Spider-Verse: Naruto

Иногда Саске попадал в ситуации странные, а в последние пару месяцев еще и опасные для жизни. Его фотоаппарат на шее был единственным оружием, но стрелял он только вспышкой. В кого стрелял? Да вот в скачущего меж зданий скрытного супергероя в черно-красном трико. Акробатические трюки на паутине мешали Саске сделать адекватную фотографию, а к ним еще и прибавлялись взрывчатки одного злодея, про которого Итачи собирается статью написать – Взрыватель, кажется. Саске следовал логике – взрыв может задеть костюм, тот сгорит, и ему удастся поймать в объектив лицо Человека-Паука. И тогда отец начнет воспринимать его как серьёзного журналиста, а не мальчишку, коим, в свои семнадцать лет, он в общем-то и являлся. Но для Саске возраст казался уже достаточно солидным, чтобы стоять прямо над взрывами, когда все уже давно разбежались. Поэтому, неудивительно, что здание, выбранное из-за хорошего обзора, начинает дрожать. Рациональные мысли предлагают спуститься с крыши, но это уже не важно. На крышу влетает Человек-паук, явно от очередной взрывной волны. Он врезается спиной и катится по бетону. Фотографии получаются размытыми. – Я засуну взрывчатку тебе в глотку, – суперзлодей тут как тут. В его руках пригоршни бомб размером с горошины, а выглядит он вообще как панк. – Странные у тебя фетиши, – напускно-бодро говорит Паук, вскакивая на ноги. Они замечают Саске вдвоем, как бы он не пытался пятиться к другому краю. Лицо злодея разрезает безумная ухмылка, а Паук кричит ложиться, но это было не обязательно. Потому что этот придурковатый Человек-паук сбивает Саске своим телом. Да, он спас его от смерти, но едва не разбил камеру! – Побудь здесь! – линзы мельтешат среди дыма. Саске привстает на локтях, переворачивается на живот – камера цела, и фиксирует последнюю фазу боя. Очередную порцию бомб-горошин Паук ловит в сеть, и отбрасывает в злодея. Дезориентированный, тот падает с крыши, но разбиться не дает цепкая паутина. Кажется, герой крепит его к стене дома, но у Саске что-то болит в спине, и немного неприятно дышать, чтобы доползти к другому краю и посмотреть. Он аккуратно встает, думая, что личность не узнал, но Итачи за эти кадры душу продаст. – У журналистов совсем нет чувства самосохранения? Фотоаппарат едва не выпадает из рук, и Саске кривится от боли в спине, но гордо поднимает голову на Человека-паука. Красные вставки практически потеряли цвет из-за сажи, и в некоторых местах видна кожа. Но не на лице. Сегодня явно не день Саске. – Ты мог бы не приводить Взрывателя сюда, – хмыкает Саске. Кажется, даже линзы Паука округляются от такой наглости, и он начинает нелепо размахивать руками. – Да ты-, я-, – Паук ставит руки в боки. – Я вообще мог не спасать такого сталкера как ты! – Такой себе из тебя герой в таком случае, – Саске запинается. – Я не сталкер! – Да я тебя не в первый раз вижу! – пожимает плечами Паук. – А потом фотографии с тех ракурсов появляются в «Учиха Таймс». А мне даже процент не капает! – Процент? Радуйся, что тебя не посадили! – Саске вешает фотоаппарат на шею. – Посмотри, что один твой бой сделал с целым кварталом. Человек-паук огляделся и нервно почесал щеку через маску. Дым шел из всего района, множество зданий было разрушены, а это ведь жилой район. – Я спас много людей, – предельно серьезно ответил он. – Если бы не было героев, то не было бы и злодеев, – парирует Саске. Паук вдруг хватает его за ремень фотоаппарата, и Саске цепляется за чужое запястье. За линзами не видно глаз, но чувствуется, словно его хотят ударить в челюсть. А Человек-паук поезда останавливает, удар у него, должно быть, отменный. Саске злится еще сильнее. – Ты мудак, знал это? Как бы там тебя не звали. – Учиха Саске, – выплевывает он в ответ. – Отлично, Саске, продай свои фотографии, и дальше думай, что я злодей. Он отталкивает его и прыгает с крыши, выпуская паутину в соседнее здание. Саске обязательно напишет в следующей статье, что Человек-паук надменный идиот.

