Ангел дьявола

Врата в Рай отворились от сильнейшего порыва ветра, который нагнал на небо тёмные густые тучи, и стражи, стоящие неподалёку, ужаснулись и схватились за небесные мечи, чтобы начать отбиваться от тех, кто пришёл явно не с благими намерениями. — Я разберусь, любимый. Вару хитро улыбнулась, поправив шлейф чёрного платья, и без тени страха зашагала вперёд под одобрительный взгляд Харучиё, а уже через несколько секунд стражи лежали на земле — грешный ангел отправила их души в небытие одним лишь взглядом сияющих янтарных глаз, поразив своей силой, смешанной с демонической. И хоть силы у Вару было намного меньше, чем у Санзу, она была внушительной для всех существ хоть Рая, хоть Ада. — Умничка, — Санзу выставил руку вперёд, обхватывая пальцы девушки, и притянул её к себе. — Теперь нужно добраться до старикашки. В глазах обоих блестел огонь азарта, и хоть Вару по-прежнему было страшно за своё существование, доверие и чувство безопасности рядом с Харучиё не располагали к открытому выражению страха. Она уже давно видела в его глазах, что принадлежит только ему, и он никогда и никому не позволит даже прикоснуться к ней. Они последовали к резиденции Бога, больше схожей на замок из того же камня, из которого была построена библиотека, и каждый, кто пытался стать у них на пути, вмиг падал замертво, а его душа отправлялась в небытие. Такая сила была неподвластна пониманию ангелов и демонов, но Харучиё и Вару уже успели её обуздать. — Подожди меня здесь, ангелок, — он склонился к Вару, заправляя пшенично-рыжую прядь волос за её ухо и оставляя на нежных губах поцелуй. — Я должен сам разобраться с ним. Покидать возлюбленную не хотелось, но несмотря на то, что рядом с ней Санзу практически врастал в землю, он сделал шаг к резиденции, оставляя всех, кто попробует вмешаться, на Вару. — Я справлюсь, — она обернулась через плечо и улыбнулась, обнажая новые длинные клыки. — Всё же я не такая святая, как истинные ангелы. Харучиё ухмыльнулся с такого заявления и продолжил путь, оставляя Вару позади. Коридоры были на удивление пусты, словно те, кто охранял резиденцию, сбежали в страхе или были отозваны, но для демона это было только на руку. Дверь в главный зал была снесена с петель ударом ноги, и на пороге, сквозь поднявшуюся пыль от повреждённых камней в дверном проёме, появилось существо, схожее на ангела и демона одновременно. Бог приковал к силуэту взгляд, но собственным глазам поверить никак не мог. То, что он видел, не могло существовать на самом деле из-за него самого. Не мог существовать метис с крыльями от ангела и демона, рогами и нимбом над головой. Но это существо было прямо перед Богом, а стоило ему подойти ближе, как он узнал в силуэте Санзу, что ещё сильнее перевернуло его представление о мире и впервые за много веков заставило испытать удивление. — Ты... как это понимать? Харучиё обнажил острые клыки в хищной улыбке, больше похожей на оскал, его голубые глаза вспыхнули пламенем, а рука обнажила острый меч, отлитый из собственной крови со смесью крови Вару.

***

Несколькими днями ранее

— Я знаю, что нам нужно делать. — О чём ты? — Вару подняла на Харучиё плачущие глаза, чувствуя, как его ладонь оглаживает перья её крыльев. — Раз новый метис никак не может родиться на этот свет, то, — он выделил одно перо, белое как снег, и огладил, чувствуя мягкость и шелковистость, — мы создадим его из нас самих. От абсурда, озвученного Санзу, Вару подняла голову и упёрла ладони в мужскую грудь, сверяя смесью бурлящих эмоций взглядом. — Скажи уже, что конкретно ты задумал. — Мы обменяемся одним крылом, и ты одолжишь мне нимб. Таким образом ангельское и демоническое начало смешаются в одном существе, раскрывая новую силу. А перед этим мы создадим оружие из стали и крови ангела и демона. Вару слушала как заворожённая, не в силах поверить, что Харучиё и правда предполагает совершить нечто подобное, что она никогда не могла и представить. Но раньше она и представить не могла, каким ужасным человеком была при жизни и что не настоящий ангел, а потому даже предположение обменяться крыльями уже вызывало не шок, а слегка истерический смешок. А затем она поднялась на ноги, нехотя выползая из жадных горячих объятий своего демона. — Пойдём, — протянула она руку, которую Харучиё тут же взял, и одним взглядом спросил "куда?". — Изготавливать оружие.

