Циничный феномен.

Сюаньчжэнь: ... Му Цин, что не хотел сдавать позиции, не видел глубинного смысла предложенной идеи Фен Синем. Размышляя над этими словами ещё около 15 минут, но не отвечая ему ни сообщением больше, ни сообщением меньше, он пытался понять как сгладить углы. Ведь с тех пор, как он решился действовать абсолютно решительно, ему просто не позволяла гордость сдаться над своими усилиями к осуществлению поставленной задачи и закончить это, даже если это означает, что ему придётся изворачиваться как угодно, лишь бы всё было как он хочет. То же одолевало и знаменитого "гордеца": это нелепое желание препираться и действовать по-своему. Фен Синем явно владели более искренние и бескорыстные цели, чем это было у Му Цина. И на вряд-ли Му Цина как-то оправдывал тот факт, что он это делает на благо и ради кого-то, но нельзя было отрицать тот факт, что это было довольно-таки значимым фактом, и это становилось большим рычагом давления. Их возникший спор весьма был неоднозначен в том кто действительно бы оказался прав в конце. Ведь без желания - дружить не заставишь, но и строить фальш тоже не было впечатлительным поступком. Фен Синь был по-своему уверен, что идёт по правильному пути. И более чем он прав в этой плоскости, ведь ничего в действительно обычном желании поладить и проводить больше времени, отказавшись от уничижительных и вредных для тела способов взаимодействия, нет. Сюаньчжэнь: Почему я должен на это соглашаться? Объясни мне вот что: с чего ты вообще захотел дружбу со мной водить? Фен Синь: Меня всегда смущал тот факт, что всё, что мы делаем, это сплошная ругань и побои. Почему с Се Лянем ты ладишь или кого ещё другого не избиваешь? Сюаньчжэнь: Да ты же сам нарываешься на драку, идиот. Фен Синь: Это ты нарываешься на драку! Сюаньчжэнь: ... Фен Синь: ... Фен Синь: Ну вот и почему так? Сюаньчжэнь: Мне откуда знать? Фен Синь: Ну теперь то ты видишь смысл? Сюаньчжэнь: Ладно, признаю, в этом есть смысл. Но ты же понимаешь, что это отвратительно. Нет места этим всем милостям и нежностям, от которых только и потряхивает лишний раз. Фен Синь: А ты ждёшь от дружбы радуги и пони? Сюаньчжэнь: Не неси бред, это то, что ожидается от тебя. Кажется, тебе только это и нравится. Фен Синь: Боже, Му Цин, ну только не сейчас. Ты же небось видел мой профиль и там их не наблюдалось) Сюаньчжэнь: Да кто знает где они у тебя там могут быть припрятаны. 🙄 Фен Синь: Что, так интересно посмотреть на моё сохранёнки?) Сюаньчжэнь: Не заигрывайся, больно надо. Фен Синь: Ну-ну Сделав небольшой вдох и выдох, Му Цин скрипя зубами сделал шаг на встречу Фен Синю. Он не столько проникался самой затеей, сколько понимал, что ему не оставляют выбора. Ведь начни он спорить, он заранее проигрывает. Заставить Фен Синя содействовать, пусть и его желание, но вот возможность это осуществить - была мала в своей эффективности. Даже если бы он его избивал, унижал, рассоривал с Се Лянем или что похуже, всё равно понимал бы, что сильному человеку, как Фен Синь, это было нипочём. Пусть он и мог однозначно