три в ряд

«Ну и нахуя меня сюда отправили?», - крутится в голове Донхека уже как полчаса, пока автобус стоит в привычной городской пробке. Так хотелось провести этот месяц в уютной комнатке, за привычным компиком, как и обычно. Но почему-то именно в этот раз его маму это не устроило. И одним ранним, бессовестно недобрым утром она разбудила Донхека с уведомлением о том, что он едет в лагерь через полторы недели и, отказываясь слушать протесты, тут же ушла, захлопнув за собой дверь. И вот теперь он здесь. В душном автобусе, рядом с незнакомыми ему подростками, рядом с орущей компанией на задних сидениях едет в далекий лес (полтора часа от города) наверняка на полузаброшенную базу (ему так кажется), откуда он захочет убежать ровно через 5 минут после прибытия (через 3). Прошло еще 20 минут, возможно 5. Пот начинает стекать по лбу. «Тут вообще есть кондиционер?»,-все, что тревожит сейчас Донхека. Свою роль играет и то, что в автобусе нет ни одного свободного места, а значит, и на соседнем от него кресле сидит неизвестный ему пацан, которого Донхек уже успел оценить, выявив, что из-за «уродской» красной кепки и кучерявых светлых волос тот выглядел занудным мальчишкой, на телефоне которого наверняка нет ни одной игры, кроме «три в ряд», так что поболтать им будет не о чем. Наконец, выехав из города, автобус набрал скорость на шоссе, кто-то спереди открыл окно, и небольшие потоки ветра начали перебрасывать челку Хека в хаотичном порядке. А он и не был против, лишь сделал музыку громче, пытаясь не сосредотачиваться на мелькающих проблесках солнца за окном, и закрыл глаза. «Ну пиздец», - подумал он, когда через минуту почувствовал руку на плече. Пришлось открыть глаза и узнать, что же надо этому человеку, потревожившему только появившийся комфорт Донхека. Он догадался, что это тот зануда. Больше некому. Он снял наушник и уставился на парня, молча изобразив на своем лице вопрос «что надо?». —Извини, но не мог бы ты сделать потише свою музыку? Я слышу ее так, будто колонку подне… -слова, произносимые далее, не играют для Донхека никакой роли, да и не слышит он их, ведь вставляет наушник обратно, полностью игнорируя просьбу. Как же он ошибается, думая, что этот парень стерпит и отстанет от него. Рука соседа снова ложится на плечо Хека, но уже увереннее, не боясь нарушить личное пространство. У Донхека не остается варианта, кроме как снова снять наушник. —Приятель, сделай потише, это же не трудно? - с почти ненаигранной улыбкой четко проговаривает кучерявый, а руку все не убирает, показывая, мол, «я не отстану». —Да пожалуйста, Господи, только убери уже свою руку, -отвечает Донхек и несколько раз показательно кликает на кнопку громкости телефона, размахивая им перед лицом зануды и терпилы. —Спасибоньки, -последнее, что произносит тот, перед тем, как откинуться обратно к себе на кресло и поправить подушку на шее. Казалось бы, что могло быть еще хуже жары под 30 градусов, душного автобуса, который везет Хека в лагерь против его воли и доебывания до того, как он слушает музыку? Да только то, что он в этом месте не знает никого. И, видимо, только он, потому что все остальные ребята по приезде были рассредоточены на пары, а то и компании, весело гогочущие над какой-то хуйней. А впереди предстоял выбор соседа, с которым ему предстояло уживаться бок о бок почти месяц. Постепенно толпа перед корпусом расходилась в назначаемые им комнаты, а Хек высматривал вокруг себя хоть кого-то такого же одинокого, как и он. И только он собирался подойти к парню с просьбой записаться в одну комнату, как какой-то бровастый болван с огромной сумкой вместо чемодана (из которой, кажется, торчит хвост?)схватил того за плечо и увел к вожатому. Уже через минуту он остался, казалось бы, один на один со старшим напротив, но было бы все так просто… И Донхеку снова падает чья-то рука на плечо. Дежавю, не так ли? —Как неожиданно, приятель, -Хек молился, чтоб это были галлюцинации, —ох, точнее сосед. Чур, моя кровать у подоконника. -сказав это, он похлопал по плечу Донхека и, пройдя чуть ближе к вожатому, обратился уже к нему: —Ли Минхен и.. —Ли Донхек. —Хорошо. Поднимайтесь, парни. У вас осталось 20 минут на разбор чемоданов, -монотонно, раз 10 за этот день, сказал старший. И пока Минхен уже начал тащить свой чемодан по лестнице, Хек отчаянно боролся с желанием позвонить своей маме и с криками потребовать забрать его. А потом вспомнил, что у него только вчера закончились деньги на телефоне и, вздохнув, принялся так же волочить свои вещи, которые теперь, казалось, весили тонну. «Только мне могло так повезти»,-крутилось в голове у обоих.