По Гарри Поттеру

Ожидание суда Среди сотен вопросов, заданных в этих серых пустых стенах, Нет того, что действительно важен, что приходит ко мне во снах: Ты действительно не желаешь моей смерти? Ты всё простил? И я бьюсь в этой мёртвой клетке, и не знаю - достанет сил Дотянуть до суда? Увижу ль я хоть мельком твоё лицо? Ну, а может, мне гнить здесь вечно. Может лучше, чем этот сон, Где ты снова мне тянешь руку, вырываешь из смерти лап. Мы чужие, враги друг другу... Да, все правы, я слишком слаб... Но одно вы понять не в силах, вы, клеймящие в нас рабов, Что мне страшно попасть в немилость ещё больше, чем ждать любовь. Что мне горько, ведь мне внушали, что величие в чистоте... Жаль, что с грязью уже смешали твою искренность лапы тех, Что Победу трубят... А ты помнишь, как мы ждали дурацких драк? Я - так точно! И ты мне нужен. Ну конечно же я - дурак... Я слабак, я ничтожество, слизень... Всё равно, как назвал бы ты... Ты живи. Забывай. И смейся. Я люблю этот смех... Мечты... Нет, давно я мечтать разучился. Нет мне дела - сегодня, вчера. Всё смешалось. Осталась лишь серость, бесконечная ночь до утра. Моё утро - оно затерялось в переплетах разрушенных стен Там, где сердце больное осталось, на песке, в горький час перемен. # Не герой, не враг Давно хотел взять твои волосы и намотать на кулак. Открыть беззащитное горло и целовать тебя так, Чтобы дыхание сперло и больше сбежать никак, Чтобы стонал ты в голос, а сердце стучало в такт. Мне так надоели драки, бессмысленная возня. Чужая псевдозабота достала безумно меня. И ложь, что прикрыта светом, любовью и добротой, Мне так надоело это! Ведь я же совсем не герой. Войны больше нет, но знаешь, мы сами и есть война. И значит, пока живу я, во мне будет жить вина, Что я не ценю секунды, теряю без смысла дни, Которые мне остались. Поэтому извини, Но я отступать не стану. Возьму всё своё сейчас. И пусть меня в пепел сжигает, под цвет твоих серых глаз, То чувство, что поселилось давно в уголке души. И я повторяю, слышишь, ты мною одним дыши. Меня обнимай руками, так крепко, чтоб слышать хруст. Я буду клеймить губами везде, куда дотянусь. Снимая по капле с метки проклятой твой страх и боль, Заполню весь мир до края, до дна лишь одним собой. Мне нет никакого дела, что должен кому-то там. Они не желают героя, что стал теперь думать сам, А я не желаю больше быть пешкой в чужой игре. Теперь свою жизнь до капли, до края отдам тебе. По шелковой белой коже, от губ твоих и до пят, Рисую своими губами, пусть эти следы горят, Не меньше, чем те, что раньше оставил и ты на мне. И ты с ума сходишь так же, как я не в своём уме. # После... Герой грустит. Гляжу из-под ресниц Как он рисует на стекле узоры. Фигура в отражении дрожит, Сминают руки простыни просторы... - Ты зол? Жалеешь? - Что ты, глупый, нет! О том, что было, я не пожалею! - Тогда, о чём грустишь, мне дай ответ. - О том... Красиво не умею... - Давай, как есть. Я все стерплю. Смогу. - Мне жаль то время, что ушло впустую... - И это всё?! - Ну, да. А что? - Угу... Иди ко мне, до смерти зацелую, Чтоб ты не думал. Прошлое - ушло. Пускай горит огнём! Живём мы дальше! И мы опять лежим. Ни капли фальши. Глядим вдвоём на тонкое стекло # Паритет Мне все равно, чьё тело будет сверху. Желанья душ не есть желанья плоти. Нам жизнь отмерила такую мерку, Что поздно сожалеть. Ведь знаешь ты, Мне без тебя не нужен даже воздух. Пускай и вслух я в этом не признаюсь. Но в миг, когда к тебе я прикасаюсь, Мне все