Вендэль

В нашем мире нет логики. Совершенно. Прекрасное, яркое и процветающее в одно мгновенье может превратиться в кошмарное, ужасающее и катастрофическое. И самое ужасное то, что никогда не знаешь точно, когда это может произойти. Так же случилось и в тот день. Был солнечный, теплый день. Небо лишь немного было затянуто облаками. Я лежал на крыше одного здания возле местного рынка. Это было моим тайным местом: много информации я получал именно оттуда (пусть часто и недостоверную). Все произошло мгновенно: на какую-то долю секунды небо стало темным, и воздух пронзила яркая вспышка молнии. После, буквально из ниоткуда, появилось огромное лицо титана. Его рост превосходил пятидесятиметровую стену, которая защищала людей от ужасных монстров на протяжении долгих лет. Еще никто не мог толком сообразить того, что происходит – люди были в немом, паралезирующем страхе. Человечество познало до сели забытый страх – страх быть стертыми с лица земли. Даже после того, как этот неизвестный титан пробил брешь в стене, многие оставались неподвижны – ужас полностью овладел ими. Сквозь брешь стали пробираться титаны – сквозь брешь просочился настоящий ад. В тот день я впервые увидел этих безжалостных монстров так близко. Впервые я увидел, как эти человекоподобные куски мяса съедают людей. Мерзко. Ужасно мерзкое зрелище. Они хватают человека, крепко сжимают его в руке так, что не остается ни одной целой кости, потом, даже с какой-то противной наигранностью, отправляют его в свою огромную пасть. Они не жуют – сразу глотают. И это в лучшем случае. Я не сразу побежал к выходу. Для истории это был важный, переломный момент, который требовал тщательной записи. Вот ноги женщины, которая еще утром покупала апельсины своим детям. Вот безголовое тело мужчины, который днем спорил с торговцем. Вот руки подростка, торчащие из-под тяжелого камня, который запускал бумажный самолетик в прохожих. Я знал каждого убитого, съеденного человека. - Спасите… Прошу, помогите, - услышал я жалостную мольбу о помощи из-под обломков старого дома. Это был детский, грустный голосок. – Мама, мне страшно… Папа, мама, спасите… пожалуйста… Я остановился напротив разрушенного здания. Да, этот дом всегда был наполнен любовью и весельем. Здесь ссоры и грусть были весьма редкими гостьями. Они всегда были дружной, образцовой семьей. И вот, сегодня, все они были уничтожены. - Вендэль?

***

- Вендэль? – переспросил Аллен. – Это кто? - Мояши, ты молча сидеть умеешь? – раздраженно поинтересовался Канда. – Если нет, то я могу это исправить. - Я Аллен, БаКанда! - Началось, - вздохнул Лави. – Это мое имя, Аллен, - улыбнувшись, ответил историк, не давая вставить ответное слово самураю. - Вендэль? – еще раз уточнил Аллен. - Угу, - для уверенности, Лави даже кивнул. – Одно из первых. - Аа, понятно, - протянул парнишка. – О! А как же те ребята? Ну, о которых ты раньше рассказывал? И куда делся тот титан? - Не забегай наперед, Аллен. - А то скоро набегаешься, - многообещающе добавил мечник. Любопытство Аллена его порядком раздражало. Особенно любопытство с такими глупыми вопросами. - Ну, Юу, успокойся. - Не называй меня по имени, Бака Усаги! - Ладно-ладно, - согласился историк. – А титан исчез так же неожиданно, как и появился. Да и без того проблем хватало, - ответив на предыдущий вопрос, Лави натянуто улыбнулся. И, после небольшой паузы, продолжил.