Daddy's little whore

— Скажи мне, детка, — он окинул девушку холодным взглядом. Щеку обожгла пощёчина. Девушка вздрогнула и задышала сильнее, заставляя ошейник натянуться. — ты совсем ни во что не ставишь своего папочку? Нутро горело, а кожаное основание пэддла холодило кожу, заставляя прочувствовать весь контраст ситуации. — У своих родителей ты вела себя не послушно. Совсем отбилась от рук. — Адель закатила глаза и захлопала светлыми ресницами. Мужчина, не прилагая больших усилий, шлёпнул девайсом по ягодицам, раскрашивая их в алый. Девушка вскрикнула, пытаясь удержать равновесие на коленях и не свалиться на мужчину. — Что ты должна сказать? Папочка намотал цепь на руку, подпуская ближе малышку. Рык обласкал девичий слух. — Я — она тяжело сглотнула и приподнялась, пытаясь сдерживать приятную дрожь по всему телу. Ошейник сжимался на шее, доставляя колоссальное удовольствие. Голова закружилась. Сознание помутнело. — Неправильно. — жёсткие бескровные губы раскрылись в жестокой ухмылке. Он не прятал самодовольство в глазах и продолжал наслаждаться чужой покорностью. Пэддл плавно перешёл с ягодиц на внутреннее бедро. Адель выгнулась и испустила сладкий стон. — Простите — пересохшие губы раскрылись в попытке выдавить больше одного слова, но вместо этого дальше преславутого «простите» не дошло. Звук вылетел стремительно, не дожидаясь окончания анализа ситуации. Мозг казалось уже давно отключился. Животное желание руководило в тот момент. Сейчас было важно только получить побольше шлепков, подтянуть посильнее ошейник и наконец-то получить обожаемый девушкой член. — Что что? — издевательски протянул мужчина, взирая с высока на рабыню. Глаза, смотрящие снизу, были полны мольбы. Муки отражались в зелёной радужке, заставляя мужчину ещё больше возгордиться. Член уже давно встал и теперь упирался в жёсткий шов, раздражая, но ради милого личика и отчаянного взгляда стоило потерпеть. — Простите, папочка. Она пискнула. Дрожащие ноги не слушались владелицу и разъезжались под напором лакированного ботинка.Адель со связанными руками пыталась навалиться на синюю ткань брюк. — Моя девочка. Моя хорошая девочка. Умничка. Ты такая молодец. — мужчина отбросил пэддл и огладил розовое личико. Лихорадочный блеск глаз выдавал с головой желания девушки, но папочка не собирался идти на поводу. По крайней мере не слишком часто. Виталий впервые с момента у родителей ласково улыбнулся. Адель, вздрагивая, приласкалась лицом к шершавой ладони. Носом уткнулась между больших пальцев, порождая чужие хрипы. Она высунула язык и на пробу лизнула грубую кожу. Взгляд напротив потяжелел, вводя в сладостное нетерпение. Девушка сильно переходит границы и ей это нравится. — Какая ты всё-таки непослушная. — мужчина с показательным отвращением оттолкнул тело, взявшись за тонкую шею. Девушка напрягла ноги, пытаясь удержаться на весу, но ей этого не удалось: связанное тело свалилось на собственные руки, сдавливая кожу сильнее. Виталий зло прищурился и взялся несколькими пальцами за веревки, опоясывающие груди. — Зачем ты это сделала, малышка? Так хотелось острых ощущений? — он резко дёрнул за веревки, заставляя девушку подняться обратно на колени. Бедра дрожали от чрезмерной нагрузки. Светлые глаза ловили каждую эмоцию папочки. — Я просто — она прикрыла глаза и судорожно выдохнула. Пальцы на ногах поджались. — Так хотелось непотребств? Чтобы другие люди видели все это? — мужчина поджал губы и плотнее припер носок к клитору. Виталий забрал поводок обратно. Девушка вцепилась в собственные руки, целясь ногтями в кожу. Слой за слоем и они проткнут нежный бархат. — Можно было просто попросить, чтобы я вывел тебя в клуб. Публичную сессию ещё никто не отменял. Да и встретились