Мечта или проклятие?

Четверг 4 ноября 1993 года. Всё как и всегда. Всё тот же огромный белый зал с высокими потолками и окнами почти до самого верха. Всё те же ровные ряды аккуратно застеленных абсолютно идентичных чисто белых кроватей. В приюте редко задерживались на долго. Чаще всего фостерную семью находили в течение нескольких дней. Да, не всегда самую лучшую, не всегда достаточно обеспеченную, не всегда.. Да всё не всегда. Кто был бы против взять себе ребëнка, если тебе оплатят все расходы на него, да ещё и сверху докинут? Интересное решение проблем детей-сирот. Вот только.. Не всем везëт. Казалось бы да, что сложного то? Просто улыбнись ты ему, да он и счастлив. Наблюдая за взрослыми иногда задумываешься, а может, улыбки платные?.. Может, радоваться запрещено?.. Или, надо просто чуть-чуть подождать?.. Да, да, точно, просто подожду.. Женщина в белом халате, накинутом поверх чëрной униформы, и с вечно хмурым уставшим лицом начала свой путь в самый конец ряда к одной из немногих занятых кроватей. Мальчик сидел к ней спиной и всматривался в удаляющуюся высокую фигуру копа, что постоянно мелькал рядом с этим местом, которое было сборищем различных детских учреждений, что вечно притягивали неприятности. Прямо напротив приюта был детский сад, в котором дети находились зачастую дольше, чем у себя дома. Клац Справа за углом по обе стороны улицы находились две школы, директора которых постоянно конфликтовали прямо посреди дороги. Клац. Клац. А левее возвышался над маленькими жилыми домиками университет, который уже давно перестал пользовался популярностью и потихоньку увядал. Клац. Клац. Клац. Конечно, мальчик знал, что воспитательница стояла у него за спиной, еë привычка ходить на каблуках жутко бесила, особенно когда хочется спокойно позаниматься своими делами, но он не повернулся. Не повернулся он и тогда, когда женщина позвала его несколько раз по имени. — Эндрю Доу, не испытывай моë терпение. Мальчик, не говоря ни слова, наконец сел в пол-оборота к ней и, довернув голову до нужного положения, уставился широко открытыми невинными янтарными глазами в еë тëмно-карие. Женщина тяжело вздохнула и потëрла переносицу. — И ведь всегда работает, - кинула себе под нос воспитательница. - Ладно, не важно, - сказала она уже громче, - тут тебе письмецо пришло, - брови мальчишки поползли наверх. - Странно, согласна, но вот, держи, - она протянула конверт, на котором ярко зелëными чернилами красовалась надпись "Эндрю Доу от И. Р." — Что за И. Р.? - впервые подал он голос, рассматривая переливающиеся на свету каракули. — Слушай, а мне то по чëм знать? Этот полицейский, как его там.. Неважно. Короче, он опять приходил, поспрашивал про работу, про вас, мою головную боль. А, ну и передал это письмо. Сказал что-то типо "Мне подкинули по ошибке, вроде Ваше" и свалил. Что за абсурд! Не ну ты только представь.. Мальчик уже не слушал еë дальнейшие разглагольствования про непутëвых людей, которые не могут нормально выполнить свою работу и бла-бла. Его куда больше заинтересовало содержание конверта. Сверху, кроме загадочной подписи, не было ни адреса, ни самого отправителя. Как оно вообще дошло до того копа? Но вот внутреннее составляющее было куда любопытнее. На желтоватой бумаге теми же чернилами ужасно неровным почерком было выведено какие-то непонятно как связанные несколько строк: "Здравствуй, Эндрю Доу. С днём рождения тебя! Никогда не сдавайся и знай, чем дальше зайдëшь, тем больше получишь не только плохого, но и хорошего. Жизнь не всегда будет тем дерьмом, что сейчас, а может, сейчас ещё не предел. Но ты точно найдëшь своë солнце. Ты меня не знаешь, но пока что это и не нужно. Всему своë время. Если тебе не нравится, просто сжигай или попроси того копа больше не приносить их. Подожди ещё чуть-чуть. До встречи. И. Р. P. S. Подарок внутри" Руки рванули к свëртку бумаги и быстро вытряхнули содержимое. На колени выпал плотный узкий браслет из чëрной мягкой кожи с регулируемой по руке матовой застëжкой и металлической пластинкой. "Not today" Маленькие пальчики провели по грубой гравировке. Рот приоткрылся в немых не озвученных вопросах, которые роились в голове, перекрывая друг друга. Бушующие волны эмоций от безмерной благодарности до страха и жуткого интереса разрывали его и в итоге нашли своë выражение в слезах, проступивших в краешках глаз. — Эндрю! Ты меня вообще слушаешь?! Собирайся говорю, за тобой пришли. И даже не вздумай опять вернуться так быстро! Постарайся хорошо себя вести.