждая требовала своего. Но в одном они были едины. Остановиться он уже тоже не сможет.       Возбуждение давило уже на всё тело, но желание подарить Чонгуку поистине невероятные новые ощущения, было сильнее. Да и лишить себя удовольствия прикасаться и целовать каждую клетку его тела, Тэхён не хотел.       То, как Чонгук отвечал на все его действия, было лучшим, что он сам чувствовал когда-либо. Погружённый в собственный мир, он даже не сразу понял, как они смогли добраться до второго этажа.       И только нависая сверху и, в очередной раз, рассматривая крепкую грудную клетку, что вздымалась от возбуждения, Тэхён осознал, что, наконец, может показать, насколько сильно он хочет человека, лежащего под ним. И что ещё больше, он хочет, чтобы и Чонгук перестал наконец сдерживаться.       — Скажи мне, что ты хочешь, чтобы я сделал? — он смотрел в тёмные глаза, что тот постоянно отводил явно в смущении.       — Что ты имеешь в виду?       — Я знаю, у тебя не было секса прежде, но ты ведь фантазировал о чём-то? Скажи мне, — он говорил, не переставая покрывать шею и ключицы Чонгука поцелуями, надеясь, что сможет таким образом расслабить его.       — Ничего я не фантазировал, — пряча лицо в сгибе локтя, пробубнил тот.       — Тогда я буду действовать на своё усмотрение, хорошо?       — Угум, — кивнул тот.       — Твою мать! — выгибаясь, простонал Чонгук, сжимая между пальцами волосы Тэхёна.       — Ты меня без волос оставишь, — улыбнулся он и оставил очередной поцелуй на влажной головке.       — Прости, — виновато произнёс тот, немного ослабив хватку.       И хотя то, что сейчас происходило на кровати, было в новинку только для Чонгука, сам же Тэхён словно тоже ощущал всё впервые. Как тот стонал и выгибался навстречу его рукам и губам, возбуждало настолько сильно, что он действительно начал опасаться, что может кончить от ещё одного такого стона.       Желая топить Чонгука сильнее в этом удовольствии, он с жадностью погружал его член в рот, наслаждаясь тем, как дрожит от возбуждения его тело. С какой силой тот снова цеплялся ему в волосы и, задыхаясь, старался сдерживать стоны, сносило крышу и погружало в новый мир, в котором Тэхён отдал все бразды правления похоти.       Никогда прежде он не позволял себе так отдаваться процессу, словно ничего другого, кроме желания ощутить, как кончает Чонгук, не существовало в мире.       Собственный член уже болезненно пульсировал в боксерах, но он, как одержимый, продолжал удерживать чужие бёдра, не позволяя отстраниться.       — Я сейчас кончу, — словно моля о пощаде, прохрипел сверху голос.       Всё тело горело от напряжения. В голове не осталось ни одной мысли, кроме одной, что набатом была, заполняя сознание. Понимание, что его оргазм полностью зависит от другого человека, окутывало и страхом, и сумасшедшим волнением. Все чувства сконцентрировались внизу, там, где горячие влажные губы обхватывали уже пульсирующий член.       — Я хочу тебя всего, — прошептал Тэхён. И не успел Чонгук заставить свой мозг сформулировать ответ, как новое ощущение пронзило всё тело, в тот момент, когда подушечки пальцев коснулись его между ягодиц.       — Подожди, — страх победил и на секунду вернул его в реальность, вынуждая открыть глаза.       — Я знаю, всё будет хорошо, — мягкий голос, что каждый раз дарил чувство комфорта, и сейчас действовал успокаивающе.       — Нет, почему это ты сверху?       — А ты знаешь, что нужно делать? — снисходительно произнёс Тэхён.       — Я…я видел… — нехотя признался он.       — Прости, Гуки, но я кончу быстрее, чем ты разберёшься, — улыбнулся тот и потянулся к тумбочке у кровати.       — Что ты ищешь?       — Смазку или… Что это? — его лицо вытянулось, смотря на предмет в ящике.       — Не твоё дело, — фыркнул Чонгук и потянулся следом, чтобы быстрее достать нужный пузырёк.       — А говорил, у тебя нет фантазий, — хитро прищурив глаза, Тэхён достал и покрутил на пальце наручники.       — Это не для этого, — нагло врал он, не желая признавать очевидного.       — Блять, я очень хочу их попробовать, — хищный взгляд прошёл насквозь.       — Могу приковать тебя ими внизу, — съязвил Чонгук и сунул в его руку смазку.       — Ты себе не представляешь, сколько всего я уже нафантазировал, — одним рывком Тэхён прижал его к кровати и обжигал губами кожу.       От подобных слов внутри всё предательски откликнулось, и член, взяв на себя инициативу, ответил за всё тело подёргиванием.       — Ох, я и забыл, как тебя возбуждают подобные разговоры, — самодовольно ухмылялся Ким, видя реакцию тела.       — Иди в жопу, — фыркнул Чонгук и тут же понял, что ляпнул.       — Обязательно, — томный голос прозвучал в самые губы.       Он надеялся, что Тэхён не сможет понять того, что он уже пробовал удовлетворять себя проникновением, но стоило второму пальцу проникнуть внутрь, и стон не боли, а удовольствия сорвался с губ, как нахальный смешок не заставил себя долго ждать.       — Так вот значит как, — хмыкнул Ким и, согнув пальцы внутри, потянул его на себя.       Цепляясь руками за простынь и уже кусая губы до боли, Чонгук неконтролируемо выгибался в спине на каждое движение.       — В кино значит видел?       Резким толчком Тэхён ввёл пальцы глубже.       — Блять… ещё… — словно не своим голосом простонал он.       — Прекрати, — сквозь зубы произнёс Ким.       Понимание, что его голос возбуждает того настолько сильно, заводило Чонгука ещё больше. Тот факт, что они оба были уже на пределе, не позволял ему насладиться своим новым открытием, как следует. Но всё же, сдержаться он тоже не может, и когда, в очередной раз, Тэхён проник внутрь, растягивая мышцы, хриплый возглас удовольствия наполнил комнату.       — Я тебя предупреждал, — рявкнул тот и одним движением перевернул Чонгука на живот.       — Подожди, — пытался лечь удобнее он, но очевидно у того, кто с силой прижимал его к кровати и раздвигал ноги, терпение было на исходе.       — Я не могу больше…       Прежде он думал, что когда Тэхён войдёт в него, он не заметит особой разницы между вибратором и членом, но как же он, сука, ошибался.       Каждое медленное движение дарило настолько неизведанные и топящие его, в море эйфории, ощущения, что Чонгук боялся захлебнуться. Но когда толчки стали быстрее, а проникновение глубже, граница реальности полностью стёрлась из его сознания.       Тэхён трахал его с такой жадностью и вожделением, что он буквально задыхался от переполняющего его удовольствия. Растворяясь в импульсах от ударов головки по простате и плавясь от влажных поцелуев на спине, Чонгук вжимался в кровать, кончая, так и не прикоснувшись к члену.       Неосознанно сжимаясь от оргазма, он ощущал, как разгоряченное тело прижимается сильнее сверху, и пульсирующий внутри него Тэхён, с хриплым стоном наполняет его тёплой жидкостью.       — Прости, — выдохнул Ким, утыкаясь носом между лопаток.       — У тебя вообще выдержки нет, как ты смог так долго притворяться? — усмехнулся он.       — С очень, очень большим трудом, — пытаясь восстановить дыхание, прохрипел тот, приподнимаясь с него.       — Ты, кажется, выходной на вечер хотел? — Чонгук вышел из душа и смотрел на Тэхёна, что пытался найти боксеры в ворохе из постельного белья.       Ким поднял голову и с ехидной улыбкой, очевидно, собирался выдать достойный ответ, но треск стекла за его спиной и звуки выстрелов моментально изменили его планы.