На грани двух жизней

***

Когда о тебе говорят — всегда понижают голос и не могут найти нужных слов, чтобы выразить свой ужас. мастера намёков, даже они бессильны объяснить за стаканом чая, что же в тебе такого.

      – Итак, дорогой класс, так как у нас на носу экзамены, то вам непременно стоит повторить всю программу с самого начала, – хрипло выдаёт преподаватель, будто у него простуда. Господин поворачивается к плохо вымытой доске, что-то бурча себе под нос, но записывая тему: «Показательные уравнения и неравенства». – Вы уже всё это знаете, поэтому я не буду заострять много внимания на каждой теме. Начнём решать.       Чонгук сидит в этом хмуром классе, в котором ощущает себя, мягко говоря, не очень, хотя бы из-за сильно холодной температуры в помещении. Ну что уж говорить, декабрь на дворе. Парень откидывается на спинку стула, уж больно ему все равно было на эту математику, скорее бы домой играть в компьютерные игры. Что делать другого в такой мороз?       Чон Чонгук - молодой парень 18-ти лет, который учится в выпускном классе. Детство Чона до школы выдалось, как считает он сам, одним из самых удачных. Он один в семье, долгожданный ребенок. Его родители обычные, из такого же обычного класса людей, которые особо не баловали маленького Чонгука какими-то вещами, даже запреты у него. Но в силу загруженности родителей парня, он часто бывал у тети, бабушки, которые в свою очередь, воспитывали «звездочку» Чонгука за всю семью. Шумный малыш Гук~и быстро улавливал наставления тёти и бабушки. Они его воспитывали сильным, серьезным, можно даже сказать, слегка эгоистом. В детском садике Чон обижал других детишек, забирал игрушки, присваивая себе. С умственным развитием малыша не было никаких проблем, а конкретнее, даже до пятого класса был отличником, благодаря бабушке.       Малой Чонгук был очень общительным, каким остался и до сих пор, у него всегда было кучу друзей, с первого же дня учебы завоевывал сердца всех своих одноклассниц (и одноклассников). Но школа, в которой он обучается сейчас, была его не первой. Из-за того, что родители искали более выгодные предложения по работе, они часто переезжали, так что Чонгук учится в этой школе лишь три года.       Чон любит гулять, вообще усидеть не может на месте в хорошую погоду. Всегда, когда друзья или родители звонят парню, то всегда получают ответ «гуляю» или же «у Юнги». Девушки у Чонгука нет, думает, либо не наигрался еще в детстве (хотя вырос уже давно), либо ему эти отношения просто-напросто не нужны. Также он знает, что в классе есть парочку геев, например его лучший друг Юнги. А Чон то у нас гомофоб. С Юнги парень знаком с самой песочницы, его родители также знают друг друга и постоянно, когда кто-то из них находил выгодные вакансии в другом городе, то забирал с собой и вторую семейку. И стоит сказать, уже с девяти замечал в Мине, что ему нравятся мальчики. Но, то ли свыкся, то ли просто терпит его? Главное, чтобы его «гейство» не посягало на Чонгука, и тогда все будет ахуенно. Но и об этом думать не стоит, ведь у Юнги уже есть его «предмет обожания» и это их общий одноклассник Пак Чимин. Солнышко, ангел, добрый человек, который всегда приходил на помощь ко всем, никогда не обижался (или же просто скрывает свои такие эмоции?) и не оскорблял. Но Чонгук всё равно старался держать дистанцию от такого Пака. Для Чона он будто играет, будто его эмоции не настоящие, ведь как человек может никогда не обижаться и не давать слабину чувствам и даже не злиться? Поэтому Чонгук относится с опаской к любым словам Чимина и призывает к этому Юнги. Но Юнги влюбленный дурачок, и как только их дуэт где-то нарушает этот парень, то Мин тут же будто забывает о существовании Чонгука, говоря и слушая его лишь отдаленно где-то в голове. Однако и сам Чон не совсем желал бы видеть большее, чем просто чмоки или же, например, узнавать об их личной жизни, от одной даже мысли всего этого Чонгука воротило. Каждую его встречу с Юнги и Чимином он не стесняется своих слов и громко заливает, что это не нормальные такие отношения парня с парнем, желал постоянно обоим найти хорошую девушку. Но на это парни лишь усмехались и странно смотрели на Чонгука.       Чон был в очень тёплых отношениях со всеми родными, но как только, 1 сентября 2010 года случилась авария, погибла его бабушка, то парень решил пуститься во все тяжкие. Кажется, он после этого даже стал херово относиться к своей семье.       Это произошло прямо в 13-летие Чонгука. В этот день они собрались всей семьей в машине и поехали в ресторанчик, подготовленный специально для именинника. Погода в праздничный день была совсем неудачной, но Чонгук всё равно настоял поехать, хотя другие советовали перенести хотя бы на завтра. Этот день рождение Чон хотел провести вместе с семьей, для него семья – это нечто важное, незаменимое ничем другим. Даже все секреты свои он мог доверить каждому из своей родни.

