Растопить снег

Atlantis — Seafret

Сампо вдыхает в лёгкие прохладный ветерок, когда, наконец, выходит из тюрьмы. — Капитан, я вами впечатлён! Не то, чтобы я сомневался, что вам не удастся меня вытащить из этой тюрьмы, — Сампо лукаво улыбается. Гепард не разделял, кажется, его радости. Да и кто бы радовался, если бы вам пришлось поселить на время следствия у себя вора, который, кажется единственный, имел какую-то информацию о преступнике? Но нет, помимо информации этот парень будет помогать ловить его. Смешно, один нарушитель законов ловит другого. Бред. Только весь этот бред происходил с Гепардом. — У меня есть несколько правил. Коски делает вид, что надулся. Он, спустя почти полгода оказался на свободе, а тут снова какие-то правила. То, что Ландау взял его под свою ответственность ещё ничего не значит. Сампо не давал слезливых клятв и обещаний. Тем более не бросался в ноги Капитану, чтобы тот освободил его. Да и опять же, он уже распланировал свой побег. Возможно, он согласился только ради желания, которое Ландау мог выполнить. Гепард уже сделал десять шагов от участка, прежде чем обернуться к Сампо. Видя недовольный взгляд, тот всё же нагоняет блондина. — Первое и важное: ты должен быть у меня всегда на виду. Второе: ничего не красть. И под «ничего» — я имею в виду буквально ничего. И мне плевать, если у тебя клептомания или что-то в этом роде. — Ай, какого вы обо мне плохого мнения, Капитан. Я же говорил, что не страдаю клептоманией. Я выполняю заказы, я не вор, а наёмник. Вам бы не знать разности. — Тебе напомнить, то тебя поймали, когда ты воровал вино и сигареты? Сколько тебе заплатили за это? — Ай, каюсь, тут я конечно постарался. Гепард хмурится и возобновляет свой шаг. Сампо идёт покорно следом, всматриваясь в чужой профиль. — Третье правило: никого не водить. Мы будем жить в отеле, в одном номере, — Гепард загибает третий палец и посмотрел на своего «подопечного». Сампо по-кошачьи усмехается, на что Гепард, кажется беситься только больше. «Какой раздражительный», — думает Коски. — «Девушка что ли отказала дать ему?» На улице уже вечер, небо кроет тьма, где-то были рыжие пятна, а солнце почти зашло. Где-то уже были видны звёзды. На дорогах был местами снег, уже была поздняя осень. На деревьях не осталось и листочка, на дорогах ужасный гололёд. Периодически, Сампо приходилось резко поднимать руки, пытаться удержать равновесие и глупо смеяться, над недовольным лицом Капитана. — Почему ты так делаешь? — спрашивает Гепард, хватая парня за локоть, видимо устав, что тот постоянно поскальзывается. — Как «так»? — спрашивает Коски и наклоняет голову в бок, с какими-то горящими глазами. Гепард этого не понимал. — Ведёшь себя, как ребёнок. Сампо словно обидевшись, дует щёки. Гепард находит подобное странным, не понимая подобного поведения. Вроде, взрослый мужчина, а так странно себя ведёт. — Мы почти дошли, — констатирует факт блондин, смотря на больше здание отеля «Гёте». Сампо кивает, поднимая тоже взгляд. Отель изменился за полгода. Он не мог объяснить, как именно, атмосфера, словно какая-то другая. — Сколько здесь будем жить, Капитан? — Пока не будет решено дело, — отвечает Гепард, смотря на воришку рядом с ним. Сампо ухмыляется, наклонив голову в бок. — Теперь хочется, чтобы это дело никогда не закончилось. Ландау хмурится, не понимая, шутит тот или нет. — Завтра поедем к моему отцу. Глаза округляются, Сампо застывает на месте и смотрит на Гепарда, словно, тот сказал ему нечто ужасное. Хотя так и было, это было невообразимо безумно. — Зачем? Гепард открывает дверь в отель, а потом смотрит на воришку. Он не знал, как донести это до Сампо. Сколько себя Гепард помнил, ему всегда было важно мнение своего отца. «Ты — Ландау», — фразу, которую постоянно дети говорили, как мантру. Отец всегда был примером для них, всегда наставлял и был наставником. Они — грубо говоря «аристократы». С такими, как Коски, им никогда нельзя было вводиться. «Вы — Ландау», — имело несколько окрасок и кучу различных воспоминаний. Гепард не мог сказать, какими именно были эти краски. Он благодарен отцу за многое. Дал хорошее образование, воспитание, возвёл некоторые его внутренние стержни. — Мне надо с ним переговорить, а тебя одного оставить нельзя. Сампо не верующие смотрит на Гепарда, заходя внутрь