Живая консерва

---       Я немножко раскопал Паймон, оказывается, она ещё не разложилась. Поразительно. Кожа у неё осталась такая же бледная и нежная. Она как куколка. Даже когда мертва, она сохраняет милое выражение лица… Нет, не смогу. Я не смогу. Я просто не смогу. Я не смогу опуститься до такого. Лучше сдохну голодным. --- ---страницы вырваны---       Пишу это сейчас в слабеньком огне от костра, едва дыша, потому что очень страшно. Кто-то пришёл извне за мясом моей Паймон. Этот «кто-то», возможно, следил за мной всё время и прятался в каменных завалах, словно подколодная змея.       Сначала я услышал издалека, как кто-то грузно ходит. Оно направлялось в мою сторону.       А когда я потушил адъювант, оно остановилось напротив меня, за бочкой, постояло и куда-то ушло.       Я не знаю, видело ли оно меня или нет, но надеюсь, что нет. Я вжался в самый дальний угол. Не должно.       Чёрт знает, что у этого монстра на уме. ---       Страшно выходить. Вдруг оно ещё в самом конце коридора? Мне показалось, что когда я убрал гео-бочку, кто-то зашуршал по потолку и поспешно исчез. ---       Я взял свой меч, взял опять адъювант и исследовал потолок. Никого не было.       Кстати, труп туриста исчез куда-то… Был и не стало. Только мокрое, тёмное пятно осталось.       Тело Паймон ещё немного в сторону сместилось, будто она бочком в могиле лежит. Закопать бы её обратно, а толку? Всё равно этот аспид откопает её и съест.       Очень хочется надеяться, что этот некто—падальщик и не станет меня убивать. Пусть лучше ест трупы. --- --пять страниц ободрано, будто когтями-- ТВОЮ МАТЬ, ОНО МЕНЯ УВИДЕЛО! НАДО БЫЛО ПОТУШИТЬ КОСТЁР! --- ПОМОГИТ…--неразборчиво-- ---половина записей просто размыто кровью--- ---       Блять?!       Я не понимаю, откуда меня зовёт сестра, если её тут нет?! Будто наваждение какое-то… Кажется, я схожу с ума… Быть такого не может… Но её же точно тут нет! Кто со мной тогда говорит???? Кто зовёт меня по ту сторону гео-бочки? Кто тихо дышит и тихонько плачет? Нет, точно ОНА! Так, Итер, возьми себя в руки! Твоя сестра сейчас—принцесса Бездны, с чего бы ей наведываться в это небезопасное место в гости??? НИЧЕГО НЕ ПОНИМАЮ… Она теперь просто кричит, её наверняка разрывает тот монстр, я обязан её спасти! СТОЙ! Вашу мать, это просто безумие какое-то! Так Стоп! Всё Надо просто закрыть уши и ждать… ---       Вроде жив.       Но не знаю, сколько это ещё может продолжаться.       Кто-то теперь усердно скребётся с той стороны сюда, гео-бочка трещит по швам от той силы, какую ОНО прилагает, чтобы добраться сюда. Кажется, я пришёлся неведомому монстру по вкусу…       Зря я вышел в тот раз из своего убежища, теперь навряд ли оно отстанет от меня.       Пока я шкерился в темноте, я сначала увидел что-то длинное, бледное, с чёрными глазами, которое, как оказалось, любит поползать по потолку, а после ничего не помню. От страха у меня просто отключился мозг.       Сейчас пишу данный дневник с помощью света от переплетающихся судеб, потому что я упорно пытаюсь сделать вид, что меня тут нет. Чтобы обезопасить себя, я потушил костёр и просто отодвинул подобие палатки в сторону, а сам нахожусь за ней, у стенки.       Дай Бог, чтобы сработало.       Мне не даёт покоя кое-что, что заставляет меня напрягаться вновь и вновь…       Кажется, я слышу, как оно молит о еде. ---       Возьму сегодня волю в кулак.       Нельзя просто так сидеть и таращиться в голую стену.       Сейчас я возьму меч и… ---записи оборвались--- ---       Сегодня во сне я видел вновь Мону, Люмин и Эндзё.       Все трое теперь стояли передо мной без глаз. Почему-то серые. Раз за разом они молились за мой упокой. Медленно, утомительно, будто их записали на диктофон и раз за разом производят этот файл.       Куда бы я не бежал в этой темноте от них—всё время попадал к этим трём. После четвёртого раза мне повезло— я наткнулся на кладбище.       В черноте стояли бледные могильные камни. И на каждом из них выгравированы имена моих бабушек, дедушек, пра-прадедушек и пра-пра-бабушек. Короче, все имена моих предков.       Только после тысячного ряда я наткнулся на свежевыротую могилу.       На камне было МОЁ ИМЯ.       Тройца стояла за мной и молча указывала в чёрную сырую яму, словно я туда должен спрыгнуть. Но я не понимал и всё время спрашивал: зачем?       Пока меня не оборвала длинная, бледная пятерня в кладбищенской грязи, которая меня утянула туда за ногу. Слишком резко и страшно.       