Убить жизнь

      Огонь горел в импровизированном крематории, посреди которого лежало четыре трупа, замотанные в старую ткань.       Лицо лукерьи обдавало жаром огня, придавая красно-желтый цвет в кромешной тьме ночи. Никаких эмоций, кроме грусти, не было, но мимика ничего не отражала, кроме злости. Некогда милое лицо, которое всегда смеялось, выглядело напряжённым. Челюсть была напряжена до невозможности, желваки на лице были напряжены, выделяя острую линию челюсти.       Они мертвы. Питер, Кара, Дин и Кай. Половина её стаи умерло и сейчас их тела, обёрнутые в ткань, горели в недо-крематории, сжигая некогда живых не-людей. ***       Кара Уилсон. Она была банши и лучшей подругой Лукерьи ещё со школы и по сей смерть одной из них. Кара была убита перерезанием сонной артерии на шее. Когда Лукерья нашла мёртвое тело подруги, она даже не узнала её.       Некогда синие волосы были спутаны и запачканы её же алой кровью. Голубые глаза были затуманены смертью. Макияж в синих оттенках поплыл и красивое лицо было покрыто синей косметикой, сливаясь с трупными пятнами. Многие бы подумали, что девушка просто упала лицом в палетку. Её тело было в неестественной позе. Грудная клетка была сломана, как и остальные конечности. Руки в локте были выгнуты в другую сторону, а ноги были переломаны возле щиколотки. Было очень похоже на сцену из манхвы "Убить сталкера", где Сану переломал ноги ЮнБуму в этих же местах, чтобы тот не ходил. Видимо, так же сделали и с Карой, чтобы она не сбежала, а руки сломали, чтобы она не смогла закричать.       Дин и Кай Меллеры, близнецы оборотни, лежали по бокам от неё. Они были без футболок, что обозначало, что они становились одним оборотнем. Из их рта вытекала чёрная кровь, а на животах была огромная дыра, в которой было полно волчьего аконита. Эти близнецы были уникальными, хотя бы потому, что если один получал рану, то второй получал точь в точь такую же рану. Парни лежали по бокам от девушки. В их глазах застыли слёзы, которые уже никогда не выйдут из глаз, засыхая на месте. Лукерья даже видела, как они безуспешно пытались защитить Кару, получая в бою одну аконитовую рану на двоих, а после мучительно деля смерть вместе с девушкой.       Завидев такую картину, Лукерья еле сдерживая слёзы, встала на колени перед одним из близнецов, высасывая аконит из раны. Кровь сменила цвет с черной на обычную красную, так же произошло и с другим близнецом. Лука, завидев такую картину, беззлобно, по доброму и криво усмехнулась, проглатывая слёзы. — Даже после смерти вы связаны, — девушка вытерла лицо тыльной стороной ладони и посмотрела в глаза своей мёртвой подруги, — Прости, что не успела, — она сначала посмотрела на Дина, а после на Кая и поток слёз усилился в несколько раз, — Простите, что я не успела, пожалуйста, простите меня!       Лукерья уткнулась в тело мёртвой Кары и начала громко рыдать, не сдерживаясь.       Сзади неё стояли Ногицунэ и Уэйд, тоже еле сдерживая слёзы. Их друзья погибли по их неосторожности и наивности. Дастин, заметив подавленное лицо своего парня, притянул его к себе, крепко обнимая. И Уэйду и Дастину были дороги эти люди, это была их вторая семья, которую так жестоко убили.       Младший крепко обнимал своего парня, не поворачивая головы в сторону рыдающей во весь голос Лукерье. Вдруг неподалёку он заметил ещё одно мертвое тело, лежащее на боку, и принюхался, ощущая знакомый запах. Его глаза вмиг расширились и в них налилось больше слёз.       — Питер! — заорал он, выбираясь из объятий Ногицунэ и, даже не добежав до трупа, упал на колени, проезжая на них остаток пути. Наверняка он протёр там дыры, но это его не волновало. Он заметил тело родного для него и для Лукерьи человека, — Питер! Питер! Хейл лежал на полу без тени сознания и жизни. Парень перевернул его на спину и осмотрел его. Его больше напрягало сердце, а точнее его отсутствие. Грудная клетка была разорвана, как и серая хёнли, показывая внутренности мертвого мужчины. Чёрная кровь. Грудина была порезана и из нее всё ещё вытекала чёрная кровь. Кровь Кары и близнецов уже давно застыла, в то время как у Хейла продолжала течь медленным ручейком. Видимо его убили недавно. Голубые глаза как и лицо было залито слезами. Наверно, перед смертью Питер успел увидеть тела своих мёртвых "детей".       Сзади Уэйда послышались тихие, еле слышные шаги, больше напоминающие шарканье. Лукерья подошла к нему и упала на колени рядом с другом и мертвым возлюбленным.       Сейчас Хьюитту было больше жалко не себя, а свою подругу, что потеряла своего парня. Они были вместе целый год, а до этого Питер помогал Лукерье подняться с колен на ноги, как и Дастин.       Сейчас девушка смотрела на тело Питера и из её глаз полилась третья волна слёз. Вина, горе, любовь играли в ней с огромной силой, давя на клапан слёз, открывая его. Ногицунэ подошёл к ним со спины и положил левую руку на плечо Уэйда, а правую на плечо Лукерьи в ободряющем жесте. Не сдержавшись, мужчина высасывает половину боли из тела каждого, делая легче всем.       В горле Лукерьи зародился рык. Вместо её щёк появились огромные клыки, а глаза загорелись фиолетовым. Девушка подняла голову к полной луне и громко зарычала, обозначая свою потерю. Её рык был наполнен потерянностью, грустью и болью. Дастин сильнее сжал плечо девушки и, когда она перестала рычать, тихо сказал, зная, что его услышат:       — Мы найдём Эрена во чтобы то ни стало.       Запах этого мальчонки был повсюду, но особенно на теле Питера: этот парень вырвал сердце не только у Хейла, но и у выживших людей. ***       — ОТПУСТИ МЕНЯ!       Уэйд рыкнул, призывая Лукерью успокоиться. Держа её руки, он смотрел на парня напротив с огромной ненавистью. Эрен стоял, прижавшись к стене, судорожно дыша.       — Левиан, скажи ей, чтобы она не трогала меня! — самоуверенно кирикнул парень, вышедшему на свет Они.       Левиан снял капюшон и маску Они, убирая катану за спину. Его голубые глаза были полны холода и ненависти, направленной на Эрена. Волосы на голове Они были выбриты снизу, а чёлка напоминала "штору". На щеке был шрам от пули, что когда-то оставил ему Крис Арджент, когда спасал какого-то бизнесмена, во времена, когда Левиан ещё не обладал разумом.       — Ты думаешь, что я запрещу ей трогать тебя после того, когда ты уничтожил половину стаи? — спокойным ледяным тоном спросил Они, подходя ближе. Он был ниже многих, но гораздо опасней.       Лукерья сзади него рычала и вырывалась из рук своего друга, что с каждым разом усиливал хватку. На этот раз девушка выглядела намного страшнее чем раньше: на бледной коже отчётливо виделись синяки под глазами, даже Ногицунэ с телом Стайлза, позавидовал бы. Глаза ярче горели фиолетовым светом, а кожа, что была между огромных клыков вместо щёк, была чёрно-красной. Руки были в крови, как у многих, ведь чтобы попасть в это место, им пришлось перебить несколько тварей, что были за Эрена. Сейчас же, попадя в нужную часть здания, Хьюитт еле сдерживал Рэйкен в руках, ведь она уже почти смогла выбраться.       — Как это не запретишь?! — возмутился зеленоглазый, злобно смотря на Они, — Не забывай, что я твой парень и...       — Бывший парень, — сказал как отрезал Левиан, вгоняя парня напротив в ступор, — Я так и знал, что встречаться с тобой было проблематично.       — Да ты совсем что ли... — Эрена снова прервали на полу слове.       — Пока мы искали тебя, Лукерья посадила себя на диету, — начал издалека Леви, медленно шагая с пятки на носок и подошёл к Уэйду с Лукерьей, что тихо рычала в предвкушении, — Она редко ела, а последние три дня вообще не брала и куска пищи в рот.       Уэйд сразу понял, на что намекал Дэвис и, судя по урчанию его подруги, Лукерья тоже поняла. Она высунула язык и облизнула сухие клыки в предвкушении.       — Родная, — Они погладил подругу по её коротким волосам и, улыбнувшись, сказал:       — Фас.       Хьюитт отпустил руки Лукерьи, а Эрен истошно заорал.       Девушка громко зарычала и, как животное, быстро побежала вперёд, набрасываясь на парня, валя его на пол сразу же. Эрен под ней громко кричал, но она уже не слышала.       Лукерья вытащила свои когти, начиная рвать грудную клетку Эрена. Левиан с ухмылкой подошёл к этой парочке со шприцем в руке. Он присел на корточки, смотря на терявшего сознание Эрена. Они поставил руку, призывая девушку остановиться, что она послушно сделала. Её руки были в крови, а в грудной клетке уже не было ребёр: Лукерья уже успела каждый откинуть в сторону добираясь до внутренних органов.       — Мы же не хотим потерять интерес ко всему этому? — с улыбкой на лице проворковал Левиан, беря руку парня в свою и, вставив в вену шприц, осторожно ввёл содержимое. Эрен резко распахнул глаза и захрипел. Лукерья, смотря на такого парня перед ней, облизнула кровь с лица, что была в зоне досягаемости её языка, — Лошадиная доля допинга заставит тебя жить даже без сердца. Продолжай.       Лукерья зарычала, наклоняясь к прочищенной грудной клетке, доставая оттуда печень и начиная её есть прямо на глазах Эрена. Даже не дожевав, девушка берёт в руки кишки парня, кусая то с левой руки, то с правой, поедая не самый приятный орган.       — Плюсы твоей подруги вурдалака! — громко проговорил Левиан, поворачивая голову Эрена и, смотря ему прямо в глаза, продолжил, — Она может съесть всё, включая желчь, — на глазах бывшего парня навернулись слёзы и она непроизвольно прикрыл глаза. Дэвис возмущённо зацокал, поворачивая голову обратно и приподнимая её. Встав за головой, он открыл глаза Эрена и смотрел на поедание его тела, почти что от первого лица, — Красивое зрелище, да?       Голова девушки была чуть ли не в животе. Она опёрлась руками по обе стороны от бёдер насильно живого парня и поедала его внутренности один за другим. Даже не поедала, а просто пережёвывала и выплёвывала, иногда, всё же, глотая более понравившееся ей мясо.       Видимо, ей надоела внутренняя часть и она поднялась выше, вгрызаясь в лёгкие, лишая парня кислорода. Её огромные клыки хорошо разрывали мясо. Кости, что попадались на её пути, были раздроблены сразу же, как она закрывала пасть. От лёгких почти ничего не оставалось и она перешла на сердце. Оставив всё давление на левую руку и на стопы, она взялась за сердце и вырвала его, сразу откусывая добрую половину, а после засунула в рот остатки, пережёвывая твердую плоть. Левиан смотрел на это зрелище с упоением, в то время как Эрена выворачивало наизнанку — в прямом смысле — и будь у него сейчас желудок, его бы обязательно вырвало, но увы, Лукерья изжевала его полностью, оставляя после себя кровавое месиво.       — Заканчивай, он настрадался, — Леви, как Джони Кейдж, ударил Эрена головой об асфальт, раздрабливая ему череп. Парень оставался в сознании и из его глаз уже текла кровь, как и из рта. Он уже еле хрипел: боль была невыносимой.       