1988

9 сентября 1988 Целую неделю Хисын вертелся рядом с Йеджи. Он дарил ей цветы, пирожные, мягкие игрушки, которые благополучно отправлялись девушкой в мусорку. Он ждал её после пар, чтобы увидеть её недовольный взгляд и успеть сказать лишь несколько слов. Он пытался наладить с ней контакт, но она отражала все его старания. Если ещё в начале он списывал это на стеснение или чрезмерную боязнь знакомиться, то сейчас его это порядком раздражало. Каждый раз после неудачной попытки заговорить с ней он хотел взорвать этот универ, потому что не понимал, какого чёрта она строит из себя недотрогу. Это жутко бесило его. В компании даже перестали говорить на эту тему, так как все знали, что такими обсуждениями можно довести Ли до необратимого состояния гнева. Хисын не из тех, кто будет сдаваться. Он решил, что ничего не потеряет, если подойдёт к ней на дискотеке снова. В пять часов вечера студенты снова потянулись к летней сцене. Всё было уже готово для дискотеки… и для сделки. Ники терпеливо ждал Хисына, который скоро должен был приехать. Парень стоял у ворот и прокручивал в голове сцену с передачей товара. Он представлял всевозможные варианты развития событий, чтобы быть готовым ко всему. Нишимура был одет во всё чёрное, чтобы не мелькать светлой одеждой, которая могла бы быть замечена не в самый подходящий момент. Задумавшись, он не заметил, как перед ним остановилась машина Ли. — Залезай, — через открытое окно позвал его Хисын. Сейчас он не курил, как обычно, а жевал жвачку. Это сразу привлекло внимание Ники. А ещё парень заметил, что Хисын был одет не так, как обычно: прозрачные очки, джинсовка, светлые штаны, чёлка на лоб. Это совсем не соответствовало его ежедневному стилю. — Под отличника косишь? — садясь в машину, спросил Ники. — Не твоё дело, — сразу же отрезал Ли. — Ты лучше не за мной следи, а за покупателем. Запоминай! Говорю только один раз. Чхве Ёнджун. Высокий парень, брюнет. Носит очки с висюльками из чёрно-белого бисера. Имеет шрам на правой брови. Предположительно будет одет в клетчатую рубашку и серые брюки. Всё ясно? — Да, — коротко ответил Ники. — Вот товар, — Ли потянулся к заднему сиденью и достал оттуда чёрную тканевую сумку, открывая её и показывая Ники. Там лежал килограмм белого порошка в пакете. — За это ты возьмёшь у него 800 рублей, — Нишимура сглотнул, услышав такую цену. — Неужели люди платят такие бешеные деньги за это? — он взял сумку и поставил её себе на колени. — Поверь мне, это ещё достаточно дешевая цена для такой дряни, — засмеялся Ли, отчего у Ники пробежали мурашки по всему телу. Он тихо вздохнул, но этот жест не ушёл от внимания Хисына. — Но есть ещё время передумать, Ники. Ничего постыдного нет в том, чтобы бояться. — Нет, я сделаю. Скажи, где мы должны встретиться, — резко перевёл тему парень. — За уличным туалетом. — Разве нельзя встретиться в другом месте? — Ники не понимал, почему такая сделка проходит под боком у сотен студентов. — Нишимура, ты задаёшь слишком много вопросов. Как ты думаешь, кому толкает наркоту Ёнджун? Думаешь, некоторые студенты пришли только ради дискотеки? — Хисын начал выходить из себя. — Подбери момент, когда все будут находиться у сцены, — парень нагнулся через Ники и открыл ему дверь, показывая тем самым, чтобы он выходил. Ники бросил взгляд на Ли, смотрящего вперёд, и быстро вышел из машины, захлопнув за собой дверь. Машина резко рванула с места, оставляя за собой только выхлопные газы и чёрные следы от шин на асфальте. Нишимура понял, что Ёнджуну удобно получить наркоту прямо здесь, чтобы на дискотеке сразу же продать её уже своим клиентам. Ники прождал достаточно долго, пока народ соберётся только возле сцены, а Ёнджун придёт в назначенное место. Он сразу же увидел парня, которого описывал Хисын, и кашлянул, чтобы привлечь его внимание. Тот, в