Sem freios

София проснулась от дуновения прохладного океанского бриза, растрепавшего белые полупрозрачные шторы. Она поежилась и ближе прижалась к мужскому телу, а затем почувствовала, как ее укрыли одеялом. - Мы вчера забыли закрыть балкон, - прозвучал над ухом тихий, глубокий, как у льва, голос. - Ничего, ты теплый, - пролепетала блондинка и вдохнула аромат его кожи, проведя ладонью по крепкой груди – все еще не верила, что он жив. – Какие планы на сегодня? – глянув на Доминика снизу вверх, спросила девушка. - Как и обещал, покажу тебе город. Потом сходим на пляж, а вечером встретимся с остальными. - Я им не нравлюсь, - заявила она и вновь уткнулась ему в ключицу. - Глупости, - Дом потрепал ее по голове, как будто успокаивал капризного ребенка, и перевел тему. – Есть хочешь? Мороз сразу оживилась и приняла сидячее положение. - Хочу. Поведешь в кафешку? - Лучше. Мужчина поднялся с постели и вышел из комнаты, уже через мгновение вернувшись с подносом. Девчонка с несколько секунд удивленно смотрела то на него, то на Ника. Он сел рядом на край кровати и вручил Соне чашку ароматного кофе, а тарелку с чем-то похожим на чебуреки поставил на кровать. - Торетто, это же не в твоем стиле, - с недоверием в голосе произнесла она. Слишком уж ошарашило ее поведение Дома, совершенно ему не свойственное. - Хотел тебя порадовать, - просто ответил он, сделав глоток кофе из своей кружки. - У тебя получилось, - улыбка от уха до уха расцвела на девичьем лице. – Впервые попробую настоящий кофе и какие-то бразильские мини-чебуреки. Торетто рассмеялся. - Это пастел. Как русские пироги, только теста меньше раза в четыре, и в качестве начинки не капуста, а моцарелла и креветки. - А сейчас в программе заметка о бразильской традиционной кухне, -произнесла София, изображая ведущего новостей. – Ну, давай попробуем ваши эти пастели. Она откусила немного и, промычав, закатила глаза от удовольствия. Доминик, ожидавший ее реакции, довольно усмехнулся и тоже принялся за еду. - Еще кое-что, - отставив пустую посуду на прикроватную тумбочку, начал он. Соня убрала волосы за уши и устремила заинтересованный взгляд на мужчину. – Я должен извиниться за то, что втянул тебя во все это. Несмотря на то, что во время этих сумасшедших «каникул» блондинка испытала весь спектр эмоций от восторга до ярости и побывала в ситуациях, которые всю жизнь старательно обходила стороной, сейчас она видела в глазах напротив раскаяние, из-за чего хотелось просто обнять мужчину и сказать, что ему не за что извиняться. Однако она постаралась придать лицу серьезный вид. - Да уж. Так часто мне еще никого не приходилось спасать. - Я должен был тебя защищать, а не наоборот. Сквозившая в его голосе вина не оставила Софии и шанса на сохранение строгости. Она порывисто обняла его и прижала к себе, не говоря ни слова, надеясь, что он и так все поймет. Девчонка поглаживала чужие плечи и чувствовала крепкую хватку на своей талии, а после оказалась без труда приподнятая и усаженная на колени Дома. Блондинка чуть отстранилась, не размыкая объятий, но тут же была притянута ближе, а в следующее мгновение почувствовала горячие сухие губы на своих. Торетто целовал требовательно, по-хозяйски, но все же нежно, и не разомкнул поцелуя, даже когда одним незамысловатым движением уложил девушку на кровать, подмяв под себя. В низу ее живота мучительно-сладко разливалось желание, из-за чего щеки сразу порозовели, а дыхание стало тяжелее. Какие бы аргументы против Мороз не приводила у себя в голове, тело неизбежно желало Доминика. Она инстинктивно прогнулась в пояснице, прильнув к обнаженному мужскому торсу, руками блуждая по его спине, пока он опускался губами ниже, заново изучая ее. Дом бесцеремонно разорвал легкую светлую рубашку, ставшую на его пути, и вскоре опустился на колени перед кроватью, подвинув Соню к себе за ягодицы и сняв тонкие трусики, чем вызвал волнительный вздох. Он безошибочно нашел ловким языком чувствительный комочек нервов, обвел его вокруг и втянул, посасывая, в рот, доводя девушку до исступления. Мелко дрожа, она приоткрыла рот в немом стоне и неосознанно сжала в ладонях простынь. Добившись желаемого, Торетто вновь навис над ней, ласкаемый девичьими юркими пальцами сквозь ткань боксеров, а в следующую минуту оказался снизу, когда Мороз уверенно оседлала его бедра. Она победно улыбнулась в ответ на его усмешку и устранила