Блэк и Уизли?!!

      В начале ноября первый снег - большая редкость, но никто не мог ему не обрадоваться. Он небольшими пушистыми хлопьями, благосклонно прикрывал землю мягким, белоснежным одеялом. Ученики Хогвартса, которые вышли во двор, не могли скрыть радостное сияние в глазах. Уже даже старшие курсы были насквозь мокрые и счастливые.       Смех и веселье заполнили двор Хогвартса. Первый снег обещал множество увлекательных сражений и ярких моментов. Никто не остался в стороне. Веселье захватило даже тех, кто ворчал о холоде. Они в тот же момент были закиданы снежками и опрокинуты в снег.       Тихий скрип снежинок о каменный пол создавал волшебную мелодию, слегка грустную, будто сумрачный предвестник одновременного таинственного и праздничного времени года.       Все в Хогвартсе уже с нетерпением ждали не только приближающихся каникул, но и самых заветных дней в году: Рождества и Нового года. На улице не было лишь трёх человек, без которых обычно веселье и не начиналось.       Трое рыжиков уже около недели ходили сами не свои. Редко кушали. Плохо спали, из-за чего у каждого образовались круги под глазами. Частые шутки превратились в неудачные подколы. А сами ребята стали, как будто тусклее. В них не было той искорки в глазах и безмерного позитива, наполняющего всех поблизости.       И если Блэк стала учиться ещё лучше и часто сидеть на первых партах, то Уизли перестали учиться совсем. Они конечно ходили на уроки, но не слушали учителей и редко выполняли задания.       Но на тренировки по квиддичу они ходили регулярно. Им хватило часовой тирады от Вуда, когда они пропустили одну тренировку. Он дал им ясно понять, что его не интересуют их проблемы, и если они не будут заниматься, то будут выгнаны из команды. Хотя Оливер и был хорошим другом, капитаном он был ещё лучше.       Он стал мучить ребят ещё чаще, так как в школе начались соревнования по квиддичу. И на этой неделе будет самый волнующий и самый эффективный матч. Слизерин против Гриффиндора. А настрой Вуда был только на победу, любым способом. И хотя он и был уверен в Поттере, он созывал всех чуть ли не каждый день.       Вне тренировок Вуд часто встречался с Адэль за сливочным пивом. И Адэлине даже нравился Оли, о чём она призналась ему на втором курсе. Но он объяснил ей, что он старше и какая бы Адэлина не была хорошей подругой, она останется только ей. И теперь это вполне устроивало каждого.       Изменение в настроение и поведение главных весельчаков Хогвартса заметили даже преподаватели. Некоторые ученики пытались расспросить бывших друзей, но они удостаивались лишь усталым или рассерженным взглядом.       Сама троица так и не поговорила нормально с того дня. Фред и Джордж конечно пытались поговорить с Адэль, но внятного и понятного ответа, на свои вопросы, они так и не получили. Из-за этого Уизли были ещё и очень рассержены.       Сейчас наша сероглазая сидела в гостиной Гриффиндора и о чём-то задумавшись, смотрела на огонь в камине. Но её идиллию решили прервать двое, вошедших через портрет. – О, смотритека кто здесь сидит. – Точно.. это же наша обиженная и самовлюблённая Блэйки, – Фред и Джордж часто стали подкладывать и злорадствовать над бывшей подругой. – Ох, а я думала, что наши Уизли копошатся в грязи во дворе, как свиньи. Наверняка вам не привыкать там находится, – в Адэль всё чаще стала просыпаться наследственная язва. Она всегда могла ответить своим обидчикам. А зная слабые стороны противника, она с лёгкостью могла на них надавить. – Да как ты смеешь? – Уизли были в ярости. Они одновременно направили палочки на рыжую. – Хах, не тратьте силы, вы всё равно проиграете, – Блэк поднялась с дивана и направилась к двери. И как бы невзначай провела пальчиками по плечу Фреда, проходя мимо.       Она не боялась сражаться, она боялась навредить друзьям.       Хоть она и была зла на них, она часто помогала им всё это время. Она просила эльфов приготовить любимые блюда рыжиков, чтобы они покушали. И добавляла туда не сильное снотворное, чтобы они успели дойти до комнаты и наконец выспались. А если они засыпали на диване, переносила их в кровати. Писала эссе и оставляла на столе в гостиной, зная, что они обязательно его спишут. Просила учителей более снисходительно относиться к Фреду и Джорджу. А на Зельеварения даже подставляла своё зелье вместо их, когда они относили их на проверку.       Никто из преподавателей не понимал настроя Адэлины, но иногда соглашались помочь.       Сейчас рыжеволосая направлялась в библиотеку. Отвлечься и что-нибудь почитать. Она любила проводить вечера за интересной книжкой. Но раньше такие вечера были редкостью. Только если Адэль читала своим друзьям. А сейчас она проводит вечера одна и может посвятить всю себя книгам.       В библиотеке было несколько заучек, которые уткнувшись в книги иногда шикали на других.       Проходя между множеством рядов книг, Блэк проводила пальчиками по старым переплётам.       Она любила запах книг. Поэтому часто засиживались в домашней библиотеке во время каникул.       Кто-то сильно чихнул и Адэль, испугавшись, немного ударилась об стиллаж. Из-за чего на неё упала одна старая книга. Протерев которую можно было прочесть: "Анимагия и всё что с ней связано" Тревис Крэйн*.       Об Анимагии Адэль когда-то узнала от Профессора Снейпа. Поэтому она решила направиться к нему.