бы с Евой и Михаилом. — Вы постоянно работаете. — Это упрек? — мужчина растерянно отпустил поводок и опустился на пол, чтобы увидеть лицо рабыни. Металл цепочки лязгнул и со стуком упал на дубовый паркет. — Нет. — девушка дернула уголок губ и отвела глаза. Ногти продолжали скрести по кожным покровам, вгрызаясь утонченным нюдовым маникюром. В новом месте учебы пришлось отказаться от красных ногтей. Хотя она так тяготела ко всему эпатажному. — Малышка, не уходи в свои мысли и говори со мной. Адель бросила, затуманенный удовольствием и болью, взгляд на папочку, продолжая ничего не понимать. Она понятия не имела, что от нее требуют. Сознание уплывало все дальше и дальше, оставляя Виталия наедине с собой. В голове неожиданно всплыли воспоминания сегодняшнего дня, из-за чего ее наказывают. — Виталий, как давно мы вас не видели. — мама Адель накинулась на мужчину с порога и сгребла в сильные объятия под ворчание мужа. — А ты, Сережа, помолчи. Накатил так и радуйся. — Ох, Ольга, — Виталий неловко улыбнулся во все зубы и похлопал по худощавой спине. Адель не сильна была похожей фигурой с матерью. У Ольги все части тела были худыми, аж до костей, а вот девушка напротив — с пышной грудью, небольшим животиком и полными бедрами. Виталию нравилось трогать ушки на бедрах и целовать в тонкую шею. — я тоже рад вас видеть. — Моя девочка, Адель, мы так с папой соскучились по вам. — Виталий. — Сергей выдвинул накаченную руку для рукопожатия. Виталий принял приветствие, скупо улыбаясь и кидая быстрый взгляд на тельняшку натянутую на огромное пузо. Мужчина кивнул тестю и отошёл к Адель. И он сделал правильно, так как к Сергею уже подлетела Ольга, размахивая полотенцем и браня мужа за холодное приветствие. Папочка Адель с удивлением посмотрел на родителей своей малышки. Они так отличались. Странно было не замечать этого. Зато правду говорят люди, что в жизни нужен баланс. Супер худая и супер полный. Хоть и считать так некрасиво, но факт остаётся фактом. — Как у тебя дела, папочка? — Адель обвила чужую талию, прижимаясь плотнее. Нос прошёлся по сильной шее, касаясь кончиком выступивших артерий. Девушка с извращённым удовольствием заметила как сильно напрягся пресс ее папочки. За пределами игры она может делать все что ей вздумается и Виталий ее не остановит. — Нормально. — Виталий бросил опасливый взгляд и взялся за нежные пальчики, поглаживая. На губах расцветала нервная улыбка. Немигающие озорные глаза девушки изучали лицо мужчины будто в первый раз. Вся власть у нее в данный момент. Ее территория, ее родители — ее правила. — Поэтому ты так напрягся? — девушка надула губы и отвела глаза от чужого лица. Мужчина наконец смог незаметно, спокойно выдохнуть. Статус папочки вытягивал слишком много сил. — Сережа, — пока Адель пыталась вывести Виталия из себя старые супруги успели разнести половину кухни. Ольга буквально царапала своего мужа, пытаясь дотянуться до кастрюли, а тот не хотел отдавать утварь с готовой едой и тянул металлический корпус на себя. — это не тебе. Ты не заслужил, ясно? Сергей не слушал и продолжал пыхтеть, отбивая кастрюлю. — Скотина, отдай. И так пузо отъел. У нас дочь недоедает. — Все она доедает. Посмотри на ее дойки. Будь здоров. Были бы они такие, если бы она мало ела? — Ну Сережа. — женщина с упрёком посмотрела на мужа, не желая смягчаться. — А что? — И все-таки в чем-то он прав. — Виталий ухмыльнулся и подвинулся к чужому уху, с чувством удовлетворения наблюдая за тем как девушка дрожит. Они поменялись ролями. Теперь всё стало на свои места. — Сиськи у тебя отменные. И то, что они настолько огромные, что свисают это охуенно. Наверное, никогда не пойму твоих бывших, которые говорили обратное. Мужчина огладил