Забери меня пьяную домой

— Вы серьёзно хотите в таком состоянии сесть за руль? — Подбирает выпавшие из рук блондинки ключи. Она ещё издалека увидела неуверенно идущую к своей машине женщину. Надо же, девушка не думала, что Тутберидзе, конечно она её узнала, трудно не знать личностей такого масштаба, может так пить, всегда казалось, что блондинка вообще практически не употребляет. И сейчас наблюдая матерящуюся, в поисках ключей от машины, женщину, решает, что сесть за руль ей не даст. — Идите куда шли. — Нервно, чуть растягивая слова, бросает блондинка, пытаясь забрать ключи. — Я то пойду и скорее всего дойду, куда шла. А вот вы, куда и доедете в таком состоянии, это ближайший столб, хорошо ещё если не покалечитесь сами, или не покалечите других, или не дай бог с летальным исходом. Оно вам надо? — Резонно замечает брюнетка, засунув ключи к себе в сумку. — Тебе то какое дело, что со мной будет? — Как-то устало и даже обречённо. Что же у вас случилось, что стало наплевать на себя? — Совесть моя чиста будет. — Достаёт телефон. — Давайте я вам такси вызову и вы спокойно доедете домой. Диктуйте адрес. Блондинка не спешит с ответом, то ли надеется забрать свои ключи и вопреки здравому смыслу уехать на своих колёсах, то ли не хочет говорить адрес, мозг хоть и пьян, но такую информацию не выдаёт. — Ой, да больно надо знать, где вы живёте,— хмыкнула брюнетка, — вызывайте тогда сами, если по буквам попадёте. Достав свой телефон и чудом его не уронив, женщина исподлобья смотрит на чуть нахальную девицу. Так с ней никто не позволяет себе разговаривать. Да и ситуация сама по себе неординарная. Она и правда в жизни практически не пьёт, не считать же за пьянство один бокал вина раз в столетие. С чего сегодня душа попросила таких возлияний? Да не было конкретной причины. Наверное накопившаяся усталость от всего, проблемы, которые не заканчиваются никогда, какая-то странная жалость к себе, вылилось в то, во что вылилось. И вот сейчас она стоит рядом с незнакомой девушкой, которой не всё равно. А могла бы и мимо пройти. Милая, правда остра на язык, с бездонными, широко распахнутыми глазами, ещё совсем молодая, пытается вразумить старую, внутренне разбитую тётку. — Я вызвала такси. Довольны? — Перескакивая с «ты» на «вы», не зная на каком обращении остановиться. — Можно мне теперь мои ключи? — Протягивает свою изящную ладонь. — Неа, — мотает головой брюнетка. — Я вам их отдам, а вы чего доброго всё же усядетесь за руль. Подожду когда такси приедет, тогда верну. Вот же упёртая. Дел что ли своих нет? Контролирует, как будто я маленький ребёнок. А она мне кто? Красивая какая… — Ваша карета прибыла. — Вырывает из мыслей голос брюнетки. Сфокусировав взгляд, женщина видит, как девушка открывает заднюю дверь, приглашая присесть. — Возьмите, — протягивает ключи, когда блондинка села в машину. — Всего хорошего. Девушка уже собиралась уходить, как крепкая рука хватает её за запястье и втягивает в салон. — Поедешь со мной. — Всё ещё держа брюнетку за руку. Девушка не вырывается, не возмущается, но взглядом даёт понять, что руку надо бы отпустить. — То вы не хотите называть свой адрес, то тащите с собой.— Скрещивает руки на груди. — Я вам кто, собачонка бездомная? — Прости, я просто… - И правда, зачем она потащила девушку с собой? Захотелось компании, чтобы перестать себя чувствовать одинокой и никому не нужной, забыться, хоть на время? И готова хвататься за первого попавшегося человека, кто проявил к ней человеческое участие. Этери, да что с тобой? Ты жалкая. Отпусти девчонку, она тебе ничего не должна. Уж точно не залечивать твои душевные раны. — Можешь идти, я тебя не держу. — Резко бросает блондинка, за злостью пытаясь скрыть свою уязвимость. Машина так и стоит на месте. Видимо таксист попался привыкший ко всему и терпеливо ждал, чем дело кончится. — Поехали уже, — бросает девушка водителю, прекрасно улавливая, что