равно, пускай погаснут звезды, А ты - останешься! Мне не нужна свобода, В которой вновь я буду только тенью, Высокомерный сноб, дракон, порода! Лишь племенной... В твоих руках мгновенье Даёт покой. Ты принял всё, как есть. И я приму тебя, с твоей душою, Избитой каждым, и, как горько, мною. Но прошлое скрывается не здесь. Оно ушло в парадных залов звоны, Туда где прячут все следы побед. А здесь лишь мы. И нежные пионы От губ твоих - на белой коже след. # Не люблю... Мне казалось каким-то пошлым Говорить о любви в постели. Но теперь всё осталось в прошлом. Мы с тобою в неё влетели ... Будто бабочка обгораю в твоём пламени. Жги сильнее! В твоё тело себя вжимаю, С каждым вздохом твоим пьянею. Губы шепчут, насколько дорог Каждый миг, когда кожа к коже, В тишине, где движений шорох Громче грома быть даже может. Я с тобою теряю гордость, Отдаю тебе что угодно, Ощущая ладоней твёрдость И в астрале паря свободно. За меня разорвешь любого - Знаю это не понаслышке. Как же я заслужил такого? Лишь себя я в глазах твоих вижу И смеюсь. Мы теряли годы Столько раз разбивая губы. А теперь в голове лишь- любит? - И я сделаю что угодно, Чтоб хоть раз, не в угаре страсти, А спокойно, за чашкой чая Прошептать тебе, моё счастье, - Я тебя не люблю... Обожаю # Когда я не знал... Когда я не знал, как ты дышишь во сне, Как волосы шелком касаются кожи, Я думал, что всё это счастье - не мне. Я думал, что в мире никто не поможет... Когда я увидел в пыли и крови Простертое тело - я в бездну сорвался. Я шёл убивать, я рычал и бросался Без палочки в глотки. А ты... Ты живи! В палате твоей мне казалось, ты знаешь, Что я прикипел к тебе слишком давно. Но нет, ты не знал, ты лежал, усмехаясь, А взгляд твой - как небо, что видно в окно. Ах, если б ты знал! Я дожди - ненавидел. И серое небо тайком проклинал, Пока я глаза вдруг твои не увидел И каплей дождя в этом небе пропал. Давно не нужны мне "геройские лавры", Мне больно и знаю я цену побед. Отдам всё за губы, пекущие лавой, Твой стон, что с моим раздаётся в ответ... # Про любовь - Вот ты понимаешь: "любить" - глагол. Не розы, конфеты, стихи и котята. Не к стенке прижать или мордой в пол, Ты помнишь, прямо как мы когда-то... Нет, ностальгия не мучит меня, Думаю, ты не скучаешь тоже... Сейчас под тобой извиваюсь я, Змеей проникая тебе под кожу. А утром - кофе и бутерброд, Ладонь на плече в мимолетной ласке, твой аромат. Я мурчу, как кот. Друг перед другом не носим маски. Так. Если глагол, то что я могу? Слишком в душе моей много яда. Как показать тебе, что не лгу? - Я знаю, ведь ты засыпаешь рядом, Крепко вцепляешься в мою кисть, Доверчиво жмешься ко мне щекою. И ты продолжай меня так любить. Ведь что же ещё может быть любовью? # Защитник Героя Сильный мужчина не плачет в подушку, И, как истеричка, не швыряет сервиз. Он молча спиртного набулькает в кружку И с огневиски танцует стриптиз. Молча, конечно, а чего ж вы хотите? Он настоящий, железный Герой! Вы от него объяснений не ждите - В пень объяснения с жизнью такой! Каждый стремится урвать хоть кусочек Мантии, ласки, хоть взгляд наконец! Или впихнуть с предложеньем листочек - Он же ж Герой (читай - жеребец)! Как надоело мне ждать вечерами, Чтобы всучить очредной безоар. И обнимать, защищая руками Сердце Героя, что просите в дар. К черту подите! Имейте же совесть! Дайте ему не геройствовать день. Сколько ещё вы попросите крови Или же кожи... На новый ремень... Каждый герой априори - несчастен. Силы он все для