Игра морали

Половину дня я бездумно каталась по городу в попытке привести своё состояние в более-менее стабильное расположение духа, и ожидая ответа от Чонгука. Он молчал, видимо, из-за занятости на съемках, и мне всё же пришлось остаться наедине со своими мыслями. Вновь и вновь прокручивать в голове диалог с Юджин и содрогаться от мысли на запрет встреч с Чимином. И пусть наша повседневность не была наполнена постоянными встречами и контактом, за время проведённое на съемках шоу я слишком сильно к нему прикипела. Да и ко всему — запретный плод сладок, что ещё больше побуждало моё желание увидеться с ним. Нет. Вру. Мне просто была необходима его поддержка и понимание, что мои чувства для него — не пустое место, ведь меня страшил даже допуск мыслей о подобном. Не хотелось даже предполагать, что наши взаимоотношения в действительности окажутся игрой с уже готовым планом, о котором мне рассказывал Хосок. Но даже если и так, плевать — что-что, а вот в отношении мужчин, я привыкла добиваться своего. Авантюризма мне тоже не занимать, учитывая, как легко я решилась на встречу сразу же после предостережения Юджин. Но в планах у меня сделать это максимально аккуратно и безопасно. Быть может, в другом случае, я бы выдержала это наставление, но не сейчас, когда вокруг меня и внутри царил хаос. Конечно, если учитывать первое предостережение Юджин и её хитрый план прознать о наших с Паком отношениях благодаря отправлению меня на съёмку, то задача слегла усложнялась. Но я не привыкла сдаваться, когда мне действительно что-то нужно. А сейчас мне нужно узнать всё, что творится в голове у Чимина. Да. Я могла лишиться этой работы, тем самым рискуя остаться без времени на завоевание Пак Чимина. Но его загадочность, как и скрытность всех вокруг, нервировали настолько, что самым лучшим и желанным вариантом в этой ситуации оказалось идти ва-банк. Я кружила по городу, не понимая, куда податься. Разглядывала сотрудников офисов в костюмах, идущих на обед. Одни из них весело хихикали, переговариваясь между собой, другие же понуро склоняли голову, следуя в ближайшие едальни, и мне волей не волей вспомнились свои детские мечтания, о которых говорил отец. И действительно, ранее мне и правда хотелось развить свою карьеру, стать похожей на своего отца, идти с ним нога в ногу, сетуя на то, что именно так я смогу получить больше любви и ценности. Но с поступлением в университет, моя жизнь поменялась. Чем старше я становилась, тем больше привыкала к тусовкам, свободе и вольности. Бросалась в авантюры, некоторые из которых прикрывал отец Джиу. Словно разрешая себе не быть идеальной. Заполняла свою повседневность походами на шоппинг, встречами с подругами, лишь бы не оставаться наедине с собой. И плюнула на всё. Сейчас же Джиу уже взялась за ум, устроилась на работу, прекратила частые вылазки в клуб и, видимо, вступила в отношения. А я по-прежнему искала что-то, что может отвлечь от мыслей о собственной, как сказал отец, безответственности. Терялась, путалась, совершала глупости. И теперь они, как снежный ком, набравший скорость свалились на меня сверху. Приземляя и открывая глаза на собственную неуверенность в себе. И полное отсутствие понимания целей. Хотя нет, одна у меня была — Пак Чимин, вот только погружаясь в него, я забывала обо всём остальном. Но окружающие не забывали. Свет светофора переключился на красный и я взглянула на оживлённую улочку с пустующим коммерческим зданием. Стеклянные окна тянулись до пола, открывая вид на небольшое пространство, в котором ранее, возможно, была кофейня. На стекле висел листок с номером и кричащей надписью «Аренда», и я хмыкнула. Вспоминая как мы с Джиу до самого вечера сидели в разных кафешках около университета, коротая время за учебой или обычными житейскими разговорами. Я обожала это