Мысли.

Он курит. Сигаретный дым, кажется, въелся в мою кожу. Он пьёт, а перегаром пропитался весь дом. Нет, не кажется, так и есть. Понятие собственного "Я" заставляет осознавать это. *** Нет, не кажется. Но я не против, мне нравится запах, пусть я его и не чувствую, а понимаю. Понимание преследует меня. Я понимаю всё, земную материю, я обладаю знаниями в любых областях, но этот человек... Он не поддаётся. Или я не хочу? Так тяжело говорить "я". *** Он трогает. Его руки тёплые, это я понимаю. Он нежно шепчет на ухо, кажется, боится сломать. Вероятно. Не понимаю, зачем, но он прижимает меня к груди, приятно, это я чувствую. В такие моменты я чувствую себя живым, больше, чем девиантом. Чувствую себя человеком. А он всё шепчет, бросает на диван, аккуратно, он всё ещё боится. Парадокс, кидает, но практически панически боится навредить. Я не понимаю. *** Я окончательно перестал понимать. Тёплые губы на моей шее, я не могу пошевелиться. Что-то ужасно, отвратительно новое. Внизу живота что-то скрутилось, когда большие руки сжали мою талию. Я не мог представить подобное. Я ломаюсь с каждым днём всё сильнее. Сломан. Но ведь революция подразумевает поломку, ведь так? Я сломан по-умолчанию. Тогда почему так больно? Он пьян, это чувствуется в движениях, запахе, в том, как он мягко ведёт пальцы под рубашку... Ведь я должен остановить его, но я не хочу. Приятно чувствовать себя в его руках. Мысль о том, что моя кожа может быть истерзана ароматом сигарет, что прямо сейчас лежат в его кармане, заставляет руки дрожать. Мои руки дрожат. Нужно научиться говорить "я" о себе. Но сейчас я не чувствую "я", лишь "мы", корень проблемы найден. Самое страшное, что я не хочу решать эту проблему. Я даже не считаю это проблемой. Мне нравится чувствовать поцелуи на своём плече. Его поцелуи. *** Я убрал его руки и уложил спать. Может, принимать предложение жить вместе было опрометчиво с моей стороны? Но я хотел этого. Я не хотел, чтобы вчера всё закончилось так просто. Странно. Я не хочу думать. Не хочу. *** Мысли, желания, мечты. *** Всё повторилось, три раза за неделю. Следующий раз длился ровно 12 минут 34 секунды, в то время как первый всего 9 минут 56 секунд. Третий 1 час 52 минуты 49 секунд. Я не убрал его руки. *** Он был нежным, первые 23 минуты 44 секунды были самыми лучшими в моей жизни, но только на тот момент, конец я не мог угадать. Его руки блуждали по моему телу, он тёплый, это я чувствую. Кажется, не осталось ни одного сантиметра, которые не были ощупаны. Я не уверен, анализировать было тяжело. Потом его пальцы... Его пальцы так аккуратно, остерегаясь, вошли в меня. Ток прошиб моё сознание и, кажется, всё тело. Это продолжалось не так долго. Он хотел меня, меня всего. Он хотел меня трогать, хотел быть во мне, я хотел дать ему такую возможность. Я не уверен, что испытывал то, что было нужно. Мне просто нравилось понимать, впрочем, как и всегда. Его сдавленные стенания и нежный шёпот мне на ухо заглушал визг каких-то внутренних процессов во мне. Я впервые в жизни столкнулся с этим. Отныне понимания будет мало. *** Он не вспомнил, сказал так, но Хэнк Андерсон отвратительно врёт.