последнюю преграду перед соединением их тел. Полностью приняв в себя твердую плоть, девчонка блаженно закатила глаза и начала двигаться, проводя ладонью по мужской груди, едва задела ареолы подушечками пальцев, дразня Доминика. Тихий низкий стон прозвучал медом для ушей, возбуждая еще больше. Приподняв массивными руками ее ягодицы, Торетто азартно ухмыльнулся и резко вошел на всю длину, выбивая первый громкий стон. Притянув к себе блондинку, мужчина обнял ее за талию, лишив возможности вырваться, и продолжил вбиваться в юное тело, вновь и вновь получая в награду сладостные стоны. Дыхание окончательно сбилось, София беспорядочно целовала лицо Дома, то и дело попадая в плен его губ, пока не почувствовала, как он содрогнулся внутри нее. Она судорожно выдохнула в унисон с Торетто и оставила поцелуй чуть ниже мочки его уха. - Извинения приняты, - сбивчиво произнесла она, уложив голову на его плечо. Пейзажи Рио-де-Жанейро, конечно, восхищали. Этот удивительный город гармонично сочетал в себе высокие офисные здания и совсем маленькие забегаловки, необъятный океан и величественные горы, на которых возвышалась статуя Иисуса, роскошь и бедность. Доминик дал возможность увидеть все это своими глазами. Соня, казалось, совершенно не устала, хотя прогулка заняла чуть ли не весь оставшийся день. Она все также восторженно рассматривала каждый закоулок и удивлялась, когда видела новое экзотическое растение. Наконец, они подошли к небольшому бару почти на самом побережье, который был договорен местом встречи с остальными. У входа с Торетто уже в сотый раз кто-то поздоровался. - Извините, а вы не сфотографируете нас? – попросила блондинка знакомого Дома, однако он не понял ни слова, но обернулся, снова подойдя. Тогда Дом, тепло улыбнувшись и глянув на Софию, повторил ее просьбу на португальском, и парень с готовностью закивал. Настроив камеру на телефоне, девчонка вручила его ему и стала рядом с Ником. Он притянул ее ближе к себе, обвив рукой талию, и поцеловал. Послышался щелчок снимка и громкие восклицания бразильца, а после он вернул смартфон владелице. - Как сказать «спасибо»? – шепнула девушка на ухо Торетто. - Obrigado. - Obrigado! – крикнула вслед парню Мороз и последовала в бар за Домиником. В помещении хоть и было людно, но все равно ощутимо прохладнее, чем на улице. Семья собралась за большим столом с бутылками неизменной Короны. Между Ханом и Рамзи стояли два свободных стула, а напротив них, на столешнице, два пива. - Опаздываете, - как только они подошли, констатировал Тедж, глянув на наручные часы. - Сегодняшняя экскурсия по городу дала понять, что пунктуальность – последняя вещь, о которой здесь задумываются, - ответила Соня и подошла к стулу рядом с Торетто, но мужчина легко потянул ее за руку, вынуждая сесть к себе на колени. Этим жестом он дал понять всем присутствующим, что теперь она с ним, однако, судя по лицам семьи, они эту новость восприняли без восторга. - Какой план, Дом? – спросил Лю, чуть подавшись вперед, чтобы видеть лицо лидера. - Рейес отправился вслед за своим отцом, теперь мы можем наслаждаться жизнью, - пробасил Доминик, сделав глоток пива. - А Летти? – послышалось от Рамзи, и лицо Дома снова стало серьезным. Он сдвинул брови к переносице и со стуком поставил бутылку на стол, тяжело выдохнув. Мороз невольно напряглась, ожидая ответа, и почувствовала, как он притянул ее ближе, будто заранее знал, как блондинка отреагирует на его слова. - Она во Флоренсе*, - он достал из внутреннего кармана Глаз Бога и вернул Рамзи. – Туда просто так на машинах не приедешь, нужна помощь Хоббса. София до последнего надеялась, что стала для него важнее Ортис, и он не станет участвовать в ее спасении. Наивно. Ведь Летти – все еще часть его семьи. Девушка, не подавая виду, молча потянулась к бутылке Короны и сделала несколько глотков. ХХХ Доминик крепко спокойно спал, размеренно дыша и ни на секунду не выпуская Соню из объятий, однако к ней сон никак не шел. Она совершенно точно не хотела помогать в спасении Ортис, даже беря во внимание то, как много Летти значит для Торетто. Сердце Мороз упрямо твердило остаться, но под натиском доводов разума девчонка все-таки тихо улизнула из постели и, быстро переодевшись, спустилась в гараж, где завела новенькую Мазерати. Более не раздумывая, блондинка умчалась прочь, игнорируя мелькающие за окном пейзажи ночного Рио-де-Жанейро.