свою очередь, мило улыбнулся и подошёл ближе. — Ники? — протягивая руку для рукопожатия и уточняя имя, спросил Чхве. — Да. А вы? — Нишимура решил перестраховаться и узнать, точно ли перед ним стоит настоящий покупатель. Сумма, которую он держит в руках, не маленькая, и ему не хотелось бы потом отрабатывать её всю жизнь, если что-то пойдёт не так. — Ёнджун, — парень говорил спокойно и был довольно приятным человеком. В другой ситуации Нишимура никогда бы не подумал, что он наркодилер. Напротив, он бы посчитал его интеллигентом из порядочной семьи. Парень был одет не слишком богато, но опрятно. Его волосы были красиво уложены, а очки придавали образу изюминку. Он был красивым, только полоска шрама вдоль его брови сразу бросалась в глаза. — Можно посмотреть? — он взглянул на сумку и шагнул вперёд. Ники поднял её руками перед собой и открыл, пока Чхве смотрел на товар. — Пробовать будешь? — Ники задал вопрос, смотря на задумавшегося парня. — Нет, зачем? Я доверяю Хисыну. Если товар будет бракованным, он вернёт мне деньги, — парень немного помолчал, поднимая взгляд на Ники. — В двойном размере, — это заставило Ники немного напрячься, но Джун похлопал его по плечу. — Поэтому будь осторожен. По тебе видно, что ты ещё не проникся этим миром. — Откуда ты…? — Я уже 7 лет занимаюсь наркотой, — Ёнджун быстро ответил на вопрос удивлённого Ники. — Я столько людей перевидал, что… — он ненадолго замолчал. — Просто совет: будь очень аккуратным. Войти в этот мирок очень легко, а вот выйти иногда можно только вперёд ногами. Ники почему-то почувствовал себя паршиво. То ли от таких слов, то ли от пронзительного взгляда, который имел Чхве, пока говорил их. Чтобы немного отвлечься от неприятных чувств, он решил вернуться к делу. — С тебя 800 рублей, — он закрыл сумку и стал ждать оплаты. Джун усмехнулся тому, как Нишимура перевёл тему, и потянулся к барсетке за деньгами. Он протянул ему купюры и взял сумку с товаром. — Удачи тебе, Нишимура! — Ёнджун улыбнулся и, развернувшись, скрылся за углом. — Да, Нишимура, удача тебе точно не помешает, — парень услышал знакомый голос за своей спиной, который принадлежал… — Джей? — Ники, испугавшись, развернулся и увидел брата. Тот стоял, сунув руки в карманы. По его лицу можно было понять, что он слышал достаточно из разговора с Ёнджуном. — Как давно ты здесь? — Давно, Ники, очень давно, — Пак медленно шагал в сторону Ники. Он ещё в начале концерта заметил, что Ники пошёл в сторону туалета и долгое время не приходил обратно. Решив проверить, не вляпался ли он во что-нибудь, Чонсон наткнулся на начало их разговора и быстро спрятался за углом, чтобы его не увидели. — Я могу объяснить, — резко выдал Нишимура, не понимая, почему он испытывает страх. — Я уже всё слышал, — Джей в этот момент, казалось, сдерживал себя из последних сил. Ники прекрасно знал это выражение лица, и то, что ничего хорошего оно за собой не скрывало — а именно то, что в таком состоянии Джей мог хорошенько избить его. — Ты с ума сошёл? Ты что творишь? Мало тебе за все эти годы приключений, так ты решил ещё и с наркотой поиграться? — А откуда тогда деньги брать? — крикнул Ники, чувствуя, как подступают слёзы. — Так и будем подыхать в бедности? — парень кричал, но его вряд ли кто-нибудь услышал бы из-за громкой музыки и возгласов студентов. — Ну извини, что нам вечно не хватает денег, — Джей развёл руки в стороны, мотая головой, но не отрывая взгляд от Ники. Эти слова, услышанные от Ники, просто били по самому больному. Но больнее всего — что Джей делал всё возможное, но его семья всё равно шла ко дну. И чем больше парень работал, тем больше им не хватало на жизнь. На элементарные средства существования. — Я устал, Джей, — из глаз Ники хлынули слёзы. — Я не хочу жить так больше, — у него буквально начиналась истерика. Он