***

Всю следующую неделю Наруто судорожно покупает выпуски «Учиха Таймс», но находит только фотографии боя со Взрывателем. Ни слова про его слова на крыше, а он знал, как журналисты могли бы их извратить. Он совсем не хотел, чтобы так вышло. Вообще-то, Наруто уже пару месяцев искал повод заговорить с этим фотографом, а увидев на крыше, и вовсе растерялся. Контузия от десятка взрывов не позволила придумать какой-то крутой подкат, так еще и красивое лицо было обманчиво – этот Саске оказался той еще сволочью. Впрочем, это не помешало Наруто всю неделю вспоминать его живые и цепкие глаза, и тонкие пальцы, сжимающие его запястье. Ему нужно было полетать. Цепляясь со здания на здание, пролетая сквозь грузовики, стоящие в пробке, и бегая по крышам вагонов, становилось легче. Он высматривал возможные преступления и слушал полицейское радио. Впрочем, это оказалось не важно – он буквально влетел в квартал с одним из банков, который взяли в оцепление полицейские. Наруто прыгнул к ним, оказавшись на крыше машины капитана Хатаке. – Как дела, капитан? – помахал рукой он. – Паучок, – Какаши аккуратно выглянул из-за машины. – Там Кукольник взял заложников в банке своими марионетками. – Дайте мне десять минут. Какаши ему доверял, единственный из всех полицейских, и Наруто подтянул себя на паутине к стене и заполз через выбитое окно, сразу перемещаясь на потолок. Он осмотрелся с потолка – к каждому клиенту и сотруднику банка были приставлены марионетки, которые держали их в мертвой хватке. Посередине около пяти марионеток грузили деньги в кейсы. Кукольника не наблюдалось, как всегда тот любил действовать дистанционно, чем очень раздражал следствие. И тут Наруто подумал, что сходит с ума. Одна из марионеток держала никого иного, как его сталкера – Саске, который ко всему прочему смотрел на потолок. Прямо на него. Да что ж такое. Хотя, можно воспринимать это как повод показать, что он и вправду герой. Марионетки неповоротливы, но смертоносны. Впрочем, они были бесполезны, как только попадали в паутину. Не стоило больших усилий с потолка зацепить паутиной всех марионеток, держащих людей. Он вздернул их к потолку, а вот с остальными пришлось повозиться. Бросив деньги, пять марионеток обнажили огнестрельное оружие из рук. Наруто как мог уклонялся от пуль и уводил их от гражданских. Краем глаза он видел, что Саске аккуратно пытался выводить всех к выходу, прячась за стойками и столами. В какой-то момент Кукольник это заметил и марионетки переключились на них. Едва успев спасти людей, Наруто поймал пулю в плечо, но смог разбить марионеток, уже перейдя в рукопашный бой. Все были успешно эвакуированы. – В следующий раз показывайся сам, трус! – крикнул он в лицо одной из марионеток, прежде чем разбить ее ногой. Он залепил рану паутиной, спешно пожал руку Какаши, и сбежал в переулок восстановить дыхание. Он прицепился к стене, буквально сев на нее. Несколько пуль оставили царапины, но, кажется, в плече прошла насквозь. Возможно, даже не придется идти к Сакуре. – И почему ты сбежал от общего обожания? Наруто вдруг порадовался, что не снял маску, а лишь поднял ее до носа. Саске стоял рядом, и Наруто даже немного сполз вниз, чтобы их лица были на одном уровне. – Пришел за эксклюзивом? – Наруто хотел откусить себе язык. – Хн, – Саске обвел его взглядом. – Фотоаппарат забыл. Это было странно для журналиста из «Учиха Таймс», и Наруто не нравилось, что его губы расплылись в теплой улыбке. Возможно, Саске был не такой уж и сволочью. – Спасибо, что помог вывести людей, – Наруто встал на ноги и протянул здоровую руку. – О, – неловко замер Саске. – Ну, а ты… нормально справился, – он пожал руку. Наруто рассмеялся и не заметил, как крепче схватил чужую руку. Даже через костюм она казалась холодной. Саске странно смотрел на него, а потом опустил взгляд на плечо. – Выглядит хреново. – Послезавтра заживет, не переживай, – подмигнул Наруто, и понял, что за линзами всё равно не видно. К счастью. – Я не переживаю! – не будь здесь так темно, Наруто бы показалось, что Саске покраснел. Руку постарались забрать, и Наруто только осознал, что все еще не ослабил хватку. Он отпустил и еще глупее рассмеялся. – Ну, я пойду, – он запустил паутину наверх. – Полечу? Эм, до встречи? Саске проводил его скорый побег по воздуху цепким взглядом, и Наруто хотел убиться о ближайшую стену высотки. Он был ужасен.