время, обзавелась списком самых любимых и уютных мест, и уже подумывала заглянуть в одно из них, когда на телефон пришло ответное смс от Чонгука: «Он позже позвонит. Всё нормально?» Я поджала губы, продолжая ехать, но уже взяла направление к дому. Внимание Чонгука прельщало, и мне даже слегка хотелось встретиться с ним, чтобы поговорить, как тогда. В наш первый диалог в гримёрке, пока он ожидал готовности остальных участников. Так открыто и дружелюбно. Без масок и притворств. Он не судил меня, но рядом с ним я судила сама себя. Оценивала и сопоставляла с пониманием «правильности». Рядом с ним, хотелось соответствовать его лёгкой наивности, чистоте и при этом силе. Но я не могла. Неслась к тому, с кем не надо было соответствовать, копаться в себе, расти. К тому, с которым было всё просто в авантюрах, тусовках, но сложно в сближении. С Чимином, я могла открыто показывать все свои стороны, и не тянуться к светлой. Забывала о гранях морали, отдаваясь алкоголю, поцелуям, ласкам, утехам — забывала об осторожности. И самое смешное, что он тут не при чём. Он не склонял меня ни к чему, не настаивал. Я и впрямь как мотылёк, ослеплённый бликом и светом, тянулась к нему, забывая обо всём вокруг, а он просто разрешал быть рядом. Но внутри меня всё ещё теплились надежда и даже лёгкая уверенность, что он хотел того же. И мне не представлялось возможным усмириться в этой тяге, пока не найдётся подтверждение моим надеждам. «Спасибо. Да, всё окей», — отправила я Чонгуку, как только припарковалась возле дома. И выдохнула, распластавшись на сиденьи. Он не соврал, буквально минут через десять моей прострации со взглядом в одну точку на мой телефон поступил звонок с неизвестного номера, и я тут же приняла вызов: — Алло? — Хёна? — послышался уточняющий голос Чимина, и внутри меня запорхали бабочки. — Да, привет. — Что-то случилось? — Мне нужно с тобой встретиться, — твёрдо проговорила я. — По какому поводу? Что такое? — Хочу поговорить. Это важно. Пак явно задумался на несколько секунд. — Я сейчас на съемке. А потом хотел отдохнуть. — Давай я приеду к тебе домой после? — ни с того ни с сего осмелела я в своих предложениях. — Нет, — прочистил горло Чимин и замолчал. Заметив резинку для волос, завалившуюся под сиденье, я достала её и начала задумчиво покручивать в руке, ожидая продолжения. — Давай встретимся в отеле? — В отеле? — в непонимании переспросила я. — Да, там есть подземная парковка. Я замешкалась, проворачивая резинку в пальцах. Отель — не то место, где бы я хотела вести серьёзные разговоры с Чимином. Но и выбирать не приходилось. — Да, хорошо. Во сколько и где? — Давай через два часа. Я скину тебе адрес в смс. — Хорошо. Я скинула вызов. И, вздохнув, взглянула на новое сообщение с адресом. Неужели, хоть что-то хорошее за этот суматошный день. В предвкушении встречи, я выскочила из машины и побежала к дому, наводить полный марафет. Чимин видел меня только с минимумом косметики и в спокойной тёмной одежде, чего требовали от младшего персонала. И теперь мне выдался шанс показать себя во всей красе. Я подкрутила волосы, постаралась над макияжем и надела приталенное чёрное платье, дополняя его шпильками. А вишенкой на торте, стал просторный пиджак, накинутый на плечи. Выбрала самые приятные духи и была готова уже за полтора часа. Благодаря сборам я немного отвлеклась, сбавляя свою напряжённость, а предстоящая встреча с Чимином заставляла всё больше позабыть о насущных проблемах и пустить в полёт фантазии. Этот шаг, что я сделала, попросив его номер, мог послужить новой отправной точкой в наших взаимоотношениях, и эта мысль грела душу. Я вышла из дома и, сев в машину, отправилась по указанному адресу. Чимин был прав: многоэтажный отель в деловом стиле, явно мог послужить укрытием от лишних глаз, особенно с учётом подземной