Чёрное. Белое. Серое.

      Тикки старательно будила Маринетт, явно решившую проспать всю учёбу. Девушка явно спала тревожно, скинула во сне одеяло и подушку, свернула в комок обыденно аккуратно застеленную простыню. После пары криков на грани слышимости на кухне, Тикки было отчаялась. Зазвучавшие шаги на лестнице также не предвещали ничего хорошего. - Маринетт! Маринетт, ты проснулась? - голос Сабин прозвучал из приоткрытого люка, заставив девушку резко сесть. Сердце бешено колотилось, отбивая болезненный ритм в голове. - Да, встаю! - Опоздаешь ведь, - люк с лёгким скрипом закрылся.       Девушка с удивлением озиралась. Её комната, с розовыми стенами, увешанными плакатами с Адрианом. Её постель, явно сильно пострадавшая во время такого мучительного сна. Её квами, впервые за долгое время смотрящая на неё с теплотой и заботой.       Со стоном она откинулась на подушку, приводя мысли в порядок. Она помнила, как застала Адриана в их постели с другой. Как он попытался не то отшутиться, не то оправдаться. Как девчонка шмыгнула в ванную, а он резко трансформировался в Нуара.       Перед глазами вставали разрушения, учинённые ею в ярости, пока она пыталась добраться до этого вшивого котяры и убить его девять раз. И ещё разок, чтоб наверняка. Потом она отняла у него кольцо, удачно оторвав его с пальцем. Надела. - Это не сон, - выдохнула она, садясь на постели. Кажется, она начала понимать, что натворила. Свидетельством совершённого ею было чёрное кольцо Нуара на её безымянном пальце, где когда-то было их обручальное кольцо. - Что такое, Маринетт? - квами зависла перед её лицом, с тревогой вглядываясь в её подопечную. - Тебе что-то приснилось? - Да, - отмахнулась она, рывком подымаясь и вспоминая, где она когда-то хранила школьную форму. Или она должна пойти в университет? - Кошмар. Какой-то. Не помню, прости.       Взглянув на экран телефона, она поняла, что попала в тот самый день. Сегодня у них "последние занятия", на которых никто уже точно не будет заниматься, скорее, получать наставления от учителей, да договариваться, кто с кем пойдёт.       Как бы невзначай, она пару раз провела рукой в поле зрения своей квами, один раз едва ли не тыча кольцом бедной Тикки в лицо. Та лишь растерянно смотрела на неё, но, кажется, совсем ничего не видела. - Сегодня будет, - она ухмыльнулась, выдыхая последнее слово. - Весело.

***

      Натали заглянула в комнату начальника. Она бы никогда этого не стала делать, но она точно знала, что он пошёл вчера к себе, а сегодня с утра никто не видел, чтобы он выходил. В комнате царила тишина. Войдя, она не увидела ни самого Габриэля, ни следов его присутствия этой ночью в спальне.       Мягко прикрыв дверь, она спустилась в кабинет, обнаружив шефа в не лучшей форме. Явно выпивший вчера, он спал, откинувшись на разложенное кресло. Однако ни бокалов, ни бутылок не было. "Всё убрал, но не стал подыматься?" - мысленно удивилась ситуации Санкёр. - Доброе утро, Натали, - не размыкая глаз, Габриэль поднял руку в приветственном жесте. - Думаю, моё состояние тебе понятно. Что делать, уверен, знаешь. - Сегодня у вашего сына выпускной, - уверенно начала она. - Неважно, - выдохнул он. - Сначала привести меня в по... Выпускной!? - он резко выпрямился в кресле. В три шага покрыв кабинет, он выхватил у неё из рук планшет, после чего открыл календарь. - Да, вот отметка, - она, стараясь не задеть начальника, просунула руку под его локтём и нажала на текущую дату. - И у нас запланированы ещё... - Вижу, - отрезал он, после чего поморщился. - Встречу на 12 можно перенести на 15, встречу с 15 перенеси на выпускной. Скажи, что я захотел встретиться в более доверительной обстановке, на выпускном сына, поговорить о будущем, - последние слова эхом отдались у него в голове.       Перед глазами поползли образы. Маринетт Дюпен-Чен, столь уверенная в себе, настоящая стальная леди, но и верная супруга его сына. Её шедевры, столь спокойно переданные ему. - Но сначала, - он мягко вручил планшет в руки Натали, спокойно положив свои ладони поверх её, отчего девушка залилась румянцем. - Надо привести в надлежащее состояние меня, - он сделал короткий шаг назад, оценивающе осматривая секретаршу. - И вас. Распорядитесь о завтраке, после чего займитесь приготовлениями. - Но, - неуверенно начала она. Тихая пауза, взгляд на подбородок Габриэля, качнувшийся в кивке, мол, продолжай. - К чему приготовления? - Известно к чему. Сегодня мы выйдем в свет, вы должны выглядеть соответствующе. Можете взять необходимую сумму. Стиль, - он ещё раз окинул её взглядом. - Всё-таки не настолько официальный. Чуть больше женственности, - он ещё раз кивнул ей.