***

Вроде бы, Саске наполовину близок к разгадке – ведь тогда, после неудавшегося ограбления он увидел пол лица Человека-паука. Но было слишком темно, и, кажется, удалось разглядеть какие-то полосы на щеках. Саске не был уверен. Впрочем, через время он смог увидеть их достаточно четко. Спустя две недели он сидел на крыше не очень спокойного квартала, оказавшись здесь по какому-то посту в социальной сети, где писали, что полчаса назад тут был Паук. Конечно, с его скоростью угнаться было невозможно, но Саске был здесь, и ужинал каким-то бурито, купленным внизу. По крайней мере с крыши открывался отличный вид на закат. – Ты даже мой любимый ресторанчик знаешь? Саске едва не подавился курицей, обернувшись. Человек-паук присел рядом. Сегодня поверх костюма на нем была черно-желтая куртка, и он снял капюшон. В руках его был такой же бумажный пакет, из которого сейчас ел Саске. – Не зазнавайся, это совпадение, – хмыкнул Саске. – То есть ты здесь не следишь за мной? – Паук шутливо толкнул его локтем. Крыть было нечем, из-за чего Человек-паук опять рассмеялся. Его смех был тем, что иногда навещало Саске в не очень приличных снах. Как может так легко смеяться человек, ежедневно рискующий жизнью? Всё больше Саске хотел узнать героя не для издания, а из-за обычного интереса. Паук поднял маску до носа и начал жевать бурито. В закатных лучах и вправду проглядывались какие-то шрамы. Саске понял, что пялится, когда линзы уже смотрели на него. – Сфоткай меня, – Паук вдруг сел в позу лотоса, развернувшись к нему. – Что? – растерялся Саске. – Контент! – он улыбнулся, размахивая бурито. – Давай, у тебя крутые фотки. – Ты видел? – Саске предательски краснел. – Специально ищу твои работы. Он спрятал смущение за объективом. Герой показал знак мира двумя пальцами, на его лице были крошки от бурито, а кофта в чем-то запачкана. Казалось, такой неряха не может спасать десятки людей за вечер, и не должен общаться с обычным фотографом. Саске не выставил это фото никуда, но Паук начал всё чаще находить его сам, иногда принося еду, в другой раз они просто болтали. Он давал себя фотографировать в глупых позах, и Саске поймал себя на том, что каждый вечер просматривает получившиеся кадры, совсем непозволительно улыбаясь, словно влюбленная школьница. Он таким не был! Впрочем, он признался себе, что общество Паука не было… раздражающим. Профессионализм Саске трещал по швам. Поэтому, когда он услышал про заварушку на Таймс-Сквер, и будучи в квартале оттуда, Саске мигом ринулся в центр города. Территорию уже оцепили и никого не пускали, но Саске знал лазейки – он прошел меж зданий, покрепче сжимая фотоаппарат, и едва не упал от взрыва. Дела были плохи. Тут и вправду был Человек-паук, а против него Взрыватель и Кукольник собственной персоной. Десятки марионеток, которые иногда взрывались – ужасные соперники для Паука. Волнение захватило Саске. – Ты звал меня сам, Человек-паук, – слышался голос Кукольника. – Это было из вежливости! – кричал Паук, прыгая на земле меж марионеток, то им на плечи, то на спины, чтобы дезориентировать и обезвредить как можно больше. – Мы еще не закончили! – И как только Взрыватель сбежал из-под охраны? – Вы все такие настырные кавалеры, – дразнил их Паук, уклонившись от взрыва. Он вцепился паутиной в уже поврежденную взрывом машину и, замахнувшись, запустил ее в толпу марионеток. Бензобак взорвался при столкновении. – Страйк! – хлопнул в ладоши Паук. Это не очень понравилось злодеям, и к Пауку вышла какая-то громадная трехметровая кукла, оснащенная бомбами и огнестрелом. Прибывала полиция, и уже кружили вертолеты. Паук начал сражаться, а Саске