отеля. — Переговорить? — уточняет Сампо. — Я могу узнать по какой причине? Ландау пихает того в спину, ясно давая понять, что не намеревается об этом говорить. Сампо оставалось лишь покорно идти под чужим давлением. Видимо, у всех Ландау есть какой-то заскок на доминантность. Коски был явно «счастливцем», ведь он знал лично старшую сестру Гепарда, про Рысь слышал от своих клиентов. С младшей Ландау желания знакомиться лично, не было. Стоило уточнить, что Сампо никто в их семье недолюбливает. Словно он какая-то грязь. Хотя, что можно было ожидать от Ландау? Сампо слышал о них давно, ещё, когда жил с мачехой. Она жила в административном районе и довольно долго, потом уже переехала в Заклёпкоград, а там уже в Камнеград. Сампо помнил, как они жили сначала именно в Заклёпкограде, именно тогда она забрала его из детдома. Ландау были в точности такие же, как описывала их мать. Они самоуверенные, гордые, считающие простых людей грязью. Сампо дал бы немного другое определение: упрямые, считающие, что они лучше других. За несколько лет беготни от Гепарда, он в этом убедился. Даже интересно, как сильно просьба о помощи ударила по самооценке этого парня. — Может, я лучше побуду с той же Пелагеей? — спросил Сампо, когда Гепард забрал ключи от их номера. — Вы вроде как ненавидите подобных мне, нарушителей покоя Белобога. Они оба поднимаются по лестнице на третий этаж, не проронив ни слова. Тишина начинала нагнетать, а напряжение между ними только росло. — Капитан, — тихо зовёт Сампо, разрушая безмолвие между ними. — Это как-то связанно со мной? Гепард игнорирует чужой вопрос, не собираясь пока давать на его ответ. Сампо приходится это принимать, им ещё жить в одном номере… Они уже поднялись на нужный этаж, когда Гепард внезапно взял Сампо за руку и втащил в их комнату. Грубо, Сампо успел лишь шикнуть, прежде чем Гепард закрыл его рот своей рукой. Их лица были близки. Ландау едва сдерживал отвращения, а Сампо находился в огромном шоке. Что это блин значит? А главное, как подобное понимать? За дверью слышатся шаги и разговоры. Коски не вслушивался, смотря на напряжённого Гепарда. Почему-то, Сампо нравился такой вид Гепарда, даже забавлял, хотя даже это не могло объяснить чужого поведения. Когда же всё стихло, Гепард отпускает воришку, а Сампо так и остался стоять, облокотившись спиной о шкаф. — И что это было? — Коски по-птичьи наклоняет голову и смотрит на своего «напарника». — «Полярная Сова» давно охотиться за теми, кто пытается её поймать. Ты чем меня вчера слушал? — Ландау возмущённо встряхнул руками и осмотрел номер. Двуспальная кровать, окно с видом на Административный Район. — Он убил уже трёх сотрудников, двое в больнице в тяжёлом состояние. — Я слушал, когда не спал, — невозмутимо ответил Коски, отойдя от шкафа. — И поэтому они решили отправить на это задание Капитана, который ни разу в жизни не ловил кого-то опаснее белки и разрешить ему взять наёмника, которому заплатили за молчание. Смешно, не находишь? Просторный номер, свежий чай, как же тошнило от этого. В воздухе витал запах цветов, кажется сирень, до ужаса было светло. Но если бы Сампо пришлось выбирать между этой комнатой и тюрьмой, он бы выбрал тюрьму с условием, что ему поставят кровать из комнаты. Сампо спал в подобных номерах всего трижды, каждый раз был из-за задания. Дорогие номера у него ассоциировались с работой, напоминая, что он никогда не сможет в них спокойно жить из-за своего образа жизни. — Тебя же поймал, — возразил Гепард, не отводя серьезного взгляда. — Ты знал, что тюрьма очень безопасное место? Там тебя навряд-ли достанут снайперы или другие наёмники? — с усмешкой подмечает Коски, садясь на довольно просторный бежевый диван. Он закидывает одну ногу на другую и локтём упирается на коленку. Его зелёные глаза блестят азартом, что заметно раздражало обладателя голубых глаз. Желание проехаться кулаком по чужому лицу было огромным. Но Ландау держался из последних сил, чтобы этого не сделать. — Ты будешь спать на диване. Теперь Сампо состроил обиженную гримасу, откинувшись на спинку дивана. Гепард, довольный реакцией воришки, присел на кровать. Коски отворачивается от Капитана, предпочитая того игнорировать. Между ними воцарилась тишина, прерываемая рёвом машин на улице. Каждый нашёл себе занятие до сна, Гепард в очередной раз перечитывал дело