парковки с выходом к лифтам. Я уже знала номер комнаты и поэтому смело поднялась на одиннадцатый этаж. Постукивая своими каблуками по паркету, прикрытому тонким ковром. И, остановившись у нужной комнаты, посмотрела на себя в зеркало. Убедившись в свежести своего взгляда и целостности макияжа, постучала в дверь. За ней спазу послышались копошения, и писк оповестил об открытии. — Привет, — кивнул Чимин, отходя и приглашая войти. — Привет, — тихо проговорила я, ступая на ламинат небольшого коридорчика, и взглянула на Пака. В моей голове между нами уже завязалось начало отношений. Поэтому его безучастность и ожидание, пока я разуюсь, со скрещенными руками на груди воспринимались, ну, слишком уж холодно, и это раздражало. — Даже не поцелуешь меня в знак приветствия? Губы Чимина расплылись в ухмылке. — А ты за этим сюда пришла? — Я пришла поговорить, — скинула шпильки я, разочарованная, что даже не получила комплимент. — Не слишком ли ты красиво выглядишь для обычного разговора? — Пак сделал несколько шагов вперёд, до меня донёсся аромат его парфюма, заставляя позабыть о прошлом раздражении. — Больше похоже, что ты пришла на свидание, — шёпотом проговорил он, отодвигая прядь моих волос за ухо. — Обычно я так и выгляжу, вне работы, — попыталась запротестовать я в ответ на его суждение, хоть оно и было правым. Вот только когда мягкие губы накрыли мои в сладком поцелуе, мне резко захотелось сдаться и согласиться со всеми его высказываниями. Чимин утягивал меня в негу обволакивающей мягкости, еле заметно увеличивая темп. И внутри меня разливалось желание, туманящее разум. Откидывая все причины моего визита. Только лишь он. — Так лучше? Хорошее приветствие? — Чимин оторвался от моих губ, и я сглотнула. — Да. — Вот и замечательно. Будешь виски? — он прошёл в просторный светлый номер. По левой стене находились коричневый стол с зеркалом и мини-баром, но, видимо, он не требовался в этот вечер. На столешнице уже стояла открытая бутылка виски, кола и два стакана. Получив мой кивок согласия, Пак разлил чистый алкоголь по стаканам и, взяв свой, отправился в одно из кресел посреди номера рядом с журнальным столиком. Дальше следовала только кровать. Ничего больше. Ничего лишнего. Чимин сел внутрь тёмно-бежевого тканевого кресла, закидывая ногу на ногу. В чёрных узких джинсах, белой рубашке и свободном пиджаке, он выглядел как джентльмен. И только хищные искры в его глазах выдавали настоящую натуру. Чарующую меня и неимоверно влекущую. От одного вида, как он вскидывал головой, поправляя свои черные волосы, и как обнажал запястье, чтобы взглянуть на часы из белого золота, я сглатывала, борясь с неистовым желанием оказаться с ним как можно ближе. Чувствовать его дыхание на своей коже и упиваться его страстью. Я подошла к столу и перевела взгляд на открытую, но не тронутую колу, провела пальцем по крышке и выдохнув, забрала со столешницы стакан с чистым алкоголем. — Меня отстранили от работы, — выдала я, ягодицами облокачиваясь на стол. Чимин сделал глоток и слабо качнул головой в странной гримасе принятия моих слов как факт. — За что? — Подумали, что я твоя фанатка и фотографировала тебя во время сьёмок. — А что ты делала на самом деле? — Смотрелась в камеру. Как я выгляжу, — насупилась я и, сделав глоток, поморщилась от обжигающего чувства в горле. Напряжение от желания выбивало из колеи, не позволяя мыслить здраво. Я опрокинула весь стакан морщась и налила себе ещё один. Чистый алкоголь вкупе со стрессом действует намного быстрее — этого я не учла, поэтому сделала ещё глоток. Пак усмехнулся. — Зачем? — Я же девочка! — фыркнула я, не желая выдавать истиной причины. Ведь она заключалась в самом Чимине и желании ему понравиться. — Ты всегда хорошо выглядишь. И на работе, — томно произнёс он пробегаясь взглядом по моим изгибам. — А