Услышав новую команду, Лукерья, как верный пёс, пошла в исполнение. Дожевав сердце, девушка продвинулась вперёд с хрипом вонзаясь в горло парня, разрывая его. Кровь хлынула фонтаном, ведь она разорвала ещё и сонную артерию. Даже с разорванной шеей, Эрен продолжал жить, уже смотря в потолок и тупо моргая. За свою короткую жизнь он увидел многое. От того, как он убивал стаю Лукерьи до того, как она съела его на его же глазах. Рэйкен же подумала, что мало разорвала, впилась намного глубже и на этот раз вырвала хребет.              Эрен издал последний хрип и наконец перестал шевелиться. Девушка будто вышла из транса, вытерла лицо тыльной стороной ладони и вышла из бета-версии, становясь обратно собой. Она укорезительно посмотрела на своего друга и выгнула левую бровь.       — Серьёзно? Фас?       — Оо, так ты помнишь! — парень улыбнулся и поднялся на ноги, беря в руку маску Они, — Тем более в гневе мне легко управлять тобой. Не держи зла, выпей кровушки и отправляйтесь домой, я с Демианом всё приберу.       Леви одел маску и рядом образовался ещё один Они, который начал убирать труп. Лукерья благодарно кивнула и встала с трупа, чтобы его было удобней убирать.       Жестом головы, девушка позвала с собой Уэйда и Дастина. ***       Уэйд сидел на полу перед своим годовалым сыном и играл с ним в гляделки. Ну, как ему казалось.       Найтмар смотрел на своего отца с удивлёнными глазками, прижимая к себе игрушку маленького серого котёнка.       Хьюитт смотрел в глаза сына и через десять секунд они покраснели и заслезились, заставляя его оторвать взгляд и прикрыть глаза от боли.       — Ладно, ты победил! — крикнул парень и часто заморгал, убирая слёзы из глаз.       — По.. бедил, — заикаясь сказал Найт, беря в рот свой маленький кулачок, слюнявя.       — Да, побе.. дил.. — пораженно сказал Уэйд, а после запищал и, взяв на руки Найтмара, обнял его настолько крепко, насколько позволяло маленькое тельце, — Ты сказал первое слово!       — Кто сказал первое слово?       В комнату зашла Лукерья с детьми и улыбкой на лице. Сэм сидел на её плечах, держать за волосы, в то время как Скай был в её левой руке и с удивлением рассматривал всё, слюнявя во рту соску. Уэйд оглядел её и, усадив Найтмара к себе на колени, спросил:       — А где Элай?       — Эта кусака? — Лукерья ещё шире улыбнулась, поднимая правую руку. На ней висел Элай, удерживаясь на зубах, которыми вцепился в руку до крови. Уэйд нисколько не удивился, а только поднял левую бровь, — Он весь в меня, бро!       — А сила Райана досталась Сэму..       — Не упоминай имя этого ублюдка! — крикнула Лукерья и рыкнула, — То, что Сэму досталась его сила, не значит, что я буду любить его меньше остальных! Про ублюдка больше не заикайся!       — Уб.. людок, — выплюнув соску, сказал Скай, оставляя мать в шоке распахнуть глаза и резко повернуть к нему голову. На это движение Уэйд громко за ржал, падая на пол.       — Неееет! Нельзя говорить это слово!       — Ублюдок! — уверено крикнул Элай и свалился на пол.       — И ты туда же? Да бляяять! — прохныкала Лукерья и сгорбилась.       — Бляяяять! — повторил за ней Сэм, дергая её отросшие волосы туда-сюда. Уэйд на полу чуть ли не умирал от слишком громкого ржача, а Лукерья чуть ли не умирала от стыда за саму себя.       — То за шум, а драки нет? Я слышал, твои дети матерились, — Дастин материализовался у двери, сразу же опираясь плечом о дверной косяк и с самодовольной ухмылкой оглянул комнату. Тут к нему подполз Элай, кусая за ногу, — Блять! А зубастик в тебя пошёл!       — Бьять, — теперь это уже сказал Найтмар, чем вызвал новый приступ смеха у Хьюитта, а Лукерья чуть ли не свалилась на пол со смеху. ***       — Куда мы оставим детей? — спросил Уэйд, смотря на бумажную карту и держа на своих плечах Найтмара.              — Мы можем попросить Коннора посидеть с ними, — Лукерья как раз вовремя напомнила о своём брате, что спокойно себе чилил и раслабонил в кресле перед телевизором, но услышав, что он будет сидеть с детьми, подавился воздухом, — Коннор, чертов, Симпсон! Если ты не будешь сидеть с нашими детьми, то ты сам пойдёшь убивать тех охотников-святош, что приперлись по нашу душеньку! Ты там сдохнешь, даже не успеешь палец о палец ударить! — Коннор поднял руки в знак капитуляции и на его руки запрыгнули двойняшки Сэм и Элай, обнимая его, — Вот и договорились. Дастин, куда нам будет легче направиться? — девушка подняла взгляд на Ногицунэ, что задумчиво смотрел в карту.       — Я думаю, что можно будет пойти сюда... ***       Снова огонь. Лукерья снова опоздала. Она со слезами на глазах побежала к горевшему дому за своим лучшим другом, что находился внутри. Оттуда послышался звук пистолета, обозначающий, что не всё потеряно, но всё ещё был риск, что это огонь заставил патрон взорваться.       — УЭ-Э-ЭЙД! — истошно завопила она, забегая в дом вместе с Дастином, что бежал вслед за ней.       Звуки тяжелого дыхания доносились со второго этажа, поэтому химера и Ногицунэ быстро поднялись на второй этаж, по звуку ища нужную комнату.       Уэйд лежал на животе, опираясь руками в пол. Рядом лежал его пистолет, а над ним возвышался обгоревший охотник, что хотел вонзить в Уэйда какую-то железную палку, на что Дастин быстро взмахнул рукой и этот святоша взорвался, а палка улетела куда-то далеко.       Лукерья быстро подбежала к обгоревшему телу ещё живого друга. Она села на колени перед ним, ложа парня на себя. Сейчас ей было всё равно на огонь вокруг них, ей был важен её полуживой друг, напоминавший недожаренный стейк.       — Выглядишь паршиво, — сквозь боль проговорил Уэйд и усмехнулся. Лукерья шмыгнула носом и возмутилась:       — Кто бы говорил, ходячая котлета!       — Бро, мне не долго осталось, — Уэйд закашлял и тяжело сглотнул. На него упала солёная слеза подруги, на что он только грустно улыбнулся.       — Не говори так! — её голос был полон отчаяния, ведь она боялась потерять своего лучшего друга, которого нашла после своей смерти, — Не покидай меня, прошу..       — Лукерья, посмотри на меня, — девушка подняла свой мокрый взгляд к Уэйду и всхлипнула, — Обещай мне, что ты позаботишься о детях. Не говори Найтмару про меня, если я не выживу. Создай им барьер, который сдержит их силу. Не дай им повторить такую же судьбу как и нам.       — Блядский Уэйд Хьюитт! Не смей умирать, козлина! — громко крикнула она, на что парень только усмехнулся.       — Лукерья, нам пора, — Дастин подошёл к ним и осторожно взял мужа на руки, — Ещё немного и я уверен, мы скоро здесь все трое сгорим.       Троица поспешила покинуть горящее здание и уже выходя из него, дом полностью обрушился, погребая под себя трупы охотников.        — Дорогой, поцелуй меня как в последний раз при свете огня, — усмехнулся Уэйд, когда его положили на траву. На лице Ногицунэ тоже были слёзы, которые он пытался сдерживать. Демон посмешил исполнить просьбу своего мужа и, наклонившись, поцеловал его.       — Лукерья, — тихо проговорил Уэйд, когда оторвался от поцелуя, — Обещай мне.       — Обещаю, бро, — лицо девушки заливали горячие слёзы, в то время как наполовину сгоревшему Уэйду было нечем плакать - вся влага из его организма испарилась в огне. Лука села рядом с ним и парень поднял свою руку, сжимая запястье в кулак, который Лука стукнула своим.       