Химия между нами

Выйдя из туалета, Гарри вернулся в гостиную проверить, пришёл ли туда Снейп. В безлюдной комнате горел ночник, и все осталось на своих местах. Он прошел к дивану, чтобы потушить свет, и увидел на полу шприц. Нервно сглотнув, он поднял его с пола, рассматривая мягкий наконечник без иглы. Шприц был пустой, с выдавленным до конца содержимым. Рядом валялась чёрная непрозрачная упаковка. Взяв её, он смутился и все понял. Два перекрёстных мужских знака ярко выделялись на тёмном фоне. «Анальная смазка. Без боли. Только удовольствие. Действует до 5 часов», — заманчиво гласила надпись. На обратной стороне мелким шрифтом: «Выдавите содержимое в анальное отверстие. Подождите 5 минут. Наслаждайтесь!» Память подкинула картинку, где Снейп целует его спину и ничего более не делает. Он ждал, действуя по инструкции. Гарри забрал все улики преступления его любовника, погасил свет и медленно пошёл на второй этаж, касаясь стены. Наверху горел свет, включенный хозяином дома. Он поднялся по витой лестнице и посмотрел на дверь спальни. Едва приоткрытая дверь ненавязчиво приглашала войти, а свет за ней обозначал верное направление. Он пойдёт туда и все выяснит, но для начала ему хотелось помыться. В ванной комнате было тепло и влажно, а зеркало сильно запотело от горячего пара. Мокрая раковина подтвердила его теорию. Снейп, подобно солдату, быстро вымылся и ушёл отдыхать. Нажав на педаль мусорного бака, он намеревался быстро избавиться от хлама, как вдруг замер и снова засмущался. На дне чёрного пакета лежал использованный презерватив. Гарри никогда не видел таких: черный, полупрозрачный, наполненный спермой на конце. Цвет соответствовал виду секса, пряча естественные выделения тела. Снейп оказался подкованным в этом вопросе. Конечно, парень не так представлял первый секс, более чистый, подготовленный и не такой спонтанный. Ему повезло, что партнёр оказался не только опытный, но и очень компетентный в данном вопросе. Гарри стоял под душем и прислушивался к ощущениям в животе. Дискомфорт присутствовал, ещё ощутима далёкая разрывающая боль. Тот шприц был полон специальной смазки, которая лишила его всех неприятных ощущений и быстро подготовила к проникновению. Но как же растяжение того места? Что-то подсказывало Гарри — утро будет тяжёлым. На полочке нашлись тюбики шампуня и геля для душа. Решив понаглеть, он выбрал зеленый с лаймом и прибалдел от запаха. Говорят, если тебе нравится запах человека или его выбор запаха, то данный человек по природе твой. В шкафу он нашёл чистое белое полотенце, взял белый лабораторный халат, положил в карман мобильный. Вещи можно забрать завтра. Он в этом доме не первый раз планирует остаться на ночь, а владелец никак не намекал на его уход. Дверь в спальню по-прежнему оставалась приоткрытой. Гарри приблизился к ней и услышал страшные звуки. Хрипы с тяжёлым и шумным дыханием, они звучали настолько неестественно, что казалось, там сидит монстр из кошмаров. Не струсив, Гарри открыл её, и его сердце сжалось от печали и подступившей к груди нежности. На краю кровати сидел Снейп. В одной руке он держал у лица кислородную маску, другой придерживал синий баллон. Он поднял голову и посмотрел на вошедшего парня. Профессор был в любимом чёрном халате с открытыми коленями, широко расставив ноги. Влажные волосы лёгкими волнами лежали на плечах. Он больше не смеялся и выглядел трезвым, сосредоточенным. Снейп посмотрел на место рядом с собой и кивнул парню, призывая сесть. Послушавшись, Гарри опустился рядом, ощутив вкусный аромат ванили и банана. Ну почему они сразу не могли начать именно так? С другой стороны… то, что произошло внизу, возбуждало сильнее. Если бы Гарри все знал заранее и подготовился, он бы не кончил так ярко от жёстких ударов внутри. Как только он опустился, Снейп передал ему маску, приставляя её к лицу парня. Он бегло осмотрел его, и его глаза распахнулись при виде руки Гарри. Да, там были жуткие волдыри от ожога на тыльной стороне, но боль от них сейчас была далёкой и незначительной. Встав с места, Снейп молча подошёл к комоду и вытащил из ящика тюбик и бинт. Повсюду у Снейпа находились заначки с медикаментами и прочей химией. Соответствует его профессии. А ещё у него в доме были наркотики, Гарри точно это знал. Сев рядом, Снейп, все так же сохраняя молчание, взял его руку и положил себе на обнаженное колено. Почти безволосое, острое и худое. Гарри едва не охнул, но маска мешала выражать эмоции. Снейп выдавил на пальцы белой мази и медленными осторожными движениями нанёс её на кожу. Его брови сошлись вместе в напряжении и скорби. — Никогда не делай это снова, — сказал он, остановившись, потому что Гарри невольно дернул рукой от боли. Едва касаясь кожи, он вновь стал распределять мазь по уродливым прозрачным волдырям. — Завтра утром ты пойдешь в больницу и сделаешь флюорографию. Я прослежу, — добавил он с нажимом, видя большие зелёные глаза. — Ту оже, — прожужжал в маску Гарри. — Обажай. Снейп картинно закатил глаза к потолку. — И я тоже. После полудня, утром я занят. Я лектор, и