Sweetie

      Непонятная тоска.       Вечер поначалу предсказывал исключительно положительные эмоции: веселящиеся морды друзей с огромным количеством джин-тоника, бьющая по самые перепонки заезженная музыка с клоунскими, как ты привыкла называть, танцами всех собравшихся в твоей квартире. День рождения, как-никак, но отчего-то тяжесть внутри и странный трепет травили твою голову ещё с самого утра. Уведомления с поздравлениями лились со всех мессенджеров, однако…       Чего-то не хватало. Чертовски давило в груди и саднило раздражающе, не дозволяя впустить в себя всё веселье.       Восьмой бокал излюбленного алкоголя зашёл с размаху — вставило до необузданного головокружения, аж танцевать захотелось дружно со всеми на барной стойке и кричать во всё горло всякую несуразицу. Живой себя почувствовать наконец-то. Отпраздновать подобающе. Но даже обилие влитых десяти градусов ненадолго вытянули из этого понурого состояния, и ты рухнула на диван.       — Ну и? — издал смешок пьяный Жан, весьма неаккуратно наливая виски в рокс. Промахнулся, зараза эдакий. — Что с лицом? Где настроение? Двадцать четыре года, алё, старуха!       — Ты мне ковёр заляпал, чертила. — лениво протянула ты, прикрыв глаза. — Спать тянет что-то.       — Какой спать? — вторгнулся в разговор Райнер, открывая пачку снеков. — Ты ещё даже свечи не задула.       Небольшой двухъярусный торт испепелял тебя своим изрядно аппетитным видом. Впрочем, до свечей ещё несколько световых лет и новых бутылок жгучего в желудке. Жан еле-еле стоял на залитом ковре и неуклюже двигался в такт Heaven and back, пытаясь увлечь в этот танец и Райнера. А тот, кажется, отдал предпочтение только сырным палочкам и непрекращающимся фэйспалмам от одного только вида Кирштейна. Другая добротная половина друзей играли в настольную игру, из которой ты благополучно и очень удачно вылетела через восемь минут после начала. Настолько увлеклись и отреклись от реальности, совсем позабыв про главную именинницу.       — Ло-о-ох! — во всеуслышание крикнула Ханджи, жестом провожая Леви из игры. — Эй, ты что, обиделся?       Леви фыркнул себе под нос и скрестил руки, приобщаясь в твой клуб под названием «вылетевших неудачников под начало игры». До конца всех раундов ещё было около получаса.       — Отойду ненадолго, — напоследок сказала ты, поднявшись с дивана. — Там ещё должна доставка еды приехать. Не провороньте, а.       В ответ на твою просьбу посыпались лишь кивки, а ты, наконец, выстроила свой маршрут до своей спальни. По пути ты прихватила с собой практически заряженный смартфон, половину бутылки игристого и зашла в комнату. Вмиг все громкие звуки стали лишь отголосками, хотя вибрация от битов по-прежнему осязалась даже на стенах. На вкус алкоголь оказался весьма гадким, и ты скривила лицо, пытаясь разблокировать Face ID. С первого раза, конечно, не вышло.       — На этот день лучше отключать уведомления. — неиронично ухмыльнулась ты, смотря на количество новых поздравлений из мессенджеров.       «Без пяти минут милфа»              «Бабка старая, а, извините, всего лишь двадцать четыре»       «Ебанутые не стареют!       — Говнюки, — некоторые сообщения заставили тебя расхохотаться, но…       «Милая, с праздником! К сожалению, сегодня не смогу приехать на твой день рождения из-за работы. Такой завал случился, просто ужас».       Едкий вкус игристого засел во рту, а проглотить его теперь казалось самым тяжелейшим испытанием. Всё сжалось в единым вакуум, замедляя время.       «Перейди по ссылке, там будет открытка. Ха-ха, ну, хотя бы так! :)»       Мгновенный клик по этой чёртовой ссылке, семисекундное видео с милыми животными, напевающими «С днём рождения!». И в конце — отправитель Армин Арлерт.       