Два лица одного человека

Какая знакомая ситуация… Какая незнакомая перспектива.

Как только за Даней захлопнулась входная дверь, Женя повернулась в сторону Лизы. — Начнем по порядку. Куда смотрят власти и администрация? — Жень, они давно опустили руки. Если честно, я думала, что узнают, что приехали из Москвы, убийства поутихнут. Но видимо, это не наш случай. — Туктамышева развела руками, щёлкая каналы в поисках чего-то позитивного. — Егор, конечно, урод еще тот, мог руку на Нику поднять, но чтоб убить — не верю. — Что он вообще из себя представляет, Егор этот? — Он работал криминалистом. Не пил, был счастлив с Никой, пока не очередной труп за заставой около реки, — Лиза зажмурила глаза, вспоминать то, что было и как, было болезненно и по сей день. — Этой девочкой оказалась его сестра — Василиска. Она только в мед поступила учиться. Год отучилась и с ней расправились с особой жестокостью, — Женя рылась в телефоне, попутно внимая расскажу подруги. Открыла ссылку с найденой на днях группой и протянула Лизе. Та молча кивнула. — Вот его и накрыло. Из органов ушел по собственному. Вероника его сдерживала какое-то время, а потом начались ссоры. Но они настолько крепко любили друг друга, что она все ему прощала и терпела побои. — Блять. Это не первое убийство уже было, да? — Да. Расправа идёт с теми, кто идёт на психотерапию в основном. Женя, я не знаю. Я просто спокойно живу. И может, уже по возрасту пролетаю или рожей не вышла, — нервно рассмеялась Лиза, вставая со всего места и вышла на улицу. — Лиз, — Медведева села рядом с подругой на пороге дома и положила голову на плечо. — Кто из девочек, с кем мы учились либо в одном классе, либо в параллели, остался? — Туктамышева медленно повернула голову в сторону Жени. — Ты хочешь сказать, что своих не убирают? — брюнетка кивает. — И всех нас знают в лицо. — Да. Верно. Пойдем, школьный альбом в помощь. Будем составлять список, пока Даниил Маркович разгуливает по местном окрестностям, ознакамливаясь с местным колоритом. — За что ты его так любишь? Они заходят в дом. Медведева оборачивается лишь раз, почувствовав на себе пристальный взгляд. Она пересекается взглядом с Этери Тутберидзе и захлопывает за собой дверь. Тем временем Глейхенгауз приветствует местных оперов, что снуют туда-сюда, перешептываясь и переговориваясь между собой. — Даниил Маркович? — Глейх кивает. — Старший лейтенант Сергеев, — он пожал руку мужчине. — Жестоко с ней… — откидывая край черной пленки, заключает Даня, разглядывая труп. — Это ещё «обычно», — опер пожал плечами, заглядывая за спину Даниила. — Ну, она не сопротивлялась. Изнасиловали, задушили, а после перерезали горло, выбросили бездыханное тело. Только вопрос: почему не в водоем? — Не понял? — Обычно маньяк действует по принципу: насилует, душит, изощрения идут полным ходом, так, что личность не установить. Выкидывают в воду. На утро находим надутый шарик, — Глейхенгауз прикрыл рот рукой от таких подробностей и описаний действий. К такому жизнь его не готовила. Мужчина ходит туда сюда, пытаясь найти хоть какие-то следы ещё одного фигуранта. Но все безрезультатно. — Даня! Это обычная бытовуха, — крикнул криминалист-эксперт, подзывая его к себе. — Смотри, — он указал на следы от мужской обуви на грязи. — Судя по всему она не поделила что-то со своим Егором. Надо к нему наведаться. Он первый, кто попадает под подозрение, — Глейх кивнул. Перспектива пообщаться с живым человеком радовала куда больше, чем возиться рядом с мертвецами. «Мда… Женя бы тут облазила уже все вдоль и поперек.» — подумал про себя тот и ретировался с места происшествия. Направился по адресу, который ему дала Лиза. Подъехав к дому Егора, он остановил машину, но выходить не торопился. На дворе было какое-то движение. Он решил подождать. Облокотился на руль и стал наблюдать за происходящим со стороны. Даня видел, как женская фигура что-то говорит, активно жестикулируя руками, а после и вообще выходит из дома. Когда фигура скрыется за углом, Даня выходит и проходит во двор. — Живой кто есть? — осторожно ступает по щебёнке, оглядываясь по сторонам. — Хозяева! — на крыльцо дома выходит мододй парень. В одной руке сигарета, в другой — стакан. — Те чё надо? — Поговорить, — он протягивает