голос — мой основной инструмент. Надышавшись кислорода, Гарри убрал маску от лица. — Я так рад, что ты жив. Твой голос стал намного лучше. — Я ненавижу тебя, Поттер, — внезапно сказал Снейп. — В последний раз ты влезаешь в неприятности, чтобы спасти меня. Второй раз я тебе никогда не прощу. — Но… — Никаких «но»! Гарри вернул ему маску, не в силах сейчас спорить о таких вещах. Он смотрел в черные глаза того человека, которого всегда знал. Спокойного, рассудительного и постоянно мрачного, без лишних улыбок, не считая насмешек. — Тебя отпустило? — неуверенно спросил Гарри. — Я знаю свою дозу, и да, меня отпустило. — Ты знаешь, потому что сам… сам делал. Воздух в комнате упал ниже нуля, об этом свидетельствовала застывшая, ставшая камнем рука над кистью Гарри. Ещё эти чёрные пронзительные глаза снова загорелись нехорошим пламенем с желанием чужой боли. Спасением стал внезапно зазвонивший мобильный. Вибрация жужжала в кармане халата, вынуждая вытащить из него телефон. Снейп забрал у него маску и приложил к ней лицо, демонстрируя игнор и тем самым призывая ответить на звонок. Гарри вытащил мобильник и недовольно застонал, на дисплее высвечивался контакт «Папа». Не хотелось с ним говорить, видеть и вспоминать. — Я не буду брать трубку, — уведомил Гарри. — Это твой отец, — твердо сказал Снейп, убрав в это время маску. — Я знаю, я не хочу с ним разговаривать. После того, как он назвал тебя… Снейп быстро провел пальцем по экрану и принял звонок. Хлопая ртом, как рыба, Гарри растерянно смотрел то на мужчину, то на трубку. Парню ничего не оставалось, как приставить устройство к уху. — Алло. — Гарри, слава Богу! Гарри, где ты? — звучал взволнованный голос Джеймса. — Со мной все в порядке, — утомленно выдавил парень. — Ты ездил…? Мы с мамой видели по телевизору мальчика, похожего на тебя. Ты был в этой богадельне с кипящими котлами? — Это химико-биологический университет, пап. Лучший вуз нашего города. — Да-да, там, где заведует наш одаренный. Что с твоим голосом? Ты заболел? — Пока, — сердито отозвался Гарри, убирая телефон от головы. — Гарри, постой! Мы так волновались за тебя. Послушай меня. Прости своего старика, я сглупил. Пришлось снова прижать телефон к уху. Ему стало неловко за отца перед Снейпом, тот не должен слышать его извинения. Слишком личное и семейное. — Мы так переживали за тебя. Я все морги обзвонил, а твоя мать — больницы. Ты знаешь, ей сейчас нельзя волноваться. — Почему? Что с ней? — обеспокоился Гарри. Сидящий рядом Снейп дышал кислородом и делал вид, что ничего не знает и не слышит. Однако Гарри знал, что все ровно наоборот. В трубке послышался шум, а затем раздался голос матери. — Гарри, дорогой. Ты здоров? У тебя все хорошо? — Да, мам. Всё отлично, не переживай, — сказал он и схватился за живот. Кишки как на зло прихватило, а боль в анусе резанула острой иглой. Снейп посмотрел на него, но ничего не сказал, отвернувшись в сторону. Не так страшен был пожар, как то, что случилось после него. — Ты полез спасать людей? Ты с ума сошел? Ты совсем не думаешь о нас! — Мам, со мной все хорошо. И потом, я хочу стать полицейским, моя работа постоянно будет связана с рисками. Ты привыкнешь. — Я никогда к этому не привыкну. Ты дома? Дай трубку Сириусу. — Нет, я… — Гарри бросил взгляд на Снейпа. Из этого дома его никто не прогонял, по крайней мере, пока. — Я у друга. Нет, это не Рон. Да, он нормальный, у нас все отлично. Снейп зашелся истеричным смехом, слава богу, беззвучным. Отложил маску и закрыл лицо руками. — Завтра я поеду домой, — сообщил Гарри. — Включи видео, я хочу посмотреть на тебя. Быстро повернув корпус тела, Снейп вытаращил глаза в знак предупреждения. Вероятно, Лили могла узнать стены дома и его обстановку. Правда, откуда? Она была здесь? Прошло почти 20 лет и ремонт новый. На всякий случай? Гарри поддержал паранойю профессора. — Ой, мам, давай завтра. Я устал уже, не хочу. — Ладно. Но завтра обязательно позвони, я буду ждать. Не позвонишь — мы завтра приедем. — Не стоит. Я наберу. Все пока. Он сбросил звонок и глубоко вздохнул. Легкие слегка болели, рука горела, а задница тянула от вероятных разрывов. Снейп отнял руки от лица и напряженно вгляделся в лицо мальчика. — Ляг. Тебе станет легче. Через пару часов все пройдет, — в голосе слышалось смущение. Подобрав под себя ноги, парень залез на кровать и положил голову на подушку. Он с интересом наблюдал, как Снейп отложил маску с баллоном и устроился рядом. В голове скакали мысли. От самых приятных о том, что они сейчас похожи на настоящую пару, до тех, что Снейп, добившись своего, выставит его, как других использованных мальчишек. — Что теперь будет? — медленно произнес Гарри. — Мне светит тюремный срок до 10 лет, а тебе — психологическая травма на всю жизнь, — иронично ответил Северус и положил руку ему на живот. Холод пальцев просачивался через тонкую льняную ткань лабораторного халата. Лицо мужчины стало напряженным и грустным, он смотрел на живот, провалившись в свои мысли. — Хах. Судя по твоему и моему лицу, травма, скорее, у тебя, — веселился