***

      В подземельях было холоднее обычного. Некоторые Слизеринцы даже надевали куртки, поверх мантий.       Постучавшись в кабинет Зельеварения, Адэлине никто не открыл. Хотя сегодня и был выходной, когда Снейп вечером проверяет работы учеников в кабинете.       Постучавшись ещё раз, Адэль решила попробовать надавить на дверь. На что она с лёгкостью открылась. – Профессор?... – Мисс Блэк?! – Голос Профессора был тихий и болезненный.       Пройдя немного в класс, Адэлине открылась ужасная картина.       Почти на полу лежал Северус, а из его ноги лилась кровь. Рядом уже образовалась огромная лужа. Рана на ноге была большая. Любой другой, увидев такое, с ужасом бы убежал. Но не Блэк. Ей часто приходилось залечивать свои раны, после наказаний от бабушки. – Что нужно сделать? – Лицо Блэк было спокойное и выражало полное сосредоточение. Но внутри Блэк рвала на себе волосы и рыдала от безысходности. Такие раны Адэль не видела никогда. – На полке 3b есть кровоостанавливающее зелье. А в столе аптечка, – Профессор пытался не закрывать глаза. Он должен быть с Адэль и направлять её, если хотел выжить. – Вот. Что дальше? – Рыжеволосая пытаюсь делать всё быстро и чётко. Она принесла аптечку и дала в руки Профессора зелье. – Вам нужно обработать рану и ... – Профессор замолчал. – Профессор?... Что нужно сделать?... – Вам нужно будет зашить рану. – Теперь лицо Блэк выражало ужас. – Может лучше позвать Мадам Помфр.. – Нет! У нас мало времени. Вам придется это сделать...Ради меня. – А может есть какое-нибудь заклинание? – Адэлина с надеждой взглянула на мужчину, но по его взгляду поняла, что даже если оно и есть, то он не всилах будет даже показать его. – Ладно, но потом вы расскажите что произошло, – Блэк пыталась собраться и наконец начать.

***

       Рыжеволосая девочка сидела на коленях в луже крови, склоняясь над полуживым мужчиной. Лицо которого было белее, чем снег.       Обработав глубокую рану, иногда дуя на неё, когда Северус особенно сильно напрягался и стонал от боли, Адэль начала зашивать. Это было сложнее чем казалось. Кожа была твёрдая, а каждый прокол иглой сопровождался стоном со стороны мужчины и всхлипом от Адэль.       Ей хотелось плакать и никогда больше не видеть ничего подобного. Но от неё зависела жизнь дорогого ей человека.       Наконец закончив и обмотав рану бинтом, Адэль смогла выдохнуть. – Спасибо... Я не знаю, что бы я без тебя делал, – Профессор несколько раз отключался от сильной боли, но вновь возвращался и успокаивал Блэк. – Думаю тебя стоит перенести в твою комнату. И отдохнуть. Я посижу с тобой. А потом я всё же узнаю что случилось, – Адэлина была вся в крови, но для человека в таком виде, она очень ясно соображала. – Хорошо, только нужно чтобы нас никто не заметил, – Северус попытался встать, но боль была сильнее – Это будет уже сложнее.