ребра, быстро пробегаясь пальцами по косточкам. Девушка подняла лукавые глаза. Виталий очень сильно пожалел, что не предпринял ничего до того как Адель подняла топик, обнажая грудь в белом бюстгальтере. Мужчина позволил себе на пару секунд завороженно пробежаться глазами по золотой вышивке. Он облизнулся и поправил топик на девушке, скрывая все что она решила оголить. К счастью, родителям было не до них и они ничего не увидели. Правда, спустя пару минут, когда Ольга отдала кастрюлю, а Сергей победно крикнул и наложил себе еды в тарелку, супруги вспомнили о гостях и принялись усаживать их за стол. Виталий вежливо улыбался, оглядывая стол набитый едой и понимаю одну вещь: торчащие соски останутся в памяти у мужчины аж до наказания Адель. — Ну что. Рассказывайте. — Ольга подперла голову рукой, побуждая поговорить с ней. Виталию даже было немного жаль ее. Женщина сидит целыми днями дома, готовит, убирается и дожидается мужа с работы. А самое ужасное, что подобное повторяется каждый день. Мужчина даже не мог представить подобного для Адель. Она девушка своевольная, дерзкая, хоть и бывает иногда ласковой и покорной. Вряд ли ей бы удалось дождаться папочку с работы и радовать его. Девушка и так выходила из себя, когда мужчина трогал ее во время сдачи зачётов в университете, а при таком раскладе вообще озверела бы. — Да, все как обычно. — Виталий решил поразвлечь женщину и облегчить ее ежедневную жизнь чем-то интересным. К удивлению мужчины Адель не спешила ему помочь, только хитро смотрела, не отводя бесстыжих глаз. Он не придал этому значение и как оказалось зря, но узнает он об этом позже. — Я работаю. Адель учится. Закрыла зимнюю сессию. Несколько предметов на хорошо, а некоторые на отлично. — Спасибо. Мне приятно слышать, что ты мной гордишься. — девушка улыбнулась, склоняя голову и незаметно перекладывая руку со своей юбки на чужой пах. Виталий дёрнулся и тяжело посмотрел на девушку. Мужчина вытерпел пару минут ненапряженных разговоров и слегка сполз под стол, давая девушке меньше шансов на ее игру. Ольга заметила странное действие мужчины и поспешила прокомментировать его: — Вы сползли под стол. Все хорошо? Виталий откашлялся и кивнул, убеждая: — Конечно. Просто к тридцати пяти все начинает ломить. Вы же знаете. — Ох, — она покачала головой, глядя сквозь стол. — ты ещё как прав. У меня колени после долгой ходьбы уже с ума сходят. А Сережа вообще каждый год лежит в стационаре в кардиологии. Виталий сочувствующе улыбнулся и согласно покачал головой. Пальцы сжались на вилке, когда девушка неосторожно задела головку полового члена. — А что же с работой? Что там на поприще у вас, дармоедов? — Сергей грузным тоном бросил неприятную фразу, заставляя Виталия поморщиться. Рука Адель бесстыже гладила одними подушечками тонких пальцев по шву брюк, обрисовывая контур полового органа. — То, что я работаю в банке не значит, что меня можно так называть, Сергей. Банкиры тоже люди и мы также как и вы хотим получить деньги. — Мужчина с каменным лицом отпил воды, пытаясь не обращать внимание на ласки в районе паха. Он взлохматил волосы, выглядя довольно уверенно в чужих глазах, но Адель это не обмануло. Она знала как ее папочка на самом деле чувствителен и какое выражение лица у него в такие моменты. — Тем более кто будет баловать Адель? — У нее есть отец. — Сережа гаркнул и сурово проткнул кусок колбасы. Хоть внешне Виталий страха не показал, но он всё-таки присутствовал, жест заставил внутренне содрогнуться. — Да, у меня есть папочка. — девушка без зазрения совести улыбнулась и пощекотала головку сквозь ткань. Не заметить двойную игру слов было нельзя. Она нарочно выбирала именно те слова, которые всегда вызывали бурю эмоций в Виталие. — Какая