парень. — Так всегда происходит, когда нарушаешь собственные правила ради удовлетворения похотливых желаний, — прикрыл глаза Снейп. — Хочешь ещё раз удовлетворить желание? По-другому, — Гарри слегка коснулся пояса черного халата и потянул его. Такой Снейп нравится ему гораздо больше, хотя в другом образе было что-то опасное, более возбуждающее. — Нет. На этом мы закончим, — твердо заявил Снейп и начал гладить низ живота парня. От нежных прикосновений тонкой руки становилось легче, и организм медленно успокаивался. Приятный запах и близость мужчины притягивали, как магнит, противореча здравому смыслу. Гарри хотел его всегда и везде, даже после такого… — А если я буду тебя шантажировать тем, что обращусь в полицию, если ты не будешь меня трахать каждый день? — улыбнулся он. — Задница не треснет? — вскинул бровь Снейп, посмотрев на него и остановив свою руку. — Хаха. Сев, ты как сказанешь. Такого же в учебниках не напишут. — Для начала попробуй завтра пройтись, ненасытное животное. — Это же не навсегда. Можно что-то сделать? — Можно, но тогда будет не так весело наблюдать, как ты скачешь, держась за зад. — Сев, ну… как я ходить буду? — Мне не обязательно, чтобы ты ходил. — Вредина. — Хорошо. Ложись кверху задом и не двигайся. И не делай такую дурацкую рожу, Поттер, я принесу крем. — От тебя что угодно можно ожидать. И опять я «Поттер». После лечебных процедур, где Гарри все больше переставал стесняться своего обнаженного тела и интимных прикосновений, Снейп приказал ему отдыхать. В то время как сам достал ноутбук, уселся на стол у окна и начал что-то быстро строчить по клавиатуре. Кликал мышкой с задумчивым лицом. Улучив свободную минуту, Гарри вытащил из халата телефон и проверил уведомления. 21 пропущенный вызов: 6 — от папы, 3 — от мамы, 10 — от Сириуса и 2 — от Гермионы. Чат в ватсапе тоже разрывался от сообщений. От Рона 3 сообщения, последнее: «Ты жив там?» От Гермионы: «Гарри, немедленно ответь!» От Сириуса: «Скажи, где ты???» Даже от Невилла и Дина: «Привет! Как дела?» Привет. Со мной все в порядке. Завтра расскажу, — настрочил Гарри. Копировать — вставить. Так пять раз. Родители знают, что он жив и здоров, не считая ожоги на руке. Остальные подождут. К тому же, судя по отсутствию звонков, отец позвонил Сириусу и сообщил обо всем. Легенду о том, где его носило всю ночь, он придумает завтра. Сейчас, лежа в постели Северуса, он кожей чувствовал его присутствие. Он знал, что Снейп за ним наблюдает, ни разу не повернув в его сторону голову, и, безусловно, контролирует каждый шаг. Мужчина сидел на стуле возле окна, ноутбук лежал на маленьком столике, на котором умещались несколько книг и большой блестящий журнал. Спальня была небольшой, но уютной и хорошо обставленной, что не уменьшало её размеров. По центру — кровать у стены, с левой стороны — шкаф-купе, дверь которого сделана из черного стекла. Напротив постели — прикроватный столик такого же цвета, телевизор на стене дюймов 50, не меньше. Зеркало в пол — ближе к окну, чёрные тяжёлые занавески и белые жалюзи на окнах. Две прикроватные тумбочки с лампами. Один стул и мини-столик у окна. Из украшений на стене висела картина с изображением зелёного дракона. Изо рта у него вырвалось пламя, что поджигало маленькую цветущую деревушку. Над змеем спустились темно-серые тучи, они плыли в сторону людей, словно уничтожающего на своём пути дракона им было мало. Здесь преобладал чёрный цвет, от пола до потолка. Темно-серые обои под мрамор, чёрные деревянные полы и черный потолок с белыми широкими полосами в виде волн. Несмотря на черноту, в комнате было спокойно и безмятежно. Наличие разных источников света компенсировало тёмные цвета. Перестав рассматривать потолок, Гарри осмотрел свою руку. Мазь отлично убрала другую боль и лежала сверху толстым защитным слоем. Ему сильно повезло в отличие от тех, кто не смог выбраться из здания или кого вынесли. Перед глазами пронесся тот ад из стонущих от боли людей, черное окровавленное мясо человеческих тел и запах тления… Северус откинулся назад и тяжело выдохнул. — Что там? — спросил Гарри. — Пять трупов, двенадцать человек пострадало. Дамблдор вызывает всех профессоров на собрание. — У тебя больше нет кабинета. Какое собрание? — Пф. Найдется место. Занятия никто не отменял. Впереди экзамены. — Как ты думаешь, кто это сделал? — Отдыхай и не лезь не в свое дело, иначе я посажу тебя на цепь. Гарри хотел возразить, он и так сидит на цепи. Чем дольше он проводил время со Снейпом, тем короче становилась эта цепь. Ему не нужны были наркотики, чтобы ощущать себя безмерно счастливым, достаточно было посмотреть на этого мужчину и поймать его взгляд. И все. Он падал, летел и исчезал в двух черных туннелях. Внизу загудел звонок. Затем в дверь постучали. Гарри приподнялся, позабыв про боль в животе. — Кто это? Ты кого-то ждешь? — Да, — энергично ответил Снейп, поднимаясь со стула. — Проститутка. Пришлось вызвать. Ты один не справляешься с моими потребностями. Он открыл дверь и выскочил в коридор. Не зная, шутит Снейп или нет, Гарри свесил