Брамс Хилшер

- Малькольм, я не оставлю тебя! Я села рядом с отверстием, пытаясь его открыть, заставить Малькольма сдаться и подползти туда, где я была. Брамс убьёт его, как и Коула. - Все в порядке, просто открой дверь. Я задержу его! - МАЛЬКОЛЬМ, ПОЖАЛУЙСТА, НАМ НУЖНО УЙТИ! «Почему он просто не пойдет со мной? Почему эта дверь не открывается?!» Я выдала наше место. Брамс ещё не знал его, но бродил где-то рядом. Малькольм не мог умереть из-за меня. Мы могли бы выбраться, если бы он помог мне… Раздался оглушительный удар. «О нет. Он нашел нас...» - пронеслось у меня в голове.. - Малькольм, пожалуйста, я не могу открыть тебе дверь. Помоги мне поторопиться! Я вижу выражения лица Малькольма. Брамс нашел нас. Это все моя вина. Я не должна была просить помощи у куклы Брамса. - НУ, ДАВАЙ ЖЕ! – Крикнул Малькольм. Как он мог подумать, что сможет сразиться с Брамсом? Разве он не видит его силу? Когда он убил Коула или когда он так легко пробивал стены или ломал двери, чтобы добраться до нас? - МАЛЬКОЛЬМ НЕТ! Все произошло так быстро. Секунду назад Малькольм стоял, готовый защищаться, а в следующие секунды его швырнуло на землю, а Брамс навалился на него. В шоке и ужасе я наблюдала, как Брамс несколько раз ударил Малькольма головой об землю, и как он постепенно затихал с каждым ударом. «Нет... Нет, нет, нет! Пожалуйста, только не Малькольм!» - Эмерсин? – Раздался детский голос. Это был он, Брамс. Он сидел на корточках и смотрел на меня, склонив голову набок. Я следующая. Он собирается убить меня. Я даже не заметила, как он начал ползти через небольшое пространство, в котором я должна была добраться до маленькой двери. - НЕТ, НЕТ! – Шепчу я себе под нос. По моим щекам текут слезы. Мне нужно уйти отсюда. Почему эта дверь не поддается? Все мои удары по двери бессмысленны. Я оглядываюсь назад, чтобы посмотреть, сколько времени у меня осталось, но уже слишком поздно. Вот он, сидит прямо рядом со мной. Я, застыв, перестаю плакать. Я не уверена, что я должна вообще что-то делать. Я смотрю ему в глаза и смотрю, как он смотрит на моё лицо. Брамс поднимает руку, и я вздрагиваю. «Он собирается ударить меня?» - Подумала я. Я зажмурилась, в ожидании чего-то, и… не чувствую боли? Он положил руку на мою щеку. Затем его большой палец скользит по моей скуле. Брамс… вытирает мои слёзы? Его дыхание становится тяжелее, и он перестает двигать большим пальцем. Его рука начинает дрожать, кажется, будто он пытается держать себя в руках. - Брамс? Мой голос такой тихий... Я не знаю, как вообще могу говорить в такое время. Брамс мог бы свернуть мне шею, если бы захотел. Мужчина смотрит мне в глаза. И я смотрю в ответ, его карие глаза. Я ищу любые эмоции, но, похоже, их нет. - Ты собираешься причинить мне боль? – Робко спросила я. Я боюсь его ответа. Он мог наброситься на меня за то, что я спросила об этом. «Зачем мне задавать такой глупый вопрос? Он легко убил двух мужчин прямо у меня на глазах». – Выругалась я про себя. Он убирает руку с моего лица и отрицательно качает головой.. Если он не собирается причинять мне боль, то что он собирается делать? Ответ на мой вопрос дан, когда полку, под которой мы находимся, передвигают. Он с легкостью отбрасывает её. Затем, прежде чем я успеваю среагировать, он хватает меня за руки, и поднимает меня на ноги. После он перебрасывает меня через своё плечо. Что он собирается сделать со мной? - Брамс? Парень молчал. - Брамс, что ты делаешь? Опять нет ответа. Он продолжает идти, пока мы не доходим до гостиной. Я вижу тело Коула на земле. Он лежал в луже собственной крови. Я вздрагиваю при виде этого. Я не могу поверить, что это произошло. «Почему я? Почему мы?» Я должна была остаться дома тогда. С моей стороны было глупо убегать. Если б я только разобралась с жестоким обращением Коула, нечего бы этого не случилось. Малькольм мог бы быть ещё жив. Я замечаю, что мы снова в стенах. Куда он меня тащит? Резко мы выходим в свет. Внезапно он бросает меня на что-то мягкое. Это его комната. Нас окружают только две лампы. Одна у его кровати, а другая посреди комнаты. Я не двигаюсь. Бежать некуда. Затем Брамс заходит в шкаф, а я лежу и смотрю. Он взял в руки веревку. - П-пожалуйста, не делай этого... Я никому не скажу! Это может быть нашим маленьким секретом. – Я сажусь к изголовью кровати, прижав ноги к груди, пытаясь создать дистанцию между нами. Впрочем, это не имеет значения, он хватает меня за правое запястье и тянет к себе. Веревка не накинута на мою шею, он завязывает её на моём запястье. Он собирается сохранить мне жизнь. Теперь я его заложник. «Эмерсин теперь твоя. Люби и заботься о ней». Это то, что я прочитала в письме здесь. В минуты побега я наткнулась на это письмо, написанное его матерью. Но… что это на самом деле означает? Это все не может быть… спланировано? Или же может? Он туго обвязывает веревку вокруг моего запястья, а другой конец привязывает к изголовью кровати. После чего он встаёт, поворачивается и начинает медленно уходить. Он просто бросает меня здесь? - Брамс! Он, игнорируя меня, продолжает идти. - Брамс, ты сказал, что не причинишь мне вреда. – Кричу ему вслед «Может быть, я смогу сбежать, сделав его уязвимым». Он останавливается, не поворачиваясь ко мне, ожидая, что я скажу после. - Веревка, Брамс. Мне больно… - Я сделала свой голос тихим и почти скулящим, чтобы вызвать жалость. Брамс сжимает руки в кулаки всего на несколько секунд и после расслабляется. Он оборачивается, подходит ко мне и присаживается на край кровати. Я пытаюсь успокоить свое прерывистое дыхание, настолько, насколько это возможно. Сделать вид, будто я не боюсь его. Он поднимает руки к моему связанному запястью, немного ослабляет хватку веревок и смотрит на меня, ожидая реакции. - Так намного лучше. - Я хочу улыбнуться, чтобы привлечь его внимание, но я не могу улыбаться после всего, что произошло. - Спасибо, Брамс. Он смотрит мне в глаза, а я отворачиваюсь, не зная, что делать. Это было единственное, что я смогла сказать. Я чувствую его взгляд, который кажется вечным, а потом он встает и выходит из комнаты. Теперь все начинает обретать смысл. Я уже была его второй «няней», когда взяла на себя эту работу. Правила. 3.Храните еду в морозильной камере. Это было для него. Утром еды всегда не было. Он приходил и получал её каждую ночь. Все хихиканья, а также еда, которая была приготовлена для меня, были не в духе маленького мальчика… все это время, это был Брамс. Все мои вещи, двигавшиеся вокруг, это все делал он. Ощущение, что за мной наблюдают, за мной наблюдала не кукла, это был он. Брамс все время наблюдал за мной.