После этого я проснулся. ---       Теперь я понял всё…       Очень жаль, что осознание пришло ко мне слишком поздно.       То, что выло, стучалось ко мне, подделывало свой голос под Люмин и встретилось со мной взглядом в абсолютной темноте—это не чудовище.       Минутами назад я взглянул своему страху в глаза и увидел сквозь обломки бочки знакомое, искажённое тело. Я никак не ожидал, никогда об этом не думал и не подозревал…       Что это Паймон.       Как она воскресла—я отказываюсь понимать.       Как она выросла—я тоже отказываюсь понимать.       Она на себя абсолютно не похожа и единственное, что мне напомнило о том, что это она—звёздный искрящийся шарф, странное бледное одеяние, более на джемпер не похожее и длинные, похожие на колонны селестии сапожки.       А остальное—клыки, видоизменённый нимб с дьявольскими крыльями и чёрные руки с длинными когтями—это точно не её.       Эндзё два раза предупреждал меня о предательстве. Мона тоже, пусть и слегка размыто. Она не видела её судьбу.       Почему мне не показалось раньше это странным?       Как я раньше не догадался и почему я раньше не задал вопрос: кто такая Паймон?       Почему люди не задавали вопрос, кто такая Паймон?       Почему Паймон не испугалась трупа в Фонтейне после шоу Лини?       И главное: почему пока с людьми говорила Паймон, мои уста, мои слова были словно запечатаны?       Почему я не мог отказаться от идиотских просьб незнакомых мне людей?       Почему я не мог спросить о своей сестре?       Почему я говорил совсем другое, когда на уме у меня было одно?       Как я раньше не догадался, что Паймон—это демон? Могущественный демон, летающий ненасытный мертвец, который прекрасно играл всё время со мной в дурака и притворялся милой дурной феей…       И оно намного могущественней остальных богов, Бездны, Селестии…       Я был просто марионеткой для неё, а не другом и надёжным защитником. Всё это время оно смеялось надо мной, пускало по миру, словно крысу в бумажный лабиринт, ловко отняв сестру с помощью Асмодей и апокалипсиса в Кхаэнрии.       А теперь уже поздно что-то изменить.       Оно сейчас голодно после трансформации и начало мною кормиться. Сидит, склонившись надо мной и объедает пальцы на левой руке. Я их уже не чувствую и мне намного легче осознавать, что скоро не останется ни косточки.       Паймон любит есть. ---       Интересно, почему оно начало вынимать из меня органы, а я ещё не сдох?.. ---страницы разодраны--- ---       Забавно. Я называл когда-то в шутку Паймон живой консервой, а ею оказался сам… --- дальнейшие записи неразборчивы--- ---       Дорогая моя Люмин. Любимая сестричка.       Скоро меня не станет.       Как только Паймон вскроет мою черепную коробку и начнёт доедать мозги—я просто перестану существовать.       Её голод не имеет предела.       Она обязательно доест меня.       Она даже съела все мои рёбра, левую кисть и две ноги. Я не знаю, как до сих пор существую…       Если ты когда-то решишься начать путешествие по Тейвату вновь или даже искать меня, помни, это бессмысленно. Я—всего лишь твоё воспоминание. А в Тейвате нет ничего интересного.       Если внезапно из водоёма во время рыбалки ты выудишь беловолосое существо с чёрным шарфом, которое будет навязываться тебе в компаньоны—беги.       Просто беги. Беги что есть сил.       Не надейся ни на чью помощь.       Что бы оно тебе ни говорило—оно не тонуло.       Оно давит на жалость и специально прицепляется к твоей удочке, чтобы познакомиться и в дальнейшем начать паразитировать.       Как только ты потеряешь бдительность—потеряешь себя.       Оно начнёт командовать твоими мыслями и действиями, ты даже это не поймёшь. Мне повезло, что я понял, хоть и слишком поздно. Но понял. Видимо, ей это не понравилось и она сорвалась с цепи.       Мне даже страшно подумать, сколько Паймон одурачила путешественников, которые что-то потеряли в этих краях.       Страшно представить, сколько в её брюхо попало органов, костей, мяса простых людей после того, как они попадали в разные ловушки.       Это просто жуть.       Тело этого демона неподвластно любому оружию и элементу. Руби его хоть топором, хоть заряди по её голове здоровенным камнем—она будет живой. Поэтому единственный выход—бежать. Бежать и молиться звёздам, чтобы оно тебя не достало.       