ноги на пол. — Сиди здесь! — приказал профессор, спускаясь по лестнице. Сидеть и бездействовать Поттер может только под наркозом. Он услышал короткий разговор и стук захлопнувшейся двери. Пренебрегая указаниям, Гарри вышел в коридор. Снейп поднимался наверх. Один. Зато с пакетами в руке. По коробке Гарри быстро распознал пиццу. Чертов ублюдок! Мог бы прямо сказать, а не издеваться! Затолкнув парня обратно в комнату, Снейп поставил пакет на прикроватный столик из черного стекла. — Помогай, раз вызвался. Две коробки пиццы, коробка японских роллов. От запаха свежего и горячего мяса, сыра и рыбы у парня потекли слюни. Только сейчас он вспомнил, что в последний раз ел дома. Завтрак из тоста с ветчиной. Открыв коробки, Снейп торопливо схватил кусок пиццы и откусил, отрывая зубами тянущийся от нее сыр. Он ел точно так же, как занимался любовью. Жадно, агрессивно и с большим аппетитом. — Ты будешь пялиться или поешь сам? — едва проглотив, выпалил Снейп. Гарри не нужно было просить снова. Он набросал в рот пару роллов, другой рукой взял пиццу и отправил ее туда же. Молчание сопровождалось тихими стонами удовольствия, жеванием и скрежетом коробок. Из напитков стоял пакет вишневого сока. Снейп налил один пластиковый стакан и поставил перед Гарри. — Спасибо, а ты? Выдержав долгий взгляд с ноткой претензии и предупреждения, Северус резко развернулся, подошел к бару и вытащил бутылку светло-коричневого напитка. Плеснув себе полстакана, он выпил его залпом. Добавил немного сока и запил им. Гарри уже давно сделал определённые выводы по поводу образа жизни своего любовника. Вместо осуждений он протянул свой пустой стакан, предлагая Снейпу наполнить его. Насмешливо глянув, Снейп без вопросов налил добрую половину стакана. Затем опять себе. Наевшись и немного охмелев, оба мужчины опустились обратно на кровать. — Наши желания часто совпадают, — заметил Гарри, балдея после вкусного ужина. — Тоже хочешь попробовать эксперимент Снайдерса и Дианса? Достигнуть сверхпроводимости при комнатной температуре? — Я не об этом. Хотя звучит любопытно, — засмеялся Гарри. — Ты про потребности тела? Да, это так странно, ведь мы разного биологического вида, — ехидно сказал Снейп, положив руку за голову. — Тебе обязательно быть такой задницей? — Гарри повернул голову и подлез к плечу Снейпа. Если тот хотел ответить, то явно сдержался от комментария, чтобы еще больше не испортить вечер. Прикрыв глаза, Северус наслаждался моментом спокойствия и уединения с этим наглецом. Все плохое на сегодня осталось позади, и у них впереди целая ночь. Не стоило ее портить так быстро. Гарри прижался к жесткому телу и наслаждался запахом мужчины. Он всегда действовал на него одинаково. Близость вызывала сладкое томление внизу живота. Все, о чем он мог думать, — это носит ли Северус белье. Мысль о том, что под черным халатом голое тело, разжигала огонь в крови. Придвинув бедра ближе, он потерся нарастающей эрекцией о ногу Снейпа. — Гарри… — Хочу ещё. Знаю, ты можешь шесть раз за ночь. Снейп выглядел крайне удивлённо, о чем говорила приподнятая бровь. Предательски приподнялась не только она. — Ты понимаешь, что ни один пожар не станет оправданием для повреждения подобного рода? — в черных глазах зажигалась опасная искра. — Уверен? Пожар бывает снаружи и внутри, — заигрывал Гарри. — Уверен. Образцы семенной жидкости. Курорт на острове Азкабан. Я буду тебе писать каждый день как истинный маньяк-совратитель. — Не надейся. Я тебя украду, и мы сбежим на край света, — приблизился к его уху Гарри, вдыхая запах ванили и банана. — Твое тело возбуждает куда больше, чем твоя детская наивность, — закатил глаза Снейп. — Хм. Что еще тебя заводит? — улыбнулся Гарри, запуская руку под черный халат. Уже на подходе, скользя рукой по волосатой ноге, он ощутил пальцами жар, исходящий от паха. Снейп сразу быстро задышал, позволяя ему взять инициативу. — Опусти вниз голову и узнаешь, — тихо ответил мужчина, инстинктивно расставляя ноги и давая больший доступ. Гарри сел на ноги, а Снейп подлез выше на подушки, смотря на него с толикой нетерпения и легкой ухмылкой. Черные глаза следили за каждым его шагом, движением рук, иногда опускаясь и проходясь по телу парня, скрытого тонким халатом. Гарри смотрел на него и, не отрывая глаз, дернул за пояс халата. Не разрывая контакта, распахнул полы в стороны, открывая бледное худое тело. На подтянутом животе лежал эрегированный член, подрагивая от напряжения. Гарри хотел подразнить его, но не мог сдерживать желания коснуться. Такой крепкий, гораздо больше, чем у молодых парней в раздевалке, и больше, чем у него самого. Прямой, достаточно толстый, чтобы уверенно держать в руке. Красная головка увлажнилась, умоляя о касании языка. Гарри провел рукой по гладкой груди, намеренно задел ногтем сосок, отчего Северус вздрогнул, как от удара током. Мужчина облизнул губы и посмотрел на рот парня. Как по указке, Гарри подлез выше и выполнил немую просьбу, обхватив тонкие губы своими. Снейп некоторое время не двигался, а потом приоткрыл рот, углубляя поцелуй. Пока