редко позволял себе плакать, но сейчас он не мог больше держаться. Это убивало его. А ещё больше его уничтожала мысль о том, что он даже не может уйти из этой жизни, потому что боится смерти. Он просто мучился и ждал естественной кончины, но когда Хисын дал ему шанс на нормальную жизнь, у него внутри зажглась маленькая искорка надежды. Он изо всех сил вцепился в неё, чтобы не потерять. — Ты думаешь, что начав такую жизнь, тебе станет лучше? — Пак не приближался больше к Ники. Он просто стоял. Его раздражённости и след простыл — теперь ему стало жаль Ники, и он пытался снова вразумить его. Снова безуспешно. Он знал это наперёд. Нишимура ещё никогда не оставлял свои дурацкие затеи, как бы сильно Джей не просил его об этом. — Ники, я прошу тебя, пожалуйста, оставь это. Мы найдём другой выход. — Ага, честный путь? — съязвил Ники, давясь своими слезами. — Я не буду работать, как проклятый, за копейки. Здесь хотя бы прилично платят, — он начал медленно отходить от Пака. — Но это опасно, — Джей действительно боялся за жизнь Ники. Его могли подставить, убить, подсадить на наркоту — да всё что угодно могло случиться с людьми, которые хоть как-то связаны с дурью. — Нет, я не оставлю. И если ты так боишься, то я больше не буду жить в квартире, — он развернулся и пошагал прочь от Джея, который пребывал в шоке от таких слов, но тем не менее подбежал и схватил Нишимуру за руку. — Ники, одумайся! Ты не понимаешь, во что ввязался, — он крепко держал его за худое запястье. — Отвали! — парень вырвал свою руку и быстро зашагал в сторону кампуса. Джей растерянно стоял и смотрел ему вслед. Он даже не хотел делать каких-то выводов, потому что боялся того, что это действительно может случиться.

***

К продуктовому магазинчику подъехал мотоцикл. Йеджи ловко слезла с него и направилась внутрь, чтобы купить продукты для пожилой женщины из соседнего подъезда. Девушка часто помогала ей, потому что сама женщина не могла ходить слишком далеко, а родных у неё не было. Госпожа Ро и сегодня дала ей список продуктов, которые Йеджи согласилась купить. Девушке было жалко старушку, поэтому она всегда навещала её и заботилась о ней. Её дети улетели в Америку и не желали выхаживать старую больную мать, а муж скончался ещё в молодости, поэтому единственной помощью была Джи. — Ты подождёшь меня? — девушка обернулась к Чонвону перед входом в магазин. — Я по-быстрому смотаюсь на почту, надо забрать посылку от родителей. Как закончишь — жди меня здесь. Хорошо? — парень завёл мотоцикл и ждал ответа сестры. — Ладно, — она улыбнулась, потому что в этот момент Вон показался ей очень милым. Он всегда так выглядел, когда проявлял заботу. Мотоцикл тронулся с места, а Йеджи зашла в магазинчик. Они вместе с Яном побыли на концерте немного, чтобы увидеть первое выступление Сонхуна, а после, предупредив его о том, что нужно уйти по делам, покинули дискотеку. Чонвон был очень взволнован игрой Хуна. Он всячески его поддерживал из толпы: кричал, хлопал в ладоши и свистел. Ему сильно понравилось выступление, он не переставал говорить об этом Йеджи, которая полчаса выслушивала его восторженные оды про Сонхуна. Закупив продукты по списку, девушка вышла из магазина. Чонвон ещё не вернулся и вряд ли добрался до почты за это время. Она, немного постояв у магазина, медленно начала идти в сторону дома. Их квартира находилась недалеко, поэтому Йеджи решила не стоять на месте, а пройтись. Тем более, если Вон догонит её, она подъедет с ним до дома. Единственный минус — тяжёлые сумки. Руки уже начинали понемногу ныть. Внезапно возле обочины, рядом с Джи, остановилась машина. Девушка не обратила на это внимания и продолжила медленно идти, но её окликнул чей-то голос. — Йеджи! Привет! Девушка обернулась и увидела, как Хисын вылезает из машины, махая рукой. Она медленно вздохнула, опустив