Suffocating love

***

Ханахаки. Страшная болезнь поражающая легкие своими, казалось бы, прекрасными цветами. Болезнь, возникающая из-за неразделенной, безрассудной любви. Болезнь, убивающая тебя постепенно, растягивая твои мучения. Ученые и врачи долго пытались найти лекарство, но все безрезультатно.Вылечить эту болезнь можно только одним способом - любимый человек больного должен ответить взаимностью.

      Все началось с небольшого кашля, когда Чайльд был в банке,на рабочем месте. Разгребая бумаги, в горле появился ком, заставляющий хорошо прокашляться, но Тарталья не придал этому особого значения, он слишком занят работой. Сейчас самое важное - работа. Нужно помогать своей большой семье, находящейся в другой стране, у которых начались проблемы с деньгами. Чайльд не жалея себя сидит в кабинете до последнего, лишь кофе, этот божественный напиток спасает от назойливого сна. Постоянные возвращения поздно ночью и подъемы рано утром сильно сказались на здоровье рыжего.       Проблемы со сном, синяки под глазами, небольшая, но все же слегка заметная худощавость и общая слабость. А сейчас еще и кашель, который не просто не останавливается, а словно хочет разорвать грудь и выбраться наружу, как нечто живое.        В очередной раз вернувшись с работы, поздно ночью, Чайльд обнаружил у себя большую слабость, чем обычно. Он поднялся в квартиру почти на ватных ногах, а потом и вовсе, сняв только обувь, упал на кровать в рабочей одежде. Но вдруг.Снова этот ужасный ком в горле, заставляющий прокашляться и оставить след крови на белоснежном постельном белье. Он бы хотел удивиться, но как-будто сил нет даже на это. Или ему просто все равно.       Все же приходится вставать и менять постельное белье, попутно переодеваясь в домашнюю одежду, а дальше заходя в ванную комнату, снова увидеть свое отражение и будто в ступоре смотреть и смотреть. Отвратительно смотреть на это ужасное и такое ненавистное тело, но оторвать взгляд почему-то не получается. Словно в первый раз приходится смотреть на свое отражение. Проводить взглядом сверху вниз, смотреть в эти глаза на протяжении долгого времени. Эти глаза. Глаза,которые из цвета летнего, яркого неба превратились в мутный цвет бушующего моря. Хочется разбить это зеркало, чтоб никогда больше не видеть то, до чего довела себя эта рыжая макушка.На этот раз все обходится и Чайльд уходит в комнату, чтоб быстрее попасть в царство Морфея. Такое прекрасное место в котором нет никаких забот от которых так устал Тарталья. Там можно забыться и не думать ни о чем.       Через пару месяцев кашель с кровью стал обычным делом, в котором нет ничего привлекательного и наоборот.       Наконец-то удалось вырваться с работы в свой честно заработанный выходной. По гавани прогуливаются два молодых человека с небольшой разницей в росте. Один рыжий голубоглазый, более низкий, а другой чуть выше, кареглазый брюнет. Чжун Ли рассказывает очередную историю, а Чайльд, кажется, и не слушает. Просто утопает в этом бархатистом голосе, пробивающим барабанные перепонки насквозь. Хочется слушать его вечно. Но вот почему-то этот голос молчит уже несколько минут, а потом наконец произносит хоть что-то, словно выводя Чайльда из состояния транса:       — Чайльд? — Молчание, — Чайльд, все нормально? Ты сегодня будто не в себе. — Наконец эта рыжая макушка соизволила повернуться в сторону рассказчика.       — А, да. Я в порядке. Задумался немного, ведь наконец удалось ухватить выходной и прогуляться по гавани, как раньше.Пожалуйста,продолжай. — Небольшая улыбка расползается на лице Тартальи.       Ничего не ответив Чжун Ли продолжил свой рассказ. Так прошел почти весь день. Чайльд рад, что провел этот день именно с ним. С Чжун Ли. Возвращаясь, он прокручивал всю прогулку у себя в голове, вспоминая этот прекрасный голос.       Опять он дома. Опять идет в ванную и сверлит свое отражение взглядом, но назойливый ком в горле заставляет оторваться. Подходит к раковине и начинает откашливаться. Так паршиво он не чувствовал себя давно. Стоя возле раковины и держась за нее кровь падает на белоснежную раковину, а за ней и лепестки. Красные лепестки кальмии. Цветок опасный для жизни человека своими листьями и побегами. Слезы не по своей воле начинают литься из глаз - последствия от, казалось бы, такого прекрасного цветка.       — Черт, — Выкидывает быстро Чайльд и убирается скорей из этого ужасного места.       Прошел уже год от болезни, а заметно усилившаяся боль в груди теперь мешает нормальному дыханию. Из-за чего иногда приходится жадно глотать воздух, чтоб просто не задохнуться.       Незаметно подходит в второй год болезни и придя домой в очередной раз поздно ночью, стоит на пороге, а потом без сил падает на колени. Держится лишь на руках сильно сжатых в кулаки.мСнова кашель, снова кровь, снова лепестки кальмии. Только в этот раз в несколько раз больше, дышать становится все труднее. Хочется просто выплюнуть все свои органы, чтоб эти ужасные цветы покинули его организм раз и навсегда. Встает и еле как доходит до кухни. Берет баночку с таблетками, высыпает несколько штук на руку и глотает. Так должно стать хоть немного лучше. Или нет. Ему так сказали и он пытается верить в это. Но, похоже, ничего не помогает. Снова кашель. Такое ощущение будто ребра ломаются от распустившихся внутри цветов. А легкие сейчас просто разоврутся. Но ничего из этого не происходит. Без сил облокачивается на стену, ударяясь головой настолько сильно, что на шее ощущается теплая, маленькая струя крови. Снова кашель, крови все больше и больше, он вытирает рот тыльной стороной ладони, окрашивая свою руку в алый цвет.       Просыпается уже утром все на том же месте, все в той же крови. Убираться совсем не хочется. Да и кому нужна эта уборка, когда этому полумертвому телу как будто бы осталось жить не больше месяца. Парень идет в прихожую, забирает телефон и видит сообщение от того, из-за кого он сейчас стоит в луже собственной крови. Видит приглашение на прогулку и конечно не имеет возможности отказать. Даже в таком состоянии он готов на все ради того, чтоб увидеть Чжун Ли. Идет в ванную. Нужно привести себя в порядок. Принимает душ, а после снова утыкается в свое отражение. Смотрит на свое обнаженное тело и ненавидит его еще больше. А после подходит к зеркалу и с размаху ударяет стекло - не выдержал. Осколки разлетаются по всей ванной, а один из них и вовсе пронзает запястье. Очередная кровь начинает литься, приходится найти бинт и замотать раненное запястье. Иногда кажется, что он просто умрет от потери большого количества крови, что скорее всего невозможно. Но смотря на эти кровяные лужи по всей квартире складывается именно такое ощущение.       Опять они гуляют по гавани, Чайльд слушает очередную историю Чжун Ли. Но второму кажется, что эта рыжая макушка стала какой-то другой. Более бледная кожа и синяки под глазами заставляют забеспокоиться брюнета уже не в первый раз. И уже какой раз он задает один и тот же вопрос:       — Аякс? Все в порядке,ты выглядишь усталым и не только? — Нежным взглядом Чжун Ли рассматривает напротив стоящее тело.       — Да, все в полном порядке. Не обращай внимания. — Он не придумывает ничего лучше, чем это.       — Ты заметно похудел. Ты нормально питаешься? Что-то случилось? Ты можешь рассказать об этом мне, я всегда помогу тебе, Аякс. Ты можешь доверится мне, я ведь твой друг, верно?. — Это имя звучит слишком жалко. А еще этот «друг» ужасно бьет по разуму, заставляя откинуть все желание признаться обо всем, что он так хочет рассказать.       Его называли «Аякс» только самые дорогие ему люди. И Чжун Ли был один из них. Ах да, еда. Когда он ел в последний раз?       Он не знает. Может три, а может и четыре дня назад. Его рацион сильно изменился в последнее время. Он ел по разу в день, а иногда и не ел вообще. Но это стало обычным делом и со временем тело привыкло и больше не ощущало чувство голода, которое словно притупилось.       — Чжун Ли, не нужно беспокоится обо мне, как о маленьком мальчике. Мне уже достаточно лет и я могу позаботиться о себе. Со мной все в порядке, правда. — Спустя небольшую паузу раздумий он наконец выдавливает из себя ответ.       И вот эти два взгляда встретились. Темный топаз и яркий сапфир. Смотрят друг на друга не открывая взгляда. Брюнет смотрит ужасно проникающим взглядом. Кажется, эти глаза видят его насквозь. Но вдруг морской взгляд отрывается и устремляется в пол: — Идем. — Сказал Чайльд и они отправились дальше.       