Видео прокручивалось уже, кажется, безостановочно больше десяти раз, а ты нелепо таращилась в экран смартфона, что уже начал раздражать глаза из-за яркости. Алкоголь всё же смог оказаться внутри. Видео было выключено, сообщение осталось непрочитанным, и ты села на край кровати со ступором внутри.       Армин.       Да, приятель ещё с самого универа, милый и доброжелательный паренёк, окончивший его с отличием. Ходячий гений, умный и невыносимо талантливый, коим он, собственно, и правда являлся. Аж раздражал тебя порой своей милостью, раздражало его грёбаное стеснение и едва заметный румянец от любого контакта с противоположным полом. Стебать его за это было подобием самого настоящего удовольствия.       «Соберись, Арлерт. Подойди к ней!» — дразнила ты его, пытаясь помочь в знакомстве с девушками. Из твоих уст это уже звучало как молитва, подавно заученная и такая же надоедливая. Впрочем, не общались вы уже около трёх месяцев и об его возможных похождениях в курсе ты не была.       — Пф-ф… — втихомолку выдала ты, вновь открывая с Армином диалог, ответив холодное:       «Мило, спасибо»       Резко затихшая музыка и исчезнувшие биты мигом отвлекли тебя от смартфона, но выходить из комнаты желания не было вовсе. Звук открывшейся входной двери навлёк на мысль, что долгожданный курьер-спаситель с пакетами фастфуда добрался до сегодняшнего праздника и так же быстро скрылся с радаров. Даже горячая еда не подсобила тому, чтобы ты захотела выйти из своей комнатушки и ты по-прежнему сидела со смартфоном в руках. За стеной снова доносились звуки веселья, пьянки и долбоебизма, бухущего в хлам и поющего Жана, оглушительные возгласы Ханджи — народ оттягивался, отдыхал.       А у тебя в голове лишь эта чёртова, до раздражения милая улыбочка Арлерта. Засела и никак не исчезала — на том спасибо алкоголю.       Из колеи резко выбили и настроили разум в прежнее русло несколько стуков в дверь. Кто-то до смехоты отчаянный решился выдернуть тебя из собственной «пещеры», в люди выйти, наконец. Сначала ты проигнорировала их, а после настойчивого продолжения и неугомонности этого самого «некто», ты изнурительно вздохнула и всё же добралась до двери.       — Я же сказала, чтобы меня не трогали, — раздражённо сказала ты, быстро открывая дверь и чувствуя беглый прохладный воздух. Сердце замерло.       — С днём рождения.       Набор из любимых комиксов, и, кажется, открытка была просунута между ними. Букет из полевых ромашек и маленький торт с аккуратно выведенными цифрами, предназначенный сегодня только для тебя. Армин стоял и ожидал твоей реакции с той же самой улыбочкой. Несколько минут назад только прислал сообщение о том, что не сможет приехать и огорчил тебя… Вот только отчего подобная реакция пошла — чёрт его знает.       — Ты же сказал, что у тебя завал на работе, — ты взяла с его рук подарки, едва поднеся к лицу любимые цветы. Всякое волнение ты всячески старалась скрыть и сохранять холодную сосредоточенность. — И ты помнишь, что я люблю ромашки.       — О, ну да. Я помню это ещё со времён второго курса. Так давно это было, оказывается, — продолжал улыбаться он. — А насчёт сообщения… Хотел сюрприз устроить.       — В итоге ты мне устроил эмоциональные качели.       Ты негромко, но достаточно, чтобы Армин услышал, фыркнула и развернулась, возвращаясь обратно в комнату. Обошлось даже без обыкновенного «спасибо, Армин, за эти милые подарочки». Он помнил о твоей любимой коллекции выпусков, о сраных цветах и то, что ты обожаешь маленькие тортики с незамысловатым дизайном. Помнил, мать твою, обо всём. Поставив подарки на рабочий стол, ты вновь села на своё излюбленное место на краю кровати, улеглась немного, вглядываясь на неловко стоящего Армина у порога. Его пальцы за спиной подрагивали от волнения, аж на расстоянии это чувствовалось.       — Зайдёшь? — ты легонько указала головой на кровать, тем самым приглашая сесть рядом. — Или предпочтёшь ждать, пока остальные закончат играть?       — О, ну, наверное… — Армин на несколько секунд обернулся в сторону большой гостевой комнаты, смотря на нетрезвые морды друзей. — Я присоединюсь к тебе.       Вновь заиграла громкая музыка, но присутствие Армина не дало нарушить образовавшуюся атмосферу. Легонько так дверь закрыл, а после разглядывал детально каждый уголок. Хотя, а на что там вообще глядеть? Ничего и не поменялось с тех пор, как он был здесь в последний раз три месяца назад. Это была дружеская встреча, после которой Арлерт пропал на своей чёртовой работе и позабыл про всех, с кем общался. Даже не присылал тебе обожаемые видео с котятами — вот такая это оказалась трагедия.       Чертовская трагедия.       Армин не смотрел на тебя, ни секунды. Делал вид, что ему «очень» интересно в тысячный раз пялиться на белые обои и плакаты, что висели уже несколько лет. В комнате темно, лишь розовая светодиодная лента придавала красок и возможность видеть друг друга.       — Красивая стена, да? — не выдержала ты, покачивая свою ногу.       — Что? А, да… — Армин почесал затылок, поворачиваясь к тебе и встречаясь взглядами. — Может, тебе принести чего-нибудь выпить? Там ещё много осталось.              Кивок на тумбу с практически дохлёбанным игристым дал Армину понять, что сейчас алкоголя в тебе предостаточно. Твой расфокуссированный взгляд подёрнут хмельной вуалью, а Арлерт ни на йоту не был пьян. Никогда не пил, напрочь отнекивался от этой затеи, тем самым поджигая твой интерес с каждым разом всё острее.       — А сам что? Пришёл посмотреть на то, как другие веселятся?       — Веселье заключается только в алкоголе?       — Конечно нет, — ты потянулась за бутылкой, ненароком оголяя живот из-за поднявшейся рубашки и задирая юбку. — Но я не припомню тебя на самую малость пьяненьким.       Армин секундно впал в оцепенение из-за вида твоего тела. Нервно сглотнул, старался не ёрзать на месте и перестать, наконец, трогать свои пальцы.       — Я-я не любитель выпить, ты же знаешь, — утвердил Армин. — И всё же…       — Немножко, — твой голос стал непривычно милым, а у Арлерта странноватые мурашки по всему телу прошлись. — В честь моего дня рождения. М?       Не смог устоять. Да и если бы попытался — всё это заведомо обречено на провал.       Ты протянула ему бутылку и осталась лежать на кровати, ожидая скорой реакции. Но Армин безостановочно вливал в себя остатки, а твой рот непроизвольно открылся от удивления. Никогда прежде он не мог залпом и настолько быстро поглотить ненавистную ему алкоголь.       — Ого, — удивилась ты, хитро улыбаясь. — Всё до последней капли?       Опустошенная бутыль была брошена в мусорное ведро, а Арлерт, кажется, едва заметно пошатнулся. Мгновенно опьянел, а его разум уплыл далеко и надолго. Безвозвратно. Вы встретились взглядами.       — У тебя… рубашка задрана.       Ты едва привстала, убедившись в правдивости его слов. Но не стала поправлять — в глазах заиграли самые настоящие черти. Армин смотрел на тебя — виновницу торжества — и поневоле вспомнил, глядя на оголённый участок кожи, как засматривался на твоё тело во время университетских соревнований. От одного лишь твоего спокойного вида в коротких спортивных шортах у него было совсем неспокойно в штанах. Армин краснел и мечтал зарыться в такие моменты в подушку, спрятаться ото всех, ибо боялся, что его грязные и, как он думал, отвратительные мысли не дай Бог кто-нибудь прочтёт и выставит на всеобщее обозрение.       А ты совсем наоборот — сейчас так беспристрастно пялилась на него, стараясь задрать эту чёртову рубашку ещё выше. У Армина сердце билось в горле, дыхание стало нестабильным и опять то чувство, которого он боялся больше всего. В штанах, блять, теснее стало.       — Тебя это смущает? — ты слегка наклонила голову.       — Н-нет, просто…       — Давай мы посмотрим с тобой комиксы, которые ты мне подарил?       