Одно утро на троих

      Поднявшись на второй этаж дома, Какаши завернул в первую попавшуюся дверь. Сакура вошла в комнату следом за ним. Хатаке знал, чего он хотел, и, что ещё лучше, он мог воплотить все свои фантазии в жизнь.       Комната была небольшой, но довольно уютной, выполненной в пастельных тонах. Её скромный размер подчёркивала огромная кровать прямо посередине комнаты. На стене висел одинокий светильник, его свет погружал всё вокруг в интимную полутьму, определённо настраивая на нужный лад.       Какаши прикрыл за собой дверь и подошёл ближе. Расстояние между ними сократилось до неприличия. Сакура обернулась.       Он был без маски. На голове не хватало протектора, поэтому копна серебристых волос непослушно разметалась, и пряди лезли ему в глаза. Такая небрежность казалась девушке безумно притягательной. Хотелось зарыться в них рукой. Он был так красив и расслаблен, что от предвкушения сбилось дыхание.       Сакура сглотнула, и губы Какаши растянулись в самой порочной улыбке. Он обхватил её за талию, прижал к себе и, наконец, поцеловал. Больше не было никакого смысла сдерживаться. Его руки сместились чуть ниже, он подхватил девушку и уложил на кровать, решительно нависая сверху. Уже через секунду она была прижата к постели. Хатаке хотел чувствовать, как она хрупка под тяжестью его тела.       Какаши знал, что в скором времени, обнаружив «пропажу», разгорячённый ссорой и выпитым Узумаки пойдёт искать Сакуру.       И увидит их вместе.       От одной только мысли о том, что будет дальше, по его телу разлилось чистейшее удовольствие. Он всё продумал. Теперь дело за малым — подготовить девушку, так доверчиво льнущую к его разгорячённому телу.       Приглушённый свет слабо освещал её лицо. Сакура шумно дышала сквозь приоткрытые губы. Её глаза блестели в полутьме комнаты, напоминая об алкоголе в крови. Соблазнительный изгиб шеи перетекал в тонкие ключицы, и Какаши не мог отказать себе в удовольствии попробовать их на вкус.       Она остановила взгляд на его лице. Девушку переполняли эмоции: желание, страсть, необъяснимо сильное предвкушение, что засело где-то в груди.       — Сейчас сюда ворвётся Наруто, — начал Какаши, покрывая короткими поцелуями всё, до чего только мог дотянуться. — Я хочу провести с вами обоими особую тренировку.       Харуно вздрогнула.       Тренировку?       Губами, так мягко блуждающими по её телу, словами, просачивающимися прямо в помутненное сознание, мужчина продолжал будить в ней самые порочные желания.       — Тебе же понравилось сегодня тренироваться с Наруто? Вы всегда были хорошей командой. Мы были…       Какаши медленно спускался к груди, скрытой за бордовой тканью платья.       Всё это потихоньку сводило её с ума. Пробуждало то, чего Сакура раньше не могла себе даже представить. Необъяснимо приятные ощущения, от которых внутри всё переворачивалось.       Он хочет, чтобы они… втроём…       Где-то на краю сознания Сакура понимала, что Какаши-сенсей хочет воспользоваться ею: воплотить в жизнь свои самые грязные фантазии, и на такое стоит скорее оскорбиться, выгнать его из комнаты и навсегда забыть об этом непристойном предложении. Но её тело и усиленные алкоголем инстинкты сговорились и решили пустить электрический разряд прямо вниз живота. Похоже, что сегодня самообладание девушки подверглось серьёзному испытанию.       Сакура почувствовала, как приятно повело внизу от одной только мысли о том, что её возьмёт Наруто под внимательным присмотром их сенсея.       Это чувство… оно было сладким, слишком навязчивым и таким запретным.       До этого дня, точнее, до вечера, Сакура думала о Наруто только как о друге. Замечала его притягательность и сексуальность, но точно не собиралась ему отдаваться. Правда, те поцелуи, и то, что он проделывал с ней за столом, заставило её немного пересмотреть свое мнение. Расширить границы.       Хатаке всё понял по одному только взгляду на смущённое лицо девушки. Тело Сакуры решило за неё. Ей нравилась эта приятная пытка. Прекрасные губы, больше не скрытые за искусной иллюзией, растянулись в предвкушающей улыбке.       