Кофе со сливками

Сумасшедшая неделя осталась позади вместе с Мафией в трениках, Кингпином и Еленой. Клинт не был красноречив в подробностях того, почему русская решила оставить его в покое, но Кейт была безумно рада тому, что он жив. И жива Елена. На протяжении всей недели Кейт изводила себя блокаторами, дабы скрыть собственный запах от Бартона. Все семь дней мужчина был уверен в Кейт, а девушка не решалась раскрыть свою тайну даже после всего, через что они вместе прошли. Альфа предложил Бишоп провести Рождество вместе с его семьёй, но девушка сослалась на незаконченные дела с бизнесом и учёбой. На самом же деле ей просто нужно было восстановиться после употребления такого огромного количества таблеток. Клинт Бартон был уверен, что Кейт — альфа. Кейт же была уверена, что Клинт не станет работать с омегой. — Боже, — заскулила девушка на следующий день, — это ещё ужаснее, чем я думала. Кейт знала, что блокаторы стоит пить только во время течки, так как чрезмерное их употребление может привести к гормональному сбою, а в худшем случае… Бишоп не хотела думать о худшем случае. Она не могла лишить себя возможности поработать со своим кумиром, который совершенно случайным образом оказался рядом. Мужчина не подозревал Кейт в сокрытии своего второго пола, так как девушка была выше большинства омег и обладала спортивным телосложением. Наивный Бартон. Кейт безвылазно находилась в своей квартире уже третьи сутки. Ремонт закончился совсем недавно, а самочувствие оставляло желать лучшего. Девушка читала книгу, стараясь игнорировать боль внизу живота и постоянную тошноту. Побочный эффект дурацких таблеток. Её внимание привлёк странный звук на кухне. Кейт отбросила книгу и схватила свой лук, который теперь всегда держала рядом после безумной недельки, стараясь как можно тише спуститься по лестнице и проверить обстановку. Неужели Мафия в трениках решила отомстить? Чёрт, если это так, справится ли она в одиночку? Все теории о преступниках рассеялись, когда она увидела светлую макушку. — Ты могла просто постучать! Что ты тут делаешь? — злилась Кейт, вернув лук на место и спустившись на первый этаж. Елена стояла посреди плохо освещённой кухни, разглядывая всё так, словно видела это впервые. — И что за привычка заходить через окно? Кейт закрыла окно, через которое в квартиру пробирался холод вместе с несколькими снежинками. Елена так и стояла, молча разглядывая всё вокруг и игнорируя брюнетку. — Ты в порядке? — Кейт вдруг подумала, что Елене может быть нужна помощь. Возможно, она ранена? И если так, попросила бы она помощи у своего бывшего врага? — Елена? — Скажи мне, Кейт Бишоп, — хрипло, почти шёпотом начала Елена, — почему я чувствую твой запах? — О, эм… А почему ты не должна? — Кейт не беспокоилась об этом после того, как закончила свои дела с Клинтом. Вопрос Вдовы действительно был из разряда «почему небо голубое», так что Бишоп понятия не имела, что та имеет в виду. Это абсолютно нормально — чувствовать запах других омег. — Кейт Бишоп, — снова обратилась русская, делая глубокий вдох, — я серьёзно. — Что ты имеешь в виду? Кейт находилась в нескольких метрах от блондинки, которую трудно было разглядеть в тёмной комнате, слабо освещённой одной настольной лампой у дивана. Брюнетка заметила сжатые кулаки девушки и занервничала, втягивая воздух. Что это, чёрт возьми, такое? Довольно сильный, головокружительно приятный аромат ударил в нос Кейт. На секунду младшей показалось, что она может задохнуться от этого запаха, буквально раствориться в нём. Чёткий аромат цитруса и мяты приятно обволакивал внутренности Бишоп, скатываясь вниз и отзываясь внизу