по «Полярной Сове», а Сампо перебирал книги в комнате. Вот она, казалось бы, идиллия. — Ты жил в Подземье с рождения? — внезапно интересуется Ландау, застав тем самым наёмника врасплох. — Товарищ следователь, с чего вдруг такие вопросы? Сампо захлопнул книгу, отводя свой взгляд на «надзирателя». Гепард задумчиво смотрит в бумаги, прежде чем ответить Сампо: — Вдруг ты был знаком с «Полярной совой» в Подземье. — Навряд-ли. И вновь тишина. Гепарда поражал холодный тон воришки во время разговора. Он его как-то задел этим? Плевать, им надо покончить с этим делом как можно быстрее. На тараканы этого вора нету времени. — Почему ты так уверен в этом? Сампо открывает книгу, проигнорировав чужой вопрос. Гепард хмурится, оставляет бумаги на кровати, а после поднимается и подходит к Коски. Его сильная рука ложится на чужое плечо, что Сампо невольно поднял взгляд от книги. — Я выполню любую твою просьбу, — напоминает он, а Коски откладывает книгу на стол и устремил свой взгляд прямо глазам напротив. — Ты мне всё ещё не заплатил. Информация отдельный товар. — Не много ли просишь за информацию? — Сколько заплатили. Сампо берёт руку Гепарда, снимая тем самым со своего плеча. Омерзение, кто-то второсортный коснулся, нарушитель законов и порядка Белобога. — Я уже не прошу заплатить больше, — добавляет Коски, отходя от Гепарда. Его взор устремился на вид из окна. Ослепляющие фары, огни уличных фонарей, в домах напротив ещё не погасили свет. Улица горела, гремела машинами и смехом подростков, жила в своём быстром темпе. Это всё стало таким привычным, что было даже скучно. Ничего нового. Всё было настолько ожидаемым, что хотелось продолжать бесить Капитана. Хотя это и было небезопасно. — Просто заплати мне столько же, сколько мне заплатили за молчание. Сампо качает головой, намекая Гепарду, чтобы тот не делал вид, что они друзья. Это неприятно и мерзко по отношению к обоим. — И я не обязан рассказывать о своём прошлом. Гепард молчит, похоже, приняв то, что ему сначала надо заплатить Сампо. Коски рад и такому безмолвному ответу, устраиваясь на диване. — Кстати про плату, когда заплатишь? — Завтра нам выделят эти деньги, и тогда заплачу, — отвечает Гепард, снимая свою форму. Сампо не упускает возможности лицезреть Капитана не в форме. Гепард Ландау без своей громоздкой формы выглядел довольно ничего так. Подтянутое тело, рубцов на бледно коже почти не было видно. Любая девушка на месте Сампо упала бы. И он понимал почему, Гепард мечта любой девушки. Голубоглазый блондин с модельной внешностью, ангел-хранитель. Гепард походил на клишированного героя сказок, но только внешне. Коски знал на самом деле Гепарда хорошо. Одинокий парень, будущий глава клана, пример достоинства и чести, который по выходным в баре утоляет свою боль и снимает свою усталость. Сампо его видел в таком состояние и не раз. Он выбирал всегда отдалённые столики, чтобы его никто не видел, сидел в толстовках и в капюшоне. Уставший и одинокий. Но всё так же презирающий «грязь», кем являлся Сампо. — Хорошо, Капитан-красавчик, — отвечает Сампо, прежде чем отвести взгляд на книжную полку. Сампо никогда бы не захотел связать свою жизнь с Ландау, но почему он тогда сидит здесь? Нет, Сампо ничего не чувствовал по отношению к Гепарду. Скорее, всё ради забавы. Сампо качает головой. Врать — это единственное, что у него хорошо удавалось. И все ведь верили в его ложь, даже он сам. — Я собираюсь спать, — ставит перед фактом Гепард, метнув взгляд на наёмника. — Я скоро тоже лягу, пока не хочу, — Сампо поднимает взгляд на Ландау. Тот не сильно довольный ответом, берёт из шкафа полотенца и уходит в ванную. Коски провожает его взглядом, прежде чем дверь в ванную захлопнулась. Звуки приглушает сильный напор воды из душа. Интересно, Гепард моется под таким же ледяным душем, как и его сердце? Или под горячим, чтобы попытаться растопить этот лёд? Сампо находил свои мысли забавными, это помогало немного развеять тоску. На самом деле ему было плевать, под каким душем моется Гепард. Он ни за что не поможет Гепарду растопить лёд. Гепард всегда был и будет таким. По крайней мере, с Коски он всегда будет таким. Сампо даже может и не мечтать о другом отношение к себе. За всеми этими размышлениями, Сампо не заметил, как всё же уснул. Завтра предстоял сложный день в доме Ландау…