сейчас подавно. — Спасибо, — смущённо проговорила я и, оттолкнувшись от стола и удерживая стакан в руке, медленно прошла через комнату к кровати, оглядываясь. Искры от его желающего взгляда летали по помещению, распаляя меня ещё больше. Казалось, что в комнате стало душно, но кондиционер работал исправно. Глаза в глаза. Мы понимали, чего хотели оба. И хоть я пришла сюда за разговором, не могла отказаться от столь манящего желания оказаться ближе. Чимин встал и подошёл медленно, без напора. Его аура сексуальности вместе с потемневшим взглядом давили настолько, что ноги подгибались, вынуждая сесть на кровать. Мой стакан с недопитым виски больше не волновал и занял своё место на прикроватной тумбочке. Чимин присел на стул напротив, прожигая меня взглядом и в этот миг, вспыхнули щеки. Ощущение полной наготы застилало разум, словно под гипнозом, я следила лишь за его взглядом, что медленно спускался по моим ногам и возвращался к лицу. Наблюдала за плавными движениями запястья, когда он делал очередной глоток из гранёного стакана. Он молчал. И его немая тишина была красноречивее, чем самые развратные жесты. Я сглотнула, замечая это Чимин усмехнулся. Отставил стакан и приблизился ко мне, наклоняясь и заглядывая в глаза. — Почему ты так на меня смотришь? — бросил новую провокацию он, пуская волну мурашек по коже. — Хочу тебя, — резко выпалила я, удивляя себя, но не Чимина. Он отстранился, оставляя меня в непонимании и, скинув свой пиджак, резво пересёк расстояние между нами, впиваясь горячим поцелуем. Его губы настойчивые, требовательные и неимоверно сладкие. И сладость эта растекалась внутри меня, ещё сильнее стягивая узел внизу, заставляя желать его ещё сильнее. Я чувствовала себя пойманной мышью в мышеловке. Но не пыталась выбраться, продолжая тянутся за кусочком сыра. Чимин ухватил меня под бедра и, пока я обхватила его ногами, уперся коленом в матрас, укладывая меня удобнее. Его хищный взгляд безудержного желания все ещё метался по моему лицу. И нёс мне понимание, насколько Чимин возбужден. От одной только мысли, что я являюсь причиной этого желания, дурнело в голове. Я тонула в собственных фантазиях, ощущениях его горячих рук, пробивающихся под кофту, упивалась сладкими поцелуями на шее и в этих действиях находила подтверждение теории о его чувствах. А может быть, и влюблённости. Нам было хорошо вместе. Одежда вмиг оказалась лишним элементом и полетела на пол, больше не разделяя наши тела. Тихие стоны вырывающиеся из моей груди заполняли комнату. И без особых прелюдий Чимин по-хозяйски завладел моим телом. В несколько секунд ускоряя темп настолько, что я переставала слышать всё вокруг, кроме собственных стонов, сердцебиения и пошлых звуков грубого секса. Позволяя Паку делать всё, что он хочет, я сама терялась в ощущениях от его напора, вызывающего испарины на лбу. Кожа вмиг стала влажной, волосы липли к лицу, а чужие губы искали мои для поцелуя. Ещё немного и волна наслаждения готова была накрыть меня с головой. Так и произошло. Я расплылась по белым простыням отельного номера, и Чимин сделал временную передышку, довольный собой. — Нравится быть со мной? — впопыхах задал абсурдный вопрос он, и я захлопала ресницами. — Ты же видишь. — Я хочу услышать. — Конечно, — потянулась за поцелуем и, получив быстрый чмок, вновь упала на кровать от продолжения ритмичных движений. — Я рад, — усмехнулся мне в ухо Чимин и, сделав ещё пару толчков, замер, упираясь головой в подушку, тяжело дыша мне в шею. Я расплылась в улыбке, покусывая нижнюю губу и уже предвкушая наш предстоящий разговор о соединении, как пары. И плевать на запреты Юджин, когда дело касается влюблённости. Чимин, лег на бок и, расправившись с защитой, потянулся за своим стаканом с виски. — Черт, пустой. — Возьми мой, — кивнула я в сторону