Ты похлопала рядом, тем самым зазывая слегка пьяненького Арлерта сесть рядом. А он и не медлил — кивнул несколько раз и через считанные секунды оказался уже на твоей постели. Сидел так, будто кол проглотил, и ты тихо рассмеялась от его напряжённого вида. Несколько секунд Армин по-прежнему перебирал свои пальцы рук, пока ты не взяла в свои руки один из подаренных комиксов.       — Последний выпуск? — восторженно посмотрела ты на него. — Но он ведь только, кажется, вчера вышел… Откуда?       — Предварительный заказ. Заплатил больше, но это стоило того. А ещё…       Армин не договорил, чувствуя на своих плечах твои руки. Крепко обнимающие, всецело намекая о своей искренности и извечных «спасибо». От него исходил ненавязчивый аромат цитруса и вишни, отчего отпускать Армина из своих крепких объятий и вовсе не хотелось. Ты ненароком зарылась в его блондинистые волосы, вдохнула глубже и на мгновение разум пошатнулся вместе с твоими грязными желаниями. Даже чёртовы слои одежды не сумели скрыть безрассудное сердцебиение Арлерта, и ты хитро заулыбалась.       — И е-ещё я торт принёс.       — Да, я знаю, — вы отстранились, но позволили быть друг к другу ближе дозволенного. — Как раз хотела его попробовать.       Небольшая стопка комиксов была отложена в сторону, вместо них у тебя в руках оказался миниатюрный торт, украшенный розовым бантиком.       — Все ложки на кухне, — призадумалась ты, но вскоре быстро отыскала решение образовавшейся дилеммы. — Но кого это волнует, верно?       — А?       Одним пальцем ты прошлась по сливочному крему. Боковым зрением ты мигом приметила то, как Армин наблюдал за всем этих со слегка приоткрытым ртом и не знал, куда же себя девать. Ты облизнула палец, встречаясь с ним взглядами. Лицо его горело румянцем. Им можно было обжечься.       — Вкусно? — решил заговорить Армин, дабы не продолжать сидеть в напряжённой обстановке. — Там банановая начинка, насколько я помню.       — О, правда? — ты вынула палец изо рта, специально причмокивая. — Хочешь попробовать?       У него не было времени на ответ, как и права отказаться от твоего предложения. Только не сегодня и только не в этой комнате. Ты вновь зачерпнула пальцем небольшую порцию крема и преподнесла к его едва заметно дрожащим губам. Армин хотел бы назад попятиться, смыть с себя весь образовавшийся стыд,       но поддался.       Облизывал твой палец, в рот, чёрт возьми, позволил себе засунуть. Он вкушал медленно, не сводя глаз с твоего ехидного и опьянённого взгляда.       — Нравится? — спросила ты, засовывая палец глубже. — Хочешь ещё?       — Д-да, хочу.       — Что именно?       Арлерту бы провалиться под землю за то, что вообще позволил тебе сделать это. Но, Боги, как же ему сейчас стало на всё плевать. Его пьянило дико, ноги раздвигались шире и внутри всё узлами сворачивалось до непостижимого желания. Армин кричал внутри себя, изнемогал.       — Чтобы ты… засунула мне палец в рот.       За дверью, в этой хмельной и до смехоты бухущей в хламину гостиной с друзьями, заиграла Church, отторгая все излишние звуки и погружая твою комнату в отдельный мир, вакуум, предназначенный только для до бесстыдства возбуждённого Армина и твоих желаний. Грязных, блядских до изнеможения. Внутри дико ворошило от его влажных издаваемых звуков, когда Арлерт вкушал очередную порцию крема и тихо, едва слышимо постанывал, надеясь на твой чертовски плохой слух. Вот только со слухом у тебя было как раз всё замечательно.       — Тесно, — задумчиво и вновь игриво произнесла ты, подвигаясь ближе.       Армин замер вместе с пальцем во рту, взгляд полный непонимания и скрытой стыдливости. Твоя рука оказалась у его возбуждённого через штаны члена, что вот-вот наружу выскочит.       — Ему так тесно, Армин. Разве не видишь? Не жалко его?       Очень жалко. Да так, что Армину сейчас в глаза посмотреть тебе было стыдно, в одной комнате находиться неуютно. Но до дрожи хотелось ещё.       