Гарри думал только о сильном языке, ласкающем его нёбо и щеки, длинные пальцы расстегивали пуговицы лабораторного халата. Гарри едва не задохнулся в поцелуе, потому что пальцы сжались на его члене и начали ритмично двигаться, задерживаясь наверху, быстро опускались, оттягивая кожу и распаляя чувствительную головку. Он упал на грудь Снейпа, застонал, зажмурив глаза, теряя связь с реальностью. Под прохладной кожей груди бешено стучало сердце. Собравшись, Гарри продолжил путь губами, вниз до пупка. Северус шумно выдохнул и изменил тактику движения рукой, опуская ее по спирали. — Ах, блядь! — выругался Гарри, понимая, что с таким темпом быстро кончит. Рука замерла на месте, потом сместилась ниже и стала оттягивать подтянувшуюся к животу мошонку. Гарри смог совладать с телом и наконец, высунув язык, облизал головку члена профессора. Ему было далеко до умелых рук опытного партнера, поэтому он брал энтузиазмом и желанием. Взяв в руку ствол, Гарри попытался повторить движение, но, не добившись того же эффекта, захватил член ртом. Северус снова издал тяжелый выдох и поддался бедрами вверх, заталкивая его глубже в доброжелательно открытый рот мальчишки. Гарри не впервые это делал, но каждый раз ощущал смущение и скованность. Боялся сделать что-то неправильно. Чувство неловкости выросло, когда Снейп приподнялся, садясь и трогая свободной рукой волосы на голове Гарри. Ему что-то недоставало. Гарри старался использовать язык, но рука Снейп соскочила с его члена и схватила за колено. От удивления он поднял голову и увидел, как его медленно переворачивают в направлении двери. Снейп подлез так, чтобы его лицо оказалось у бедер Гарри, пока рот парня по-прежнему находился в зоне доступа от его эрекции. Удивлению не было предела, он хочет одновременно? Северус быстро ответил, захватив его член во влажный и горячий плен своих губ. Это было ново и необычно. Он знал и читал о разных позах, но никогда не думал, что Снейп окажется таким разносторонним. Казалось, что его действия естественны и занятие любовью в любом виде — вещь обыденная. Чтобы не прослыть бревном, Гарри отдышался и постарался сосредоточиться на своей работе. Лаская ртом, он иногда прерывался и смотрел вниз. Северус делал минет осторожно, будто пробуя на вкус и сосредоточенно следя за реакцией тела партнера. Где-то на грани сознания Гарри понял очевидную вещь: он неопытен. Конечно, кто сосет шлюхе? Сам факт, что он это делал, говорил о многом. Это любовь? Их стоны смешивались, перетекали в еле слышное урчание, короткие вздохи. Гарри опять был на пределе. Язык профессора начал делать что-то невероятное на его головке, двигаясь быстрыми хлесткими касаниями. — Северус, тра… Залившись краской, он приподнял ногу, надеясь, что Снейп быстро поймет намек и не заставит его произносить это вслух. — Тебе не стоит больше сегодня… — жарко прошептал Снейп и вернулся к экзекуции с помощью языка. — Я… Я хочу. Просто. Я не знал, как ты любишь. Что ты такой, — сбивчиво говорил Гарри. Отпустив его, Снейп лег на бок и смотрел в матрас. — Я не такой, Гарри. Нам не нужно было целоваться, а не то, чтобы… Ты должен был выбрать парня своего возраста. — Я выбрал мужчину своего сер… интереса, — на ходу исправился Гарри, увидев, как Снейп давит на него убийственным взглядом темных глаз. Обстановка накалилась, но быстро пробежавшая усмешка на губах Снейпа убрала напряжение. — Я больше не буду играть с тобой в плейстейшен. Не рассчитывай. — Я догадался, что это был твой хитрый план по моему соблазнению, — зря он это сказал, — Снейп опять отвернулся. — У меня есть идея получше. Давай попробуем без. Снейп сел, чтобы лучше видеть лицо Гарри, и навис над ним. — Поттер, ты представляешь, сколько хастлеров побывало в этой постели? — Прямо в этой? — Гарри огляделся. — Ну, ты… проверяешься? — Конечно. Каждый квартал, — быстро ответил тот. — Когда последний раз? — Завтра. — Ты сообщишь мне? Ведь теперь меня это тоже касается. — Сообщу. После этих слов он встал с постели. Гарри открыл рот, чтобы вернуть его. Эрекция Снейпа не спала, а значит, у него был шанс все завершить, пусть орально, но лучше, чем никак. Но быстро передумал, когда увидел, как Северус достает из тумбочки смазку и черный презерватив. — Хочешь надеть? — вскинул бровь Снейп, один уголок губ натянулся в улыбке. Чего?! Он предлагает, чтобы Гарри… потому что у него болит и… Посмотрев вверх, на небеса, Снейп вздохнул, опустил голову и замотал головой. — На мой пенис, Гарри. На другое тоже не рассчитывай. Глупо улыбнувшись, парень сел и забрал из протянутой руки черный квадрат. Сама мысль поиметь Снейпа испугала, а теперь, когда ему обрубили все надежды, в груди появилось сожаление. Всего на секунду, потому как, разорвав упаковку, он извлек влажный и мягкий гондон. Снейп остался стоять у кровати, наблюдая за неловкими движениями парня и явно ловя удовольствие от этого. Гарри подлез к краю кровати, посмотрел на чуть опавший член, взял его в руку и начал двигать, не отрывая глаз от лица мужчины. Эрекция вернулась буквально на глазах, Северус