my king, u need to move on soon

летние дни проходили довольно спокойно, но ощущения умиротворения и осознания, что можно отдохнуть вовсе не было; минуты летели слишком быстро, словно после одного закрытия глаз уже наступит прохладная и мокрая осень, но и в ней есть свои плюсы: разноцветные листья на деревьях, запах свежести после дождей, возможность остаться дома, выпивая теплый чай, и празднование дня рождения дорогого человека. до чуть больше середины октября нужно дожить, но нет никаких сомнений, что празднику конец, никогда не будет испорчен. рыжеволосый – мечтатель, на плечах которого держится целое эльфийское королевство; он строг и разумен, но любил впасть в свои романтичные мысли, из них обычно выводил, крепко держа за руку, Стэнли, верный рыцарь, готовый всегда выручить и оказать моральную и физическую поддержку. стояла ясная погода, густые облака почти закрывали яркое солнце, создающее жару, от нее спрятаться можно лишь в прохладном помещении или же в темной тени высокого дерева с густой листвой, не позволяющей лучам проникнуть на землю. Маршуокер, самый лучший друг и помощник, согласился прогуляться с Кайлом по красивой цветочной поляне возле леса. медленный шаг, добрые диалоги о глупостях; каждый вдох дарил благовония растений, отчего улыбка разрасталась на еврейском лице шире. действительно комфортно проводить свободное время с человеком, бывшим под боком всегда, в любую секунду, в каждый трудный момент; сердце трепетало от того, как ласково рейнджер смотрит на кудрявого, в голубых глазах можно заметить заботу и искренность. трудно справляться со всем одному, но Брофловски не нужны советники, если у него есть Стэн – нежный, сентиментальный, готовый на все, ради своего короля, по совместительству товарища. солнце начинало печь, бордовая мантия с золотистыми узорами создавала неудобства в слишком жаркие деньки. еврей повел знакомого под большое дерево, на котором все вырезали сердца и первые буквы имен партнеров, что Мэттью считал ребяческой забавой. — знаешь, порой я слишком устаю управлять этим королевством, кажется, что вскоре не справляюсь с этой обязанностью, — грустно усмехнулся Кайл, садясь в тень. — еще и Картман вновь начинает вести себя глупо, настраивая своих людей против моих. — перестань, уверен, что ты сможешь преодолеть все и вывести эльфов на правильный путь, — Стэнли улыбнулся, приземляясь рядом, бок о бок, с рыжим. — ты хороший король, в твоих руках доверие всего эльфийского народа, они знают, на кого можно положиться. приятно слышать похвалу со стороны Маршуокера, тонкие губы образовали легкую улыбку в ответ, создавая радостное выражение лица в знак благодарности. брюнет протянул белый цветок, сорванный пару минут назад, пока друзья шли по поляне, кудрявому с тихим шепотом: “это тебе”. сердце растаяло, он принял подарок, вертя ромашку длинными пальцами и рассматривая ее в то время, пока Стэн позволил себе лечь, положив голову на бедра эльфу. неудивительно, так тот всегда показывал свои чувства, точно не умея из никак скрывать. даже глупости Картмана не вызывали сейчас дискомфорта, беспокойства; наконец-то Брофловски мог расслабиться, свободной рукой сняв синий шлем с металлическими пластинами и красным пером на макушке и запустив ровные фаланги в густую черную шевелюру; улыбка до сих пор присутствовала и растягивалась больше, отчего начинали болеть скулы на порозовевших щеках. прилив нежности у обоих парней показывал их небезразличие друг другу, а может и любовные чувства. — мой король, — тихо прошептал рыцарь, заглядывая в счастливые глазки цвета изумруда. Стэн ждал ответа, чтобы продолжить, но уже на секунду задумался, нужно ли это вовсе говорить. — да, Стэнли? — Кайл мило улыбался, опустив голову на него и разглядывая аккуратные черты, которые даже в тени идеально подчеркивались. — я люблю тебя, — мягко произнес товарищ, полностью расслабляясь, лежа на бедрах у эльфа, словно ничего особенного из его рта не вылилось; он уверен в себе и в своей речи. — и всегда буду