Больничные игры

      – Тен, по-моему, это не та палата, – Неджи оглядел комнату, в которую его привела Тен-тен.       Он был абсолютно прав, и Такахаши привела его сюда специально. Неджи сам был виноват, что полностью доверил ей их маршрут по больнице.       – Верно, это не палата, – Тен-тен заперла дверь на ключ, ранее одолженный на вахте, и повернулась к парню, задорно улыбаясь. – Это один из пустующих кабинетов.       – Тогда пошли искать дальше, – Хьюга понимал, что девушка сделала это не просто так, но не понимал, зачем. Вся эта загадочность его немного раздражала, но он старался скрыть это за спокойным голосом.       – Неджи, я хочу тебя, прямо здесь и сейчас, – уверенный и решительный тон. Карие глаза не мигая смотрели прямо в белые.       – Прямо тут? Но, Тен, это больница, вдруг нас кто-нибудь увидит, – Неджи отговаривал ее, но как-то не упорно: по лицу было видно, что он совсем не старается. – Тем более, Хината-сама...       – Хината может и подождать часик или два. И никто нас не увидит, сюда днем практически не заходят, – Тен-тен видела, как в его глазах зажглись искорки желания, стоило ей только озвучить свое желание. Единственное, что сейчас останавливало Неджи – это правила приличия, привычные с детства, но сковывающие во многих ситуациях. – Ну пожалуйста. У нас так давно не было секса. Ты же тоже хочешь.       У них действительно давно не было. Первые месяцы после возвращения Неджи с миссии Хьюге было больно не то чтобы двигаться, даже дышать – о половой жизни думать не приходилось. Да и Нобу постоянно находился рядом, что тоже не способствовало уединению. А даже если им и удавалось остаться наедине, кто-нибудь (или оба сразу) мгновенно засыпал, утомленный за сложный день.       – Ты поэтому не надела лифчик? – Неджи просканировал ее взглядом, облизнул нижнюю губу. Груди, не большие и не маленькие, предстали его взору. Не сказать, что Неджи давно их не видел – все же Тен-тен разрешала на себя поглядывать – но он решил не отказываться от возможности трогать их.       Тен-тен подошла ближе, обвила его шею руками. Хьюга схватил ее за подбородок, впился своими губами в ее. Вкус кофе, который она пила на завтрак отдавался горьким послевкусием: сладкоежка Тен-тен отчего-то никогда не добавляла сахар в кофе. Пока языки обвинили друг друга и извивались во рту партнера, руки занимались своим делом.       Тен-тен, не отрываясь от мятных из-за еще не выветрившегося вкуса зубной пасты губ, ловкими пальчиками отыскивала и расстегивала пуговицы на рубашке Неджи. Их было довольно много, а этот педант застегнулся на все, что нисколько не облегчало задачу. Но Тен-тен не была бы Тен-тен, если бы ее остановило такое слабое препятствие. Хьюга в свою очередь гладил ее по бокам, постепенно перемещая длинные музыкальные пальцы на упругую попу. Наконец, ему это надоело, и он, подхватив Тен-тен под бедра перенес ее на стол, стоящий у стены. Миска со скальпелями полетела на пол, также как и какие-то бумаги. Но обоим было на это наплевать, они слишком сильно были заняты друг другом.       Такахаши как раз в этот время разделалась с последней пуговицей рубашки любимого: она оторвала, не желая возиться – все равно пришивать придется ей. Прохладный язычок прошелся по зажившим, но еще заметным шрамам, даря их обладателю смесь эмоций из возбуждения и едва заметного дискомфорта. Во рту появился терпкий вкус его одеколона. Ирис и кокос. Тен-тен всегда удивлялась, как Неджи смог найти что-то настолько интересное, лично ей никогда не попадалось на глаза ничего, кроме амбры или табака.       Неджи, которому игра Тен-тен определенно доставляла удовольствие, благодарно укусил свою девушку за ушко, немного поиграв языком с мочкой. Тен-тен любила, когда он так делает. У Неджи был длинный язык, в общем-то, как и остальные части тела.       – Позволь мне. – Неджи отстранил Тен-тен, отведя женское личико от своего торса.       Получив положительное "угум" и свободу действий, мужчина расстегнул ширинку на ее джинсах и одним движением стянул их. Неджи довольно облизнулся. Он давно хотел попробовать сделать это, но Тен-тен не позволяла. До этого дня. Сегодня Хьюга собирался воплотить если не все, то хотя бы часть своих фантазий.       