Даже не напрягая слух, он услышал тяжёлые шаги Наруто. Какаши легко поднял девушку и переместился в самый центр кровати, расположившись точно позади неё.       — Сиди тихо.       Почему-то ей ужасно нравилось исполнять его короткие приказы.       В ту же секунду в комнату и правда ворвался Наруто. Осмотрев их, он зло прищурился, останавливая свой взгляд на Хатаке. Шея Наруто напряглась, когда он с силой сжал челюсти, глядя на него в безмолвной ярости.       Какаши понимал чувства Узумаки. Он знал, что для парня это не просто блажь: это его цель, его болезненная зацикленность. Возможно, в его глазах Сакура была лучшей девушкой в мире. Возможно, он просто желал переспать с ней. Но то, что всё это переросло в маниакальную зависимость, было фактом.       Хатаке видел такое не раз. Чувства делают людей слабыми, а такие сильные чувства проносятся через время, выжигая собой всё остальное. На его памяти только у Сакуры получилось отпустить свою «больную привязанность». Она пыталась, Какаши был уверен, что она до последнего цеплялась за свои чувства. Но это же был Саске.       Саске всегда был другим. Хотя… Он всё-таки был мужчиной и в конце концов сдался — сложно было не воспользоваться любовью красивой девушки. Возможно, он и сам мог что-то чувствовать к Сакуре, но это никогда и близко не стояло рядом с тем, что испытывала она.       Где-то глубоко внутри последняя мысль отозвалась раздражением, Какаши невольно сравнил себя с Саске, но быстро отогнал от себя эти мысли.       Наруто всё ещё молчал, сверля Какаши острым взглядом. Сенсей сидел позади Сакуры и просто держал её за плечи. Это мог быть всего лишь дружеский жест, но что-то выдавало в нём собственнические нотки.       Перед ним предстала завораживающая картина. Девушка сидела на середине кровати, её бордовое платье сбилось на талии, а между ног виднелась розовая полоска трусиков.       Он прикрыл глаза, всего на мгновение. Хотелось перевести дух. Собственная реакция немного взволновала парня. Его сердце забилось быстрее.       — Сакура-чан? — позвал Наруто. — Тебе нужна моя помощь?       Мужчина ухмыльнулся. Девушка вздрогнула в его руках, но он крепко держал её плечи.       «Либо он убьёт меня на месте, либо не захочет уходить», — подумал Какаши, прижимая Сакуру ещё сильнее.       Ставки повышались.       Наруто был очень ревнив. Какаши прекрасно помнил об этом, в таком состоянии он легко мог попасть под горячую руку, но даже такой исход не мог его остановить. Ведь козырь был прямо в руках мужчины.       — Подойди сюда, — сказал Хатаке тоном, не терпящим возражений, и ноги Наруто сами понесли его к краю кровати.       Что за чёрт?       Узумаки так привык подчиняться командам капитана, что даже сейчас слушался его пугающе беспрекословно. Осознав это, Наруто принял оборонительную позу, со злостью глядя в белое лицо Какаши.       «Он без маски», — запоздало понял Наруто.       Какаши провёл руками по плечам Сакуры, сбрасывая тонкие лямки с её плеч.       Наруто сглотнул.       — Видел ли ты хоть когда-нибудь что-то более прекрасное? — Какаши слегка толкнулся позади Сакуры, упираясь возбужденным членом в её поясницу.       Плечи девушки затряслись в почти незаметной дрожи, и она поспешила их расправить.       Это не скрылось от внимательного взгляда Наруто.       Нет. Он не видел. Никогда не видел ничего горячее. А ведь все они были одеты и ничего предосудительного ещё не совершали.       Наруто не знал, не понимал, чего в данный момент он желает больше: наброситься на неё прямо сейчас и выместить всю злость за то, что она так бесстыдно дрожит рядом с другим мужчиной, или сначала избить Какаши, пусть он хоть сто раз их бывший учитель. Так не вовремя отхлынувшая от мозга кровь очень сильно замедляла ход мысли.       Хатаке нравилось в мальчишке то, что он совсем не умел врать. Все эмоции, от смятения до похоти, чётко отражались на его лице. Он хорошо знал Узумаки. Пьяному парню нужен был всего лишь один небольшой толчок.       — Ты хороший ученик, Наруто. Так быстро освоил мою технику поцелуев.       Парень покраснел, но не отвёл взгляда, смотрел сенсею прямо в глаза.       — Поверь, я смогу показать тебе куда больше.       Наруто всегда был таким. С присущим только ему рвением и азартом он всегда с радостью учился чему-то новому. В том числе и на это был расчёт Какаши.       — Сакура, — предупреждающе позвал Наруто.       Она снова вздрогнула, но Какаши прижал девушку к себе, нежно проводя носом по её щеке. От этой внезапной ласки Сакура немного наклонила голову набок, и он впился в открывшуюся для него шею губами, оставляя свой влажный след на покрывшейся мурашками коже.       Нужно было действовать решительнее.       — Либо присоединяйся, либо выметайся, — угрожающе прошипел Хатаке.       Узумаки не двигался, так и стоял столбом, глядя на то, как девушку ласкают чужие руки.       Отлично.       — Сакура, ты же рада, что Наруто останется?       Девушка кивнула, и кадык на шее Узумаки дрогнул.       Сакура наблюдала за всем происходящим будто со стороны. Она думала лишь о том, как это вообще произошло. Хотела понять, почему так быстро и безрассудно потерялась в этих сумасшедших ощущениях. Как случилось, что она с неприкрытым желанием хотела двоих мужчин одновременно?       Это было так неправильно, что привлекало ещё сильнее.       К её стыду, у Сакуры не было даже мизерного самообладания Наруто. Глядя на парня изучающим взглядом, она подумала о том, что Ино была права. Он стал таким широкоплечим. Когда она упустила этот момент?       Девушка прикусила губу и бесшумно выдохнула. Она видела взгляд Узумаки, и он был как будто заботливым. От его всепоглощающей нежности щемило сердце… Лучше бы он смотрел на неё как тогда, за столом.       — Покажи ему, как сильно ты рада, — ласково сказал Какаши, подталкивая её вперед.       На ватных ногах, наспех поправляя короткое платье, Сакура приблизилась к парню.       Наруто переключил всё своё внимание на девушку, и, как только она оказалась в зоне досягаемости, молниеносно сгреб её в свои объятья.       Он глядел в её помутнённые глаза, силясь понять:       — Сакура, ты под каким-то дзюцу?       Девушка лишь покачала головой.       — Наруто, я правда хочу, — целуя его в уголок губ, произнесла она, — тебя.       И его самоконтроль, наконец, полетел к чертям. Он сжал её сильнее, яростно впиваясь в губы.       Поцелуй был жадным, но длился недолго, через несколько секунд послышалась команда:       — Хватит. Идите сюда.       Хатаке похлопал ладонью по кровати.       Сакура взяла Наруто за руку и повела за собой. Какаши невольно засмотрелся на своих бывших учеников. Они обладали идеально взрывным темпераментом для секса и боя, но мешающим во всём остальном. И Наруто, и Сакура характером в чём-то напоминали ему Кушину.       Если Узумаки был ураганом: мощными, сносящим всё на своём пути, то Харуно скорее была вулканом: горячей, неудержимой, но только если спровоцировать извержение.       Дьявол. Ведь он знал их ещё совсем детьми… Они так повзрослели. Изменились и внешне, и внутренне.       Сакура оказалась на кровати между двумя мужчинами. Наруто, сидевший спереди, смотрел на неё каким-то безумным взглядом.       Она облизнула губы.       Казалось, для разгорячённого парня это было сравни нажатию на спусковой крючок. Требовательные губы накрыли выделяющийся из-под ткани платья сосок, и Сакура застонала от контраста ощущений.       Какаши расстегнул молнию платья и снова поцеловал её нежную шею. Сакура прикрыла глаза и склонила голову набок, приглашая сенсея продолжать. Он был не в силах отказаться и медленно лизнул её, спеша поскорее избавиться от мешающей бордовой ткани.       Наруто во все глаза уставился на её обнажённое тело. Правой рукой он обхватил грудь, словно оценивая размер.       Сакура смутилась и хотела отстраниться, но он лишь выдохнул ей в ухо:       — Чёрт, идеально. Как долго я об этом мечтал.       Девушка захлебнулась в эмоциях. Возбуждение с каждой секундой становилось всё мучительнее. На её теле больше не оставалось мест, которые бы не отзывались на любую ласку.       Когда Наруто обхватил губами её сосок, она прогнулась ему навстречу. Его пальцы поймали второй сосок, сжали, немного потянув на себя. Это доводило её до безумия.       