Солнце взойдёт

- Ты же помнишь, что в воскресенье к нам Мадара заглянет? Будет сильно проще по деньгам, если я с ним помирюсь. - Да-да, помню. Я уже поменялся сменами, чтобы в воскресенье мне никуда не нужно было. Какаши растянулся на кровати. За день набегался, сдавая кучу практических заданий, накопившихся и висевших мёртвым грузом. Совмещать учёбу и работу, будучи школьником, было куда проще: нагрузки было меньше, да и преподаватели как-то отзывчивей. Обито выключил свет и устроился рядом, закручиваясь калачиком под одеялом и прижимаясь ближе. - Ай, Обито, у тебя ноги ледяные! - шарахается Какаши. - Да, поэтому я хочу их погреть об тебя, - мурлычет Обито, снова нащупывая полоску голой кожи стопой. - Уйди, самому холодно! - Ну Какаши, не будь таким злым, - он прищурился, загребая сопротивляющегося в охапку. - Может тогда согреемся? - Обито, ты чёртов секс-террорист. Я же даже не готовился, - запричитал Какаши. - Ничего, можем обойтись руками. Ну, или ртами. - И откуда в тебе столько энергии, - пробубнил Какаши, но повернулся лицом к Обито. Субботнее утро. Солнце успело прогреть воздух. Какаши подставляет плечо лучам как кот. Вставать совсем не хочется. Хочется наконец выспаться, не думая ни о чём. Он ощупывает место рядом, хочет прижаться к Обито и вдохнуть его запах. Но того уже и след простыл. Ну и ладно. Сам виноват, что подорвался куда-то, могли бы вместе поваляться. - Какаши, вставай, уже десять. Весь день собрался проспать? - С удовольствием, - Какаши лениво разлепляет глаза, присматриваясь к Обито, который каким-то неясным образом появился рядом. Может, Какаши успел уснуть? - Ты не хочешь со мной? - Ха, звучит соблазнительно, но только за вознаграждение, - он утыкается носом в щёку, целует, щекочет тёплым дыханием, пытаясь словить губы Какаши, то и дело ворочающего головой. - Обито, я же даже зубы не почистил, - он упирается ладонью. - Ну, тогда обойдёмся без поцелуев в губы, - усмехается Обито и припадает к шее языком. Какаши хмурится, в полсилы пытается отпихнуть от себя назойливого парня, но тот коленями забирается на кровать и нависает сверху. - Ну куда ты в одежде, - хотел поспать, называется. - Что на тебя нашло? - Я просто хочу тебя, прямо сдержаться не могу, - Обито заползает ладонями под одеяло, вторгаясь в тепло, оглаживает кожу контрастно прохладными пальцами. Какаши не может не признать, что это заводит. Он тает под этими касаниями не хуже, чем под утренним тёплым солнцем, бьющим в окно. Обито не собирается ограничиваться ленивой лаской, стягивает с морщащегося от холодка по всему телу Какаши одеяло, но тут же накрывает собой, прижимается кожей к коже (и когда он только успел стянуть кофту?), трётся, протискивает пальцы под резинку трусов, стягивая, заставляя неуклюже запутываться ногами. Пристраивается между, наваливается, горячо дышит в шею, проводит мокро языком. Какаши чувствует трение твёрдого шершавого бугорка штанов о нежную кожу. Пальцы, густо смоченные слюной, входят быстро и рвано, Какаши шумно выдыхает. - Презерватив хоть возьмёшь? - Нет, сегодня хочу без, - ухмыляется Обито. - А что, не доверяешь? - Я слишком тебя балую, - сопротивляться нет ни сил, ни желания. Обито не затягивает с подготовкой, отстранившись, сплёвывает на руку, распределяя слюну с предэякулятом по члену. Входит медленно, следит за изменениями чужого лица. Какаши жмурится, концентрируется на ощущениях, старается расслабиться сильнее. Как-никак, без лубриканта и с такой себе подготовкой больновато даже несмотря на наработанный совместный