Смысл

      В чём смысл приветствий? Приветствие – это способ начать диалог с человеком, которого ты видишь впервые за этот день. Если диалог начат, то он должен быть как-то продолжен. Чтобы продолжить диалог, нужно понимать, что говорить дальше. Тело диалога должно быть содержательным. Иначе каждое из предыдущих действий утрачивает свой смысл. Хайтам никогда не понимал, для чего нужны приветствия, за которыми не следует диалога. Почему кто-то вдруг решил, что приветствовать людей, с которыми ты не планируешь дальнейшее взаимодействие прямо сейчас – это хорошо и правильно? И почему все остальные вдруг поверили этому чудаку, считая отсутствие приветствия при любом, удобном и не очень, случае какой-то грубостью или даже глубочайшим неуважением?       Впрочем, в функционировании социума бессмыслиц всегда было полно. Взять даже хотя бы извинения. Извинения приносили за свои оплошности, за случайности, за вещи, которые можно было исправить и за то, что было абсолютно безнадёжно. Хайтаму эти слова уже славно набили оскомину за те годы, что он работал в Академии. Казалось, что извинения должны были играть роль некой социальной индульгенции, искупления грехов. Сделал что-то неладное? Извинись. Тебя простят, а последствия твоих действий уже, вроде как, и не твоя забота. Это раздражало. Каждый раз, когда к секретарю жаловали люди с извинениями за любую из возможных и невозможных оплошностей, он, недолго думая, разворачивал их восвояси, отправляя отвечать за свои проступки и разгребать последствия. Брать на себя сверхурочную работу он не собирался, а глупые бессмысленные слова извинений не сбавляли её объёмов для того, кто их бы принял.       Для этих лишённых смысла социальных взаимодействий Хайтам всегда был слишком тяжеловесным. Каждое слово, сказанное им, имело вес, имело значение. Каждое слово было словно выточено на каменной скрижали. Оттого люди, приходившие к нему, уходили, будто гружённые грудой камней.       Если бы не авторитетное положение, Хайтам давно бы стал нерукопожатным изгоем в обществе, в котором ему “посчастливилось” находиться. И он бы был этому несказанно рад.       Хайтам презирал столь легкомысленное отношение к словам. Презирал то, что словами разбрасываются так, словно они не имеют никакой ценности. И в то же время, часто, в социальном взаимодействии он ощущал себя абсолютно беспомощным. Как назло, он всегда был очень чувствителен к смене коммуникативного климата. Он прекрасно считывал эмоции людей, даже если те старательно их скрывали. Он видел, как люди уходили от него глубоко огорчёнными, обиженными, загруженными. Но сделать с этим ничего не мог. Для него была неясна природа данных переживаний, потому как он говорил всё начистоту и не видел смысла в сокрытии или приукрашивании правды. Часто его преследовало чувство, будто его где-то обманули.       Будто у каждого человека, кто встречался ему на пути, была книжка, руководство по социальному взаимодействию, в котором было расписано всё до мельчайших подробностей: от смысла приветствий до чётких вариантов ответа на бессмысленные вопросы. У него этой книжки не было, но самым краешком нерациональной части своего сознания он верил в конспирологическую теорию о её существовании. Потому что рациональному объяснению это не поддавалось.       “С этим миром что-то не так», - каждый раз проносилось в голове секретаря, когда он снова замечал, что его слова вывели собеседника на негативные эмоции, - «Нет, что-то не так со мной», - опровергал он себя же в своих мыслях следом.       Логика подсказывала, что со всего, окружающего его, общества не мог быть прав один лишь Хайтам. Дефекты это удел меньшинства. И Хайтам в этой ситуации определённо был меньшинством.       Всё менялось, когда секретарь возвращался домой. Вырвавшись из бесконечной поруки социальных взаимодействий он, наконец, оказывался вне всего этого алогичного бессмысленного кошмара. И жизнь вновь приобретала смысл.       Вот книга на столе в его кабинете. Она лежит здесь потому, что секретарь начал разбор синтаксиса содержащегося в ней текста и ещё не успел закончить с ним, потому что некоторый второй обитатель этого дома постоянно отвлекал Хайтама на какую-то сумятицу. На которую секретарь, к своему же удивлению, с азартом отвлекался, изображая полнейшую незаинтересованность.       Вот статуэтка странной формы из необычного цвета дерева. Она стоит здесь, на видном месте, чтобы вызывать раздражение и негодование у одного конкретного обитателя этого дома. Хайтам усмехается от одной мысли о том, как в очередной вечер его взору и ушам снова предстанет этот концерт.       А вот и сам второй обитатель этого дома. Кавех. Святило Кшахревара. Он находится здесь потому, что… Потому что без него в слове «дом» не было бы никакого смысла.

***

- Эй! Ты снова не убрал за собой книги, Хайтам! Аргх! Когда же ты уже приучишься к хоть какому-нибудь порядку в своём же собственном доме?! Хайтам улыбается. Да. Это и есть он. Смысл.