***

      – Чонгук~и, на улице такой ветер, дождь льёт как из ведра, может мы перенесем всё на завтра? Не волнуйся, очень легко будет договориться с рестораном по телефону, если ты переживаешь по этому поводу, – проговорила тихо старушка, бабушка Чона, которая стояла рядом с ним возле окна и наблюдала за разбушевавшейся природой.       – Ну Баа, это же мой день рождение, такое не каждый день происходит, а лишь раз в год!       В комнату заходит отец Чонгука, высокий, красивый мужчина, сразу видно, что ухаживает за собой. Выглядел всегда отменно, Чон даже равнялся на него в маленьком возрасте, хотя и сейчас считает его примером себе. В первую очередь его спокойствие, стойкость, острый ум и красиво построенные предложения в речи, словно искусство.       – Раз наш ребенок желает, тогда его слова в этот день – закон. Все твои желания выполним, малыш, – он потрепал Чонгука по голове, делая довольное лицо, на которых виднелись ямочки и продолжил: – Все выходим, в машину быстро садимся, чтобы как меньше промокнуть, и поедем.       Чонгук сразу подскочил с места как флэш, и побежал, чуть ли не снося свою бабушку и отца. Парень очень хотел поскорее добраться до ресторана, ну а сначала первым залезть в машину на переднее сиденье рядом с водителем. Да, Чонгук очень любил быть первым, такое рвение он начинал показывать с рождения, в одной песочнице с детьми во дворе. С тех пор всё, что он не начинал и в чем-бы не участвовал, хотел быть лучшим. Родители всегда говорили, что он лучший и, может неосознанно, но всегда подталкивали его к этому, не желая видеть сына хуже остальных.       Наконец вся семья была в сборе, и они отправились по мокрой дороге, с навигатором до места назначения. Первые минут двадцать Чонгук не затыкался, всё рассказывая свои новые истории, которые появились откуда-то за ночь. Пока они стояли на светофоре, дожидаясь красного, отец, сидя на водительском сидении, слушал сына. Ну, а остальные уже по умолчанию были обязаны слушать болтающего Чона. Праздник же, как минимум, это одна из причин.       Откуда не возьмись, со встречки вылетела на бешеных скоростях легковушка, которая надвигалась напрямую к машине, в которой была семья Чонгука. Глава семьи Чон пытался держать спокойствие, ловко выворачивая руль, но как назло, машина напротив сделала движение в ту же сторону и…       Бах.       В глазах темнота. Какие то крики.       Звуки сирен от скорой помощи.       Но Чонгук уже этого не слышал.       Находясь уже в больнице, ему сообщили о моментальной смерти бабушки из-за болевого шока и множества ран, и которую уже никак нельзя было спасти, та погибла на месте, а родители были в тяжелом состоянии. Лишь Тётя, которая сидела сзади прям за Чоном, смогла остаться с минимальными царапинами и ранами. Но и для Чонгука все более-менее обошлось – удар прошелся по левой стороне машины.       С этого момента Чонгук не только изменил себя и свою жизнь, все больше и больше забивая на успешность свою в будущем, но и перестал отмечать какие-либо вообще праздники. Эта детская травма, с которой он живёт до сих пор, не проходит, не утихает. Чонгук решил найти утешение в постоянных гулянках, изменениях во внешности, алкоголе. Мечтал о татуировках, но из-за консервативности родителей, смог набить рукав только в свои восемнадцать, сразу же в день рождения. Такой «праздник» себе устроил. Больше он никак не праздновал свое совершеннолетие, хотя его друзья хотели и даже устроили праздник в его доме, но Чон буквально через 5 минут выгнал всех, оставшись один в этот день. С баночкой пива. С баночкой пива, слезами и воспоминаниями.