живота. Не может быть. — Елена, — слабо позвала Кейт, ощущая дискомфорт во всём теле, — ты… ты альфа? — Девушка раньше даже не задумывалась об этом и уж точно не могла припомнить её запаха. — Чёрт, прости. Не то чтобы Кейт никогда не общалась с альфами — взять хотя бы Клинта Бартона. Просто девушка не хотела причинять дискомфорт альфе во время течки. Даже если не из заботы о Елене, то хотя бы из заботы о себе. Альфы непредсказуемые, дерзкие, вспыльчивые и все прочие эпитеты, говорящие: «Они нападут на тебя». Бишоп стала копаться в шкафчиках в поисках ненавистных таблеток. Она буквально слышала, как тяжело дышит блондинка позади, как сильно сжимаются её кулаки. Чёрт, чёрт, чёрт! Когда заветная баночка нашлась, Кейт успела вытряхнуть пару пилюль прежде, чем сильные руки вцепились в её запястья, заставляя уронить блокаторы и их содержимое. — Не надо, — строго сказала Елена, всё ещё удерживая Кейт за руку. — Как долго ты их пьёшь? — Я… Я… Всегда, — заикалась брюнетка. Альфа в моей квартире. Альфа с горящими красными глазами. — Скажи мне, Кейт Бишоп, — девушка наклонила голову, втягивая воздух возле шеи брюнетки, заставляя ту вжиматься в столешницу позади себя, — почему от тебя так пахнет? Этот вопрос в очередной раз поставил младшую в тупик, но она молчала, лишь сильнее вдыхая запах альфы. Аромат цитруса и мяты оседал где-то внизу живота Бишоп, вызывая болезненную дрожь во всём теле. Сильные руки крепче сжимали её запястья, обещая синяки. Елена наслаждалась ароматом кофе со сливками, щекоча девушку перед собой кончиком носа. Вдова дрожала от напряжения, будто каждое нервное окончание пульсировало, лишая возможности мыслить здраво. Елена, будучи альфой, никогда не чувствовала запахов других омег. Выпускной экзамен в Красной комнате представлял собой хирургическое вмешательство, в результате которого альфа лишилась этой способности. У Беловой кружилась голова, сердце стучало так, будто готово было выпрыгнуть прямо в руки омеги, которая начала всхлипывать от болезненной хватки и собственных ощущений. Вдова отпустила руку девушки, плавно проводя ладонью от запястья до локтя, затем ниже, забираясь под футболку Кейт и ощущая невероятно мягкую кожу под своими пальцами. — Елена… — прошептала Кейт, не в силах справиться с собой. — Ты в порядке? — Елена не узнала собственный голос: настолько низким он стал. — Мне больно… — две слезинки скатились по розовым щекам. — Прости, что я… — Елена не была в силах отстраниться, поэтому просто притянула девушку к себе, зарываясь носом в её шею. — Что мне сделать, Кейт? — Это из-за таблеток, — ещё один довольно сильный побочный эффект: первая течка после такого количества препаратов пройдёт именно так. В мучениях. Всё нутро Кейт желало быть ближе к Елене, но боль, растекавшаяся по всему телу, не позволяла думать ни о чём, кроме дискомфорта внутри. Белова аккуратно подняла девушку, словно та была пёрышком, и поднялась наверх, укладывая её на кровать. — Останешься? — тихо спросила младшая, удерживая альфу за руку. — Пожалуйста? — Останусь. Елена легла рядом, притянув омегу в крепкие объятия. Белова не могла поверить в происходящее. Не могла поверить, что вот оно — то, о чём все говорят, когда встречают тех самых. Елена никогда не испытывала такого желания по отношению к кому-либо, никогда не чувствовала других омег, но сейчас, контролируя ситуацию настолько, насколько это было возможно, она обнимала свою омегу, нежно поглаживая её по спине. Почему свою? Сегодня это лишь неформальное определение, но позже, когда Кейт будет чувствовать себя лучше, Елена оставит свою метку, не позволив никому забрать её истинную омегу.