ты всё-таки у нас с мамой хорошая. — Сергей ласково оглядел дочь и неловко почесал лысину. Жена рядом умильно выдохнула, укладывая голову на руку. — Да, я вообще хорошая девочка. — Адель хихикнула и закусила губу. Пышные ресницы захлопали, словно крылья бабочки. Пальцы продолжали ощупывать и сжимать ствол по всей длине. Естество уже начало наливаться кровью, натягивая влажную от смазки ткань. Одна из мышц на лице у Виталия дрогнула. Он и представить не может как далеко зайдет девушка, но при этом все ещё желает ее испытать. Посмотреть на сколько ее хватит. — Не сомневаюсь. Все замолчали. Но мать вовремя вспомнила о угощениях и принялась накладывать в тарелку дочери разные блюда. — О. Адель. Мы же ещё кебаб приготовили. Ешь, не стесняйся. — Он такой огромный. Во рту все не поместится. — Адель хохотнула, сжимая руку под столом. Если бы родители выпили, то вполне можно было бы расстегнуть ремень и — Ты не боишься моего наказания? — мужчина с напряжённой челюстью и станом прошипел на ухо девушке, щипая за голое бедро, не скрытое благодаря юбке. — А что я? Просто люблю большие и продолговатые вещи. Чтобы в горло выплеснулось — Достаточно. — мужчина потёр лоб и отнял прилипшую прядь, зачесывая ту на место. Девушка шкодливо улыбнулась и моргнула пару раз. Язык прошёлся по губам, смачивая пересохшие места, а пальцы пробежались по стволу, дразня. — Виталий, вы хорошо себя чувствуете? — женщина обеспокоенно спросила, нервно поправляя карэ. Сергей хмыкнул на суетящуюся жену. — Да, все в порядке, Ольга. Не переживайте. — Значит так, я достаю бутылку самогонки и вы пьете. Никаких нет. — Сергей хлопнул по столу и уверенно встал. Глазами он бросал метафорические молнии и никто не мог пойти против, так как не желал поджариться. — Папа, я на таблетках. Мне нельзя. — Это что такое? — грузный мужчина нахмурился, почесывая голову. — Гормональные. — Адель отвела глаза и остановила свою руку, заставляя легко выдохнуть Виталия. — А глаза почему отводишь? — девушка поджала губы и потупила взгляд. Родители покачали головой и осуждающе на перебой произнесли: — Зачем обманывать? — Эм, просто, я сижу на противозачаточных. И мне нельзя алкоголь. У меня может начаться кровотечение. Вот и все. — в этот раз девушка сказала правду. Но ее рука на пахе так и не пришла в действие. Она была достаточно смущена, чтобы прекратить извращённую игру. И Виталий удивлялся этому. Адель такая дерзкая с ним, такая раскованная в постели, но при этом сейчас она дрожит перед гневным взглядом отца, а ее глаза моргают учащенно от осуждающего материнского взора. — Точно? Ты не беременна? — мать постучала пальцами по столу и наколола отбивную на вилку. Она с остервенением откусила мясо. Девушка вздрогнула от злобного жеста. — Нет. Это точно. — Мы с отцом не против ваших отношений, но мужчина после тридцати не лучшая кандидатура для отца. Единственное, что мог сделать Виталий так это поднять брови. В нем боролось столько чувств на данный момент. Они вели ожесточенную борьбу между собой, заглушая друг друга. Если бы Ольга знала как сильно Виталий хочет, чтобы его малышка забеременела. Он бы выкинул эти таблетки, если бы мог, но увы. Адель не считала, что способна на то, чтобы вырастить ребенка. Считала, что ещё совсем не время и все впереди. Вот только все впереди исключительно у нее. Мужчина уже прожил свои лучшие годы. — Не обижайтесь, Виталий. — заметив как мужчина сжал кулаки и на то как ходят желваки на чужом лице, женщина смягчилась. Ей совсем не хотелось обижать такого хорошего мужчину. Она всего лишь желала лучшего будущего для своей дочери. — Могла бы найти себе помоложе, а не почти ровесника твоего отца. Это же надо, чтобы ухажер дочери был моложе меня всего лет