женщина нуждается в ней, ну может не именно в ней, а в человеке, что выслушает и просто побудет рядом. Сейчас она видела настоящую Этери Тутберидзе, без всех её масок. И то, что видела не вызывало жалости. Сильные женщины тоже имеют право побыть слабыми. Хоть иногда. Всю дорогу, время от времени блондинка поглядывает на брюнетку, пытаясь понять, почему та осталась? Пожалела, или чисто по доброте душевной решила до дома доставить? В любом случае с ней было на удивление комфортно. — Ну, вот вы и дома. — Стоя у подъезда, говорит девушка. — Надеюсь остаток вечера пройдёт спокойно. — Хочешь зайти? — Уже не решается тянуть силой как в такси. — Вы тащите к себе домой девушку, которую видите первый раз в своей жизни? — Картинно удивляется брюнетка. — А вдруг я маньяк, или воровка? — У меня нет сил на долгую прелюдию, — чуть пошатываясь направляется к входной двери. — Хочешь, пойдём, нет, я тебя не держу. А вы очень необычная женщина, Этери Георгиевна. И неужели настолько одиноки? Следуя за блондинкой, думает девушка. — Да твою же мать! — пытается попасть ключом в замочную скважину Тутберидзе. — Давайте я, а то мы тут до утра торчать будем. — Забирает ключи и ловко открывает дверь девушка. Войдя в коридор, женщина за что-то цепляется и практически падает, если бы не руки девушки, несмотря на всю её хрупкость, хватка была крепкой. Прижав к себе блондинку, поднимает голову, а взглядом цепляется за чуть приоткрытые пухлые губы, отчего неосознанно сглатывает. Женя, с ума сошла! О чём ты думаешь. Это же Тутберидзе. Давай ещё начни её целовать, вылетишь отсюда быстрее ветра. Осторожно отпустив блондинку, отходит на пару шагов. — Спасибо. — Снимает пальто и бросает его прямо на пол, держась за стену пытается разуться. — Проходи. — Справившись с обувью направляется вглубь квартиры. — Хочешь выпить? — Как только девушка зашла следом на кухню. — Нет. И вам бы не стоило. — Забирает из рук бутылку вина и ставит его обратно в шкаф. — Я тебя не спрашиваю, что мне делать. — Достаёт обратно. — Я же могу и разбить его, — снова выхватывает бутылку из рук блондинки, — но пить сегодня я вам больше не дам. — Да кто ты вообще такая, чтобы мне что-то запрещать? — Закипает женщина. — Вы меня сами к себе притащили, — в голосе и в глазах у девушки каменная твёрдость, — так что терпите теперь. — Вам не выпить нужно, а выговориться, — убирает вино подальше с глаз. — Готова побыть таким себе попутчиком в купе поезда. И если уж вам надо что-то пить, давайте чаю. По хозяйски подходит к чайнику, включая. И блондинка подчиняется, осознанно или нет, для неё сейчас неважно. И они говорят, точнее в основном говорит женщина — о проблемах, усталости, одиночестве. О том, что никогда в жизни и никому не рассказала, будь она трезва. А этой девочке почему-то захотелось открыться и сейчас совсем не хотелось думать о последствиях. — Вы уже засыпаете, — смотрит на блондинку , что практически клюёт носом. — Давайте, ложитесь спать, пока за столом не уснули. — Что? — Пытается уловить действительно засыпающим мозгом, о чём ей говорит девушка. — Точно нужно спать. — Чуть улыбается брюнетка. — Да, наверное ты права. — Пытается подняться, но ноги отказываются держать. — Я провожу,— приобнимает за талию. — Показывайте куда идти. С виду худая как тростинка, а попробуй дотащи. Я веду в спальню саму Тутберидзе. Афигеть! Губу то закатай, Жень, можно подумать тебе что-то светит. Дойдя до кровати, укладывает на неё блондинку. Надо бы снять с неё вещи, такое себе удовольствие спать в джинсах. Но не решается сделать это. — Вам бы раздеться, — тормошит практически уснувшую женщину. — Утром всё болеть будет, если уснёте так. Девушка ожидала чего угодно, но не того, что блондинка приоткрыв глаза, дёрнет её за пояс джинс, укладывая на себя и напористо поцелует. У Жени перехватило дыхание, было ощущение, что она тоже резко стала пьяной, настолько мозг затуманился. И она