Большими пальцами обеих рук он начал массировать лобок, слегка надавливая на него и спуская голубенькие трусы коленкам. Тен-тен оперлась на руки и закинула голову. Она была готова к тому, что он сейчас войдет в неё, но ее ждал сюрприз. Вместо члена она ощутила прикосновение к внутренней стороне бедра шершавого языка и влажных губ. Это было неожиданно, но не плохо. Она вопросительно посмотрела на Неджи. Тот стоял на коленях между ее разведенных ног, присосавшись ртом к ее интимном месту. В глазах цвета луны плясали хитринки с примесью похоти. Когда он дотронулся до клитора, Тен-тен почувствовала эйфорию, отчего ее ноги немного дернулись на мгновение зажав лицо Неджи коленями. Язык ласкал ее внутри, продвигаясь все дальше и даря наслаждение. Ласки, массаж, поцелуи внутри ее тела – все это было дико приятно. Тен-тен всегда думала, что это противно, когда ласкают промежности во время близости, но куннилингус в исполнении Неджи ей понравился, даже очень. Стоит попробовать это как-нибудь снова.       Неджи отстранился и встал на ноги, снова довольно улыбнувшись. С губы свисала тоненькая ниточка то ли слюны, то ли смазки. Во рту играл ее вкус, слегка соленый и, почему-то, хлебный. Хоть вкус и не был очень приятным, но Неджи был не прочь ощутить его когда-нибудь еще.       Тен-тен поманила наевшегося парня пальцем и, как только он приблизился, впилась в губы. На языке чувствовался ее собственный вкус. "Неужели, я внутри такая соленая?" – мысль мелькнула в голове, но также быстро забылась. Такахаши обняла руками мускулистый торс и перешла с лица на грудь. Ловкий язычок ласкал его соски, облизывая, щекоча и натирая, в то время как ступни разместились аккурат между кожей и тканью штанов. Неджи тем временем массировал и мял ее не самые большие, но очень привлекательные груди, скрытые под майкой-топиком и покрывал поцелуями лицо.       Тен-тен надоела это долгая, хотя и приятная прелюдия. Продолжая лизать его соски, она ногами спустила штаны вниз вместе с баксерами. Неджи, почувствовав, что ткань больше не касается кожи, понял намек. Сильным и властным толчком в плечи он заставил ее лечь на стол почти полностью, оставив только ноги свисать с краю. Тен-тен раздвинуть конечности еще шире, позволяя парню свободно разместиться между ними. Неджи одним рывком закинул их себе на плечи. Поглаживая пятку девушки одной рукой, другой он вытащил из кармана висевшей на плечах рубашки презерватив.       – О, так ты тоже планировал? – протянула Тен-тен, косясь на средство контрацепции.       – Просто я предпочитаю быть готовым ко всему, – в педантичности и продуманности Хьюгу не мог переплюнуть никто из ныне живущих.       Неджи вошёл в неё без лишних разговоров, быстро, но мягко. Он поглаживая ее по животу, обводил пальцем контур пупка и в то же время плавно двигался в ней, постепенно ускоряя темп. Тен-тен наслаждалась моментом, зарываясь пальцами в волосы любимого, вынуждая его наклоняться ближе. Приятное чувство разливалось по всему её телу, и она застонала, сжав руками широкую мужскую спину. Достаточно большой член приятно касался внутренних стенок влагалища, создавая ощущение, будто почесали спину, которая давно чесалась. Чувствуя приближение фееричного финала, Тен-тен слегка выгнулась, тихонько постанывая от удовольствия. (Она бы стонала в голос, выкрикивая его имя, но боялась, что их может кто-нибудь обнаружить) С последним "Ох" она кончила и обмякла, распластавшись на столе, словно морская звезда на дне океана. Ноги дернулись в экстазе, стукнув парня по плечам пятками. Возможно, останутся синяки.       Через секунду рядышком пристроился Неджи, улыбаясь как получивший рыбу тюлень. Их дыхание было рваным и оба дышали с одышкой, но были удовлетворёнными и счастливыми.       – Так бы и лежала тут всю жизнь, – Такахаши довольно потянулась и чмокнула Неджи в нос.       – Я бы тоже, но надо идти. Хината-сама ждет, – он перевернулся на спину и встал со стола. – Еще и прибраться нужно.       Пока Тен-тен валялась на столе, отходя от оргазма, Неджи успел одеться, спрятать использованный презерватив в задний карман штанов (выкинуть в корзину он напрочь отказался: вдруг кто-нибудь найдет. Все же мнение окружающих для Неджи было важно) и найти где-то в этом кабинете швабру с тряпками.       Одевшись, куноичи тоже присоединилась к уборке. Методично натирая линолеум, они молчали. После жаркой близости хотелось полежать, даже поспать, но сейчас были дела, которые нельзя было отложить еще на часик или два. К счастью, запачкать они успели только пол под столом и поверхность самого стола, поэтому через десять минут швабра и тряпки отправились туда, откуда их вытащил Хьюга. Тен-тен аккуратно сложила стопочкой бумаги, вернула на место миску со скальпелями.       – Знаешь, я впервые после секса мою не себя, а пол, – усмехнулась белозубой улыбкой Тен-тен, открывая дверь.       – Аналогично, – кивнул Хьюга, пропуская ее в коридор.