Я не даю обещаний

–Ты мне уже надоел, Ëнджун! Вечно со своими упрëками лезешь! Это моя жизнь, ясно? – в открытую кричал Субин, пытаясь достучаться до своего никчëмного брата. –Я выбрал юриспруденцию. Если у тебя с образованием не вышло, это не значит, что и у меня провалиться, – точка. В этом разговоре, в их доверительных отношениях, в братской любви. Субин ясно дал понять, что иметь дело с Ëнджуном больше не намерен. Старший не успел ничего выдать в ответ, как комната опустела, а деревянная, еле живущая дверь с хлопком закрылась. Время перевалило за полночь. Осень. Субин убежал из дома. *** Злость и разочарование подгоняли ноги в бешеном темпе, срываясь на олимпиадный бег. Только вознаграждение за такую скорость послужила отнюдь не медаль, а просторная местность, где трава доставала до туловища, а полевые цветы призывали своим ароматом трудящихся насекомых. Но сейчас ночной мрак. Видны лишь зелëные заросли, что граничили далеко на горизонте с продолжением густого леса, который казался контрастно чëрным по сравнению со спящим полем. Самосохранение откликалось на краю сознания, пытаясь достучаться в главную дверь мозга, чтобы передать такое важное «надо возвращаться». Но его голос доходил до места назначения лишь гулким эхом, чего оказалось совершенно недостаточно. Субин пошëл дальше, пробираясь сквозь выросшие травинки, давя подошвой кроссовок незаметные организмы в виде жучков, пока не наткнулся на чью то выглядывающую макушку и явно худую спину. Голова странного блондина была устремлена вверх, а всë остальное тело расслабленно, лишь ноги держали хрупкое телосложение. Тëмно зелёный свитер был на несколько размеров больше, что добавляло этому незнакомцу ещë пару плюсов к крошечности. –Эй! – достаточно громко окликнул его Субин, несмотря на их расстояние в метров десять. Весь преследующий ранее негатив испарился по новому треску саранчи, заменяясь на недоумение и полнейший ступор. Странный мальчик повернулся всем телом до того резко, словно какой то дикий зверь при виде человека. Яркая луна целовала его мягкие черты лица, делая акцент на больших блестящих глазах. Субин бы дал ему от силы пятнадцать, учитывая ещë и маленький рост. Незнакомец стал надвигаться на парня мелкими шагами. Почему то складывалось впечатление, что трава пред ним расступалась, освобождая проход, но всë это могли быть игры разума, ведь оба поддерживали зрительный контакт, не смея устремить взор куда то ещë. Через мимолëтную секунду странный мальчик оказался вплотную. Его глаза были непозволительно большими и мигающими, будто сама луна припечаталась туда. –Ты один? – тупо спросил Субин, еле борясь с желанием отвернуться от столь пронзающего взгляда. Незнакомец костлявый, с волосами цвета пшеницы, будто полупрозрачный, вызывающий странное ощущение одиночества, хотя стоит перед тобой. Он словно призрак. –Да, – тускло прозвучало голосом, который тут же растворился в ночных сумерках и чистом воздухе, будто послышалось. Субин уже начал думать, что ему это всë кажется. Слишком нереально, словно затянувшийся сон или ранее не случавшееся видение, вызывающее мурашки. –Расскажи мне, – мальчик ещë приблизился, уже чуть ли не соприкасаясь кончиком носа с другим. И смотрел. Субин никогда не испытывал ничего подобного при обычном, хоть и продолжительном зрительном контакте. Глаза напротив режут ножами, переворачивают внутренности, вызывают необузданное чувство пустоты вокруг, резкими порезами проходятся по всему телу, заставляя содрогаться. –Рассказать что? – уточнил Субин, немного переработав недавний шок. Но, оказалось, что все старания, вложенные в перезагрузку, в сию секунду превратились в прах. Мальчик взял руку парня в свою, осматривая бледную кожу. Внезапного желания выбраться из слабой хватки не последовало, хотя приятного мало - этот незнакомец мертвецки холодный. –Почему ты здесь? – большие глаза напротив всë так же искажали сознание, отпечатывались в памяти, а его голос звучал как то отдалëнно, из другого мира. Странно, страшно, притягивающе. –Не знаю, – выдалось на автомате. Хоть настоящая причина побега в такое позднее время суток кроется в одном существе по имени «Ëнджун», озвученный ответ тоже отчасти был правдив. Эта поляна показалась впервые за всë проживание в деревушке. –Разве здесь не прекрасно? – спросил всë так же незнакомец, который наконец оставил психику Субина в покое и отвëл свой взгляд на дальние деревья, кои сливались в однородное большое пятно, а различить их индивидуальность представлялось возможным лишь через проглядывающие верхушки. Всë бы ничего, но руку мальчик не отпускал. Парню ничего не оставалось, кроме как посмотреть туда же, куда и мальчик. –Ну да, красиво, – сказал он, привыкший разделять чужое мнение. Естественно, на собственного брата эта акция не распространялась, зато на какого то странного недо-подростка, которого Субин видит впервые в жизни - да. Затянувшееся молчание, но не тишина. Для тонкого слуха вдруг проснулись треск саранчи в зарослях, мимолëтный шелест травы друг об друга благодаря осеннему ветру, переговоры древних великанов с помощью покачивания стволов. Субин никогда не слышал разговоры деревьев. Или просто не понимал их язык. –Твой поздний визит не жалуют. Тебе нужно идти, – прошептал мальчик, отпуская заледеневшую ладонь. Незнакомец излучал холод, но не людской. Это прохлада вечера, остывшей почвы, вечно текущей речки. И неважно, что Субин не спросил ни имя мальчика, ни кто его тут не жалует, ни вообще всë то, что его в дальнейшем будет интересовать. Он, находясь в неком трансе, пошëл прочь в тëмный лес, откуда и вышел на это целованное луной место. Что то двигало в нëм шестерëнки, запускало механизм, который сам парень понять не в силах. И только когда нога ступила на территорию величественных деревьев, Субин всем телом обернулся, пытаясь разглядеть в ночной тьме знакомый силуэт. На взор упали лишь покачивающиеся травинки. Странно, страшно, но, чëрт, притягивающе *** Ëнджун себе места не находил. В порыве очередного раскола головы от переживаний готов был уже двинуться на поиски младшего брата, но всë не мог решиться. Знал, что тот в лес пошëл. Старший не жаловал это место. И вот, когда дверь в комнату тихонько скрипнула, а пол начал проседать под тяжестью человека, то объятия выдались долгими и чувственными. –Прости меня, – вырвал из себя Ëнджун, заглядывая в глаза напротив. Там опустошение, абсолютно ничего. С тех пор Субин часто залипает взглядом на одну точку. С тех пор Ëнджун ходит за братом по пятам. С тех пор они навещают ту поляну каждое воскресенье.