как-то манипулировать им, то вот чтобы всё шло точно по его плану и тот не вставлял бы палки в колёса, он не мог бы сделать не то что идеально, а то и вовсе нормально без бреши. И он надеялся на то, что не пожалеет о своём сделанном выборе. Сюаньчжэнь: Ладно.. Я дам тебе маленький шанс. Но такой малюсенький, что одна ошибка и пеняй на себя, говнюк. Для этого мы составим договор. Фен Синь: Ого, даже так.. Фен Синь: Во всяком случае лучше, чем ничего Сюаньчжэнь: Оба следуют ему идеально, иначе можем закончить на этом. Фен Синь: Понял-понял Сюаньчжэнь: Вот и отлично. Тяжело выдохнув, Му Цин выключил экран телефона и отложил в сторону. В последнее время он стал уставать порядком больше, ведь всё вокруг него обернулось полным хаусом, не оставляя места для спокойствия и привычного круговорота будней. Как была спонтанно создана идея и её исполнение, также спонтанно в неё врываются изменения и правки. Потому и, привыкший к какому-то продуманному наперёд плану, Му Цин не мог лишний раз не волноваться о том, что будет дальше. Фен Синь всегда удивлял его такими выходками. Какие-то спонтанные мысли, действия, которые только отпугивают своей неожиданностью. И толком представить как дружить с человеком, словно с другой планеты, он не мог. Му Цин не доверяет, он боится всего, что не может контролировать. Поэтому он ради своего же спокойствия решил, что появление в их взаимоотношениях условий облегчит ему жизнь, создаст моральную подушку, на которую будет не так больно падать с большой высоты, чем если бы её вообще там не было. Как минимум, это гарантирует то, что не очень сдержанный Фен Синь станет держать себя хоть как-то в руках, а если не станет, то это вполне себе будет достаточным основанием броситься куда подальше, но по началу отвесить кулаков, закрыться, а, главное, всё перечисленное - заслуженно. И со всей гордостью его можно было бы назвать настоящим чудовищем, ведь теперь он реально виноват, ведь они это обговаривали. А там он уже планировал в этом самом худшем случае рассорить Фен Синя с Се Лянем и уговорить друга порвать с ним все связи. Он не особо представлял, как так легко можно разорвать многолетнюю дружбу, но был более чем уверен, что если он расскажет Се Ляню о том, что тот ему навредил, то он обязательно что-нибудь сделает с этим. И в эти "сделает" входило разочарование в Фен Сине и посылание его куда подальше. Казалось бы, всё спланировано, но всё равно это не внушало достаточной уверенности да и гарантии осуществления в принципе. Сам Сюаньчжэнь мог лишь слепо верить в то, что окажется прав, каким чаще всего и оказывался несмотря на то, что окружающие осуждали его и делали виноватым в любом случае, нелепо раскидываясь фразами из своих поганых ртов, которыми, учитывая их репутацию, уже испортили не первую жизнь. Пусть Му Цин и не мог надеяться на то, что ему поверят, но всегда уверен в своих доводах больше кого-либо. За счёт своей смелости и упорности, он делал большие шаги к тому, чтобы одержать победу. И неважно в каких делах, главное, что он обошёл.