на пять. — Адель сжала губы в тонкую линию и покорно склонила голову. Рука одернулась от паха мгновенно. Ногти вцепились в мягкие ладошки. Волосы свисали, не давая Виталию, посмотреть на глаза девушки. Ему бы не хотелось видеть чужие слезы и слушать надрывные всхлипы. — Ну как есть, Сергей. Как есть. — на легкомыслие Виталия Сергей лишь покачал головой и встал, уходя за чем-то. — Хотя, — Виталий усмехнулся, внимательно наблюдая за подёргивания и девушки. — твоя мама права, Адель. Расстанься со мной. — Прекрати, — она тихо произнесла через силу, бросая вилку на тарелку. В глазах начали собираться противные слезы. Закушенная губа саднила. — Давай. Найди кого-то помоложе. — мужчина говорил уверенно, пытался настаивать до последнего, но внутри все сжималось от мысли, что его провокация может довести до разрыва. Если все пройдет как надо, то Адель покажет всю серьезность намерений перед родителями и те не будут больше настаивать на своем. — Виталий — Ольга испуганно следила за дочерью, вцепившуюся до крови в чужое предплечье. — Будь хорошей девочкой и роди пару детей от молодого мальчика. — Да от тебя я хочу детей, придурок. И мне все равно, если у нас не получится с первого раза. И даже, если не получится вовсе, то ничего страшного. Я не хочу детей ни от кого кроме тебя. — девушка не сдержалась и перешла на крик. Ногти царапали предплечье, но мужчина не морщился. Он был доволен тем, что они решили такую проблему как родители. И пускай у них ещё много других проблем они все равно счастливы. — Пиздец — Сергей пришел к концу спектакля с рюмками и самогоном. Он, звеня посудой, поставил всем по рюмке, разлил алкоголь. Девушка сконфуженно отвернулась от родителей и прильнула к исцарапанному предплечью. — Да живите как хотите уже. — мужчина махнул на пару рукой и залпом выпил все содержимое. Ольга покачала головой и тоже взялась за рюмку с тостом. — За вашу счастливую будущую семью. — женщина опрокинула в себя рюмку и закусила редисом. — За то, чтобы не избежать наказания папочки. — подумала Адель, выпивая обжигающую горло жидкость и морщась. Она уже успокоилась от чужой провокации и притиралась к раненному предплечью любимого. — Малышка. Эй. — Виталий отвесил сильную пощечину. Он полюбовался бы красным следом, но на это нет времени. — Простите, папочка. Мне жаль, что я так поступила и ослушалась вас. — девушка говорила на автомате, пугая своим пустым взглядом Виталия. Мужчина нахмурился и ласково спросил: — Если тебе плохо, то просто скажи стоп слово и все закончится. — Так нельзя. Я не могу сорвать сессию. — девушку начала бить крупная дрожь. — Ты и так срываешь ее своим состоянием. Хуже уже не будет. — рявкнул мужчина, нервно зачесывая волосы. — Прости. — она опустила голову и попыталась скрыть лицо за непослушными волосами. — За что? — За то, что я срываю сессию. — она сорвалась на скулеж. Тело моментально ослабло, когда заботливые руки опустились на талию. Виталий только покачал головой и продолжил гладить мягкую кожу. — Сейчас я наказываю тебя, а потом мы миримся, идёт? — он тихо, оглядываясь, словно вор, произнес эти слова. Адель устало улыбнулась и кротко кивнула, не позволяя себе надолго задержать взгляд на непривычно оживленном лице своего папочки. — Идёт. — Что? Ты будешь ставить мне условия? — мужчина встал на ноги и надменно посмотрел, вживаясь в обычную для него роль. Носок ботинка прошёлся все дальше от клитора — к половым губам. Естественная смазка стекала на лакированную поверхность при каждом соприкосновении кожи ботинка с гениталиями. — Здесь я решаю идёт или нет. Такую шлюху как ты никто не спрашивал. Виталий протолкнул ботинок глубже, утыкаясь носком к входу во влагалище. Властные глаза с удовольствием следили