голову от безысходности. Джи действительно устала от Ли, и сколько бы она ни говорила ему отстать от неё, он не слушал и продолжал ходить за ней. — Давай помогу, — парень бросился к девушке, забирая у неё тяжёлые сумки. — Садись, подвезу, — он направился к машине быстрее, чем Йеджи смогла среагировать. — Стой, я сама могу донести, — девушка начала протестовать, но Хисын уже поставил сумки на заднее сиденье. — Я не сяду к тебе. — А как же продукты? — этот вопрос поставил девушку в тупик. С одной стороны, ей не хотелось садиться в машину к Ли, но с другой — ничего ведь страшного не случится за пару минут езды до дома. Тем более, сумки тяжёлые, а Вон неизвестно когда вернётся с почты. Да и Хисын уже которое время ходит за ней, дарит подарки и пытается подружиться. Джи, скрепя зубами, медленно подошла к машине и открыла дверь, неотрывно смотря на парня с опаской. У него был нечитаемый взгляд — то есть нельзя было разобрать, что он в этот момент чувствует или о чём думает. Это настораживало её ещё больше. Но разве плохой человек смог бы днями напролёт предлагать свою помощь совершенно бескорыстно? — Ладно, я покажу, куда ехать, — девушка села в машину. Хисын улыбнулся, но за этой хорошо замаскированной улыбкой плясали черти, а в глазах горел огонь непонятного происхождения. Никто этого не заметил в начинающей спускаться на землю темноте, кроме одного человека, выходящего из магазина и достающего из пачки сигарету. Но разве это сейчас имело значение? — Йеджи, у меня есть вопрос, — ухмыльнулся Ли, решив перейти сразу к делу. Всё шло именно так, как он и планировал. Он не успел подойти к Джи на дискотеке, поэтому проследил за ней до магазина и дождался, пока Чонвон уедет, чтобы не мешать их разговору. Девушка, всё это время сидевшая как на иголках, повернула голову, посмотрев на Ли. — Почему ты бегаешь от меня? — Я не… — Йеджи не смогла закончить из-за того, что Хисын перебил её. — Что я делаю не так? — в слегка агрессивном тоне продолжил Ли. — Или ты специально так делаешь? — Я не понимаю, о чём ты, — девушка напряглась, смотря на сосредоточенного на дороге Ли. — Всё ты поняла, — Хисын уже не был вежливым, он даже не старался казаться таковым, ведь птичка была уже в клетке. — Строишь из себя такую неприступную. Знаешь, мне поначалу даже нравилось, но сейчас это играет мне на нервах. — Я не строю из себя ничего, — возмутилась Йеджи, повышая голос и бегая глазами по всему, за что можно зацепиться: дорога, Хисын, салон автомобиля. — Я просто не хочу отношений. — Так и я не хочу, — Ли перевёл свой дьявольский взгляд на Джи, двусмысленно улыбнувшись. И она, наконец, увидев хищный оскал, поняла, почему ей не давали покоя эти противные чувства недоверия, страха и беспокойства. Она боялась признаться себе в том, что Хисын может сейчас сделать, и отбрасывала ужасные мысли, которые, как нарочно, крутились в голове догадками. — Я не хочу нравиться тебе, — он мучительно медленно говорил, отчего Ян чувствовала давление. — Я не хочу твоей любви. — А чего ты тогда хочешь? — дрожащим, но громким голосом проговорила Йеджи, вжимаясь в дверь машины. Она больше не пыталась быть уверенной, потому что страх обвивал всё её тело. Она не чувствовала безопасности. — Я хочу тебя, — эти слова прозвучали как приговор для Йеджи. Она могла только надеяться на благополучный исход, но сердце предательски стучало, как бешеное, причиняя боль — как физическую, так и моральную. Оно как будто билось в дурном предсказании. Воздуха стало катастрофически не хватать, казалось, что она задыхается. Ей хотелось побыстрее выбраться из машины, уйти от Ли и никогда его больше не видеть. В этот момент Хисын, будто прочитавший её мысли, заблокировал двери машины. Раздался щелчок, который в тысячу раз громче прозвучал для Джи, ударяя её по вискам. Это заставило