***

      Чонгук прикрывает глаза, потому что от монотонной болтовни учителя хочется спать, либо же это для него только так. Как только парень начинает засыпать и чуть ли не валиться назад со стулом вместе, в него сзади начинают тыкать ручкой по спине, да так, что будто хотят оставить там, на веки вечные, шрам. Чон удивленно махает руками, пугаясь, хватается за край стола сзади. Буквально секунда и он бы поцеловался затылком с полом.       – Чон, ты загораживаешь своим телом все на доске, не мог бы отодвинуть свою огромную задницу? – тихо, почти шепотом проговаривает голос сзади, сразу понятно этот парень явно боится получить пизды от учителя, но не боится получить пизды от Чонгука.       Чону долго думать не пришлось, как только услышал некое «оскорбление» в свою сторону, а точнее в сторону его задницы, то сразу повернулся назад и прошипел, видя батана, Ким Тэхёна, и моментально заговорил почти во весь голос:       – Чего блять? Ты мою задницу назвал огромной? Ты себя, сука, видел? Там не то, что огромная задница, но уже и заплывает всё целлюлитом наверняка. – Чонгук отвечал лишь на это, потому что в этот момент его волновало лишь пиздец уверенный голос сзади. Да и о том, что может обидеть парня, он тоже не думал.       Класс залился смехом, будто это была первоклассная шутка, но так и было, потому что это Чонгук. Это Чонгук, который обращается к Ким Тэхёну. Скромному батану.       Хотя Чон выпалил это на эмоциях, ведь он не знал и не мог знать фигуры Тэхёна, потому что никто не знал и не видел. Тот постоянно носит оверсайз одежду на три размера больше, поэтому создаётся впечатление, что он в весе. Да и у Чонгука нет особо негатива к полным людям, есть только по отношению к Киму.       Этот только зародившийся диалог прерывает учитель, который орёт, а после начинает кашлять, явно сорвав голос. Чон отворачивается обратно к доске и весь вздрагивает от крика.       – ЧОН ЧОНГУК! Вам это не надо? А точно, вы же у нас все знаете, не горите этой математикой, и сдавать вам это все зачем? Правильно, давайте мешать остальным! Еще и матерится во весь голос, глядите! Может, повторишь, всё то, что я сказал? – его голос был злым, совсем не тот тон, который обычно звучит в классе, когда кто-то ведет себя неподобающе. Кажись, учитель не очень относится именно к Чонгуку. И даже уважительное «Вы» поменял на «ты».       – Извините, Хван Джонхо, я немного отвлекся и не слышал ваших слов, – а в голове у него нет ни капли жалости, всё это просто хорошая актерская игра в его словах. Чонгук слегка поворачивается назад, замечая боковым зрением увлеченно смотрящего на доску батана, после потёр больное место у лопатки. Этот парень, хоть и выглядит хрупким, но ручку вставить может хорошо (как бы это двусмысленно не звучало).       Преподаватель ничего не ответил на это, он каждый день слушает эти оправдания от этого ученика, Хван лишь шумно вздохнул, глянул на Чон Чонгука и Ким Тэхёна за ним, заглянул в планирование и, очень странно, необычно улыбнувшись, сразу поднял взгляд снова на них. Чонгук уже был в своих мыслях, забыв даже то, что его только что отчитали.       – Для того, чтобы хоть немного улучшить мое мнение о вас и получить допуск к экзамену, - начинает Хван Джонхо, выделяя последние слова особенно, – вам придется поработать в парах над проектом. Тема у всех будет своя у каждого, и выбираю пары я.       Учитель нахмурился, слыша крики с разных точек класса о том, кто с кем хочет быть в паре. Видимо, большинству очень нравится работать таким образом, чем решать обычные примеры у доски, и с дрожащими ножками ждать какого-то одобрения и правильности у Хвана. Выпускной класс, в конце концов, надо немного разминать бока и подлизываться к учителям, чтобы те хоть как-то помогли на экзамене. Но вот после последних слов Джонхо крики прекратились.       – … Минхо и Наён.. Мин Юнги и Пак Чимин и Чон Чонгук.. ты будешь с Ким Тэхёном. Надеюсь, хоть у него удастся ещё и подтянуть тебя. Но никаких «работай сам». Чонгук, я отдельно у Тэхёна спрошу, что сделал именно ты в проекте, даже лишь прочитать у тебя не выйдет. Понял? И это касается всех. Не отлыниваем. У вас есть месяц.       Звонок прозвенел прямо на последнем слове учителя. Чонгук напевал себе в голове песенку и вряд ли он слышал последние сказанные слова учителя про «проверку того, что сделал сам парень». Все начали собираться в столовку, в классе стало шумно. Чон снова облокотился назад, чтобы передние ножки стула поднялись по уровню вверх. Лицо у парня было как всегда уверенное, серьезное. Стоит сказать, что у нашего Чонгука ахуенное тело, спортивное, мощное, ведь он спортсмен, всегда участвует в соревнованиях по физре, занимает призовые места. Школа гордится парнем лишь в этом. И большинству девушкам нравится он, но для Чонгука их «любовь» к нему - не любовь, ведь считает, что это из-за его образа «бэд боя», на который так яро клюют все девочки и, конечно, из-за тела и внешности настоящего актера или же модели. Но вся эта тема Чону не интересна.       Чонгук встал со своего места, ведь вспомнил, что сейчас время обеда, и, конечно, он не терял даром время и обратился к его «напарнику» на ближайший месяц. Хотя, Чон, конечно пиздец как не рад этому.       – Эй ты, Ким, слышал, чё сказал господин Хван? За месяц делаешь проект, я читаю.       Тэхён начал собирать свои вещи, он не желал ни с кем общаться, хотел по быстрее пойти в столовку первее всех, чтобы никто из одноклассников и сам Чонгук не придумали что-то новое, чтобы унизить Кима у всех на глазах. Признаться, ему было действительно неприятно, но он никогда не показывал этого, он был спокоен. Конечно, Тэ ни какая-то мямля, он может и ответить и съязвить, даже ударить, но не делает этого. Не тратит свои силы. Ким умён не только в математике и биологии, но и знает, что если не реагировать на издевательства, то на эту дурацкую затею быстро забьют. Так было всегда. И при этом, почему-то всё равно начинали вновь спустя время. Скучно им живется.       Его планы о быстром побеге вмиг оборвались, когда он услышал голос своего «врага». И почему Хван Джонхо выбрал в качестве его напарника Чонгука? Какие такие грехи Ким совершил? И что делать с ним он тоже не знал.       Класс опустел, в нем остались лишь Юнги и Чимин в другом конце класса, которые ворковали друг с дружкой и совсем другого не слышали и не замечали, поэтому Ким расслабился, ведь почувствовал некое спокойствие, что никого нет, и можно ответить достойно Чону (Чимин и Юнги не в счёт, они заняты). Наконец-то Тэ подал свой голос, который, стоит признаться Чонгуку, был его неплохим шармом. Единственным. Мягкий, глубокий баритон, признаться, только у него был такой низкий приятный голос из одноклассников и его знакомых. Конечно, грубый голос ещё и у Юнги, но он совсем не такой как у этого батана. Как только Чонгук слышал, что отвечает Ким у доски, он прикрывал глаза и перед его лицом был его кумир Ви, известная фотомодель с прекрасными чертами лица и харизмой. Чону хотелось, чтобы у Ви был такой голос. Хотелось бы, но тот его никогда не раскрывал , ничего не говорил, на интервью не ходил, лишь письменно отвечал, онлайн. Одна большая загадка этот парень, над которым следит довольно приличное количество зрителей по всему миру.       – Извини, но я не собираюсь прикрывать твой зад и говорить, что ты что-то там делал. Сам слышал, о чем меня просили, я скажу как есть, и мне будет всё равно, если ты и твои дружки, снова выльют суп мне в портфель или что-нибудь ещё. Забавно наблюдать за новыми тупыми попытками поддеть меня, – грубо, всё так же своим баритоном проговорил Ким. Тэхёну нечего терять, в последний год учебы особенно, особенно, когда осталось буквально пять месяцев до окончания этих блядских одиннадцати классов.       Чонгук знатно охренел от такой уверенности парня, даже на пару секунд опешив от слов и замечая заинтересованный взгляд Юнги и Чимина. Видимо не один Чон охренел.       – Слышь, блять, ты каким тоном со мной разговариваешь? Остались одни в классе типа, и всё, почувствовал себя королём? Поверь, не в мою смену, к сожалению, в твоем случае, никогда, – Чон старается, поддевает, выводит на эмоции, кайфует от этого, но не видит никакой отрицательной, да и вообще какой либо реакции на чужом лице. – И мы, кстати, не одни тут, пусть видит твой позор эта парочка.       Парень указывает пальцем на сзади сидящих ребят, которые, не желая слушать это, уходят. Пусть Юнги и лучший друг Чонгука, но характеры у них разные. Юнги никогда не встревает в конфликты и тем более не начинает их. Тэхён быстро поворачивается назад, хмыкает и выпаливает на одном дыхании:       – Поверь, я знаю, что они здесь были, но я не боюсь твоих дружков. И вообще, нам тут следует работать вместе, а не гавкать друг на друга. Проект сам себя не напишет.       – Ты серьезно думаешь, что я буду что-то делать? Ещё и с тобой? Я ясно дал тебе понять, что пишешь ты, и не хочу ничего слушать, ты мне противен, как и все по типу тебя, – Чонгуку надоел этот разговор, поэтому он шустро собирает рюкзак и быстрым шагом направляется из класса вон.       – По типу меня? Это из-за того, что я хорошо учусь, ношу очки или тихий? Это все причины?       Чон останавливается практически у двери в другом конце класса, смотрит спокойно, но с ноткой неприязни на Кима.       – Всё верно, а ещё ты подлиза. Сосёшь и отлизываешь всем учителям за пятёрочки, да? Ты вообще посмотри себя, каким ты вырос, как одеваешься то в свои семнадцать лет. Что-то больше чем учебники и парты, ты в своей жизни видел?       – Ты мыслишь стереотипно, Чон, – спокойно выдаёт Ким, даже не смотря на собеседника.       – Давай гудбай, батан.       Чонгук выходит из класса. Нечего ему делать что ли, кроме как разговаривать с Тэхеном в обеденную перемену? Еда для него всё-таки важнее. Чон быстро спускается по этажам вниз, забегая в огромный дверной проём – там находилось всеми любимое место для учеников и студентов.       Чонгук оглядывается, смотрит, как почти все столы были занятыми компашками или учителями. Парень берет свою порцию и видит недалеко одиноко сидящего Юнги, и как ни странно, без Чимина. Было весьма удивительно, но раз уж так, то Чон рад. Ему необходимо поговорить об этой ситуации со своим другом без лишних ушей в виде Пака.       – Привет, я подсяду? – дурацким голосом проговаривает это, едва ли сдерживая смех.       – Что-то имеешь против лгбт? – сразу подхватывает Юнги, улыбаясь уголком губ, осматривая всю тушку Чонгука, и после моментально восстанавливает свой привычный покер фейс.       – Братан, мне поебать, но странно, что ты сейчас без Пака, чё с ним? – Чон сразу приступает к своей еде, жадно уплетая, будто не ел несколько дней, и изредка смотрит на Юнги. Он просто слишком любит поесть, но из-за постоянных нагрузок и диет не всегда может насладиться.       – Мы умудрились посраться по дороге в столовую, в итоге он вообще не захотел есть. Забей, ничего такого. У него иногда бывают заскоки подобные.       – Я и не собирался слушать эту историю о твоем конфликте. У меня проблемы куда серьезнее, – немного эгоистично думает Чонгук, но ладно.       – Дай угадаю, Тэхён? Да я слышал все, хуево, что учитель Пак прокусил твою фишку «ничего не делания». Ты влип, чувак. Что планируешь делать? – Юнги наконец доедает свою порцию, поднимая взгляд на друга, складывает руки на груди и вскидывает бровь, наблюдая за тем как непринужденно выглядит Чонгук. У него же вроде проблемы, по его словам серьезные, но выглядит так, будто пустяки и он должен был просто привлечь внимание своего «каменного» друга.       – Как это что? Всё, как и всегда. Ничего.       – Ладно, я всё равно никак не повлияю на тебя, верно? – в ответ он видит лишь кивок и продолжает: – Делай, что хочешь, но что-то мне подсказывает, в этот раз так просто не получится выкрутиться. Это вся проблема? Её вроде даже и нет, ты же просто планируешь делать по-своему как всегда.       – Дело даже не в самом проекте, а в том, что Кима поставили со мной в паре, он меня так раздражает, не представляешь. Хочется врезать. Кажется, я скоро не сдержусь и действительно сделаю это.       – Почему тебя он так бесит? Вроде тихий парень, не лезет к тебе, я бы вообще забыл о его существовании, если бы не ваши приколы на уроке.       – Да он блять меня заебал одним своим видом. Я вообще планировал круто провести новый год впервые за долгое время, а тут бац, и проект нужно писать. И да, я говорил, что не буду делать ничего, но зная этого батана, он будет постоянно доёбываться. Он найдёт способ, ради оценок сделает всё. Настроение тупо портит. Уже испортил.       – Чонгук, вот ты так отзываешься о Тэхёне, но ты вообще что-то знаешь о нём от него самого? Ты говорил с ним лично? Может, если он хоть и не станет твоим другом, то вместе вы сработаетесь и сделаете проект? Твоя судьба тут тоже решается, я серьезно, – тихо, спокойно проговаривает Юнги, стараясь логически размышлять, оценивать две стороны медали и не находиться ни на чьей стороне. Юнги хороший друг, в который раз подмечает Чонгук после «заумных» для него слов.       А действительно, что Чонгук знает о Ким Тэхёне? Только то, что тот является батаном, носит оверсайз одежду, на физре переодевается в отдельности от всех, очень тихий, заучка и любимчик учителей? А еще то, что тот является братом довольно успешной фотомодели Ви. Единственная фотомодель парень, за которым Чон следит. При этом не являясь геем. «Они не похожи» – думает Чонгук. Для него Ви и Ким Тэхён это как его любимые компьютерные игры и математика. Где, что стоит в его жизни? Да, Чону нравилось следить за Ви, точнее за его работами, за хорошей игрой на камеру ничего более!! А вы о чем подумали? А вот у Тэхёна… Он был противоположностью. «Как так может быть вообще, что братья не похожи ни в чем?». Тэхён даже эмоций не показывает, всегда спокоен как удав. Иногда является жертвой издевательств в школе, где Чонгук был нападающим, но Ким тогда даже глазом не моргнул! Да и еще постоянно ходил в маске, но не ускользнет то, что у парня синяки под глазами. Чонгук думает, что он ее носит, чтобы не позорить своего брата-звезду еще больше, потому что и дурак поймёт, что внешность у Кима не модельная.       Не дожидаясь ответа друга, Юнги собирался уходить, ведь шумы, которые были в столовой, его не утешали, скорее даже раздражали, да и он должен был найти своего парня-истеричку.       – Ну, тебя ждать? Идёшь? Чонгук. Умер блять? – хлопнул по плечу Чонгука, который действительно был в своих мыслях, но как пришел в себя, удивленно посмотрел на Юнги и кивнул. Оба встали и сразу увидели, как в столовую заходит Чимин и быстрым шагом, почти бегом, подходит к парням.       – Чонгук, там господин Хван Джонхо, он тебя на пару слов взять хочет сейчас. Подойди.       – Чего? Что ему от меня нужно? Я собирался уже домой валить.       – Я чё знаю? Просто сказал передать тебе, он выглядит злым.       Чонгук тяжело и недовольно вздыхает, закидывает рюкзак на плечо и, попрощавшись с Юнги, пошёл к кабинету математика.       Почти у двери он видит, как стоит учитель, сложив руки на груди, и серьезно смотрит на идущего впереди Чонгука к нему.       – Да, господин Хван? Вы что-то хотели?       Хван Джонхо ничего не ответил, лишь подозвал рукой в его кабинет, сел на свое место, смотря на парня.       – Итак, Чонгук, после сегодняшнего решается твоя судьба пребывания в этой школе. Я думаю, мы должны договориться, ведь оно тебе не нужно, вылететь отсюда, правильно? Я знаю тебя уже давно и лишь, когда увижу твою заинтересованность в моем предмете, я смогу помочь на экзамене. В другой школе вряд ли такая халява будет. Именно поэтому я поставил тебя с нашим лучшим учеником. Но видя то, как ты не горишь желанием, к сожалению, тебя ждет лишь неприятная выписка твоей характеристики и прощай школа. Разве это сложно, Чонгук? Даже решать ничего не надо. Лишь проект, плюс ты его будешь делать не один. Твоё ужасное отношение к Тэхёну, оскорбления… не думаю, что отец, мать и бабушка тебя учили именно этому, – моментально выплевывает преподаватель, смотря серьезным взглядом на парня.       Чонгук слушает учителя, который прямо тараторит, еле поспевает, улавливает информацию, сидит еще пару секунд после небольшого монолога Хвана и ахуевает. Как он узнал про оскорбления? На уроке ничего такого он не мог слышать, а их откровенный разговор в классе был вместе с Чимином и Юнги, никого другого в классе. Но еще больше кольнуло со слов «бабушка». Хван Джонхо знает про это происшествие в жизни парня, но все равно будто давит на него специально. Это пиздец низко.       – Я понимаю всё это, но вряд ли у меня получится, слишком тяжело, я ничего не знаю, – врёт Чонгук, потому что причин, почему он не хочет, слишком много и это далеко не эти.       – Тэхён - хороший мальчик, приятный собеседник и товарищ, это я точно знаю…       «Сосёт что ли Ким реально? Или приятный собеседник и товарищ это для таких стариков учителей, как господин Хван?» - спрашивает сам у себя в голове Чонгук, зарываясь в свои мысли.       – … не разочаровывай свою семью, не разочаровывай сам себя, Чонгук. Если что-то сделаешь по проекту вместе с Тэхеном, могу гарантировать то, что поставлю три за экзамен. И мне и тебе не хочется приходить в середине лета на пересдачу. Тебе же не нужны проблемы, не хочешь же ходить постоянно к директору.       Чонгук вспоминает слова о бабушке. Она ведь действительно учила его всегда доброму, хорошему, она хотела лучшей жизни парню, да и что вообще таить, она учила маленького Чонгука математике, ведь была учителем по этому предмету, и он даже ее начинал понимать. Чон решил, что согласится. Парень вообще чувствует себя хуево теперь, ему стыдно перед бабушкой.       – Я сделаю, всё, что есть в моих силах, но не из-за ваших слов, а из-за семьи.       – Вот это правильно, Чонгук.       Стоило ли Чонгуку говорить про ненависть к Тэхёну? Видимо не посчитал нужным, ведь он его так нахваливал, что, казалось, если он откажется от такого напарника, то ему сразу двойку поставят. Сразу видно – любимец Хвана Джонхо. Аж противно. Но если бы и сказал, то возможно ему поменяли бы пару? Возможно. Ведь учителю могло быть неважно с кем, главное сделать. Но о втором варианте парень так и не догадался, ведь его мысли были заняты воспоминаниями своего детства.       Как только Чонгук вышел из кабинета, он позвонил Юнги, но на экране высветилось «Линия занята» и буквально через 5 секунд он видит сверху сообщение.       Братан Юн: Ты идиот? У меня урок блять. Я же не ты, ходишь постоянно где-то.