за метаниями девушки. Зрачки жадно впитывали как его малышка выгибается и стонет, как она закатывает глаза. Возбуждение пробиралось из глубин, заставляя задыхаться не хуже ошейника. Связанная веревками грудная клетка вздымалась, заставляя Виталия тяжело сглотнуть и подавить желание поставить Адель раком и выебать. — Сейчас я накажу тебя, а потом войду в тебя и, если не услышу как ты кричишь от удовольствия, то просто прекращу. Не вынуждай меня быть грубым, моя девочка. Мужчина повел ботинком, дразня и оглаживая края дырочки. Девушка испустила отчаянный выдох и подвинула ноги друг к другу, скрепляя. Под недовольным взглядом своего папочки она сжала ногу и поелозила по ботинку. Дрожащие бедра с трудом сжали ткань брюк. — Котенок, мы не будем слушаться? — он ухмыльнулся, дергая ногой, находящейся в плену. Шлепок больно отпечатался на мягких тканях. — Нравится пачкать мои ботинки? Он вытащил из ослабевших бедер ногу и с омерзением оглядел запачканный ботинок. Природная смазка блестела и стекала отдельными каплями по ботинку на паркет. Мужчина обратил жестокие глаза и взялся за собранный хвост из волос девушки. Намотал его на руку и резко приблизил к ботинку. Неровное дыхание девушки уперлось в ее же выделения. Глаза полные покорности встретились с полностью противоположным взглядом, когда Виталий строго произнес: — Лизать. — Да, папочка. Девушка высунула язык, широко проходясь по поверхности ботинка. Она упорно слизывала все, что ей удалось оставить на лакированном кончике. Виталий внимательно следил за движениями своей малышки. Глаза упорно закатывались, а рука пыталась проникнуть в трусы. Член давно стоял, раздражаясь от тесных штанов. — Я хорошая девочка? — Адель оторвалась от вылизывания ботинка. Виталий издевательски поднял бровь, давая понять, что не очень то и хорошая. — Ну папочка. — Давай, работай. — он махнул ногой и упёрся острым носком обуви в горло, чуть надавливая. Девушка закатила мутные глаза и, пытаясь контролировать бешено бьющееся сердце, собрала остатки на язык. Адель хотела закрыть рот, но грубые пальцы, взявшиеся за язык, помешали. Она тяжело задышала носом, чувствуя как ее тянут за кончик и тщательно осматривают. — Ты справилась с задачей. Учту это. — Виталий кисло улыбнулся и отпустил язык из плена пальцев. — Глотай. Адель выполнила приказ и застыла на месте, балансируя. Рука мужчины все ещё держала за хвост. — Это именно та поза, что ты сможешь заслужить со своими мозгами. — мужчина присел на корточки и заискивающе посмотрел в лицо. Девушку лихорадило от его слов. Зрачки дрожали, а язык проходился по израненным губам в десятки раз быстрее обычного. — Зато мордашкой удалась, правда? Виталий похлопал по щеке, наблюдая за неловкими подёргиваниями. — Корова. Совсем стыда, нет? Посмотри какое пузо отъела. С завтрашнего дня у тебя белковая диета. — она было открыла рот, чтобы возразить, но плевок в рот все сказал яснее жёсткого мужского взгляда. — Хочешь возразить мне, шлюха? Он расплылся в жуткой ухмылке и потянул за сосок. Девушка попыталась отвернуться и заскулила. Грудь болела от жёстких шлепков. Места удара горели огнем, как и гениталии. Половые губы жгло от возбуждения. Им помогала только смазка, стекающая на паркет тонкими каплями. — Твой отец был не прав, когда сказал, что ты хорошая девочка. Ты просто мокрое место. Если тебя не бить и не насиловать по ночам, то совсем отобьешься от рук. А этого нам бы не хотелось, да? Мужчина с приличной силой и агрессией дёрнул за волосы, наслаждаясь поскуливаниями. — Я говорю: да? — Да да. Простите меня. — Адель зажмурилась до мушек перед глазами. Она одновременно и боготворила мужчину, придумавшего и внедрившего такую серьезную терапию в игры, и ненавидела. Он