Йеджи испугаться. Она почувствовала панику, моментально накрывшую её с головой. В это время она заметила, что Ли свернул с дороги, ведущей к её дому. — Что ты делаешь? — Джи закричала, начав дёргать ручку двери. С её глаз полились слёзы, и она поняла, что задумал Ли. — Останови! Куда ты едешь?! — она кричала, но Хисын продолжал спокойно вести машину, заезжая в какие-то тёмные закоулки, которых она не знала. — Я умоляю тебя, останови! — Я пытался… много раз пытался быть добрым к тебе, но даже у меня терпение когда-то заканчивается, — он остановил машину в каком-то безлюдном месте. Джи громко всхлипывала, отодвигаясь от Ли настолько далеко, насколько это возможно. — Я даю тебе последний шанс согласиться, и тогда, может быть, я не причиню тебе боли, Джи. — Ни за что, — ответила девушка, выплюнув эти слова вместе с ненавистью и страхом. — Ты сама видела: я хотел по-хорошему, — он усмехнулся и потянулся к щеке девушки. — Не трогай меня! — Йеджи оттолкнула его руку, крича изо всех сил. Хисын же, недовольный таким поведением, поймал её запястье, сжимая до синяков, которые позже появятся там. Он, закинув ногу через сиденье и оказавшись сверху, поймал и вторую руку, которой Йеджи пыталась отбиваться. Она била его достаточно сильно по всему, что ей попадалось на глаза, но Хисын был сильнее, практически обездвижив её, придавливая своим телом к опущенной спинке сиденья. Как бы сильно она ни билась в истерике, она не могла сделать ни движения. Слёзы делали её лицо мокрым, но отвратительнее всего она чувствовала себя, когда Ли пытался поцеловать её. Она почувствовала, что Ли потянулся одной рукой к её штанам, поэтому она что есть сил сжала ноги вместе, но это не помогло. Она истошно закричала, когда почувствовала боль, которая пронзила всё её тело. Девушка буквально сорвала все голосовые связки, крича что-то несвязное, умоляя Хисына о том, чтобы он отпустил её, обзывая его, зовя на помощь. Но всё тщетно, ни одна душа не могла их услышать. Не сдаваясь, она продолжала кричать, за что получала удары по лицу. Но эта боль не сравнится с той, которую она чувствовала уже на протяжении нескольких минут, которые казались ей вечностью. Она хватала ртом воздух, который хоть как-то помогал ей не потерять сознание. Хотя она предпочла бы умереть, чем чувствовать это. Хисын, грубо толкнувшись ещё пару раз, отпустил её и, тяжело дыша, сел за водительское кресло, доставая из бардачка салфетки. Девушка в это время, давясь своими слезами, пыталась застегнуть порванную блузку и надеть штаны. Она снова услышала щелчок: Ли разблокировал двери. — Теперь пошла вон, — спокойно проговорил тот, застёгивая ремень. Йеджи вышла из машины, чувствуя адскую боль во всём теле. — Будь ты проклят, — последнее, что услышал Ли перед тем, как Джи захлопнула дверь, и машина резко рванула с места, скрываясь в темноте. Он противно засмеялся, радуясь, что добился своей цели. Найдя информацию о том, что она ещё ни с кем не встречалась и не спала, в нём зажёгся огонь, который мог потушить только секс с ней. Он не рассчитывал на то, что всё произойдёт именно так, но, по его мнению: «Кто ж виноват, что девочка такая капризная». Йеджи, утирая мокрое от бесконечных слёз лицо и прижимая руки к груди, где были оторваны пуговицы, медленно зашагала в сторону, где скрылась машина Ли, в надежде найти путь домой. Она и не заметила мелькнувшую тень, которая резко скрылась за углом какого-то здания. В её голове не было места мыслям. Всё, что сейчас происходило, — это прокручивание случившегося без её желания. Перед её глазами вновь и вновь появлялись ужасные картинки, но она больше не плакала. Все эмоции она оставила в той чёртовой машине. Джи была больше чем шокирована, но единственное, что сейчас прояснилось для неё: её интуиция не зря сработала тогда. Но как же теперь жить?