опыт. Но сопротивляться всё равно не хочется. Это кажется таким естественным. - Ты как? - шепчет на самое ухо. - Нормально, - шепчет в ответ. Обито начинает двигаться, поначалу неуверенно, медленно, но видя мутный взгляд и слыша то и дело вырывающиеся вздохи, ускоряется, впивается пальцами в податливую кожу на талии, доводя Какаши до несдержанных стонов и закатанных глаз. Становится жарко. - Что, даже не будешь возмущаться, что спина ноет в этой позе? - Обито замедляется, отстраняется, Какаши вздрагивает на контрасте, судорожно цепляясь пальцами за простынь, пытаясь хоть какое-то место им найти. - Не буду, - выгибается от глубокого резкого толчка. - Наверное. - Ладно уж, а то потом все уши мне прожужжишь по этому поводу, - усмехается Обито, и за руку тянет на себя. Угол меняется, глубина увеличивается, Какаши запрокидывает голову, цепляясь за чужие плечи. Обито вгрызается в ключицу, пользуясь моментом. Какаши ставит ноги удобнее, упирается в чужую грудь, возвращая движения. Обито подхватывает за бёдра, давит настойчиво, задавая ритм руками. Но Какаши то и дело срывается на беспорядочный и неаккуратный из-за накрывающей время от времени слабости. Обито не выдерживает и с рыком скидывает с себя Какаши на кровать, становится на колени, перемещаясь назад, хватает за бёдра, подсказывая желаемую позицию. Какаши встаёт на колени, лбом упирается в простынь. Его уже почти трясёт, а мысли совершенно не слушаются. Он просто плывёт по течению, готовый позволить Обито всё, что тот только пожелает. Обито входит быстро и грубо. Он прижимается грудью к спине Какаши. - Хорошо, что я сегодня на работу не пошёл, - вырывается с рычанием. - Что? - голос едва слышен из-за ткани, на лице ни следа осознания сказанного. Ладонью обхватывает подбородок снизу, второй грудь, помогая приподняться и повернуться к себе. Не часто Какаши можно застать с таким бездумным взглядом, а от осознания, что до такого довёл Обито возбуждение накатывает ещё сильней, рискуя превратить секс в животное совокупление. Но ещё не время. - Хорошо, что я остался, - проводит языком широким мазком от шеи к щеке, сколько может дотянуться. - Могу сказать спасибо дядюшке, - смеётся хрипло на ухо. Какаши хмурится в ответ, нехотя приходя в себя. - В смысле дядюшке? - Какаши, соберись. Ты был посмышлёнее ещё полгода назад. Неужели, мой племянничек тебе все мозги вытрахал? - звучит голос со стороны двери, от которого выступают неприятные мурашки. Какаши поворачивается на этот голос. Мадара стоит, опираясь плечом о стену и смотрит как ни в чём не бывало с ехидной ухмылкой. Какаши пытается отпихнуть Обито, но тот хватает за руки и удерживает за спиной. - Какого чёрта? - вперивает глаза в Мадару, Мадара усмехается и затягивается, выпуская дым, поворачивается к Обито, Обито не обращает никакого внимания, оставляя лёгкие поцелуи на плече Какаши. - Обито, блядь! - прикрикивает, привлекая внимание. С Мадары станется выступать в роли подглядывающего извращенца. Наверное. Но вот Обито. Равнодушие Обито кажется самым странным сейчас. Тот поднимает взгляд, вздёргивает брови, не понимая претензий. Какаши пытается вырвать руки из захвата, но Обито держит крепко и смотрит. Чистым невинным чёрным. Что за ёбаное безумие. Накатывает паника, неприятной щекоткой собирающаяся в животе и грозящая перейти в нездоровую тошноту. - Какого хрена, Обито? - звучит тише. Мадара хмыкает и отлипает от косяка, приближается, заставляя сосредоточится на себе, как на основном источнике опасности в комнате. - Что, скучал? - Мадара