приоткрыл рот, задышав чаще. Гарри осторожно приставил кончик к головке и начал медленно разворачивать. Снейп вмешался почти сразу, оттянув на конце уголок свободного места. Щеки парня вспыхнули от стыда за неопытность, и он, проморгавшись, старался больше не смотреть вверх. Распределив презерватив до основания, он оценил свою работу. Черный полупрозрачный латекс делал его менее естественным и чувственным. Обязательно нужно повторить после анализов без этой надоедливой штуки. Он осмелился и посмотрел вверх, блестящие от вожделения глаза Северуса выдавали то же желание. В этот раз Северус действовал аккуратно. Уложив его на спину, Снейп пока ласкал ртом губы и шею, медленно подготавливая к проникновению истерзанный вход. Боль быстро прошла благодаря действию смазки и ловким рукам. Подхватив ноги парня, мужчина прижал их к груди и без предупреждения вошел одним плавным, но сильным движением. Гарри охнул, прикрывая глаза. Ему нравилось это чувство заполненности Северусом, слияние, что приносило не только приятное покалывание внутри живота, но и осознание, что сейчас этот мужчина принадлежит ему. Наконец-то он полностью в его теле. Снейп навис сверху, еле слышно прорычав, замер, застыл в болезненном напряжении, прикрывая глаза. Каждый мускул напрягся, превращаясь в камень. — Прости-прости-прости, — часто зашептал Снейп, прижимая горячие губы к его уху. Не успев спросить, что же так расстроило мужчину, Гарри почувствовал, как тело над ним вздрагивает, вжимается в него максимально глубоко, а руки с силой стискивают ребра. Сладкий стон вывел его из оцепенения, а затем Северус мягко лег всем весом, придавливая парня к матрасу. Анус горел огнём, внутри живота ощущалось жидкое пламя, но ничто не шло в сравнение с щекотанием горячих губ возле уха. Обалдеть, я думал, только у меня может случиться осечка. Он так сильно меня хотел, — улыбался Гарри, ничуть не жалея, что придётся закончить, толком не начав. Он приподнял голову, чтобы увидеть блаженное лицо Северуса. — Ты все равно лучший! — снова вскрикнул под конец Гарри от сильного толчка. Привстав и опершись локтями по обе стороны от рук Гарри, Снейп продолжил трахать его неспадавшей эрекцией. Его член скользил по смазке, частично выталкивая ее. Распаленный возбуждением Гарри лишь опять застонал и выгнулся назад, подставляясь под ускоряющиеся толчки. Гарри ощутил себя грязной сукой, бесстыдно выставляя задницу, разводя ноги, чтобы член проникал ещё глубже. Он больше ни о чем не мог думать, кроме тянущегося удовольствия внизу живота, усиливающегося при каждом движении. Ещё он думал о том, отчего его тело так трепещет в экстазе, чей это фаллос так нежно таранит его раскрытый зад. Северус, это был его любимый Северус, только он мог дарить Гарри такое невыносимое удовольствие, от которого он едва не терял сознание. Окончательно утратив рассудок, Гарри обхватил свой член и начал двигать рукой. Но этого было мало. Крайне мало! — Сильнее… — задыхаясь выпалил Гарри, чувствуя, что потом будет сгорать от стыда, но сейчас ему было все равно. — Северус, пожалуйста… сильнее. Жёстче. Гарри закусил губу, зажмурившись в ожидании услышать насмешку. Как вдруг получил то, что просил. Ухватив цепкими пальцами за бедра, Снейп стал вколачиваться грубыми резкими толчками, похожими на удары. Вдали стали слышны шлепки двух тел, бьющихся о друг друга. Гарри перестал слышать звуки, кажется, он стонал или это был голос наверху, головка члена била в самый центр удовольствия, лишая возможности думать о чем-то другом. — Вот так? Нравится? — прорычал Снейп, до боли впиваясь пальцами в молочные ягодицы. — Да-да! — стонал Гарри, цеплясь пальцами в его волосы. — Любишь жестче? А вот так? Волосы ошпарила волна боли, одна рука потянула их вниз, вжимая голову парня сильнее в пуховую подушку. Гарри готов был терпеть что угодно, лишь бы он не сбавлял темпа, потому что шар напряжения в животе стремительно рос. Возбуждение билось в каждой надорванной мышце, посылая ей сигнал сжиматься до конца. Слишком хорошо, слишком приятно, такого не бывает, чтобы стало ещё лучше. Сорвавшись на крик, парень задрожал, его било током, он был не здесь, а в мире, где нет других чувств, кроме острого сексуального наслаждения. Рука, удерживающая его за волосы, отпустила, и Гарри смог сделать жадный глоток воздуха. Всё вокруг померкло и исчезло, растворилось в мире грёз и фантазий. Спустя минимум минуту он смог разлепить глаза и вспомнить, где он. Снейп не двигался, зависнув над ним. — Что.? — Ты прекрасен, — тихо сказали сверху, и ладонь ласково прошлась по щеке парня. Аккуратно выйдя из его тела, мужчина тяжело упал рядом лицом вниз. — А ты? — А я нет. Разве что мать считала меня таким лет до пяти, — пробурчал тот в подушку, все ещё часто дыша. — Я имел в виду… — краснея от стыда, не знал, как спросить, Гарри. Его щеки, и без того красные от гонки, заалели новой волной. — Два раза, — быстро понял Снейп. — Ох, — улыбался Гарри, почему-то ощущая гордость за себя. Сняв презерватив, Снейп отшвырнул его в угол комнаты. — Иди ко мне. Сияя