тумбочки. — Да нет, — поднялся с кровати он, натягивая белье и штаны, а затем и оделся полностью. — Я налью ещё. Тебе налить? — получив мой кивок согласия, он пальцами захватил наши стаканы и отправился к открытой бутылке виски. Я расплылась в улыбке и потянулась за своим бельём и одеждой. Наблюдая, как Чимин разливает алкоголь по нашим стаканам, и совершенно не жалела о содеянном. Только лишь укреплялась в теории о нашей крепчающей связи и в том, что нам нравилось находиться друг с другом. Пусть Чимин и соблюдал дистанцию, мне совершенно не хотелось отступать от своей цели. В этих вопросах я не привыкла проигрывать, а мои растущие чувства, служили топливом для активности и взращиванию терпения в отношении Пака. Да. Вокруг таилось уж слишком много загадок. Но мне было плевать. А вот убедиться в чувствах Чимина несказанно хотелось. Полностью одевшись, я подошла к столику на котором уже ожидал стакан с виски и, забрав его, села в кресло, оглядывая задумчиво медленно попивающего Чимина. — Ты могла и просто сказать, что соскучилась, — улыбнулся он. И потерявшись в своём желании быть рядом, наслаждаясь моментом, я и сама позабыла о цели визита. — И это тоже. Но на самом деле, я хотела поговорить. — О том, что тебя отстранили из-за недоразумения? — вскинул одну бровь Пак. — Ну, вообще-то это важно. — Я не спорю с этим, — округлил глаза Чимин и затем расслабился, — но полагаю, что есть что-то ещё. — Ты знал, что кто-то распустил о нас слух? — О чём? — О нашей связи. Об отношениях. — Об отношениях? — нахмурился он. — В стаффе? — Да. — Ну, — он задумчиво покачал головой, что-то прикидывая, — слухи есть слухи, но вообще, это не очень хорошая новость. Надеюсь, это не просочится дальше, — как-то слишком обыденно проговорил Чимин. «Слухи есть слухи» жужжащей пчелой засело в голове, я совершенно не поняла, что Чимин имел ввиду своим высказыванием, и от этого стало тревожно. Мои представления могли слишком сильно разнится с реальностью, и пока я думала, что мы находимся на финальной ступени перед входом в отношения, он мог думать совершенно иначе. — То есть это просто слухи? — с удивлением переспросила я. — Ты же сама так сказала. — Я думала, — нахмурилась я и тут же была перебита: — Что ты думала? Чимин расслабленно откинулся на спинку кресла, и я сглотнула. Тревога нарастала слишком быстро, а мне так не хотелось его терять, что я выдохнула, пытаясь собраться с силами. — Что между нами что-то есть. — Что-то? — изогнул бровь он, укладывая руку со стаканом на спинку дивана. — Между нами и правда есть, но, скорее всего, ты имеешь ввиду отношения? Постучав пальцами по ткани кресла, я поджала губы, собирая всю свою решимость: — Если можно так сказать, то да. — М, — кивнул Чимин, задумчиво отпивая виски, и почесал бровь, явно подбирая слова, — это не моё. Быть может, пока что. Быть может, и вовсе. Извини, но я хочу быть честным с тобой, и как бы грубо это не звучало, между нами нет отношений, в правильном понимании этого слова. Я словно получила удар под дых. Хотелось встать и уйти, обиженно кинув что-то напоследок, но это означало самой собственноручно от него отказаться. — Звучит так, как будто есть в каком-то другом, — усмехнулась я. — Да. В другом есть. Я не обещаю тебе каких-то обязательств и говорю честно, что если захочу, буду общаться с другими девушками. Прости, — поджал губы Чимин, покачивая головой и вновь подбирая слова. — Мне с тобой очень хорошо. Мы как друзья, которые находятся на одной волне и имеют привилегии. Но как девушка, ты вряд ли будешь единственной, но, если мы продолжим, ты точно будешь первой, — сделал ещё один глоток Чимин и, дёрнув стаканом, уточнил: — На первом месте. — Первой, — проговорила я в слух больше для себя и снова усмехнулась. — Потому что я ближе всех? Работая с тобой? — Это кстати, тоже