Как только она заговорит с тобой—смело скажи себе: пока. ---страницы вырваны---       Кажется, Паймон ползёт за мной. Она материализовалась из тьмы с ужасно громким и страшным бульканием. Жрать пришло время… --- ОНО СДИРАЕТ КОЖУ С МОЕЙ ГОЛОВЫ!!! ---страницы вырваны--- --- Мьоьмоьоммммм ььомььмьмомьомьомом ---       Два искателя приключении обменялись взглядами после прочтения данного дневника. Они не могли поверить, что со знаменитым путешественником приключилась такая беда. Эта беда была жуткой, от которой сводило жилы. Такую участь не пожелаешь даже врагу. —Однако! —воскликнул Беннет, почёсывая затылок.—Как же всё-таки это страшно: остаться одному в тёмном месте и сойти с ума! Надеюсь, моё невезение не будет таким…невезучим, как у путешественника. —Знаешь, я что-то передумал путешествовать…—промямлил его товарищ Хайсон, ученик самого Варки—легенды Мондштадта.—Наверное, уйду просто в повара либо в Долю Ангелов, либо к Саре. Платят хорошо—и на том спасибо.       У их ног потрескивал костёр, на костре варился луковый суп. Над их головами грозно высились горы Разлома. Сразу после прочтения дневника стало неуютно. Оба решили: как только встанет Солнце—они уйдут отсюда.       Вдруг некто сзади хлопнул по плечу обоих. —Эй, привет! Беннет, а кто это с тобой?       Парни как по команде обернулись и сразу перевели дух. —Обалдеть! Гляди! Это же Итер собственной персоной, путешественник Тейвата, друг, как же я по тебе соскучился! —воскликнул Беннет и крепко обнял гостя. —Соскучился? И я.—улыбнулся тот, неохотно освобождаясь из хватки Беннета.—Я подсяду к вам? Холодно нынче. И очень хочется есть. —Конечно-конечно! Сейчас у нас будет всё готово! Тебе хлеба нарезать? —Можно без хлеба.       Итер подсел к двум людям, которые варили ужин. Его запах привлёк его издалека. После долгих скитаний было неплохо подкрепиться. Он начал ждать. Пристально ждать.       Хайсон кинул в луковый суп тушёнки и аккуратно помешал. Аромат стал ещё лучше. —Консервы?       Мужчина кивнул. —Я знаю прекрасную шутку про консерву. Хотите, расскажу? —Нет, не до шуточек нам сейчас.—отказался Хайсон. —Да ну твои шутки, ты посмотри, что мы нашли! По этой книге можно ужастик снять!       Беннет с радостью рассказывал о том, какие о путешественнике пишут блокбастеры, протягивая ему дневник. —Я думал, ты погиб! Какой кошмар! А ведь всё так реалистично написано! Страницы вырванные эти, капли крови, перечёркнутые слова, отпечатки пальцев, прям ух! Интересно, кто же автор? —Видимо, про мою кончину писали не самые добрые люди, ха-ха. А автор предпочёл остаться просто анонимным. Э… Погоди-ка, перелистни вперёд. Что?.. Я не смог отодвинуть какой-то камушек, который преградил мне путь? Какая чушь. Всем известно—если нужно, я обращу весь Тейват в труху! — Какая самоуверенность и мощь! Мне бы стоило у тебя поучиться! Ты же меня научишь, а? —Вне всякого сомнения. У нас с тобой теперь много свободного времени, я решил отложить путешествие немного на потом. Всё равно моя сестра никуда не денется, я её достану из-под земли. Так… Напомни мне, какой у тебя Глаз Бога? —Пиро. —Пиро… М-м-м. Полагаю, костёр ты разжёг с помощью него, не так ли?       Пока Беннет говорил с Итером, Хайсон осторожно и незаметно отползал прочь, пытаясь не спровоцировать то, что видел перед собой.       Он пока что единственный, кто заметил, что у путешественника не было рюкзака.       Он единственный, кто заметил, что Итер смотрел не на протянутый к нему дневник, а на него.       Он единственный, кто заметил, как тот скалит острые зубы не в улыбке, а в злобной ухмылке.       Он единственный, кто заметил, как в мгновение ока иногда происходит сбой реальности. Иногда волосы путешественника на долю секунды становятся белыми, а золотые глаза—полностью чёрно-синими.       Он единственный, кто заметил на траве вырванную страничку из дневника, которая могла бы пролить Беннету свет на то, что происходит, будь он более удачлив.       «Оно может принимать множество обличий, я уверен, что она и была Асмодей.       Оно прекрасно знает, что я ищу тебя.       Оно прекрасно знает, что несмотря на то, что ты полностью на стороне Бездны, ты скучаешь по мне и хочешь меня видеть.       Поэтому оно может принять и моё обличие, чтобы одурачить тебя и других.       Пожалуйста, будь осторожна и предупреди всех, кого можешь!»       Теперь обречены и они.       Беннет никогда больше не будет в своём уме.       А его друг не уверен, что проснётся живым, как только начнёт восходить Солнце.       Он знает слишком много.