от радости, Гарри подлез ближе и устроился у него на плече. Через полчаса они задремали. Гарри проснулся посреди ночи от чувства, что не может пошевелиться. Он не сразу понял, что причиной тому стали две руки, одна на шее, другая перехватывала грудь, и нога, лежащая на его бедрах. Улыбнувшись, он устроился поудобнее и, вдыхая аромат от волос Северуса, снова провалился в сон. Никогда Гарри не чувствовал себя в такой безопасности. Он мог спокойно спать, зная, что рядом с ним самый опасный человек в городе и этот человек без ума от него. Боль. Тянущая и бесконечная. Гарри не мог от неё избавиться, меняя положение тела. Разрывающее весь таз нечто не отпускало ни на секунду. Казалось, его избили, вырвали все внутренности и оставили помирать на улице. Открыв глаза, он понял, что лежит в мягкой чистой постели, на черных простынях и сразу все вспомнил… Три? Четыре раза? Сколько раз он принимал в себя Северуса, даря им обоим удовольствие? Возбуждение спало, мышцы расслабились, и проклятая смазка с обезболивающим потеряла эффект. Последствия стали такими кошмарными, что парень ругал себя и Снейпа. — Блядь! — зашипел он и, оставив попытки лечь удобно, посмотрел в сторону. За окном давно рассвело, и сквозь зашторенные жалюзи прорывался жёлтый свет. Гарри привстал и застонал. Первая причина была очевидна, вторая находилась рядом. Снейп лежал на спине, отвернув голову к окну. Длинная грива волос разметалась по подушке. Лица не было видно с такого ракурса. Чёрный цвет подчеркивал его белую и гладкую кожу груди. Два коричневых соска, мягких и спокойных притягивали губы. Хотелось снова впиться в них, захватить зубами и почувствовать, как маленькая горошинка твердеет. Широкая грудная клетка без единого волоса обладала крепостью мышц. Живот худой и подтянутый, несмотря на качество пищи, состоящей, по Гарриным наблюдениям, из фастфуда и алкоголя. Генетика? Или профессор ел раз в день, что скорее всего. Рельеф торса уверял, что человек поддерживает физическую форму. Ниже… Одеяла там не было. Расслабленный пенис лежал на бедре в окружении черных жестких волос. Совсем недавно он был в Гарри, большой и твердый. Двигался в нем, посылая волны удовольствия. Облизнувшись, Гарри позабыл о боли в заднице, думая только о том, чтобы иметь возможность повторить. Он был прекрасен. В своей худобе, с длинными руками и ногами. Даже голым и спящим Северус пах опасностью, как задремавший сытый тигр. Никто не знал, когда он снова проголодается и разорвёт ли любого прохожего для настроения. Все же Гарри льстило то, что Снейп достаточно доверял ему. Вряд ли он спал с проститутками в одной кровати. В первый раз, когда Гарри здесь оказался, он едва ли успел рассмотреть голое тело мужчины. Чем дольше он общался с ним, тем сильнее Снейп раскрывался. Оторвавшись от созерцания паха и груди, Гарри посмотрел на предплечья, где находилась татуировка. Снейп скрывал её при любом удобном случае. В первый раз он не снял рукав халата, во второй — быстро оделся. Прошлой ночью он не прятал её, зная, что Гарри будет не до тату. Зато сейчас утром он будто на автомате перевернул руку так, чтобы закрыть её, обнимая себя за талию. Ничего. Наступит время, и Снейп расскажет. Нельзя на него сильно давить. Осторожно встав, Гарри старался не шипеть от боли, стиснув зубы. Он забрал телефон и направился в душ. На пути он остановился и уставился на ноги профессора. На одной щиколотке находился темно-синий след, обручем огибающий конечность. Вероятно, от шкафа, что рухнул на него в Академии. Вторая нога тоже не выглядела целой. На внешней стороне голени выступили неровные бугры кожи. Рана имела дугообразную форму. Кровавые отметины давно покрылись коркой, но по краям были ярко-красные точки, выстроенные в ряд. Швы. От зубов Пушка. Гарри было больно смотреть, но он любил оба повреждения. В двух случая они вместе с Северусом боролись то с животным, то со стихией. Их можно смело назвать боевыми. С каплей сердечности. Потому что получены от силы любви. Любит ли он меня? — подумал Гарри. — Он всегда называет меня идиотом, стоит мне заикнуться о чувствах. Не желая углубляться в эти мысли, он тихо вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь. Прохладная вода здорово помогла снять напряжение и боль в животе. Анус жгло чуть меньше. Он слабо представлял, как будет сегодня сидеть так, чтобы не вызвать подозрений. Можно притвориться больным и провести весь день в комнате, но как же занятие со Снейпом? Будет странно, что он занимался с больным. Снейп не примет его саднящую задницу за причину переноса урока. По его оценке Гарри сам виноват, плюс в другие разы он не принуждал его раздвигать ноги. Возле раковины Гарри умылся и посмотрел в зеркало. Очень не помешало бы почистить зубы. Его дыхание сложно было назвать свежим. Придется снова прополоскать рот зубной пастой. Внезапно дверь в ванную открылась, и Гарри от испуга отпрыгнул в сторону. На пороге стоял Снейп в темно-синих боксёрах. Его обнажённая грудь вызывала вполне ожидаемые чувства. Чистое желание касаться, гладить, целовать. Обладать