обращается с ней не как с равной, заставляя слушаться и ни за что не перечить. Ей нравились эти игры, ее возбуждали эти слова, но нездоровая гордость не могла с этим смириться. У Адель всегда были проблемы с гордыней и, когда девушка призналась в этом Виталию, тот был первым, кто не осудил ее, кто не сбежал и по настоящему хотел помочь. В качестве терапии он решил модифицировать сессии, объясняя тем, что эффект будет куда лучше, чем от обычных разговоров. Был он прав или нет, но девушке и правда стало полегче, но терапия была слишком шокирующей для ее гордыни, и это давало знать о себе частенько. — Замечательно. — Виталий столкнулся лбом со своей девочкой и надавил сильнее на затылок. — Сейчас ты смочишь мой член своим грязным, пользованным ртом, а потом я трахну тебя. — А наказание? — Ох. Твоя добросовестность поражает, но я о нем не забыл. После сессии ты его получишь. — в глазах играл азарт в отличие от металлического голоса. — Сосать. — Да, папочка. Адель зубками ухватилась за замочек и потянула вниз. Когда уже пришло время ремня стало тяжелее. Тот совсем не хотел поддаваться, только бил по зубам. Она оторвалась от ремня, тяжело дыша и облизывая губы. — Что, без автомата сложно? — мужчина погладил по голове, глядя на надутую девушку. Он показательно вздохнул. — Хорошо. Помогу, но только в этот раз. Адель прильнула к паху, обтянутому теперь только черными боксерами. Она зубами подцепила резинку и потянула ее вниз, оголяя член особо ничем не примечательный. Ни большой, ни маленький, но от этого не менее любимый и желанный. Она аккуратно провела языком по стволу, обводя взбухшие вены и оставляя блестящие следы от слюны. Виталий запрокинул голову, продолжая гладить по волосам. — Поработай ротиком, котенок. Помоги папочке. — девушка насадилась ртом на головку, облизывая и отрываясь время от времени, чтобы сплюнуть на ствол. Мужчина прекратил гладить по голове и надавил на затылок, заставляя взять глубже. Травмированные губы растянулись на половом органе, возбуждая и вынуждая член дернуться в теплом плене рта. — Моя умница. Хорошая девочка. — Адель подняла томный взгляд из-под ресниц и покружила языком вокруг уретры, вызывая тихое шипение у мужчины. Медленные размеренные движения головы и языка радовали Виталия, но резкая смена темпа стало причиной встряски для организма. — Сожми губки и возьми еще глубже. — девушка медленно взяла глубже, сжимая губы и веки. Звуки заглатывания приласкали слух. Нервы у мужчины натянулись, руки напряглись и задрожали на чужом затылке. На глазах у Адель выступили слезы, заставляя мужчину потерять терпение. Он зашипел, отнимая от себя любовницу: — Стоп. — Виталий завозился со штанами. Адель закатила глаза, смотря за тем как Виталий чопарно прячет член обратно, закрываясь, и тянется к смазке. К чему тогда было впихивать его в ее рот, если он опять застегивает штаны. Мужчину злые смешки не смущали. Он преспокойно выбросил смазку на кровать. — Достаточно. — Виталий поднял связанную девушку, бросая на кровать. Он ослабил давно давящий галстук и медленно двинулся по простыне. Девушка застыла, склоняя голову и наблюдая за ярко горящими глазами напротив. — Папочка. Он все приближался, комкая постель и ловя каждое слово сказанное с придыханием. Одно мгновение и девушку подтянули за ноги ближе и перевернули, ставя на четвереньки. Рык обласкал уши: — Заткнись. — Вы же говорили, что мне надо кричать. — Адель прогнулась в пояснице, мыча в подушку. — Как же ты отчаянно хочешь гнуть свое, котенок. — он нагнулся к уху, попутно растегивая ремень. — Если я сказал так сделать, то ты это сделаешь. У тебя нет другого выбора. Звон пряжки ремня, глухой стук, оповещающий, что тот упал, звук растегивания молнии — все это заставляло Адель искусать свои губы снова. Низ живота тянуло от предвкушения смешанного с возбуждением. Оно поднималось с самых глубин наружу, вырывалось, душа. — Ох, малышка. Мужчина смазал половой орган лубрикантом.