удобно, — улыбнулся Чимин. — Хёна, — позвал меня он, придвигаясь ближе, — ты же сама понимаешь, мне не нужны отношения. Но и я тебя ни к чему не принуждаю, ты вольна сама принимать решения, выбирать, и я уважаю твой выбор. Хочешь, будем продолжать тусоваться, но без каких-то статусов. Не хочешь, — всплеснул руками Пак, — это твоё решение. Я хмыкнула, немного опешив, и покачала головой, пытаясь переварить вышесказанное. И при этом, уже в этот же момент понимала, что не готова отказаться от Чимина. Губительная любовь мотылька, которым я себя ощущала, вновь и вновь влекущая меня к яркому Пак Чимину, играла злую шутку. Но я в который раз была готова рискнуть, опалить свои чувства, продолжая этот танец псевдо отношений. — И пускать ближе ты меня не хочешь? — Что ты имеешь ввиду? — Когда я спросила тебя о любви и прочем, ты не ответил. — Ах это, — кивнул он, — это может осложнить наше общение. Я выдохнула и ладонями зачесала волосы назад. — Я тебе хоть нравлюсь? — Хёна, — улыбнулся Чимин, — неужели ты думаешь, что я сплю со всеми? Да, ты мне нравишься. — Но, видимо, недостаточно для отношений, — буркнула я себе под нос. — Что? — Нет, ничего, — я сглотнула подступающие слёзы и расплылась в улыбке. — Тогда продолжаем тусить. — Хорошо, — глаза Чимина засветились мягкостью и дружественностью. Он подлил мне ещё виски. — Только надо всё же быть аккуратнее со стаффом. — Угу, — кивнула я, разглядывая гранёное стекло. — А со многими ты так дружишь? — Хёна, — насупился он. — Ладно, — отмахнулась я. Обескураженная, но не желающая отступать. Я находилась в полнейшем замешательстве: отстранение на работе, наказ отца, а теперь ещё и Чимин, обрубивший все мои фантазии, от которых я совершенно не хотела отказываться. Ранее витающее между нами желание и симпатия сменились моей неловкостью. Я продолжала попивать алкоголь, погрузившись в себя, а вот Чимин выглядел вполне расслабленным. Звонок телефона прервал вереницу моих мыслей, я взглянула на имя абонента и приняла вызов: — Слушаю, Суа. — Хёна, а ты как умудрилась забыть кошелёк в офисе? Юджин велела тебе передать. Я и сама не понимала, как умудрилась оставить его там. Видимо, он выпал, пока я негодовала из-за речей начальницы. — А ты в офисе? — Пока да, но мне надо ехать по делам. Могу оставить у охраны, заедешь? — Да. Скоро приеду, — выдохнула я, понимая, что там все мои карты и наличка. Я скинула вызов и взглянула на Чимина, попутно вызывая такси. — Мне нужно в офис. — Да, я слышал. Мне тоже уже пора, — поднялся с кресла он. — А куда ты? — с интересом выпалила я и осеклась. — Ах, да, это, наверно, тоже нельзя узнать? — Нет, почему. Поеду встретиться с друзьями. — Ладно, — поднялась я. — Я тоже пойду. Я стиснула зубы, ожидая, поцелует ли Чимин меня на прощанье после нашей встречи или всё окончательно кончено. Но он пересёк расстояние между нами, обнимая меня за талию и прижимая к себе. — Ты ведь не обижаешься? Ты же сама любишь тусоваться, думаю, тебе и самой это не нужно. — Я такое впечатление произвожу? — удивилась я. — Хёна-а-а, — протянул с улыбкой он, — я не об этом. Я думал, мы сошлись на этом фоне. Смс о прибытии такси отвлекла меня от разговора, и я взглянула на телефон, а потом снова на Чимина: — Типо того, — кивнула я, готовая взвыть в этот же момент, и получила мягкий поцелуй в губы, вновь возвращающий мне весь трепет по отношению к Чимину. Слишком сложно от него отказаться. Особенно после ощущения что мы вот-вот станем ближе не только физически. Но замешательство, что дымкой повисло надо мной, с ощутимой тяжестью давило. Всё стало слишком запутанно, и звонок Суа стал для меня словно спасательный кусочек острова в океане. Мне следовало хорошенько подумать, прежде чем принимать какие-то решения. Это касалось не только Чимина, но больше всего волновал именно он.