Dark Madness

      Устало вздохнув, Сынмин захлопнул дверь квартиры. Голова опять болела, будто по ней стучали. Опять проблемы на работе и куча дурацких поручений. Что только не приходится делать ради того, чтобы достичь цели.       Встречать Джун ещё не скоро, но свободное время едва ли удастся потратить на отдых. Было одно но, мешающее насладиться минуткой безделья: квартира излучала бешеный шум, который слышал только он. Пройдя в комнату, Сынмин увидел привычную и потому не вызывающую удивления картину, наблюдаемую им уже на протяжении нескольких лет.       Самый молодой из присутствующих, восемнадцатилетний парнишка Хван Хёнджин развалился на кровати хозяев квартиры. Он листал каналы телевизора, часто останавливаясь на музыкальных по просьбе Хан Джисона, который в это время без умолку разминал свои голосовые связки. Улавливая знакомые отрывки из песен, он, устроившийся в кресле у входа, начинал громко подпевать. Повернув голову и заметив пришедшего владельца квартиры, певец даже не подумал остановиться. Лишь на секунду сбавивший громкость Джисон стал петь ещё громче, чем до этого, повышая свой голос чуть ли не до крика.       На подоконнике, как всегда в служебной форме развалился Ян Чонин, не обращавший на своих шумных соседей никакого внимания. Он смотрел в окно, и, казалось, просто отключил слух, продолжая неотрывно наблюдать за медленно падающим снегом.       В комнату сквозь стену проникла ещё одна голова.       -О, Сынмин, ты уже вернулся - чересчур приторно и заботливо поприветствовал самый старший из нарушителей спокойствия, Чан, и через мгновение вторая половина его тела тоже стала видна. Он прошёл в центр комнаты, приветствуя пришедшего парня.       -Вы хоть когда-нибудь можете быть тихими? - проворчал Сынмин, снимая верхнюю одежду и проходя вглубь квартиры, чтобы повесить её в шкаф около окна.       -Не-а - ответил Джисон и продолжил петь, а Хёнджин в знак поддержки прибавил громкости на пульте.       Не выдержав, парень выхватил у призрака пульт и выключил телевизор, но не прошло и пяти секунд, как эти двое переглянулись и начали орать уже в два голоса.       Сынмин обречённо посмотрел на Чана, но тот лишь невинно и немного виновато улыбнулся и начал кивать в такт звучащим голосам, словно дирижёр водя при этом рукой.       -Да что с ними сегодня? - не понимая такого чересчур шумного поведения, парень взглянул на свою последнюю надежду, силуэт у окна, находящийся сейчас к нему ближе всех.       -Лейтенант, а ты что скажешь? - он уважительно обратился к Чонину. Ему было около двадцати шести лет. А жизненный путь начался и завершился намного раньше, чем у остальных здесь собравшихся. Ровесник Джисона, он не был так молод и наивен в душе. Во взгляде и выражении лица отображались пройденные годы. Служебная форма была помята, а в районе живота растеклась и навсегда застыла рана от выстрела, теперь отдававшая синим цветом, как и всё его тело.       Чонин лениво оторвал взгляд от окна и посмотрел на парня.       -Эти дети никогда не поумнеют, повзрослей хотя бы ты.       Сынмин кивнул, решив для себя, что от Чонина он тоже ничего не добьется, а на задуманный отдых уже точно не стоит рассчитывать.       Схватившись за голову, которая и так до этого трещала, а сейчас и вовсе раскалывалась, парень громко проговорил:       -Ладно, - он сделал паузу, закрыл глаза, и, открыв их, оглядел каждого. Они продолжали шуметь, но всё же слегка насторожились, ожидая его дальнейших слов, - либо этот беспредел закончится и вы объясните мне его причину, либо я вышвырну вас отсюда.       Переглянувшись, трое ненадолго утихли, но тотчас же громко рассмеялись.       -Я не против полетать с окна - отозвался Хёнджин.       -Действительно, у тебя появились новые способы? - спросил Джисон со светящимися глазами. Внешний вид этого парня излучал энергию 90-х. Образ из простой футболки и джинсов завершали стильные очки той эпохи, бесполезные для призрака и потому сейчас находящиеся у него на волосах. Кроме очков привлекала внимание ещё одна деталь: сбоку на голове красовалась большая рана с давно застывшей и запёкшейся кровью.       