В следующую секунду член проник во влагалище, заставив простонать любовников в унисон. Жёсткие губы с насмешкой прошлись по позвоночнику, сцеловывая каждый позвонок. Теплые руки дотянулись до груди, щипая соски. — Папочка. — Адель зажмурилась и простонала. Ощущение наполненности сводило с ума. Дыхание щекотало напрягшуюся от веревок спину, даруя новые ощущения. Мужчина толкнулся, выбивая воздух из лёгких. — Да, малышка. Я согласен. Это прекрасно. — Виталий тяжело сглотнул, начиная двигаться чаще. Черная рубашка уже пропиталась потом, а штаны прилипли со стороны ягодиц. Сколько девушка встречалась с этим мужчиной, никогда не замечала, чтобы он снимал всю одежду во время их секса. — Папоч… — она проскулила, чувствуя как ее дырочку растягивает половой член. Естество скользило внутрь влагалища, провоцируя на новые вздохи и стоны. — Я — Давай. Кричи. — мужчина вбивался изо всех сил, держась за талию. Его самого выкручивало от эмоций, от узости, от Адель. Она дарила это наслаждение, сама того не подозревая. Его малышка сделала так много для него. Он не может не преклониться перед этим телом. Руки плавно перетекли на шею, сжимая до выступивших вен на руках, до хрипов и посиневшей кожи. — Кричи, шлюха. Он убрал руки, присасываясь зубами и губами к плечам. Адель захрипела, пытаясь удержать голову выше подушки.Мужчина, убедившись в том, что девушка все ещё дышит, стал вбиваться резче и глубже. Стенки сжимались вокруг члена, побуждая закатывать глаза. Мокро. Тепло. Жарко. Пот катился с их тел куда сильнее прежнего. Сердца выпрыгивали из грудных клеток. Тела горели, соединяясь вместе. Они млели от этого соития. От их разнице в возрасте, от грубых толчков и рук друг друга. — Папочкина маленькая шлюшка. — он с оттяжкой ударил по боку, рассматривая красный след. — Кричи. И Адель закричала, втянула в себя весь воздух, что находился в лёгких, и закричала стонами. Закричала о том как ей нравится член папочки, о том как она ждала этого, о том какая она отвратительная. Казалось вселенная остановилась. Планеты больше не крутились, а солнце не светило. Все замерло в тот самый миг, когда они кончали. Им понадобилось много времени, чтобы прийти в себя. Когда это время прошло, девушка перевалилась на бок.Виталий повалился рядом с ней и прикрыл глаза, пытаясь отдышаться. Восторженные глаза, уставившиеся на него, стали причиной ухмылки. — А наказание? — Точно. — Виталий приобнял Адель, проходясь по веревкам пальцами. — Но — Никаких но. — строго прервал мужчина, хмурясь. Девушка надула щеки, нечаянно смеша любовника. Тот и сам испустил смешок и, подтянув ближе к своему прессу, ласково зашептал на ухо: — Дорогая, вставай. Твои родители уже ждут. Адель распахнула глаза и глупо уставилась на Виталия, кто улыбался также нежно как в последние минуты сна. Это ведь был сон? Она небрежно оглядела свое тело, не находя никаких веревок. Ощупала шею, также не обнаруживая никаких вмятин. Мужчина на странное поведение девушки осторожно спросил, поднимая ту на руки: — С тобой все хорошо? — Да. — девушка прислонилась к груди, безумно улыбаясь. Мужчина нахмурился. Ему слабо верилось в чужие слова. — У тебя румянец, точно все хорошо? — Виталий обеспокоенно осмотрел девушку, прощупывая пульс. Тот был чуть повышен, что запутало Виталия ещё сильнее. — Это из-за тебя. — Адель хихикнула и клюнула любовника в щеку. Тот только покачал головой, неся девушку в ванную комнату. А у нее была лишь одна мысль в голове: Сон будет воплощён в реальность.