Чжун Ли решил не доставать рыжего, но бушующее беспокойство все равно осталось внутри. Но как же хочется спросить о повязке, которая красуется на правой руке рыжего. Но лезть к нему тоже не хочется. Злить эту рыжую макушку, которая, кажется, может сорваться в любой момент. Он так же продолжил рассказывать свои и слушать чужие истории. Все как обычно.       В один момент на прогулке снова появился ком в горле, так и просящий выпустить его. Пришлось прокашляться, подставляя ладонь ко рту, но все же меньше обычного, не давая лепесткам выбраться наружу. Смотрит на руку на которой красуется красная отметина, вытирает лицо, а в ответ получает недоумевающий и обеспокоенный взгляд рядом стоящего рассказчика:       — Аякс, у тебя кровь. Пожалуйста, перестань делать вид, что все порядке. Расскажи, что случилось, прошу. — Брюнет кладет свои руки на его плечи в ожидании ответа.       Ответа не следует. Только взгляд, который устремился прямиком в пол. Лишь бы не смотреть в эти прекрасные глаза напротив. Снова надевает маску, которая скрывает все эмоции. Поднимает взгляд вверх и кидает быстрое: — Все в порядке, правда. Извини, мне нужно уйти. — И позорно уходит прочь оставляя сзади стоящего Чжун Ли, ничего не понимать и начать беспокоиться еще больше.       Где его прежний Аякс?. Где та вечная, лучезарная улыбка на его лице?       Где его веселые шутки и истории? Что с ним случилось?       С тем Аяксом, которого Чжун Ли знал все это время. Почему он не хочет ничего рассказывать? Не доверяет?       Опять он дома. В очередной раз падает на колени, держа равновесие при помощи дрожащих рук. Начинает откашливаться, но ничего как будто не получается. Кровь и лепестки не останавливаются. Легкие словно разрезают на пополам, а ребра ломаются на тысячи маленьких кусочков, как и сам Чайльд. Он пытается встать, но все безрезультатно. Хватается за мебель и стены в попытках дойти до кухни за несчастными таблетками, которые навряд ли его спасут, но попытаться все же стоит. Хватает баночку и облокачивается на стену, сползая по ней вниз. Из последних сил достает и глотает таблетки, но, кажется, что они не помогают. Он кашляет в последний раз, теряя сознание.       Чжун ли же стоит по ту сторону двери и наконец решается постучать. Но в ответ тишина. Он стучит снова, звонит, но никто кажется и не собирается открывать. Волнение возрастает с каждой секундой и руки почему-то начинают трястись. Вдруг вспоминает о ключах от квартиры, которые почему - то Чайльд дал ему на всякий случай. Кажется это был тот случай. Определенно.       Он заходит и видит ужасную картину. Застывшие, огромные кровяные лужи с лепестками по всей квартире. Заходит в ванную и видит разбитое зеркало, а на полу кровяные осколки. Вот и ответ на вопрос:«Почему у Чайльда перевязано запястье?» Чжун Ли обходит все комнаты и наконец идет в самое дальнее место квартиры - кухня. Стоит ему только переступить порог кухни, как он видит тело с рыжей макушкой у стены. Он подбегает и начинает осматривать его на наличие пульса, попутно вызывая скорую. — Аякс, нет, нет, нет.. Потерпи еще немного прошу.. Пожалуйста,Аякс.. — Он утыкается лбом в плечо полуметрового тела.       Кажется, что голубоглазый слышит все просьбы и открывает глаза, решая пожить еще немного ради этого силуэта, который с силой сжимает его и словно в бреду просит о чем-то. — Слушай, Чжун Ли.. — С трудом, но все же у него получается выдавить из себя хоть что-то. — Нет, Аякс, сейчас не лучшее время для разговора. Поговорим потом. — Темные глаза бегают туда сюда по этому почти бездыханному телу, желая только то, чтобы он замолчал. — Я.. люблю тебя.. правда.. — Он хрипит, прирываясь на каждом слове. Но если не сейчас, то когда? А вдруг он видит его последний раз? А вдруг это конец? Уже не важно.Он сказал то, что хотел сказать давно — Я тоже люблю тебя, Аякс. Люблю очень сильно, но пожалуйста. Помолчи, просто помолчи. — Неконтролируемые слезы начинают литься против своей воли по светлой коже, падая прямиком на одежду.       Просто сидеть в тишине было самой настоящей пыткой, но вот ее прерывают тихие всхлипы, которые никак не получается заглушить.