***

Даже спустя несколько дней в их диалоге так и не появилось новых сообщений. И это было по понятным причинам: атмосфера напряжённая, а обсуждать особо и нечего. Му Цин также успел, как и сам Фен Синь, вернуться в обычное русло, уже то и дело начиная забывать о планах, которые им предстояло осуществить вместе. Оба в полной мере отдохнули друг от друга, поскольку им даже удалось не столкнуться ни разу за эти дни, а общих предметов в расписание не стояло. Вероятно преподаватели ушли на больничный, либо же уехали проводить очередные олимпиады, освобождая академщиков от надоедливых пар по психологии. И очередной раз день Му Цина заканчивался на подработке в новой кофейне, где он, протирая стаканы от воды, смотрел в окно и размышлял, наблюдая за горящим фонарём, что освещал землю от потёмков, которые наступали с неторопливым потуханием неба в ночь. Рабочий день заканчивался, как и закончился пару часов назад учебный. На Сюаньчжэня нахлынули, как волной, мысли о том, что ему неожиданно нечем заняться в этот вечер. Он в молчаливом ожидании думал о автобусе, на который вот-вот уже сядет и направится прямиком домой. В ту точку пункта, где его ничего не волнует, кроме подушки, на которую он приляжет головой и погрузится в сладкие сны, которые и не помнит почти никогда спросони. В кармане штанов завибрировал телефон, и это оторвало его от размышлений, возвращая в реальность. Вытерев одну руку об полотенце рядом, он достал телефон, чтобы посмотреть на содержание уведомления. Но ничего интересного он так и не увидел, ведь это было всего лишь уведомление об актуальном обновлении приложения единственной соц. сети, которой он пользовался. В голове впервые за всё это время, что он не разговаривал с Фен Синем, всплыл их недавний диалог. Он слегка выдохнул, а затем, набрав воздух в лёгкие, насытил мозг новой порцией кислорода, заставляя принять себя решение написать тому первым. Он не мог просто закончить на словах "будет договор", но так ничего и не предпринять. Он должен это осуществить, и он понимал, что эта условность на самом деле нужна только ему самому, так что никто тянуть кота за хвост не будет. Осмотрев раковину и всё вокруг себя, проверяя всё ли лежит на местах, чисто и закончены ли дела, что он был обязан сделать, и как только убедился, что это так, Му Цин вышел за дверь, выключая внутри комнаты свет. После чего запихивая небрежно телефон с включённым экраном, на котором была видна его открытая переписка с Фен Синем, но уже прикрытая в обзоре наполовину карманом брюк, он развязал сзади и снял с себя тёмно-коричневый фартук, что считался атрибутом этой кофейни, не считая и символики, которая также была отображена на предмете одежды. Повесив фартук на крючок к остальным, он направился к стойке, за которой был его коллега, что также убирался перед уходом. Он знал, что Вэньмин, его первый знакомый коллега на этом рабочем месте, с которым он не раз перекидывался хотя бы парой слов не по работе, что уже их как-то сближало и выделяло из общего коллектива, был хорошим человеком, к которому можно обратиться с просьбой. И одной из просьб, что выполнял его коллега, даже не произнеся это своими губами, была услуга делать ему кофе перед уходом. Му Цин никогда бы не сказал вслух о желании отведать приготовленного кофе Вэньмином и никогда не благодарил того за такую щедрость в его сторону. Но тот понимал его без слов и просто был рад порадовать вечно хмурого Му Цина лишний раз. Му Цин втайне обожал капучино, который готовил ему Вэньмин, но конечно же не показывал этого так явно. Обратившись к тому без стеснения, он спросил: — Ты уже заканчиваешь? Скоро закрытие. - Сухо кинул Сюаньчжэнь, оглядывая помещение изнутри. — Да, конечно. Погоди секунду. - Кинувшись за стену в другую часть помещения стойки, работник шумно покопошился и через минуту вернулся обратно. - Смотри, припас для тебя. - Он заметил отклик в незаметно для окружающих довольных глаз Му Цина, зрачки которых расширялись и "расплывались в удовольствие", глядя на кофе, протянутый ему. — Ты снова его сделал. Ты его каждую смену мне делать будешь? - скромно, но отчётливо проговорил Му Цин. — Ха-ха, конечно. Бери, наслаждайся. - Ещё ближе пододвинув и удачно передав пластиковый стакан капучино в руки тому, Вэньмин легко улыбнулся. Молча Му Цин отпил и кивнул ему в ответ, направляясь к вешалке за своим пальто, а затем надел его. Но прежде, чем выйти из кофейни, приостановился и бросил слова куда-то назад. — Я уже ухожу. Не забудь закрыть дверь. - Не став дожидаться ответа, Му Цин вышел, закрывая за собой стеклянную дверь. Доставая телефон из кармана, Сюаньчжэнь заметил, что всё это время экран был включён. И самое интересное только начиналось. Видя происходящее в телефоне, его лицо искривилось в недоумении. На экране была всё также открыта переписка с Фен Синем, а от лица Му Цина были отправлены "разного" рода сообщения. Стыд прихлынул к щекам, а невнятные "пвчьмлы" или же его самое длинное сообщение в виде "дыдуракабакхх" красовались в их диалоге. Конечно же сообщения не остались без внимания и переписка выглядела подобным образом:

18:28

Сюаньчжэнь: пвчьмлы Сюаньчжэнь: дыдуракабакхх.

