Пепел сожженных воспоминаний.

Это конец.

      Фотографии, ранее висевшие над рабочим столом, оказываются в мусорном баке; скомканные, разорванные на кусочки письма разбросаны по полу обрывками слащавых фраз.       Химеко, изрядно уставшая после разгрома собственной комнаты, со вздохом присаживается на край кровати, проводя кончиками пальцев по одеялу, опуская взгляд на валяющиеся бумажки.       В глазах пустота, а губы поджаты. Ей хватает всего одного взгляда на порванные клочки, что когда-то были долгожданными письмами, чтобы в горле снова появился ком.       — Нужно забыть. — Говорит она самой себе, встряхивая рукой, на которой видны маленькие порезы(все же разрывать бумагу стоило осторожнее).       Что-то внутри нее неприятно ноет, а разум отказывается удалять из памяти очертания этой злосчастной алой улыбки на губах, горящие сладко-фиолетовым глаза, тонкие и изящные пальцы, которые лишь одним прикосновением к телу Химеко могли заставить ее делать все, что пожелает их хозяйка…       Встряхнув головой, девушка злится на саму себя за то, что позволяет своим мыслям снова вспоминать об этом. Снова вспоминать о ней.       Собирая всю волю в кулак, она вздыхает, решая для себя, что пора оставить это в прошлом.       Вставая с кровати, Химеко, ногами наступая на остатки писем, подходит к рабочему столу, беря последнюю, нетронутую до этого момента, фотографию в красивой алой рамке. Подушечкой пальца она проводит по стеклу, за которым стоят две улыбающиеся фигуры. Такие искренние эмоции, кажется, она не видела у самой себя с того самого момента, как была сделана эта фотография.       Поставив рамку обратно, Химеко решает для начала навести порядок в собственной разгромленной комнате, пытаясь отвлечься от нахлынувших воспоминаний.       На следующий день та самая фотография из рамки вспыхнет оранжевым огнем, медленно сгорая на все том же рабочем столе.       В глазах Химеко мелькают отблески пламени.       Это конец. А значит все, что остается в прошлом, должно сгореть дотла.

. . .

      Ее комната всегда находится в идеальном состоянии, как и внешний вид самой Химеко: вымытые и уложенные волосы, заплетенные сзади с помощью золотых украшений в виде роз; одинокая черная перчатка на правой руке(интересно, где сейчас находится левая); красивое белое платье, оголяющее ее изящные и тонкие руки. И, конечно же, любимое черное пальто, накинутое на плечи, идеально подходящее к образу женщины.       С того момента, когда ее комната была похожа на ураган в последний раз прошло уже много лет.       Воспоминания, чего и стоило ожидать, со временем затуманились. Сейчас Химеко, наверное, даже не может вспомнить что-то отдельное насчет размытого силуэта с бордово-фиолетовыми волосами, который перестал посещать ее мысли еще давно.       Центром ее жизни стал Астральный Экспресс.       Женщина чувствует себя здесь как дома – среди людей, которые могут понять ее и быть опорой.       Команда Астрального Экспресса для Химеко – семья, а члены экипажа – родственные души. Каждый из них важен для женщины по своему.       Поэтому когда кто-то вторгается к ним в поезд, она не сразу понимает, что заставляет ее сердце ускориться внутри грудной клетки.       Один взгляд.       Химеко хватает одного взгляда на появившуюся голограмму с зонтом, чтобы понять, что сожженное прошлое настигло ее снова.       "— Отведи взгляд." — Командует голос в голове, и женщина подчиняется, отворачиваясь в другую сторону, делая непринужденный вид.       Сердце бешено колотится, дыхание становится прерывистым, а зрачки сужаются, как будто она находится на волоске от смерти.       "— Не смотри." — Проносится в ее голове.       Химеко и сама знает, что ей нельзя смотреть в сторону появившейся фигуры, которая делает уверенные шаги в сторону команды Астрального Экспресса.       Нельзя позволить своему и так больному воображению снова обрисовать черты лица той, кого она так долго пыталась забыть.       Ее слащавый голос проникает в сознание Химеко, выкручивая все отрицательные эмоции до предела.       — Нет необходимости в таинственном представлении, Охотница за Стелларонами.       Голос Химеко спокоен и гладок. Движения расслабленны, хотя внутри все тело сжимается от переполняющих эмоций. Женщина наконец-то поднимает взгляд на незваную гостью, встречаясь с главным страхом своих последних лет лицом к лицу.       — Химеко, верно?       Слова как нож – врезаются в плоть, вырезая дыру в ее груди, открывая вид на бьющееся сердце, которое теперь спокойно можно взять в руку и сжать до предела.       Что-то такое ощущает Химеко, когда она улыбается женщине в привычной дразнящей манере после сказанных слов.       Сожженное прошлое восстало из пепла.

И все начинается заново…