других отдаёт. Нет, моего не порвете на части! Я вам устрою! Пусть долго живёт. Пусть просыпается рядом со мною, Пьёт огневиски, когда я подам. Пусть никогда не стирается болью Счастье, случайно попавшее нам. # Первый раз Интимность момента… Что это такое? Когда — ничего между мной и тобою, Лишь кожа и кожа. Я тело открою, Себя наполняя до кромки тобою. Я быстро пьянею, вдыхая дыхание. Спешу сократить навсегда расстояние. Нет боли, лишь только одно наслаждение… Сколько смогло бы продлиться мгновение, Когда б я просил, умолял, растекался Оргазменной лужей, к тебе прижимался? Всё глубже и глубже, ведь я не хрустальный! И я не сломаюсь от дрожи финальной. Я крепче притисну к себе твоё тело, Впиваясь зубами, целуя несмело. И ты для меня вдруг предстанешь открытым, таким беззащитным… Все страхи забыты… Теперь уже я в тебя буду врываться, Стонать, всё сильнее к тебе прижиматься, Взрываться на пике звездою сверхновой. А после — лежать, понимая, что снова Сгораю в огне твоих глаз. Задыхаться От счастья, что МЫ начинаем сбываться. Как детская сказка, в которой принцесса Вдруг как-то с драконом меняется местом. И счастлив дракон, да и принц — не жалеет, А нежно улыбкой любимого греет. И будут сгорать за стеною рассветы, А мы не заметим, влюбленные, это… # Если бы вы знали... Знали бы вы, как мне хочется Всех затолкать в паровоз - "друзей", советчиков, умников - Чтоб со свистом спустить под откос. И глядя, как, звякая шпалами, Они бодренько катятся вниз, Я лихо станцую чего-нибудь И даже раз двести, на бис. И нет, это не от кровожадности - Я крови терпеть не могу. Просто вы в приступах жадности Слепить для народа слугу Так долго пытались, что вышел весь Мой внутренний пластилин. Остался лишь камень внутри, вот здесь, Опора для пепла и льдин. Знали бы вы, как мне хочется Просто вернуться домой. Скрыться за крепкими стенами, В маленький мир, где он мой - Выстраданный, отобранный У злобных моральных калек. И для него я - не Избранный, А просто родной человек # Бабочки в животе Драко Любить так страшно иногда... Любовь проносится фестралом средь неба и вонзает жало в твоё нутро. Да, да, туда - где прячешь подо льдами душу, где шрам чужой давно болит. И от отчаянья мутит - Как это волшебство разрушить?! Одним ли словом разорвать тот хрупкий мир до поцелуя, когда в сплетении танцуют ладони. Как же их разжать?! И ты - смиряешься. Стоишь, в себя вобрать желая взглядом. Он смотрит так, что слов не надо. И ты в глазах его летишь... Гарри Сколько долгих ночей к тебе Я стремился во сне? Словно узел в моей судьбе - вечно знать о тебе. Невозможно забыть и жить, невозможно совсем... Я, увы, не умею быть кем-то правильным, тем, кто достоин с тобой стоять на обрыве одном, кто не даст тебе потерять мать, отца или дом. Но я душу готов отдать, под Авадой сгореть, лишь бы только за руку взять и ладони согреть. Я ведь вижу твой лёд внутри, его чувствовал сам. А теперь на меня смотри - раз не веришь словам.. Признайся мне первым Говорят, нужно быть честнее, С тем, в кого ты влюблен. Наверное. Только я так совсем не умею. Я не смею признаться первым, Чтоб не видеть твоей усмешки, Торжества в твоём взгляде. Знаешь, В наших играх мы оба пешки, Но об этом не подозреваем. Если в мир наш, свихнувшийся прочно, Кто-то третий ворвется случайно, Мы с тобою не справимся точно. Мы сломаемся. Нет, я. Отчаянно Задыхаясь от страха и мучая Напряжённые в струны нервы, Я молю бессловесно - лучше Поскорее признайся первым...