Посмотрев в глаза Джисона, Сынмин поджал губы. Он твёрдо решил проучить этих ребят, изрядно пользующихся его добротой.       Парень прошёл на кухню и, немного подумав, остановил взгляд на одной из дверец шкафа. Достав оттуда спрей от насекомых, парень вышвырнул крышку, вернулся в комнату и угрожающе потряс баллончиком, направляя его перед собой.       -Кто первый? - эта ситуация его вымотала.       На лицах троицы отобразилось удивление. Чонин окинул взглядом присутствующих и скучающе повернулся обратно к окну.       -Спрей от насекомых? Ты что с ним делать собрался? - недоумевающе произнёс Чан.       -Гостей травить - вмешался Хван и разразился хохотом со своей дурацкой шутки. Джисон, оценив ее, тоже рассмеялся.       -Всё верно - спокойно ответил Сынмин и, быстро подойдя к Хёнджину, брызнул ему в лицо.       Спрей прошёл сквозь цель, но потока воздуха хватило, чтобы глазные яблоки и челюсть последовали за ним. Они немного вышли из головы и только спустя время вернулись на место.       Парень заорал, закрыл лицо руками, и Джисон сразу подскочил к нему, беспокоясь за его состояние.       -Э, убери эту штуку! Ты что творишь?       -Согласен, - откликнулся Чан, - применение аэрозолей в закрытом помещении может спровоцировать головную боль, заложенность носа, чихание, сухой кашель, нарушение координации движений, приступы удушья и лихорадку.       Джисон суетился около ноющего Хвана, а Сынмин, глянув на Чана, потряс баллончиком, и тот затараторил ещё быстрее:       -При попадании на слизистые глаз возникают слезотечение, болезненность глазных яблок, зуд и покраснение конъюнктивы. Именно это мы сейчас и будем наблюдать, - отчеканил парень, стараясь казаться храбрым. Было заметно, что его волновала перспектива стать следующей жертвой спрея: он стоял сжавшись и со страхом косился на баллончик. По человеческим меркам Чан был самым старшим, лет тридцати шести. Одет он был в футболку и джинсы с бежевым длинным плащом.       -На вас это очень давно не действует - произнес Сынмин, приподняв немного уголок губ. Даже на лице Чонина, казалось, отобразился небольшой шок от происходящего.       -Спрей от насекомых! Да ты совсем нас за людей не принимаешь! - произнёс Джисон и гневно набросился на Сынмина, намереваясь сбить его с ног, но лишь прошёл сквозь него, вызвав этим не самые приятные ощущения. Рассердившись из-за неудачной попытки, он размахнулся и ударил кулаком по его руке. В этот раз удар настиг свою цель и действительно вызвал боль.       Шикнув, Сынмин брызнул на Джисона, который безуспешно попытался увернуться. Призрак ойкнул, когда содержимое баллончика задело его плечо.       -Я не хочу повторять вопрос, - Сынмин глянул на часы, - у вас есть пять минут на объяснения. Следующие полчаса я собираюсь потратить на отдых.       Потирая пострадавшее плечо, Джисон посмотрел на Хёнджина, протирающего глаза, а затем сел в кресло с поражённым и обиженным видом.       Наконец получивший долгожданную тишину Сынмин оглядел троих виновников, ожидая ответа. Расспрашивать Чонина было бесполезно, он опять погрузился в свои мысли.       Выбрав жертву допроса, Сынмин начал прожигать взглядом Чана. Замявшись, старший оглядел двух своих приятелей и проговорил, смотря в пол:       -Это был как бы небольшой бунт.       Тяжело вздохнув, Сынмин ответил:       -И по какой же причине, боюсь спросить.       -Ты совсем перестал нас уважать - проныл Хёнджин за его спиной.       -Да ладно... И что вас навело на эти мысли?       Джисон, который редко надолго замолкал, вновь оживился и подпрыгнул с кресла:       -Слушай, незрелый диктатор, имей уважение. Ты ограничиваешь наши права. Это слишком с твоей стороны.       Под непонимающим взглядом Сынмина Чан продолжил мысль друга, загибая пальцы на руке:       -Частое игнорирование, слишком много просьб, постоянные требования выйти из дома, запрет шуметь - он боязливо покосился на Сынмина, решив не продолжать свой список.       -Это моя квартира. Я вас сюда не приглашал. Вы столько лет впустую бродите здесь вместо того, чтобы наконец отправиться наверх.       Хёнджин заныл с новой силой.       -Это твоя судьба, раз видишь нас, - продолжил Джисон, развернувшись к нему спиной и собираясь сесть обратно в кресло, вновь посмотрел на парня - и не надо нас выставлять. Совсем забыл, сколько работы мы за тебя делаем. Ты загнёшься без нас. Продуешь своему брату и останешься без денег. Голодранцем - осознав реальность своих слов, Джисон засмеялся. Представляя это, он посмотрел на Чана, который уловил его мысль и тоже начал улыбаться.       -Да он и за Джун начал ухаживать лишь после нашей помощи. Напомнить, кто донёс тебе о всех её слабостях? - вставил Хёнджин, тоже хихикая.       Сынмин потряс баллончиком и, повернувшись, глянул на него. Хван, закрыв рот, капитулирующе поднял руки. Когда угроза исчезла и Сынмин развернулся к остальным, он рухнул на кровать, довольно закрывая глаза.       -Если бы вы были тише и не заставляли Джун дергаться от любого звука, было бы всё нормально.       -Нам даже на ночь приходиться уходить, чтобы вам не мешать, - сказал Чан.       -Эх, и даже посмотреть нельзя, - произнёс Хёнджин, надув губы.       -Боже, мелкий, уж это явно проблемой не является. Иди хоть в клуб, хоть по квартирам, - ответил Джисон, - если не было, то хотя бы после жизни увидеть стоит. Я тут знаю одну шумную пару неподалеку, - он заговорщически сбавил голос, начиная давать указания парню, так и не познавшему толком жизнь.       У Хенджина загорелись глаза. А Чан стушевался от такой темы.       Их разговор прервал резкий звук, сопровождающийся гулом.       На потолке из ниоткуда выросла светлая воронка, направляющаяся дорожкой света в сторону кровати.       -О, нет! Нет, нет, нет, - Хенджин стал махать руками, - кыш-кыш-кыш, - и, перекатившись, упал с кровати.       К этому времени дорожка из света стала понемногу уменьшаться и затягиваться обратно. Воронка сокращалась, а затем и вовсе исчезла, сверкнув молнией.       Все наблюдали за этим и, когда всё кончилось, перевели взгляд на Хенджина.       Джисон первый нарушил тишину, присвистнув.       -О, а он уже спокойно реагирует. Раньше вообще паничку ловил, на пятый раз всё стало не так уж плохо.       Хенджин сел на пол и помотал головой после падения.       -Теперь снова через сорок дней. Не, я так быстро не уйду от вас.       Все призраки понимающе закивали. Каждому приходилось проходить эту процедуру. После смерти всегда появляется воронка, дающая возможность уйти, но её можно избежать. В таком случае она будет появляться раз в сорок дней. Все здесь присутствующие так и не ушли, решив остаться по своим причинам.       Чан, прокашлявшись, вновь заговорил с Сынмином.       -Не хочешь с нами поделиться своим секретом?       -О чём ты?       Хёнджин недоумевающе посмотрел на Сынмина, а Джисон криво улыбнулся, догадываясь, о чём начал говорить Чан, сменивший вдруг тему разговора.       -Почему ты постоянно наблюдаешь за одной девушкой?       -О, да, - продолжил за него Джисон, - тебе начала нравится другая? Ты влюбился с первого взгляда, но боишься к ней подойти? - он стал подходить к парню, - эта девушка - твои тайные мечтания? Или ты решил изменить Джун, м? - он подошёл настолько близко, что его нос почти соприкасался с щекой Сынмина.       -Перестань дышать мне в ухо - он сразу же потряс баллончиком.       Нахмурившийся оттого, что не смог смутить парня и не добился ни одного ответа, Джисон развернулся и плюхнулся в кресло.       Но никто и не пытался перейти на другую тему, все продолжали смотреть на Сынмина. Даже, казалось, у необращающего на них внимания Чонина будто чуть расширилось ухо, чтобы уловить всю информацию.       -Что вы от меня хотите? - пробурчал Сынмин, понимая, что отдохнуть он точно не успеет.       -Что за девушка? - подал голос Хёнджин, слышавший об этом впервые.       -Вы следили за мной - почти как утверждение произнёс Сынмин, на что двое фыркнули и отвернулись.       -Делать нам нечего, - продолжил Джисон, - Чан жену проведывал, я решил проветриться. Мне нравится снег, как такое событие пропустить, - будто оправдываясь, продолжил он, - Хёнджина звали, но он не пошёл.       -Слишком холодно и скользко - буркнул младший и надулся.       Сынмин, уставший стоять, немного толкнул Хёнджина, заставляя упасть на кровать и отодвинуться. Теперь парень тоже присел.       -Лейтенанта вообще никуда не вытащить.       