любить тебя, — прикрыв светлые очи, добавил. Брофловски глядел на него так, будто перед ним сейчас пробежались самые лучшие и худшие моменты, прожитые совместно со Маршуокером; руки немного затряслись и запутались в темных, густых волосах. молчал, ожидая чего-то еще, но ничего не следовало. неужто вот так просто не даст ответ на достаточно милое признание? нет, рыжеволосый наклонился к другу, переместив ладонь на затылок, чуть ближе к шее, и приподнимая, чтобы дотянуться было легче. король коснулся мягких, влажных губ своими, запечатляя легкий неглубокий поцелуй; он не видел смысла страстного слияния сейчас, а нежный чмок передал трепетные чувства. птицы пели любовную песнь, распространяющуюся по всему лесу, будто они готовились к этому моменту, к интимному и такому спокойному. сердце билось в своем традиционном ритме, даже казалось, что слишком медленно, как будто готовилось вот-вот остановиться. подул маленький прохладный ветерок, заставляющий шевелиться рыжие кудри и черную челку. ладонь еврея перебралась на горячую щеку, ощущая кончиками пальцев приятную и мягкую кожу, создавая ощущение, что Стэнли ухаживал за ней всяческими способами, но тот являлся достаточно ленивой персоной, которую сложно заставить что-либо сделать, но приказы Вашего Высочества всегда выполнял, показывая свою привязанность и верность; он любил, как пес, всегда ждущий хозяина и ласки от него, а Кайл наоборот, как кот, нуждался во внимании и прикосновениях. они, как огонь и вода, дополняли, не могли отстраниться друг от друга. чуть сухие уста тронулись до кончика прямого носа брюнета, оставляя поцелуй, как прикосновение того ветерка. — тебе пора идти, мой король, — с грустью проговорил Рэндалл, но старался улыбаться от тактильности товарища. — Кайл, открой глаза. выражение лица рыжего сменилось резко, в зеленых глазах ярко блистала паника, тело начало трястись, а дыхание вновь сбилось, трудно получить хоть каплю воздуха в легкие. “я не хочу,” — дрожащим голосом тихо проговорил он, чувствуя, как по щекам текут слезы. ища поддержку в знакомом лице, наполнился испугом, ведь Стэнли начал растворяться перед ним с повторяющимся шепотом: “не беги от реальности, Кайл”. Мэттью распахнул изумрудные очи, не видя перед собой никого, сидел на холодной траве в одиночестве, прислоняясь спиной к тому высокому дереву и держа в руках синий шлем, красное перо которого медленно шевелилось от дуновения слабого ветра. на щеках засохшая соленая жидкость освежилась новой; парень, и правда, забывался в своих иллюзиях, скрываясь от суровой реальности, ведь в ней уже практически год не было рядом верного рыцаря. взгляд, застеленный слезами, перевел в бок, где находилась могильная плита с красиво выведенным текстом “Стэнли Рэндалл Маршуокер”. пальцы сжали головной убор рейнджера сильнее до побеления косточек. боль внутри усиливалась, нужно идти обратно, но возможности встать на ноги нет, они не чувствовались, стали ватными, нереальными. кудрявый вновь одарил зрительным контактом место захоронения товарища, возлюбленного, погибшего в очередную битву против Великого короля-волшебника, Картмана, ненавидевшего всей черствой душой все, что связано с Кайлом. Мэттью винил его, только его и себя, ведь не смог спасти тогда Стэна, кричал о помощи и том, чтобы брюнет встал, но тот умер прямо у Брофловски на руках. после этого дня вся жизнь пошла под откос, катилась по касательной, ведь теперь еврей не видел смысла ни в чем без верного помощника, радость лишь предоставляли вещи, значащие для него так же многое, как и для лучшего друга. вечерняя песнь птиц теперь схожа на похоронный мотив, грустный, наполненный скорбью и виной. мужские фаланги касались коры дерева, где вырезано сердце и первые буквы их имен, а после нежно поглаживали плиту, пока до сих пор текли слезы. — я обещаю, мы встретимся, клянусь, найду тебя в мире ином и никогда не отпущу, — его речь полностью стала криком души, сигналом о помощи. — я всегда буду любить тебя, мой верный рыцарь и самый лучший друг.