И ещё, и ещё.       Чтобы ты продолжила дразниться своими пылающими самым блядским пламенем фразами, заставляя бедного Арлерта с ума сходить от своих желаний, которые он ни за что на свете не озвучит вслух. Армин так больше не мог. Но не пялиться на тебя не мог тоже — алкоголь на губах и в крови заиграл с разумом. Всего пару глотков, а разрывало его нехило.       — Я спросила, — ты несильно, практически мягко сжала его стоячий член через штаны, — тебе его не жалко?       — Ж-жалко, — старался Армин не выплеснуть изо рта стон, сжимая одеяло. — Блять!       Секунда — и его рот опустел, застывая в удивлении. Сгинула и твоя рука с его штанов.       — Армин, ты подаришь мне ещё кое-что?       Он боялся. И страх его, блять, непростительно желанный. Вдобавок во всём виноват плотный, накуренный воздух, что просочился с гостевой комнаты — из-за него, густой дымкой покрывшего здравый рассудок, ты почти грубо толкнула Армина на спину.       — Что? — уточнил тот, наблюдая, как ты по-собственнически уселась сверху и раздвинула ноги. Чёртова юбка вот-вот вновь откроет Арлерту то, к чему он так хочет притронуться.       — Я хочу услышать твои умоляющие всхлипы.       Его ремень полетел куда-то в другой уголок комнаты, а белоснежная футболка оказалась задрана до самой груди. Арлерт просто лежал, наблюдал и позволял тебе делать всё это.       — Х-хорошо, — довольно неуверенно кивнул тот, нервно сглотнув. — А комната закрыта?       — Это неважно.       Касаться Армина — пиздецкое удовольствие, заставляющее всё внутри тебя расцвести пышными бутонами. Тебе нравилось касаться Армина везде, трогать его по-всякому — тот лишь податливо тянулся за лаской, открывался, выгибался под тёплыми руками, что проходились по быстро вздымающейся груди и вниз к молнии штанов. У Армина очередная остановка сердца, видя, как ты сняла свою рубашку, отбросила в ещё один угол комнаты и открыла ему обнажённую грудь.       — О! — негромко вскрикнул он с приоткрытым ртом. — Т-ты что…       — Трогай.       Он послушался, одной дрожащей рукой прикасаясь к груди. Сжимал, чувствуя набухшие соски и ты мгновенно ощутила, как его член дрогнул от этой картины перед собой. Подруга, за которой Армин наблюдал все эти годы и смотрел совсем иными глазами, явно недружескими. Заострённый взгляд вожделения.       — Она очень…красивая.       — Какой же ты всё-таки милый.       Армин был милый, когда обхватил второй рукой мягкую грудь и томно выдохнул, прокручивая мысль в голове о том, что, о, Боги, как же давно он вообще мечтал прикоснуться хотя бы к маленькой частичке этого тела. Милый и тогда, когда всхлипывал и остался в одних боксерах, ибо ты одним дерзким движением стянула препятствие в виде его штанов. Они сжимали до невозможности и мешали расслаблению. Из тебя буквально всё сочилось с бешеной скоростью, до беспамятного изнеможения и нетерпения.       — Ты поможешь мне? — практически стонала ты, наклоняясь ближе к хмельным губам Армина. — Конечно поможешь, ты же такой хорошенький.       Медленно убрав его руку со своей груди, ты выстроила для неё заведомо продуманный маршрут — к своему бессовестно влажному белью. Да что там, не влажное ещё с момента, как только Арлерт сюда явился, как восьмое Чудо Света — мокро настолько, что скоро начнёт ручьём стекать. Рука его вздрогнула, чувствуя всю твою влагу через бельё.       — Боже, — не выдержала ты. — И давно ты этому научился?       Армин молчал, старательно лаская тебя пальцами через чёртово бельё, аккуратно до твоих закатанных от удовольствия глаз и задевания набухшего клитора. Сосредоточен сполна.       — Я-я никогда этого раньше не делал…       — Да ну? — твой голос был громче обычного, обхватывая одной рукой шею Армина. — Как там её… Энни, да, кажется?       