возвышается над Какаши. Наверное, так и чувствует себя загнанный в ловушку зверь. Наверное, под этими нечеловеческими красными глазами плавится человеческая грязь. Мадара расстёгивает ширинку без капли смущения, выжидающе смотрит, поглаживает приглашающе по щеке. А Какаши не может отделаться от мысли, что перед ним рептилия, готовая выпустить весь свой запас яда за один укус. - Не бойся, - шепчет Обито на ухо. Он двигается внутри, заставляя потерять концентрацию, согнуться, глотая воздух. Это всё какой-то абсурд. Это нереально. Этого не может быть на самом деле. Какаши поднимает голову. В его глазах страх бликует ужасом. И полная пустота в голове на запрос: какого хуя. Мадара всё так же таращится красным, как гипнотизирующий хищник. Просто ёбаное безумие. Какаши размыкает губу, пытаясь напрячь голос, сказать что-то в знак протеста. Какаши заглядывает в опасно-красный, Какаши погружается в него, принимая плотоядную ухмылку за тихое ритуальное нашёптывание где-то на границе сознания. Какаши смыкает губы на члене Мадары. Механические действия. Безумие, вонзившее свои пальцы в окружающую реальность, запускает действо. Обито движется, оставляя влажные следы на плечах и вздохи в пепельных волосах, в которые Мадара запустил пальцы и управляет уже другим ритмом. Какаши отдаётся безумию, погружается с головой, сдавленно мыча, от резких толчков, разворачивающих всплески удовольствия внутри, и пытаясь не захлебнуться слюной и не забывать при этом дышать хоть через раз. Сознание совсем мутное. Обито вышел, Мадара оттаскивает за волосы, Какаши закашливается, валится без поддержки. Ненадолго. Мадара забирается на кровать, подтягивает несопротивляющегося Какаши к себе со спины, заставляет того усесться себе на бёдра. Его член без особого сопротивления скользит в растянутую дырку. Какаши со стоном ухватывается за чужие колени, запрокидывает голову. Обито скользит на кровать меж раскинутых ног, касается мягко груди, пристраивается. - Стой, он же не войдёт, - голос совсем не слушается, звучит сбивчиво, не хватает воздуха. - Вы меня порвёте. - Всё будет хорошо, - Обито приглаживает щёку, смотрит нежно, но и в его глазах скользит красный. Какаши хочется верить, что правда не будет ничего плохого, но тот надавливает, проталкивая член в и так заполненную узость. Какаши выгибается с криком. - Эй, Какаши, чо орёшь? - Какаши распахивает глаза, всматриваясь в лицо напротив. Несмытые разводы зубной пасты возле губ, взлохмаченные волосы, трёхдневная щетина и заспанные глаза, распахнутые в удивлении с налётом беспокойства. Какаши оглядывается, с недоверием ощупывает кровать рядом. Холодная. За окном пасмурно. Всё сон, ну конечно, кто бы поверил в то, что подобное может случится. Абсурд. Какаши со вздохом закрывает лицо ладонями. После сна по телу всё ещё расходятся тревожные мурашки. - Какаши? - Обито снова подаёт голос. - Я отменю завтрашний выходной. В пизду, не хочу Мадару видеть, - проговаривает, не отрывая рук от лица. - Ладно, - Обито пожимает плечами. - А чего орал-то, кошмар? - Типа того, - и добавляет уже тише, чтобы Обито не услышал. - Эти Учихи уже в печёнках сидят. - И с недоверием косится на собственный стояк, не согнанный даже липким видением. В то что это самое видение могло стать причиной Какаши верить отказывается. Договариваться с коллегой снова было мало приятно, но у Какаши получилось. Хотя тот и пытался набить себе цену, ссылаясь на то, что уже построил планы, да и некрасиво так поступать, у Какаши получилось поменять всё обратно, а не просто