Этот жест будто бы забрал последние силы и рука упала на землю. На губах Уэйда застыла улыбка, а взгляд заледенел.       Лукерья уткнулась в грудь своего мёртвого друга, громко рыдая и даже не пытаясь сдерживаться. Она плачет так, как никогда. Даже у трупов своей стаи так не рыдала.       Рядом с ней умер её лучший друг, с которым она прошла через огонь и воду, но в их случае через пиздец и аконит. Дастин тоже заплакал, сдерживая крик, который рвался наружу.       Через рыдания девушка увидела немного расплавившийся пистолет, который лежал возле выхода из дома. Это был любимый пистолет Уэйда, которым он дорожил на равне с Лукерьей и Дастином.              Уже дома Лукерья повесила пистолеты в свой закрытый шкаф, между катанами Левиана и Демиана, что погибли три года назад, защищая их задницы.       — Я обещаю, Уэйд, — она присела перед пистолетами на пол, что были закрыты стеклянной дверкой, — Я обещаю, что наши дети будут в порядке и я постараюсь избавить их от той участи, что досталась нам.       Она направила взгляд в небо, а железная ручка, что была у неё под рукой, приятно завибрировала. Всегда, когда Уэйд шутил, он щекотал её, как пытался защекотать сейчас в знак поддержки, даже будучи мёртвым. ***       Дети сидели за столом, а на их глазах застыли слёзы, в то время как у Лукерьи и Дастина текли слёзы.       — Оказалось что те охотники - приспешники Эрена и были с ним заодно, — заключила свой рассказ Лукерья, судорожно выдыхая, — Теперь вы знаете правду.       Найтмар встал со стула и, подойдя почти что к тёте, крепко обнял её. Вдруг девушка задалась громким всхлипом и крепко обняла частичку своего брата.       — Теперь понятно, почему Рэй.. отец любил нас больше, — усмехнулся Найтмар и с теплотой в глазах посмотрел на своего отца. Найт отплепил одну из рук от Лукерьи, приглашая остальных к себе в объятия. Все незамедлительно прилипли к ним двоим, снова образовывая пучок капусты.       Нежности продлились не долго. Скай, оглядев мать, спросил:       — Мам, а ты чего вся в чёрной пыли?              — А, это? — она усмехнулась, — Наитупейшая история. Многие до сих пор думают в миф, что я боюсь аконита. На самом деле, у меня от него регенерация. Так вот, тот альфа, завидев банку с волчьим аконитом, кинул в меня тогда, когда мне больше всего нужна была регенерация. И что же! Я после, так сказать, "перезарядки", расхуярила половину народа что пришёл сюда! Кстати об этом альфе, Дастин, — Лукерья повернула голову к Ногицунэ, — Что с тем альфачом, что приперся с неудачной попыткой убить нас?       — Он сейчас находится в подвале, — демон отпрянул от приятных объятий и пожал плечами, — Пока не очухался. Я пока что приберусь здесь, а после, когда проснётся, опробую на нём свои новые гвозди, что недавно купил.       — Ты хочешь его в Иисуса превратить? — тупо спросил теперь уже Элай, смотря на своего.. родственника?       — Да, я хочу распять его. Не бойся, он не воскреснет, — на лице Ногицунэ появилась та ухмылка, которая была при приходе в дом - самоуверенная, — Я уж постараюсь.       — Так, занимайся уборкой, мститель хренов! — крикнула Лукерья, пугая детей, — А вы идите умойтесь и потом за уроки! Школу никто ещё не отменял!       Подростки с мученическим стоном направились на верх, где у лестницы их снова окликнули:       — Потом верните катану Леви и пистолеты Уэйда на место, хорошо? Мне эти вещи очень дороги       — Не получится, — Дин обернулся и с неловко почесал затылок. Лука выгнула бровь и посмотрела на своих детей недоверчивым взглядом, — Когда красноглазый дверь взломал, я отлетел в шкаф и, нечаянно, полностью его сломал.. — ЧТОООООО?!