«В тот день я узнал, что тишина бывает громкой. В тишине трудно ни о чем не думать» ^The End of the F***ing World^

***        Чжун Ли сидит в больничной палате. Сколько времени он тут провел? Его это явно не волнует. Все, что волнует его - тело, которое наконец-то ровно дышит и лежит прямо перед ним. Он держит его за руку. Подмечает уже ожидаемо для себя, как тот невероятно красив, когда спит. Как у человека могут быть настолько идеальные черты лица?       Ровный нос, аккуратный лоб, небольшие скулы, веснушчатые щеки, пухловатые губы. Все это идеально сочетается на этом прекрасном лице. Но почему это прекрасное лицо сейчас лежит здесь, не выражая никаких эмоций? Брюнет прекрасно понимает почему.       В помещении открыто окно, но в миг становится очень душно и приходится выйти на улицу. Зайти за здание и достать пачку “Marlboro” с шоколадом , поджечь сигарету и вновь положить ее между губ. Облокотиться на стену и сползти по ней вниз. Вдыхать и выдыхать едкий дым, что губит легкие.Снова разрешить одинокой слезе скатиться по щеке. Снова начать винить себя в том, что произошло. — Блять, если бы я заметил это раньше.. Вот придурок... — Повторяется шепотом каждые несколько секунд.       Уткнуться лицом в локоть левой руки находится лучшим решением. Выкуривается еще не одна сигарета, разум приходит в порядок, душнота пропадает, а состояние нормализуется.

Когда он курил последний раз?

      Тогда,когда познакомился с этим рыжим чудом.Сигареты всегда помогали снять стресс, но потом в этом просто не было необходимости. Нахождение рядом с голубоглазым помогало лучше всяких сигарет. Но в кабинете, в дальнем углу полочки всегда лежало несколько пачек на крайний случай. К сожалению он все таки наступил. Все это время нужно было хоть как то успокаиваться в чем помогли заветные пачки в дали полки.       Возвращение в палату и еще пару часов в ненавистной тишине, которая успокаивала раньше, а сейчас вызывает лишь одно раздражение.       Приходится все же вернуться домой. Или нет. Не домой. Чжун Ли идет домой, но не к себе, а к Чайльду. Решает,что нужно убрать весь беспорядок, который случился из-за него. Заходит в квартиру и принимается за уборку. Застывшие лужи крови просто так не сдаются и с трудом, но все же оттираются от пола. Собирает осколки и снимает разбитое зеркало. Заходит на кухню и вспоминает все, что было.

Больно.

      Видит много разбросанных, пустых баночек из под таблеток. Держа банку, сжимает руку, что хрупкий пластик не выдерживает и ломается. Винит себя еще сильнее и сильнее, бормоча себе под нос: — Он не должен был это чувствовать, он не заслужил. — Чжун Ли похож на сумашедшего, стоя здесь и разговаривая сам с собой.       По дороге домой он размышляет о том могло ли быть все по другому. И, похоже, могло. Но он сам не предотвратил этого. Уже нет смысла думать о том, что сделано, но это не так легко, как кажется. Возвращается домой, заваривает чай с лимоном и читая книгу, проваливается в сон. Раздаётся телефонный звонок, заставляющий проснуться и ответить. Ему говорят, что Чайльд наконец проснулся и почти все хорошо. В ответ Чжун Ли сразу же оповещает о том, что скоро будет там, но голос из телефона прерывает его говоря то, что Тарталья проще говоря пропал. Сначала твердил врачам, что с ним уже все в порядке и он вполне может отправиться домой, а потом и вовсе сбежал, пока никого не было в палате. Чжун Ли отвечает что-то,сам не поняв что и сразу же начинает собираться.Что этот дурак рыжий мальчишка опять придумал? Только заходит в прихожую, как дверная ручка дергается и на пороге оказывается эта рыжая макушка. — Аякс, дурак.. — Говоря последнее слово совсем тихо. Недолго думая, Чжун Ли бросается к Чайльду в объятия.       Чжун ли обнимает, как в последний раз, зарывается рукой в рыжие локоны и невесомо целует в висок. Несколько минут длятся целую вечность, а отпускать друг друга никто не хочет. Другой же утыкается носом в шею, чувствуя знакомый, но немного измененный запах. И понимает, что в запахе этого родного тела чувствуются нотки перегара. — Мм..Ты снова курил? Ты обещал мне что такого больше не повторится вообще-то. — Пытается сделать голос обидчивым, но обижаться на него просто не возможно. — Прости.. Прости.. Прости.. — Словно в бреду шепчет, чувствуя вину и извиняясь за все, что можно.