ответила на поцелуй, в какой-то момент даже перехватив инициативу. Руки женщины скользили по спине девушки и забирались под кофту, надавливая и чуть царапая ногтями. Безумие и страсть разгорались как сухостой на ветру. Но когда женские губы спустились на шею, а зубы слегка прикусили нежную кожу, брюнетку это отрезвило. — Не стоит. — Отстраняется девушка и тяжело дышит. — Ты против? — Смотрит блондинка горящим взглядом. И она настолько прекрасна — с чуть спутанными волосами, заметным румянцем, зацелованными губами, с глазами, в которых плещется возбуждение, что хочется послать всё к чёрту и переспать с ней. Но… — Не в этом дело, — поправляет волосы и одежду. — Вы пьяны, я трезва. На утро вы обо всём пожалеете. А мне бы этого не хотелось. Я лучше пойду. Спокойной ночи. И не дожидаясь, что ей скажет женщина, быстро выходит из спальни и из квартиры. *** — Этери Георгиевна, у нас сегодня журналисты, вы помните? — Вырывает из мыслей Даня. — Помню. — Передёргивает плечами. — Когда уже спокойно можно будет поработать, а не под вечным наблюдением? — Вопрос не ко мне. — Улыбается Глейх, разводя руками. — Ладно, потерпим. — Отпускает парня и снова уходит в свои мысли. А там события трёхдневной давности и девушка, с бездонными омутами глаз. Несмотря на то, что она была пьяна, прекрасно помнит всё, что происходило. И безумие, накрывшее в спальне тоже. Хотела ли она конкретно её, или всему виной алкоголь и длительное отсутствие секса? Не знает и теперь уже не узнает. Но о девушке думает. Хотя даже имени её не спросила. Вот и журналисты. Что ж, Этери Георгиевна, иди свети лицом. Видит как оператор настраивает камеру. Он что, один будет? Где человек с микрофоном? Стоило ей лишь об этом подумать, рядом с оператором появилась девушка, и Этери малодушно захотелось сбежать. — Здравствуйте, Этери Георгиевна. — Бездонные омуты смотрят прямо в душу. — Меня зовут Евгения и мы сегодня вам будем немного «мешать» работать. — Улыбается во все 32 девушка. А Этери готова под землю, точнее под лёд провалиться. Но Женя спокойна, улыбчива, доброжелательна, ни взглядом, ни словом не намекает на их более близкое знакомство. Тренировка проходит нервно, хоть Этери и пытается себя держать в руках. Но присутствие Жени выбивает почву из-под ног и лёд из-под коньков. Журналистка, надо же было нарваться именно на журналистку. У неё сейчас на руках такой материал, что можно за дорого продать. Но прошло уже 3 дня, а нигде ничего не всплыло по типу — «Заслуженный тренер напивается в стельку, тянет к себе домой молодую девушку и чуть ли не трахается с ней». Может она порядочная? Этери, порядочный журналист, это мифическое существо. Если она до сих пор это никому не слила и сама не опубликовала, что же она потребует за молчание? Денег? Еле дождавшись окончания тренировки, блондинка практически сбегает в свой кабинет. Где расхаживает из угла в угол и думает как выбираться из дерьмовой ситуации. От тяжких мыслей отвлекает стук в дверь. — Можно войти? — В проёме двери показывается причина её размышлений. — Да, входи…те. — Сбивается Этери. — Этери Георгиевна, я видела как вы были напряжены и хочу сказать, что вам не стоит меня бояться, — улыбается мягкой улыбкой Женя. — Всё, что было сказано «попутчику в купе поезда», там и останется. Порядочные журналисты ещё существуют, хоть это и вымирающий вид. Женя смотрит так открыто, улыбается так искренне, что Этери не может не улыбнуться в ответ. — Ты прям читаешь мои мысли. — Так и продолжает с улыбкой смотреть на брюнетку. — Я способная. — Смеётся девушка. — Давайте нормально познакомимся, — протягивает руку. — Я, Женя. — Этери, — пожимает девичью ладонь, ощущая мурашки, рассыпающиеся по телу и лёгкое смущение. И две пары глаз неотрывно смотрят друг на друга и две ладони не спешат разрывать телесный контакт. И обе чувствуют, что это начало чего-то нового и важного. Но это уже совсем другая история.