этим жестким и суровым человеком. Вырывать из его груди стоны беспомощности. — Открой второй ящик, — сказал Снейп и упёрся одной рукой о косяк двери. Его взгляд ненадолго остановился на обнажённых ягодицах парня, особенно когда тот наклонился к ящику. Там находилась запасная зеленая щётка в упаковке. Удивившись, Гарри быстро заулыбался. — Спасибо. Мне было неловко просить. — Это тебе тоже пригодится. Полагаю, просить будет куда более неловко. На край раковины Снейп положил чёрный маленький тюбик. Быстро смекнув, Гарри тут же залился краской. Северус заботился даже о его заднице, вероятно, он думает о ней чаще парня. Вчера ночью он думал о ней много раз и смотрел в различных ракурсах, когда засовывал… Снейп вытянул руку и легко коснулся розовой щеки Гарри. — Люблю, когда ты краснеешь. Руку тоже смажь, — кивнул он на раненую кисть. Вот черт! Выставил его озабоченным идиотом, думающим только о своей заднице! Гарри отдернул голову, чтобы его прекратили гладить, выражая этим протест. — Жду тебя внизу на кухне. Нагло усмехнувшись, Снейп закрыл дверь. Гарри взялся за щётку, думая о мужчине. На нем были трусы от Gucci. Настоящие ли? У него за окном стоит Ягуар. Свежий современный ремонт. Неплохой гардероб. Почему он продолжает жить в этой дыре? В центре бандитизма и наркомании? Вывод ему не понравился. Волк жил в своей среде, там, где был силен, и там, где кормился. Настолько ли много платят профессорам, чтобы они жили на высоком уровне? Гарри подозревал, что у Снейпа было несколько счетов с хорошими суммами денег. Преподавание даёт хороший доход в Британии, но не настолько. При этом с первого взгляда Снейп выглядел не сильно богатым. Как много он не знает об этом человеке! Вытирая лицо, он хотел прибежать к нему и заорать, что все вокруг одна ложь. Но он слишком любил его и верил в то, что реальность гораздо проще, чем он себе нафантазировал. По дороге на кухню встретился вкусный запах еды и мелодичная вялотекущая музыка. Ох, мой малыш, как ты прекрасен, Ох, мой милый, ты разорван на части. Ты умер от греха, но ты так прекрасен. Знай, ты умер от греха, мой милый. Я обожаю это отчаяние в твоих глазах Я боготворю твои губы, когда-то красные, как вино. Я жажду услышать твой запах, вызывающий дрожь в моём теле. И мне нравится смотреть, как тебя покидает жизнь. Примерно такое он ожидал услышать в доме Снейпа. И все же это звучало слишком нежно и романтично, если не брать во внимание упоминание о смерти. Он узнал финскую группу Him, которая была популярна лет 20 назад. Во времена молодости его родителей… и Снейпа. В такие моменты Гарри вспоминал о разнице поколений. Тем не менее чарующий голос сильно походил на голос Снейпа, только этот был намного моложе. Был ли у Снейпа такой голос, когда ему было 20? Жаль, Гарри этого никогда не узнает. И все же ему хотелось, чтобы слова из песни были адресованы ему. Снейп включил ее намеренно или она попалась случайно в трек листе? Гадая, он зашел на кухню и увидел профессора в черном распахнутом халате и с черной лопаткой в руке. На плите жарилось что-то разноцветное и ароматное. — Проследи за яичницей. Не спали дом, — дал указания Снейп и вышел в коридор. Гарри редко готовил и не знал, как за ней «следить». Он смотрел на нее, гадая, из чего она состоит. Красное, зеленое, коричневое. Пахло вкусно, а разные оттенки вызывали большой аппетит. Гарри усмехнулся. Снейп готовил еду как ставил эксперименты, сто пудов отмерял все в граммах и изучал свойства веществ при их соединении и термической обработке. Завтрак стал выглядеть готовым, и, чтобы не испортить его, Гарри выключил плиту и поставил сковородку на холодную конфорку. Началась другая песня, такая же угрюмая и мрачная. Но она ассоциировалась с мужчиной, с которым он провел потрясающую ночь, поэтому стала такой же прекрасной. Он отправился к кухонным шкафчикам, чтобы найти тарелки и сервировать стол. Отыскав столовые приборы, он хотел нести их в столовую, как увидел мышь! Дохлая мышь лежала на белой тарелке прямо возле раковины. Гадость! Снейпу необходимо вызвать службу и потравить грызунов. В этом районе, с таким садом, не удивительно, что по дому бегают мыши. Их настолько много, что они добираются до столов в поисках еды. Эта особь, видимо, отравилась и сдохла на блюдце. Решив избавиться от грызуна, Гарри взял ее за хвост и отнес в туалетную комнату для гостей. После чего смыл в унитаз и вымыл руки. Порядок. Так гораздо лучше. В этот момент постучали в дверь. Кто это может быть? Опять курьер? Что он принес в такую рань? Снейп, наверное, что-то опять заказал, рассчитывая сделать приятный сюрприз. Не в этот раз. Гарри вышел в коридор и чуть не врезался в комод. В аквариуме плавал гигантский кальмар, шевеля длинными щупальцами. Дом Снейпа выиграл бы в конкурсе самых жутких мест во всем Хогвартсе. Никогда не знаешь, что можно найти, не говоря о таких местах, как подвал. Гарри заглянул в глазок, но никого не увидел. Странно. Он открыл дверь и снова оказался шокирован. На пороге лежало еще одно мертвое животное. Ворон. Без глаз.