Она оказалась слишком слаба перед ними, перед собственными желаниями и ничего не могла с этим сделать.       Переходить грань кажется диким, неправильным, но, когда Сакура всё же решается на это, остальное резко теряет свой смысл. Никогда раньше она не испытывала таких ощущений.       Её маленькие ладони скользили по красивому телу Наруто, по его груди, по рукам, пытаясь погладить и сжать всё, до чего она могла дотянуться.       Обстановка накалялась.       Брюки уже долгое время неудобно сдавливали пах Какаши. Пора было освободить себя от мешающей одежды.       — На пол, на колени, — скомандовал он, обращаясь к Сакуре.       От его властного тона мурашки побежали по коже.       — Можно считать это приказом капитана? — облизывая губы, с вызовом спросила она.       — Приказы, как тебе известно, не обсуждаются, а выполняются.       Сакура замешкалась.       — Быстрее, — сказал Какаши. Он уже ждал их, стоя у кровати, — Наруто, иди сюда.       И Узумаки медленно поднялся.       Сакура стояла между ними, не решаясь опуститься, но Какаши резко надавил ей на плечи, заставляя принять нужную позу.       Картина была до ужаса возбуждающей. Девушка с красными губами в одних лишь кружевных трусиках стояла на коленях перед двумя полностью одетыми мужчинами.       Наруто внутренне застонал от предвкушения.       — Узнаю помаду Цунаде, — ухмыльнулся Какаши, — знаешь, Сакура, она ведь изобреталась именно для таких случаев.       Сакура задрожала от возбуждения.       Зачем он так говорит?       — Хотел сделать это, как только ты вошла в дом, — сказал Какаши, приспуская штаны и проводя членом по её алым губам, — чертовски приятно, когда твои желания сбываются так быстро.       Сакура застонала, представляя, как это смотрелось со стороны.       — Раздевайся.       Наруто не надо было повторять дважды, он просто мечтал избавиться от орудия пыток в виде собственных брюк.       Мужчины не раз видели друг друга, и собственная нагота их ни капли не смущала. А вот реакция Сакуры… Каждый изучал только девушку, ловя яркие эмоции на её смущённом лице.       А там явно было, на что посмотреть. Какаши был стройным, хорошо сложенным, как и почти все шиноби. Его рельефный пресс сильно выделялся на подтянутом теле, Сакуре сразу захотелось дотронуться до него и лично проверить его на твёрдость. Руки и торс были покрыты мелкими белыми шрамами. Участь всех ниндзя, закалённых сражениями и тренировками.       Наруто же был мощнее, жилистее, всё его тело было напряжено, будто в любой момент готовое к нападению. В то же время оно будто не принадлежало шиноби. Гладкое, чистое, благодаря Кьюби на нём заживали любые ранения до того, как успевали зарубцеваться.       Они оба были прекрасны. Сакура никогда не представляла, что будет так сильно хотеть двух мужчин одновременно.       Взгляд сам собой двинулся ниже, продолжая исследовать их тела. Член Какаши был длиннее и тоньше члена Наруто, но с выделяющимися венами и крупной головкой. Член Наруто… такой толстый. Одна эта мысль будто бы пронзила её током.       — Ты когда-нибудь использовала свой чудесный рот, Сакура? — хрипло прошептал Какаши, оторвав её от неспешного рассматривания их тел.       У Хатаке была одна слабость — когда он выпивал, у него слишком развязывался язык.       Сакура помотала головой.       — Нет. Скажи нам, Наруто тоже хочет услышать.       Сакура немного повернула голову и снизу вверх посмотрела на стоящего рядом Узумаки.       — Я никогда не занималась этим… с Саске.       Его член дёрнулся. Наруто хотел было взять его, чтобы уменьшить скопившиеся напряжение, но Какаши ударил парня по потянувшейся ладони.       — Не помогай себе, Наруто, ведь это твоя тренировка.       Узумаки сглотнул.       — Да, Какаши-сенсей.       — Лучше скажи, тебе когда-нибудь делали минет?       Наруто немного покраснел и отвёл взгляд.       Она не знала, делал ли Какаши это намеренно или был таким сам по себе, но подобные разговоры её безумно заводили. Кто бы мог подумать. До этого она всегда занималась сексом только молча.       — Тогда мне есть, чему научить вас обоих.       