***

      Покои Профессора были в тёмно - зелёных тонах. На полках у стены стояли колбы с зельями и книги. И несмотря на небольшой холод, здесь пахло по-особому от чего было достаточно комфортно.       Включив лампу, маленькая третьекурсница тащила огромного мужчину, наклонив его на себя и перекинув его руку себе на плечо. Когда они дошли до кровати, то Северус тут же плюхнулся на неё. – Ох... ты... слишком... тяжёлый... – Адэль не могла отдышаться, поэтому присела на кровать рядом. – Ещё раз спасибо... – Что-то уж слишком ты сегодня благодарный. Но тебе сейчас лучше поспать. – Скоро должен быть ужин, иди поешь. – Я позову эльфов и они принесут тебе еды.       Северус уже не мог возразить, потом что уже провалился в сон. Поэтому Блэк стала искать обезболивающие зелье, так как то, что она дала ему в кабинете, скоро должно было закончить действовать..

***

      Прошло около трёх часов, а Снейп всё ещё спал. За это время Адэлина договорилась с эльфами насчёт ужина, и сама успела задремать в кресле, читая новую книгу.       Вдруг с кровати послышался тихий голос: – Что читаешь? – Как себя чувствуешь? – Адэль тут же проснулась и проигнорировав вопрос, подлетела к кровати. – Уже лучше... спасибо, – Голос Профессора был уже более живым. И сам мужчина выглядел и правда лучше. – Нужно ещё обезболивающие? Вот я нашла у тебя, – Блэк подала ему зелье и встав, понесла ужин. – Эльфы недавно приготовили. И я предупредила Профессора МакГонагалл о том, что тебя не будет. – Что? И что же ты ей сказала? – Лицо Снейпа выражало беспокойство и ... страх? – Я сказала, что ты приболел и попросил меня оповестить об этом преподавателей. – А как же ты? Почему ты не ешь? – Я не хочу, я недавно кушала. – Блэк. Если ты не поешь я тоже есть не буду, – Адэль опустила голову, а Снейп лишь вопросительно посмотрел. – Что происходит? – Я не знаю... Это не так важно.       Северус понимал, что у каждого есть проблемы и не каждый готов о них рассказывать. Но ему очень хотелось помочь ещё юной волшебнице, не пойти по стопам родителей. И не нажить себе проблем. – Что ты читала? – Он всё же решил перевести тему. – А, это книга про Анимагию и я хотела бы побольше о ней узнать. Ты когда-то говорил, что мой отец бы анимагом и я тоже хочу. – Ох, это очень сложно. К тому же твоему отцу просто повезло. Он со своими дружками могли сильно пострадать, если бы сделали что-то не правильно. – А если ты мне поможешь? – Адэль задала вопрос и попыталась сделать самый умоляющий взгляд. – Ладно... – Кажется у неё получилось уговорить ледяного профессора.

***

      Юная Блэк снова поздно возвращалась в башню факультета. Не хотелось встречаться с бывшими друзьями.       Было слишком больно смотреть на них издалека.       Возможно ссорой Адэль наоборот отпустила их в свободное плаванье. Но видимо им нравилась компания других девушек. И они стали даже чаще встречаться с Джонсон. Что злило рыжеволосую больше всего.       Поэтому Анжелина стала часто выбегать из Большого зала либо в прыщах, сильно лопающихся, либо с зелёными волосами и синим лицом. А Адэль, пока все смеялись, начинала злиться ещё больше, когда Уизли бежали за ней.       Портрет открылся и в гостиную зашла уставшая девушка. Больше всего хотелось наконец попасть в комнату. Но видимо её планам не суждено было сбыться.       В коридоре ей перегородили дорогу два парня. Из-за темноты трудно было определить кто это. Но за три года Блэк выучила каждую родинку на открытых для чужого взора участках тела Фреда и Джорджа. Поэтому она сразу узнала их. – Чего вам, Уизлы? – Где ты была? – Парни были злы или... обеспокоены...? Но Адэль этого не заметила. – А вам то какое дело? – Близнецы возвышались над Блэк. А она как маленький, но весьма самоуверенный котёнок, смотрела на них. – Разве вы не должны следить за своей Джонсон? – Она не наша... – Она просто подруга... – Ага.       Разговор заходил в тупик. Глухой, закрытый и без выходов. Но Фред и Джордж не собирались отступать. – Ты так и не ответила на наш вопрос. – Я ходила в подземелье к Слизеринцам, – Всё таки ответила Адэлина. И даже не соврала. – И что ты там делала? – Голос близнецов был строгий. Они сжали кулаки от одного лишь упоминания об этих змеях. – Ох, а вот это точно уже не ваше дело, – Рыжеволосая прошла мимо парней с гордо поднятой головой. Хотелось скорее уснуть. И закончить этот ужасный день.