***

      Маринетт без труда добралась вовремя. Вообще, её родители удивились, что их дочь решила, пусть и запаздывала, остаться на завтрак, обняла их, поцеловала каждого в щёку и сказала пламенные и искренние слова любви.       Том тревожно поглядывал на Сабин, но та одной лишь ладонью показывала, мол, не надо. Уже когда Маринетт непривычно ловко и быстро вылетела из пекарни и побежала в сторону коллежа Франсуа Дюпона, Сабин просто сказала, что Маринетт готовиться вступить во взрослую жизнь.       Только материнское сердце не обманешь, она чувствовала тревогу своей дочери, но не могла понять, от чего она должна уберечь самого дорогого ей человека. Впрочем, отцовское сердце тоже было весьма проницательным.

***

      Придя в коллеж, Маринетт с натренированной деловой улыбкой встретила знакомых, что не укрылось от их глаз. Едва не выпустила на лицо тоску, которая сжала её сердце, когда она оглядывала дорогие её сердцу кабинеты и лица.       Даже лицо Хлои Буржуа, которая вскоре станет лишь воспоминанием. Воспоминанием...       Её голову пронзила боль, но она не могла понять - от чего именно. В её голове стало понемногу прояснятся новое прошлое. Они с Адрианом вместе, уже. И он весьма напряжён. И новые злодеи, каких они с Нуаром никогда не одолевали. И камни! Бражник захватил практически все камни, кроме её и Кота!       "Не Бражник - Монарх," - поправила её память. Воспоминания продолжали заливать её волнами, причиняя всё больше боли. Она уже не сдерживалась, и её лицо выражало состояние, в котором она рухнула.

***

      В себя она пришла в медкабинете. В голове родились мысли, но боль отступила. Вокруг столпились одноклассники, которых уже отчаялась прогнать медсестра. Рядом с ней сидел Адриан, державший её за руку. Чуть дальше устроилась Алья, с тревогой разглядывавшая её лицо. - Что со мной случилось? - этот вопрос она задала скорее себе, чем окружающим, но ответ не заставил себя ждать. - Мы встретились у входа, тебе было плохо, но ты отмахивалась. Потом ты застонала, схватилась за голову, а после... Мы все перепугались за тебя, подруга. Я не знала, что человек вообще может так кричать. А потом ты упала. - Ясно, - буркнула Маринетт, переваривая информацию. Кажется, она сложила два и два. Она пожелала всё изменить, но получила изменённую реальность. - Оставьте нас с Альей и Адрианом, пожалуйста, - она выдавила улыбку, которая быстро стала искренней. - Мне уже лучше, ребят, спасибо за помощь. Нам надо посекретничать.       Непривычное для неё слово удивило всех, но, к счастью, друзья уверились, что ей лучше. Медленно, высказывая пожелания выздоровления, ребята удалялись. Когда последний из них закрыл за собой дверь, она расслабленно выдохнула и вжалась в подушку.