Какаши-сенсей снова поднёс свой член к губам девушки и слегка по ним постучал:       — Открой пошире.       И она открыла, пуская возбуждение мужчины в жар своего рта. На вкус он был… чистый, будто специально подготовленный, и солоноватый.       — Вот так, — пробормотал Какаши хриплым голосом, — превосходно.       Рот Сакуры тут же наполнился слюной. Какаши закатил глаза от наслаждения. Девушка медленно двигала головой, то беря твёрдый член поглубже в рот, то выпуская его почти полностью, касаясь головки губами. Довольно неплохо. Она была осторожна, но самое главное, ей самой всё это дико нравилось. Сакура с энтузиазмом училась доставлять ему удовольствие.       — Спрячь зубы, — наставлял Какаши, — аккуратнее. Используй язык.       Сакура медленно провела языком по отчётливо выделяющимся венам, вызвав у мужчины сдавленный рык.       — Возьми глубже, — приказал Какаши, прикрывая глаза, чтобы острее ощутить её.       Наруто голодным взглядом наблюдал за каждым действием девушки.       Казалось, она отдавалась процессу, не замечая ничего вокруг. Движения становились все интенсивнее, горячее.       Если бы он не знал точно, то никогда бы не поверил, что она делает это в первый раз.       — Кто бы мог подумать, что такое милое личико с членом во рту будет смотреться ещё прекраснее.       Какаши не сдержался и толкнул бедрами ей навстречу, почти теряя контроль. Он накрутил волосы Сакуры на кулак и перед глазами всё поплыло. Ему хотелось глубже, ещё острее почувствовать себя в ней.       Девушка сдавленно ахнула, и мужчина, опомнившись, перестал давить ей на горло.       Конечно, она была к такому не готова, но его возбуждение почти достигло апогея.       Самоконтроль.       Наруто закипал. Это он должен был вот так держать её волосы. Какаши-сенсей был для неё слишком взрослым и извращённым.       Хатаке мельком взглянул на Наруто. Того явно бесило, что Сакура с такой отдачей сосёт чужой член, но в то же время, судя по каменному стояку, его это безумно заводило.       Какаши мысленно поблагодарил этот сумасшедший день и литры выпитого саке, иначе он точно никогда не насладился бы таким горячим моментом. В здравом уме они никогда бы не пошли на такое.       — Не останавливайся! — прорычал Какаши, притягивая её сильнее.       Сакура творила что-то невероятное: она мягко скользила по его члену, опускаясь и поднимаясь с идеальной скоростью. Её язык технично ласкал головку, неумолимо приближая Какаши к самому пику.       Ладно, возможно, он был не прав, и лучшей его ученицей была Сакура Харуно, с такой лёгкостью освоившая, как дарить ему это неземное удовольствие.       Наруто уже дрожал. Будь он младше и слабее, пришлось бы точно звать Ямато, чтобы тот проследил за ними с Курамой.       Какаши был на грани, поэтому с хлюпающим звуком выдернул свой напряжённый член из горячего рта, за головкой потянулась вязкая ниточка слюны и капнула на пол.       Ещё бы чуть-чуть…       — Наруто, — Какаши нужно было передохнуть. Он не готов был кончать прямо сейчас, хотя уже пообещал себе, что сегодня точно закончит у неё во рту, — покажи Сакуре, чему научился.       От вида напряженного Узумаки Сакура облизнулась. Она обхватила губами головку и подняла на него свои изумрудно-зелёные глаза. Их взгляды обжигали друг друга.       Наруто стиснул зубы. Как это было приятно. Ощущать её губы, её губы на своём члене, когда она так послушно сидит у него в ногах и смотрит прямо в глаза.       — Тебе же это нравится, Сакура? — спросил Какаши.       Девушка что-то утвердительно промычала, давая безумные вибрации по его плоти. Узумаки застонал от того, как это было приятно. Всё стало ещё хуже, когда она начала двигаться и кружить юрким языком, скользя по всей его длине.       — Какаши-сенсей, — жалобно простонал Наруто.       Конечно, мальчишка не выдерживал. Он сам не так давно чуть не кончил от вида покорной Сакуры, стоящей на коленях с его членом во рту.       — Я научу тебя одному приёму, Наруто. Сфокусируй чакру в ступнях, будто ты собираешься ходить по воде.       Судя по его напряжённому лицу Наруто, он действительно принялся проделывать сказанное.       — Так, а теперь отпускай.       Узумаки в точности повторил указание сенсея. Он всегда стремился совершенствоваться и становиться сильнее.       — Помогло?       Парень коротко кивнул.       Никакого секрета в том, что Какаши заставил проделать парня, конечно же, не было. Он просто отвлёк его мысли от разъедающей страсти и сбил возбуждение, переключив внимание на бесполезную технику.       Всегда срабатывало.       Язык Сакуры был немного ограничен в движении, но она сполна возмещала это энтузиазмом. Харуно размеренно двигала головой и, даже стоя перед ним на коленях, чувствовала свою безграничную власть. Наруто был полностью открыт в своей всепоглощающей похоти. Он изо всех сил сдерживался, чтобы не дёрнуться и не взять её рот со всей силы. Его борьба с самим собой возбуждала Сакуру не меньше, чем его запах и вкус. Девушка сделала особо глубокий толчок, и головка упёрлась ей в горло.       Она застонала от этого странного чувства.       Сакура отстранилась и посмотрела на Наруто, он тяжело дышал, не сводя с неё глаз. Парень запустил руку в её волосы, поглаживая по голове и призывая вернуться к тому, на чём они остановились.       Наруто проталкивал член глубже, контролируя её голову, и Сакура почти закашляла от новых ощущений.       Какаши раздумывал, стоит ли ему вмешаться, было похоже, что девушку всё устраивало. Она стонала с членом Наруто во рту и пыталась немного глубже насадить на него своё узкое горло.       А он недооценил своих учеников…       Для глубокого минета нужна была определенная подготовка, и в свой первый раз она явно не смогла бы такое провернуть, но Какаши накинул балл за попытку.       Как он и думал, молодость и похоть — гремучее сочетание.       В горле Узумаки застрял сдавленный рык. Какаши видел, что Наруто уже на грани.       Прижав её голову максимально близко к себе, он делает два рывка и с коротким стоном кончает.       — Глотай, — короткий приказ, и горло девушки ритмично сокращается, пытаясь справиться с потоком спермы.       Наруто пошатнулся, будто вот-вот был готов упасть, но быстро пришел в себя. Он резко поднял девушку с пола и поцеловал её: глубоко, жарко.       — Сакура-чан, — прошептал он, наклоняясь и подхватывая её на руки, — ты такая замечательная.       «Похоже, придется научить Узумаки говорить что-то более грязное», — весело подумал Какаши.       Но, похоже, Сакуре всё нравилось. При мысли о том, чем она заслужила такой комплимент, её щеки залил румянец.       Наверное, девушка ещё сама не понимала, но внутри неё явно зарождались чувства. Какаши это видел, ощущал своей кожей. Захотелось зарубить это чувство на корню, ведь тогда он больше никогда не сможет… сжирающая похоть не давала мыслить здраво.       В конце концов, они ведь команда Какаши, так?       Наруто уложил девушку на кровать, любуясь её идеальной фигурой. На Сакуре оставалась лишь тонкая полоска розовых трусиков, так сексуально сочетающихся с цветом её волос.       — Сними их, — сказал Какаши, указывая на кружевное бельё.       Парень и сам давно мечтал это сделать. Он навис над ней и, очерчивая все изгибы стройного тела, остановился на розовом кружеве.       Сакура инстинктивно сжала бёдра, мешая мужчинам расправится с последней защитой. Ей было стыдно, что бельё насквозь мокрое, а мысль, что они увидят её всю, почему-то безумно смущала девушку.       — Нет, — вкрадчиво произнес Какаши, садясь по другую сторону кровати. — Сакура, сегодня ты будешь послушной. Раздвинь ноги.       Девушка подчинилась, не в силах сопротивляться, и рука Наруто прошлась по мокрой ткани.       У него уже снова стоял. Какаши в душе позавидовал его молодости и силе. Когда-то он мог так же, может, даже больше. Не зря Гай постоянно приставал к нему со своей силой юности. Ходили слухи, что в лучшие годы Майто мог кончать по восемь раз за ночь.       Когда Наруто задел особо чувствительную точку, Сакура застонала, и он, не сдержавшись, вторил ей хриплым рычанием.       — Тише, — внезапно сказал Какаши, прислушиваясь к слабому звуку из коридора. Кто-то явно направлялся в их сторону.