***

      По ещё холодным коридорам проходили заспанные и растрёпанные ученики. Они пытались получше укутаться в свои мантии и скорее дойти до Большого зала. В котором уже было несколько ранних пташек.       Адэль любила поспать, но сегодня уснуть и выспаться ей так и не удалось. Чувство тревоги и того, что что-то должно случиться не покидало до сих пор. Блэк попивала сок сидя за столом и рассматривала учеников, сидящих рядом.       В зале было достаточно тихо и спокойно. Конечно лишь до того момента, пока туда не ворвались Близнецы Уизли. Они радостно забежали, и улыбаясь во все 32, плюхнулись на свои места.       Зал начал заполняться и когда уже почти не оставалось свободных мест, залетела утренняя почта.       Множество сов и филинов залетали в открытые окна и кружили на потолке, пока не скидывали своё послание хозяину.       Адэлине часто приходили разные письма. Некоторые от Нарциссы, которая знала о близнецах и пыталась подбадривать племянницу. Иногда девушке писали друзья из Дурмстранга. Хотя их письма были уже не такими частыми, как это было раньше. В редких случаях ей писала Миссис Блэк. И то, только по срочным делам.       Сегодня письма не было, поэтому она сама написала письмо Александру из Дурмстранга и Краму, с которым Блэк тоже близко дружила.       Совы улетели, и помещение стало заполняться лишь звуками поедания различных блюд.       Все сидели, уткнувшись в свои тарелки и иногда переговариваясь друг с другом. Но все повернули головы в направление огромной дубовой двери, которая с размаху открылась. Сначала никто не видел виновника шума, но тот быстро побежал к столу Гриффиндора.       Это оказался Кикимер. Домовой Эльф дома Блэк. Он выглядел напуганным или встревоженным. –Госпожа Блэк! Госпожа Блэк! – Домовик уже валился с ног, поэтому он упал на колени и стал ползти в направление рыжеволосой. – Хозяйка...       Никто не смел нарушить тишину. Всё были шокированы от увиденного. Никто не мог понять что случилось. Даже сама Блэк. Она поднялась со своего места и направилась к Кикимиру. – Что случилось? Почему ты здесь? – Хозяйка она... Простите Госпожа... я.. ох, хозяйка...– Домовик не мог связать и пару слов, всё время заикаясь и извиняясь. – Сейчас же всё объясни! – Адэлина была зла. Что-то произошло, но она не могла узнать что. – Простите Госпожа, хозяйка она...ей стало плохо... Кикимер позвал на помощь... Ох, Госпожа, её забрали в больницу...       Эмоции на лице Адэль сменялись с каждой фразой. Эльф пытался ещё что-то сказать, но прижался к ноге Блэк и рыдал.       Адэлина была встревоженная, но её лицо снова стало безразличным. – Мисс Блэк, думаю преподаватели поймут, если вы сегодня не придёте на занятия. Вы можете идти, – Профессор Снейп наверное только пришёл на завтрак и слышал что произошло. – Спасибо, Профессор... –       Рыжеволосая повернулась в сторону и краем глаза заметила взгляды Фреда и Джорджа. Они были... сочувствующие и тоже встревоженные. На них не было улыбок. А когда они встретились глазами, то Уизли опустили головы и отвернулись. – В какой она больнице? – От голоса Блэк у многих пошли мурашки. Он был холоден. Настолько, что любой Слизеринец позавидует. – В..в..больнице с..святого Мунго,– Кикимер всё ещё прижимался к девушке, позабыв о достоинстве. Ведь его единственная любимая хозяйка была сильно больна. –Идём.       Зал ещё несколько минут сохранял молчание. Но потом пошёл тихий шёпот перерастающий в гул.

***

      Она снова вернулась поздно ночью. В гостиной никого не было. И это даже расстраивало       У Вальбурги начались сильные мигрени и частая высокая температура. Она почти билась в агонии. Но когда пришла Адэль, Миссис Блэк уже спала.       Никто не мог найти правильного лечения старшей Блэк. А она уже смирилась со своей скорой кончиной. А Адэль лишь оставалось пытаться уменьшить боль, чтобы бабушка не мучилась.       Для девушки, бабушка оставалась единственным по-настоящему родным человеком. И несмотря на не очень тёплые отношения, ей не хотелось терять ещё и Вальбургу.