обзавестись доп рабочим днём. Обито всё допытывался вечером, чего же Какаши так резко передумал, но Какаши просто зыркал недовольным взглядом из-под чёлки, да и всё. На том и порешили. Обито не то, чтобы сильно настаивал. Мозгом то понимал, что было бы лучше Мадаре показать, что у них просто отношения, без каких-либо зарытых под ними меркантильных планов со стороны Какаши, но сердцем... Какаши прекрасно видит, что того всё ещё коробит от осознания, что Какаши пришлось продавать себя, да ещё и с его собственным дядей. Было бы проще, будь это незнакомец, так можно представлять любого чёрта рогатого, обвинить его во всём, но, когда с одной стороны тот, в кого ты влюблён, а с другой - вроде как родной человек, приходится разбираться. Какаши рад, что не стал той причиной, что рассорит их семью. Но самому тревожно и неприятно. Воспоминания приходят сами собой. Ещё и сон этот глупый. Из головы всё никак не идёт. Наверняка из-за стресса. - Что будете заказывать? - Какаши подходит к столику с одиноким посетителем. Нечего задумываться, сейчас время работать. Чуть не заставил ждать клиента дольше положенного. С виду студент, лица Какаши разглядеть не смог - тот сел спиной к стойке. Он поворачивается на голос официанта и молча таращится удивлённым взглядом. Какаши отвечает тем же, но быстро берёт себя в руки. - Не переживайте, я попрошу, чтобы Вас обслужил другой работник, - подчёркнуто холодно, подчёркнуто спокойно. - Нет, стой, - Асума хватается за руку, когда Какаши уже собирается отойти. Его взгляд проясняется, но эмоции в них Какаши понимает слабо. Странная смесь. - Я просто не ожидал тебя увидеть здесь. Всё нормально. Я буду кофе и ваш стандартный завтрак, - он мнётся, хочет, видимо, что-то ещё сказать, но в конце концов просто отпускает руку и отворачивается. Какаши кивает, отходит передать заказ на кухню. Становится за стойку, готовит кофе. В груди неспокойно. Он хмурится то и дело. Чего не ожидал, того не ожидал. Хотя чему удивляться. Какаши ведь знал прекрасно, что Асума тоже лыжи вострит в столицу после выпуска. Парень не глупый, так что не было сомнения, что справится и поступит, куда хотел. Ну а дальше, город, конечно, большой, но рано или поздно должно было случиться. Но Какаши ожидал скорее узнать его в случайном прохожем. А тут вынужденное взаимодействие. Хотя чего волноваться? Что Асума сделает? Ведёт себя спокойно, ни на какой конфликт нет и намёка. И ещё взгляд этот. А, к чёрту! Зачем бередить старые раны. Ну, не такие уж и старые. Но для Какаши ведь это пройденный этап. Он в отношениях, жизнь налаживается, и, казалось бы, нечего и обиду таить на старого друга. А всё равно неспокойно. Он ставит кофе и снова ловит на себе этот взгляд с привкусом вины. Асума быстро осматривается. В заведении почти пусто. Ещё слишком рано, горожане отсыпаются перед новой рабочей неделей. - Найдётся минутка поговорить? Какаши тоже озирается. Ему не хочется. Он не видит смысла слушать, говорить не считает нужным. Но повода отказать, к сожалению, не видит. А может, любопытство взыграло. Или тревога в груди потребовала развязки. Коротко кивает. - Я просто хотел извиниться, - Асума опускает глаза на стол. - Я не хотел, чтобы всё так получилось тогда, в школе. "Что-то не было видно, чтобы ты сильно себя корил, пока меня избивали из раза в раз," - крутится на языке, но Какаши присматривается. Он знает Асуму, понимает, что тот искренен скорее всего. Да, точно так же искренен он был тогда, когда кривился и посмеивался злобно после признания Какаши. Но