Его шея мягкая, во взгляде ещё больше некоего страха и желания от твоего неожиданного действия. Ты резко сжала и в ту же секунду расслабила хватку, а Арлерт так и продолжил ласкать.       — Энни? — переспросил он. — Я не общаюсь с ней очень давно.       — Правда? — недоверчиво спросила ты.       — Да!       Арлерт крикнул во всеуслышание, наплевав на сдавливающую силу на своей напряжённой шее. Ты решила помочь ему, двигаясь в темп и наклонилась к его лицу ближе, чем когда-либо. По носу опять приятно ударил цитрусовый парфюм Армина, вперемешку с алкогольным дыханием.       — Поцелуешь?       — Я хочу этого очень давно, — признался он, прошептав прямо в губы.       Горячо, до приятных покалываний на нервных окончаниях. Губы сплелись в неаккуратном поцелуе, смешивая остатки вкуса джина и того самого отвратительного игристого. Вы ни на секунду не останавливались — Армин от этого отодвинул бельё в сторону и дотронулся до сочащейся промежности. Для него это редкость — быть с кем-то настолько откровенным. Лицо залило очаровательным невинным румянцем, на контрасте с отнюдь не невинными вещами. Он хотел прошептать столько ужасных, отвратительно небожных слов.       «Какая же ты… приятная там. Влажная и тёплая».       Но молчал.       Ты целовала его бесчисленное количество раз и усмехнулась, когда Арлерт, едва оторвавшись за вдохом, глотнув кислорода, снова потянулся за поцелуем. Этот ёбаный подарок превосходил всё на свете.       И когда Армин вставил в тебя два покрасневших пальца, ты убедилась в этом сполна.       — Н-не больно? — с заметным волнением поинтересовался он, хотя прекрасно видел твоё удовлетворённое лицо.       — Заткнись и продолжай.       Он заткнулся, покорно и верно слушая тебя, ни капли не испытывая стыда за то, что Армину это нравилось. Горячие языки вновь встретились, приветствовали друг друга и сплелись в единое целое до вырывающихся стонов у каждого из вас. Хлюпающие звуки с каждым разом побуждали в Армине неосознанную волну удовольствия — хотелось вставить третий, ускорить эти чёртовы движения, но он вновь впал в объятия своего стеснения. Ангел, блять, Божий. Ты грязно стонала прямо в его влажные и покрасневшие от поцелуя губы, затем медленно хитрой лисой подкралась к уху.       — А-армин, — выдохнула ты, — так хорошо.       Крышу снесло молниеносно — Арлерт ухватился за твои бёдра и добавил третий палец, насаживая глубже обычного. Смотрел на твоё лицо цепко, не отрываясь и не моргая. Армина крыло от того, как он легко и беспрепятственно проскользнул внутрь, прямиком в горячий Рай. А ещё от того, как ты только что произнесла его имя. Из твоих уст моментально сорвался удивлённый писк, чувствуя, как Армин прильнул к твоим соскам. Неустанно лизал, выдыхал чем-то густым, пряным, безжалостно впиваясь губами, словно в брошенную голодной псине кость.       — Повремени, — оборвала ты его, заставляя вытащить пальцы. — Захотел командовать?       — Д-да нет, я просто…       Он опять оказался прижат спиной к постели безо всякой возможности дотронуться. Ты томно, сама еле держась, выдохнула, резко стягивая с Арлерта боксеры.       — Наконец-то он на свободе, да? — ты обхватила член, медленно проводя верх-вниз.       Армин полузадушено выдохнул и тихонечко, словно этого ни за что нельзя делать, стонал. А ещё он лепетал что-то на непонятном языке, потому что никто прежде не доставлял ему такую порцию удовольствия от одних только касаний пальцев по всей длине члена. Твоя свободная рука потянулась к тумбе у кровати, отодвигая первую полку в поисках презерватива. Хвала небесам — искать долго не пришлось.       — Ты весь горишь, — подметила ты с лёгкой улыбкой, порвав упаковку презерватива. — Всё ещё будешь стесняться?       — Д-душно просто, — лукавил Армин, лицезря на то, как твои пальцы с лёгкостью распределили презерватив по всей длине.       Его оправдания — очередные причины для твоей лёгкой усмешки, предвещавшей исключительно саму погибель.       — Приподнимешь меня за бёдра?       — Что? А, конечно…       Армин коснулся юбки, а затем пальцы его рук невольно подкрались к разгоряченной коже на бёдрах. Едва сжал и почувствовал, как член оттого с каждым разом вздрагивал от новой волны. А когда он коснулся головкой твоей сочащейся промежности — прошибла дрожь, мутило до тошноты и танцующих перед глазами звёзд.       — Ты помнишь о чём я просила? — бёдра специально опустились ниже, ощущая, как член Армина вошёл наполовину. — Или мне напомнить тебе?       Ответа не последовало — только протяжный, наполняющий всю комнату, приятный стон Арлерта. Он пытался удержать тебя за бёдра, но ты не позволила и отбросила обе его руки.       — Я не слышу, — с долей раздражения ответила ты, насаживаясь глубже.       — С-стонать, — еле произнёс тот, ловя свежий воздух. — Я должен стонать.       Ты рассмеялась, ускоряя темп и скакала на его члене так, что у Арлерта всё покрылось белой пеленой перед глазами. Он стал ещё горячее, да настолько, что кратер вулкана покажется холоднее по сравнению с ним. Вновь что-то лепетал себе под нос и стонал так, будто завтра не наступит. Армин слишком невинен, а ты чересчур нетерпима.       — Тебе хорошо? — поинтересовалась ты, вновь здороваясь с шеей Арлерта и засовывая один палец ему в рот. Сжала сильнее обычного.       — Ч-чёрт, — выдал тот, облизывая твой палец.       — Не слышу.       — Д-да, очень хорошо!       Ты ускорилась, а Армин только помогал, двигаясь навстречу.       Скорее, скорее, скорее.       Вы трахались с непостижимым и диким рвением, что у обоих дыхание сходило на нет.       Быстрее, быстрее, быстрее. Будто вы оба могли исчезнуть.       — Я-я сейчас… — почти плакал Арлерт, закатывая глаза.       — Нет-нет-нет, — протестовала ты, сжимая напряжённую шею и засовывая второй палец ему в рот. — Ты не смеешь заканчивать, пока я тебе не разрешу.       Армину только в радость пройтись по второму кругу, лицезреть тебя на его члене — такую влажную, пьяную и до беспамятства красивую. Хотел прикоснуться к твоему лицу, пройтись кончиком пальца по всем участкам и поцеловать, вкушая всю тебя сполна и без остатка. Конечно, он не мог этого сделать — ты не позволяла ему вести эту блядскую игру и устанавливать свои правила. Но Арлерта устраивало подчиняться.       — Блять, — не выдержал Армин и крепко схватился за одеяло. — П-пожалуйста!       Ты аккуратно и быстро соскользнула с его члена и без капли стыда наблюдала за тем, как Арлерт кончал практически со слезами на глазах, ежесекундно ухватываясь за воздух. Он потихоньку возвращал свой затуманенный рассудок в прежнее русло и наблюдал за тем, как ты перебирала подаренный букет. Воцарилось безмолвие, но за дверью поднимался очередной движ, и на сей раз друзья решили не оставить тебя без внимания.       — Эй, мы зажгли свечи! — донёсся нетрезвый голос Жана. — Ты долго там ещё будешь прятаться?       — А ну вылезай! — добавил Райнер, громко постучав в дверь.       Поддержали Кирштейна практически все, громко ликуя. Долгожданное задувание свеч было не за горами, потому ты мягко улыбнулась Арлерту и готова была выйти из комнаты, поправляя юбку, но…       — Ты ведь не закончила, — остановил тебя Армин, обхватив запястье.       Не дозволено было даже протестовать — на сей раз он взял на себя всю ответственность и повалил на кровать. Приближающиеся шаги друзей ни капли не смущали Армина.       — Там ведь…       Тебе и не дозволено было договорить, ибо Арлерт оказался под твоей юбкой и языком коснулся влажного клитора.       — С днём рождения, — последнее, что произнёс он перед тем, как вкусить всю тебя сполна и не оставляя ни единого живого места.       Там, за дверью, компания друзей и двухъярусный торт поджидали твоего скорого выхода.       Но как же сейчас было плевать. Потому что Армин был твоим лучшим подарком.