ему удостоверение, тот фокусирует взгляд на буквах и кивает. — Знаешь ее? — Глейх протягивает ему фотографию девушки. Тот так и садиться на пороге дома, хватаясь за голову. — Знакома эта девушка? — Да…это жена моя, Вероника. Кто это сделал? Когда? — Вопросы здесь задаю я! — он присел на корточки перед парнем. — Когда ты видел ее в последний раз? И о чем вы разговаривали? — Вчера. Мы были на дне рождения общего знакомого. Витьки. Через две улицы отсюда живёт. После пошли в местный клуб. Там поругались. Она ушла…но я не убивал ее. Слышишь? Я не делал этого! — он поднимает на Даню голову, а в глазах застыли слезы. — Я не помню, как дома оказался. Проснулся, а ее нет. Думал ушла опять к матери. — Слишком складно говоришь. — задумчиво произнес Даниил, оглядывая двор. — Кто выходил из твоего дома только что? — Да мать это Вероники была. Ей я сказал тоже самое, что и тебе. — Не убивал говоришь…насиловал? — Ты в своем уме? — тот аж подскочил с места, но рука Дани вернула его обратно. — Чтобы я? Да никогда. Все по обоюдному согласию. — Проспись иди. Ты — первый подозреваемый, потому что видел ее последний живой. Не вздумай удрать. Хуже будет, — Даня покинул дом Егора. Отправился домой. Утро только началось, а он уже хочет обратно в Москву. — Жень, ты вообще здесь, нет? — выписвыя на листок имена девушек и парней, позвала Лиза. Медведева кивнула. — Кто эта блондинка, что так пристально смотрела на меня? — Туктамышева выронила ручку, от внезапного вопроса подруги. — Этери Георгиевна Тутберидзе…мать той, с которой ты вчера разговаривала, — девушка встала из-за стола и ушла на кухню, оставив Женю со своими мыслями наедине. Она посмотрела в окно, Этери продолжала стоять напротив ее дома, но с кем-то уже разговаривала по телефону. Холодок пробежался по девичьей спине. — Как мне с ней познакомиться? — кричит Женя из комнаты. Лиза тяжело вздыхает. Разливает по кружкам чай и возвращается к брюнетке. «Будет сложно, но возможно» — подумала Лиза. — Она сама при удобном случае познакомится с тобой. Диана наверняка вчера рассказал ей. Так что, жди, только за порог выйди, Этери Георгиевна тут как тут будет. Она глава нашей администрации и, соответственно, вся информация от ментов сразу к ней попадает. Она замкнута в себе…со всеми говорит только по делу, и только тогда, когда того надо ей, — Женя кивает и от задумчивости ломает карандаш. — Почему такое отношение Дианы к тебе? Ты вроде у нас за традиционные отношения или я чего не знаю о тебе? — посмеивается Женя, прокручивая в голове все возможные варианты, что приходят на ум. — Черт… — откидывает его в сторону. — надо мне к Егору наведаться, а то Дани долго нет. Не могу я сидеть на месте. — Дверь распахивается и в дом входит Глейхенгауз. Он лишь пожал плечами, когда обе девушки вышли его встречать. По взгляду мужчины Женя поняла, что особо порадовать пока нечем. Но рассказ от коллеги ждёт. — Не томи, Даня! — Женя нервно кусала губы, потому как ей было не ясно ровным счётом ничего. — Держи, — он положил на стол фотографии с места происшествия, а сам ушел в ванну. — Будут вопросы — отвечу, — Медведева вернулась за стол и стала просматривать снимки. — Слишком просто и легко с ней расправились, — шепнула Лиза, вычеркивая Веронику из их списка. — Неужели все же Егор? — Все возможно, куда она пошла, что было после ссоры, он не помнит. Как он оказался дома — тоже. На берегу реки следы мужской обуви. Я не вдавался в полноценный обыск без ордера, — заключил Даня. — Вечером, когда все будет спокойно с тобой туда поедем. Думаю, тебе будет на что посмотреть, — Глейхенгауз взял бумагу, где девочки что-то писали. Они подробно попытались объяснить ему что к чему. — У меня до вечера есть дело, — Медведева встала со своего места и пошла собираться. Ждать, когда Этери наконец попытается с ней связаться - времени не было. Ей нужно было с кого-то начать. И эта женщина подходила как никогда идеально. Лиза покачала головой, но промолчала. Медведева в свою очередь понимала, что сиди она дома, сдвигов не будет. Поэтому у Жени было два варианта: либо блондинка к ней подойдёт, либо уйдет. Но и так же брюнетку не подводила интуиция, что даже при таком раскладе их встреча состоится быстрее, чем она успеет подумать.