видел, как злодеи хотят скрыться. Где-то стоял в оцеплении капитан Хатаке, часто с ними сотрудничающий, и Саске набрал его. – Саске-кун, мне вправду неудобно… – начал он. – Они уходят! Чем вы занимаетесь?! Он быстро рассказал ситуацию, и из вертолета показался спецназ, открыв огонь по тому месту, куда пытались сбежать Взрыватель и Кукольник. Это совершенно не облегчало бой Паука против верзилы. Казалось, эта кукла была непобедимой. Паутина ее едва ли волновала, и лишь прилетавшие в лицо автомобили как-то тормозили этого монстра. Недалеко от Саске стояла испорченная полицейская машина, и из ее бака вытекал бензин, создав лужу. Рядом удобно лежал брошенный табельный пистолет. Если кукла была набита взрывчаткой, то… – Паук! – никогда в своей жизни Саске не кричал так громко. Он выбежал так близко как мог, выстрелил в куклу, и его заметили. Не зря отец с братом в тир водили. – Беги, Саске! – верзила уже заметил нового человека, и Паук выстрелил в него паутиной, уперся ногами в асфальт, пытаясь задержать импровизированными вожжами. – Подведи его сюда! Паук колебался, но, наверно, что-то разглядев на его лице, отпустил куклу и ринулся к Саске. Он сразу закрыл его спиной, не расслабляясь ни на секунду. Он уже был сплошной открытой раной – каждый взрыв и каждая марионетка не проходили бесследно. Саске кратко объяснил план, и Паук кивнул. Подвезти верзилу к луже не составило труда, и Саске выстрелил в бензобак. Верзила загорелся. И в нем правда была взрывчатка. Их накрыло взрывной волной. Дышать получалось едва, и короткими вздохами. Саске пытался разлепить глаза, но в них будто песка насыпали. Над ним показалось ночное небо с кружащими вертолетами и дымом от огня. Он постарался сесть, вышло лишь с третьей попытки. Он понял, что сидел на развалинах, к счастью, не оказался погребен под ними. Впрочем, судя по паутине везде, можно было догадаться, что ему помогли. А Паучок… Саске вскочил, подавив крик боли в скорее всего сломанной ноге, и огляделся. Человек-паук лежал на боку в метрах десяти, и Саске медленно подошел к нему. Он аккуратно потянул за плечо, надеясь не задеть раны. Саске коснулся шеи, пытаясь найти пульс – тот слабо бился под дрожащими пальцами. Саске облегчённо выдохнул, и вдруг осознание свалилось, как гром среди ясного неба – маски не было. И за ним пристально наблюдали ясно-голубые глаза. – Я уж думал ты тут расплачешься, – через боль улыбнулся Паук. У него правда были шрамы – по три на каждой щеке, и Саске даже не заметил, как коснулся их пальцами. Светлая копна волос была испачкана в саже и крови. Да они же одного возраста, черт возьми. – Не очень презентабельно для фото? – пытался разрядить обстановку горе-герой. – Не очень, – согласился Саске, уже двумя ладонями обхватив чужое лицо. – Ты совсем не подходишь для образа Человека-паука в СМИ. – А для Узумаки Наруто? – улыбка уже стала почти расслабленной. – Наруто? – Саске распробовал это имя. – Да, для него в самый раз. – А Учиха Саске пойдет со мной на свидание? – Идиот, – выдохнул Саске в чужие губы и оставил на них практически отчаянный поцелуй. Наруто на вкус был как сажа и кровь, и даже постарался ответить, но, казалось, от усталости совершенно не мог двигаться. Ничего, подумал Саске, у них еще будут попытки. – Приму это за активное согласие, – каждое слово Наруто давалось с трудом, но он улыбался. Саске тяжело вздохнул, а Наруто, будто выполнив свою цель, уже терял сознание. У Саске было немного времени, чтобы скрыть чужое лицо, найдя остатки маски неподалеку, потому что спасатели наконец их нашли. Он сможет найти другую сенсацию для семейного издания. Эту Саске оставит себе.