Все глянули в его сторону.       -И что я не видел в этом мире. Это вы ещё бестолковые. Мне всё кажется обыденным - даже не поворачивая головы, произнёс Чонин, продолжавший завороженно смотреть на падающие снежинки. Когда получалось разглядеть узор, он невинно и по-детски, едва заметно улыбался.       -Так что мы пошли вдвоем, - вновь привлёк к себе внимание Джисон, - затем тебя нашли, потом тот случай увидели. Тебе не показалось, что эта девушка вела себя странно? Будто бы предвидела это?       В доказательство рядом стоящий Чан притворно сжался и закивал.       -Именно - признал Сынмин, и все охнули.       -А что произошло? - непонимающе произнёс Хёнджин.       -Сегодня человека сбили, авария. Но девушка, когда парень был ещё жив, бежала за ним, будто пытаясь остановить - объяснил Чан.       -Интересно, но ничего не понятно, - ответил Хёнджин с горящими глазами, - а ты встретился с ней?       На свой вопрос он получил отрицательное мотание головой.       -Да естественно он этого не сделает. Он выжидать чего-то будет, а потом поздно станет - дерзко продолжил Джисон, но встретил грозный взгляд Сынмина и надул щёки, стараясь больше не говорить и при этом борясь с желанием сказать что-нибудь ещё.       -Я не в первый раз её вижу. Могу сказать точно, она не видит этой воронки и призраков.       -Но видит что-то другое или о чём-то знает - логично заключил Чан.       -Тебе нужно с ней поговорить - резко вставил Джисон.       Хёнджин закивал:       -Подтверждаю, даже меня это пугает. Если с тобой что-то да и понятно, то с ней ничего не понятно.       Желая поскорее закончить разговор, Сынмин согласился, и, встав, достал из шкафа одежду.       -Опять он за своё, ты же знаешь, что мы тебя в покое не оставим, если ты с ней не встретишься. Утоли хотя бы наше любопытство - сказал идущий за ним следом Джисон.       -О, кстати, об этом - резко повернулся Сынмин, оглядывая всех, - завтра с вечера и до следующего дня, чтобы ноги вашей здесь не было.       И, не успев ничего услышать вслед, быстро хлопнул дверью, закрывая её на ключ.       -У них опять будет вечер встречи - Чан первым нарушил создавшуюся тишину.       -Да сколько можно, - заныл Хван, опять занимая всю кровать, - он совсем нас не жалеет.       Парень попытался выругаться.       -Нет, я бы ещё кое-что добавил - ответил Джисон, перед лицом которого закрылась дверь. Он просунул голову через неё и закричал, посылая Сынмина, на весь подъезд.       -Опять где-то шарахаться. Что делать будем? - трогая уши и отходя от крика приятеля, Хёнджин тоже поспешил наполовину выглянуть в подъезд.       Две головы пробежались взглядом по коридору.       -Что-что, как всегда. Меня лично всё устраивает - заключил Джисон и, повернувшись, вернулся в комнату.       Хёнджин хотел последовать его примеру, но дёрнувшись, ничего не смог сделать. Затем повторил попытку, но опять не сдвинулся с места. Затем ещё и ещё.       -Ребята, - жалобно проскулил он, - я застрял.       Тяжело вздохнув и переглянувшись с Джисоном, Чан подошёл к Хёнджину и обхватил его за талию.       -Давай, Хенджини, попробуй ещё раз, расслабься и забудь, что это дверь.       Но и ещё одна предпринятая попытка не увенчалась успехом.       -Не получается, - печально заключил Хёнджин, надвое разделённый дверью.       -Привыкнешь, все с чего-то начинают. Ещё раз.       Вновь дёрнул, и вновь у них ничего не получилось.       Тяжело вздохнув, Джисон тоже подошёл к ним. Он схватил Хёнджина за одну ногу, а Чан за другую. Они по команде начали тянуть его.       Хёнджин выскочил и полетел в другой конец комнаты, врезался в шкаф и, словно жидкость, растёкся лужицей по поверхности. А затем принял свой прежний вид и замотал головой.       Понимая, что всё хорошо, Чан повернулся к Джисону:       -Так что ты предлагал?       На лице Джисона расплылась хищная улыбка.       -Ребята, - пропел он, взглянув на каждого по очереди, - давайте пошалим.       Понимая, что он имеет ввиду, Чан тоже загадочно улыбнулся, сбрасывая свою приличную сторону, отдаваясь детской забаве. Спустя несколько секунд до Хёнджина тоже дошло и он начал хихикать.       Кажется, впереди их ожидает много веселья.