Одуванчики и кровь.

Тора любил рассказывать истории. Разные - грустные и весёлые, интересные или абсолютно пустой трëп. А Манджиро любил его слушать. Он очень сильно изменился. Стал тихим, совсем не похож на себя прежнего, на себя двенадцать лет назад. Тора это заметил. Всегда замечал. И никогда его не осуждал. Майки прошёл через трудный путь и продолжает через него проходить. Ханемия не чувствует себя правым что бы осуждать его. Он хочет помочь Манджиро и единственное, что он может сделать - это просто быть поддержкой. Просто сидеть вечерами, такими же как этот, и болтать обо всём и ни о чëм одновременно. Просто заглушать своим голосом поток тяжёлых мыслей в чужой голове и нежно-нежно обнимать. Хорошие дни, как этот, всегда заканчиваются одинаково: посиделки за чашкой чая, разговоры и нежные, чувственные поцелуи. Но есть и плохие дни. Такие дни заканчиваются либо бутылкой дорогого коньяка, либо жёстким сексом. Манджиро почти не умеет быть нежным, но Тора никогда на него не обижается. На утро после этих дней Сано долго смотрит в одну точку за завтраком, а потом невзначай целует Тору в макушку молча прося прощения. И он всегда его прощает. Сегодня Манджиро вернулся в ужасном настроении. Тора, до этого сидевший на диване с чашкой чая, отставил кружку на кофейный столик и был готов к уже привычным, заученным действиям. Но ничего привычного не произошло. Сано просто приземлился на диван укладывая свою голову на колени Ханемии, прося ласки и утешения. Тора в замешательстве помедлил. А потом аккуратно начал перебирать светлые волосы. На фоне слышались помехи телевизора, за окном уже давно город накрыло ночной пеленой. Ханемия молчал. Он просто не знал, что говорить и стоит ли говорить вообще. - Не молчи, Ханемия. Не молчи никогда. Голос Манджиро звучал тихо и, как обычно, грубовато. Он смотрел долго и пронзительно, читая Тору как открытую книгу и он, Тора, тонул в этих глазах не в силах отвернуться. Прошло по меньшей мере ещё пара минут перед тем, как Ханемия начал говорить. Рассказывал о том какие у Чифую милые коты, о том какой сериал он сегодня смотрел, о том как повздорил с продавцом в магазине за углом и о том как долго и томительно он выбирал печенья, ведь не мог определиться с каким вкусом лучше. Его голос нежно обволакивал разум Сано, не позволяя думать о чëм-то плохом, о чëм-то другом в принципе. Постепенно его глаза слипались от приятных движений пальцев на голове. И он уснул. - Спи спокойно, Майки. Тора ещё долго смотрел на умиротворëнное лицо своего любовника пока на фоне тихо играла Лана Дель Рей, вплоть до момента пока за окнами не начало светать.