Вы: Юнги-хён, я был у математика, он мне мозги выебал.

      Братан Юн: Нихуя себе, это 4 раз, когда ты называешь меня хёном.

Вы: Ты считаешь, серьезно? И вообще какого ты проигнорил мою вторую часть сообщения?

      Братан Юн: Прости Гук :) Хочешь поговорить о том, что было? Давай только через 40 минут.

Вы: Базара нет. В раздевалке физры встретимся.

      Чонгук отложил телефон и начал думать. Обо всем. О своей жизни, о том, что он делает. Даже курить сейчас не хочется. Хочется накуриться, выпить ящик пива или еще чего покрепче и забыть обо всем. Но вместо этого парень лишь идет на внутренний двор школы, решая немного прийти в себя и решить, что делать с этим ебанным проектом.       Сейчас Чон только об этом думает. Будто у него нет других своих дел, планов. «Что за херня? – шипит сквозь зубы Чонгук, резко закидывая голову, вздыхая тяжело. – Нужно будет посидеть с пацанами, выпить, а то от учебы у меня голова треснет».       Так проходит почти сорок минут, парень всё так же сидит на лавочке на улице, в теньке, смотрит на часы и понимает, что вот-вот звонок и надо идти.

***

      Юнги отрывается от своего конспекта, как только слышит этот противный звонок на перемену, смотрит на своего соседа по парте, Чимина, и начинает говорить негромко:       – Чим, Чонгук попросил подойти, если чё пока без меня.       – Ну вот, ты снова к Чонгуку и вообще ты слишком много времени с ним проводишь, – обиженно промычал Чимин, явно показывая недовольство своим видом.       – Чего? Это что ревность? Чимин ты издеваешься? Он мой друг, а раз я ему нужен, то я пойду, не устраивай сценки, сегодня-завтра я весь твой, – Юнги наклонился к своему парню, мягко целуя в щеку, от чего Чимин удивился и заулыбался. Ведь редко бывает такое, что Юнги сам проявляет инициативу каких то «касаний губами» на людях.       – Юнги, ты знаешь, что я тебя люблю? – видит перед собой кивок и добавляет: – Мне надо заскочить к матери помочь, это очень важно, поэтому на физре меня не будет, если что предупреди.       – Почему мне кажется, что ты сказал, что любишь по причине того, что хочешь, чтобы я отпросил тебя с урока? – с ухмылкой произнес парень, вставая со своего места. – Хорошо, давай, будь аккуратен, когда освободишься - напишешь или позвонишь.       Чимин улыбнулся Мину, почти бегом вылетая с класса, он даже не дождался того, чтобы Юнги провел его. Ну и ладно, Юнги так проще и быстрее добираться до раздевалки, чтобы ещё не получить от своего друга. Ему на сегодня и Чимина хватает.

***

      – И в общем, всё было так. Это меня так разозлило Юнги, пиздец. Ладно, я пожаловался, но теперь мне надо срочно договориться с ребятами собраться у кого-то выпить завтра. Ты сто проц должен будешь пойти, можешь своего паренька захватить, без него же не пойдешь.       Юнги переодевается в спортивную форму, слушая уже готового Чонгука. В раздевалке они были одни. Никто не желал задерживаться там, как делают это, например, девочки из его класса. (+ там еще и безумно воняло)       – Чонгук, ты ведешь себя как баба, что за нюни ты пустил из-за этого Тэхёна, мне тошнить хочется.       – Ты слушал меня вообще? Дело не в этом батане блять. А в том, что тот ублюдок учитель решил ахуенно вспомнить моё прошлое и надавить этим. Это не законно!       – Реально как девочка. С каких пор ты так реагировать стал?       Чонгук еле сдерживает свою злость, чтобы не накинуться на Юнги, да, бывало такое, что парни не делили что-то в детстве или же спорили и имели разные взгляды. Всё это доводило до драк, иногда серьезных, иногда нет. Чонгук напряг кулак максимально, чтобы боль не сильно чувствовать и врезал в стену, рыча низко своим голосом. Юнги знатно ахуел, дёрнулся и удивленно посмотрел на друга. Чон был весь красный как рак. Неужели Мин так сильно его разозлил? Но его мысли в голове прервала открывающая в раздевалку дверь и вошедший в неё Тэхён. Он с кем-то говорил и явно не замечал, что здесь кто-то был. Юнги и Чонгук стояли в углу раздевалки, далеко от входа, так что с первого раза даже можно не увидеть их, если не издавать звука.       Тэхён, уже переодетый в спортивную форму, берёт свои вещи, собирает их в пакет у одной из лавочек, стоя спиной к парням.       – Бля, директор, это что прямо сейчас нужно? Вы знаете, что я занят. Попозже заскочу к вам на чаёк, ха-ха.       Тэхен говорил совсем по-иному. Его голос стал еще глубже, серьезнее, чем он говорил, например, в школе с кем-то или у доски. Ким не осматривался (а зря), ему реально было не до этого, он был слишком вовлечен в разговор. Чонгук и Юнги стояли, смотря друг на друга, не понимая ничего, и молчали. Но Тэхён продолжил говорить. Очевидно, ему отвечали за время паузы.       – Раз так важно сейчас, то окей, но тогда вы говорите с учителями по поводу моего отсутствия. А то, что Ким Тэхён может сказать? Ха-ха.       Он специально будто выделяет свою фамилию и имя, но парни не знают для чего. Они вообще ничего не знают и не понимают.       Тэхён проронил последнее «ага, давайте, скоро буду» и кинул трубку. Ким всё еще не видел, что здесь кто-то был и не увидел. Он просто взял вещи и ушел прочь. Двое переглянулись, начиная ржать. Один громче другого.       – Блять, отвечаю, он сосёт у директора. А я говорил! – кричит еле разборчиво от смеха Чонгук.       – Ты слышал голос по ту сторону? Мне кажется, что это очень молодой парень. Точно не наш директор или кто-то из учителей…