тогда была мгновенная реакция, сейчас же - плод каких-никаких размышлений. И сейчас он выглядит несколько потерянным и расстроенным. Насколько Какаши может судить через призму собственной обиды. Непонятная тревога в груди оседает, успокаивается. - Что было, то было, - произносит сухо. - Я тогда другу рассказал, думал, посоветует, как себя хоть вести после такого, а он всем, кому смог, разболтал. Мне пришлось себя так вести, чтобы меня в таких же не записали, понимаешь? Пришлось убедить себя, что так правильно, - Асума совсем поник. Какаши не испытал жалости. Ни злорадства с привкусом «я был прав», ни обиды, ни злости или отлива. Просто ничего. Просто дребезжавшая минуту назад струна выпрямилась в линию и… Ничего не происходит. - Ладно, - Какаши пожимает плечами. Раньше, наверное, внутри что-то бы да дрогнуло. Сейчас же - так плевать. Он и так до конца никогда не верил, что Асума следовал злому умыслу. Сейчас получил подтверждение, но что с того? - Прости меня, я правда сожалею. - Не стоит. Я не держу на тебя зла, - Асума выглядит удивлённым. Какаши же снова пожимает плечами и слабо улыбается. Пора возвращаться к работе, а то ещё, чего доброго, придётся зашивать рану в спине от прожигающего взглядом коллеги, что возится сейчас с новоприбывшими клиентами. Он оставляет Асуму один на один с собой, насколько это возможно, хотя периодически замечает краем глаза, что тот косится в его сторону. Может, не ожидал, что Какаши так легко примет. Пожалуй, Какаши и сам не ожидал. Наверное, и ему самому было полезно увидеть наконец старого обидчика, чтобы вспомнить, что тот - обычный человек. И понять, что что было – не изменится, но оно прошло. Вечером Какаши возвращается в их общую съёмную квартиру. Надеется, что Мадара не решил задержаться. От воспоминаний о сне накануне всё ещё холодеет затылок и кожа мурашками покрывается. Нет, в пизду, ни за что, будь такое в реальности, сразу бы всех раскидал и надавал бы Обито лещей. Да чего уж тут говорить, все остальные действующие лица тоже бы охренели от подобной перспективы не в хорошем смысле. Какаши мотает головой и открывает наконец дверь. В квартире тихо, свет горит только в спальне. Какаши проходит к комнате. Обито лёжа на кровати уставился в ноутбук и читает что-то, позёвывая. - Привет. - О, с возвращением, - Обито поднимает глаза на вошедшего. - Я твой ноут взял, ничего? Вспомнил, что нам на завтра задали хотя бы с одной темой разобраться. - Ничего, - Какаши мотает головой. - Как прошло? - Ну, как и ожидалось. Ворчал, бурчал, как старый чёрт. Постоянно подвоха ждал. Придирался. Ну и в итоге денег дал. - Что, правда? - Какаши усмехнулся. - Ну да. Как услышал, что я на работу пошёл, сказал бросить это дело и лучше об учёбе больше думать. Вот. - И что думаешь? - Может и брошу. Стану для тебя домохозяином, - Обито улыбнулся, аж глаза заблестели. - А у тебя как день прошёл? Какаши прокрутил в голове утреннюю неожиданную встречу. - Знаешь, ещё утром я тебя прибить хотел. - За что? - глаза округлились и напряглись брови на манер нашкодившего щенка. Но Какаши жестом попросил его не перебивать. - А сейчас я понимаю, что я счастлив, - он искренне и тепло улыбнулся. - Немного заебался уже, но счастлив. Обито улыбнулся в ответ, отложил ноутбук в сторону и пригласил сесть рядом, распахнув руки. Какаши ничуть не смущаясь уличной одежды плюхнулся рядом, утыкаясь куда-то в подмышку, позволяя Обито обхватить его, и сам запустил руки вокруг его тела. Обито зарылся носом в растрёпанные волосы. - Я тоже счастлив, Какаши.