18:42

Фен Синь: Чо это Фен Синь: Ты напился? Фен Синь: Ахахаха Фен Синь: Ты даже пьяный меня дураком называешь Му Цин не знал как реагировать... Он чувствовал себя несправедливо и очень стыдливо, ведь это не он написал, но отправлено то от него. Точно от него. По началу Сюаньчжэнь не собирался никак оправдываться, но не нашёл ничего другого ответить и выпалил, что смог.

19:05

Сюаньчжэнь: Это не я.. Сюаньчжэнь: Я не пьяный, это не правда! Фен Синь: Ахаха, правда? Сюаньчжэнь: Конечно, придурок. Фен Синь: Ну хорошо, верю на слово) Сюаньчжэнь: Помолчи.. Фен Синь: Ахах Тут же в голову Му Цина всплыла мысль, что он собирался ему написать. Сюаньчжэнь: И так. Насчёт договора. Начнём обсуждать. Фен Синь: Погоди Фен Синь: Ты хочешь обсуждать это тут? Сюаньчжэнь: А что не так? Меня всё устраивает. Фен Синь: Давай вживую Фен Синь: Встретимся за каким-нибудь столиком, попьём чего и обсудим Сюаньчжэнь: ... Сюаньчжэнь: Ещё скажи, что хочешь привести кого-нибудь из своих дружков. Фен Синь: Нет конечно Фен Синь: Только наедине Му Цин вздохнул, нависая над телефоном. Неожиданно на экран что-то капнуло, размывая текст сообщения перед собой и увеличивая его, а затем каплю воды почувствовала рука, держащая телефон. "Вот чёрт" прозвучало в голове. Начался дождь. Но Му Цин уже был в пути и сам не заметил, как ушёл далеко от кофейни. Теперь спрятаться было негде и он снял пальто, пряча под ним голову и начиная бежать к остановке по мере того, как мелкий дождь превращался в ливень. Сам не заметив, что в спешке стал менее обдуманно совершать действия, отвечал тому на сообщения, соглашаясь казалось уже на всё что угодно, лишь бы спрятаться от дождя. Сюаньчжэнь: Окей. Напишешь куда. Фен Синь: Серьёзно? Сюаньчжэнь: Да. Фен Синь: Отлично, завтра напишу тебе куда подойти

19:57

Фен Синь: Ты тут? Му Цин смог опомниться только когда оказался на пороге своей квартиры. Он весь был промокший, и потому, чтобы не заболеть, поспешил раздеться, кидая мокрые вещи в стиральную машину вплоть до нижнего белья, а затем развёл горячую ванну и лёг в неё, расслабляясь и невольно прикрывая глаза от удовольствия. В это время телефон был одиноко брошен на кровати, и ничего не мешало ему отдохнуть. Он чувствовал облегчение как на душе, так и в теле, поэтому не желал сейчас ни о чём думать и ни с кем разговаривать, как и не имел понятия о том, что ответил Фен Синю и на что подписался. Сам бы Му Цин не согласился на встречу, ведь понимал, что ничего кроме стресса это не принесёт. Разве не проще было бы расписать всё, а эмоции оставить при себе. Так спокойнее, так он дальше от срыва и опасности. При личной встрече он мог бы и вовсе накинуться на того, они могли бы снова кричать на друг друга и ссориться за тот или иной пункт, который кого-то из них не устроит. Чего явно не было в переписке. При переписке неважно что ты чувствуешь, но остаётся только бить подушку. И уже не так важно от смущения или злости. Потому это было безопасным вариантом, который Му Цин явно упустил.