***

Меч сверкнул серебром в солнечных лучах, проникающих через окна, которые ещё не успели заволочь тучи, что не могло ускользнуть от глаз создателя. Ему хватило одного взгляда, чтобы понять, из чего был сделан меч. — Решил, что убить меня так просто? — заговорил он утробным голосом, который отразился в голове Харучиё, и встал из-за стола, наконец отложив записи. — Вот и проверим, — коротко ответил демон и стремительно ринулся вперёд, добравшись до цели за один короткий взмах крыльев, одно из которых по-прежнему принадлежало ему, а второе сияло бело-серыми перьями при том же солнечном свете, как и уже слегка матовый нимб над рогами. Бог увернулся в последнюю секунду, и меч вонзился в стену за ним, из-за чего Санзу зарычал, но не сдался. Не мог сдаться после всего, через что они с Вару прошли. Не мог проиграть после того, как видел её боль и слёзы.

***

Двумя днями ранее

— Готов? — Давай уже, ангелок, — Харучиё глубоко вздохнул, стараясь не концентрироваться на вот-вот нахлынувшей боли, а затем всё тело будто попало под разряд тока, когда Вару вырвала его крыло. Он подавился вздохом и вцепился ногтями в матрас кровати, разрывая его, пока в лопатке болезненно пульсировала вытекающая из раны кровь. — Прости, прости меня! Вару испуганно прильнула к обнажённому торсу демона, не зная, что делать и просто желая забрать его боль, чтобы Харучиё стало легче и вырванное крыло перестало отзываться болью в спине и всём теле. Кажется, впервые она почувствовала жалость к тому, кому причинила боль, и какой же это был парадокс, ведь Санзу был не невинным человеком на земле, которого она убила ради денег, а сущим дьяволом в аду, убившим её. — Всё в порядке, милая, — он прижал девушку к себе ближе, стараясь не думать о том, что она следующая, но их план нужно было завершить до конца, а Вару должна была лишиться одного крыла как можно скорее. Они поменялись местами, и теперь ангел села на колени у кровати и положила руки на матрас, где заметила рваные дыры от ногтей. — Готова? — она не успела даже кивнуть и сделать подготовительный вдох перед тем, как потеряла часть себя в сопровождении резкой боли, сравнимой с вырыванием зубов без анестезии, и громкого крика, резанувшего по душе Санзу сильнее, чем потеря собственного крыла. Вару заплакала и припала грудью к кровати, закрыв лицо, а Санзу с полминуты стоял над ней, держа в руках крыло с кое-где окровавленными перьями, и в тот момент окончательно понял, как ему дорога эта девушка, раз даже её крик боли так на него действовал. — Тише, милая, — Харучиё наконец склонился ниже, привлекая к себе Вару, и та тут же бросилась в его объятия, заключая шею в кольцо из рук и утыкаясь носом в плечо. В его руках было тепло и уютно, и даже боль не так сильно чувствовалась, что ещё раз убедило в правильности выбора по отношению к Санзу. Вару была счастлива, что выбрала его. — Больше никто не причинит тебя боли, даю слово, — шептал Харучиё, гладя девушку по волосам. — Слово, данное тебе, я не нарушу. Пойду против бога, но тебе не совру. — Знаю, — она улыбнулась, подняв голову и оставив на шраме в уголке рта лёгкий поцелуй, а затем заглянула в глаза, которые уже стали самыми любимыми на свете. — Можешь пообещать, что справишься? — Конечно, — ответил Харучиё не задумываясь, и такой уверенный ответ заставил спокойствие разлиться по венам Вару. — Вставай, нам ещё крылья пришивать. Её улыбка сквозь слёзы дала ещё больше сил противостоять создателю, и, чтобы всегда видеть Вару счастливой, Санзу был готов на всё, даже устроить на Небесах, земле и в Аду апокалипсис.

***

— Вот, значит, как, решил нарушить условия сделки, — тяжело выдохнул Бог, ударяя в Санзу потоком своей энергии, которая должна была его ослепить, но демон закрыл себя мечом, сумевшим впитать поток силы и засветившимся серебром. — Я бы не сделал этого, не скажи ты убить мою женщину, — оскалился Харучиё, чувствуя, как поток божественной энергии проникает в него через меч, делая сильнее и в то же время ослабляя. Он вновь вскинул оружие и без колебаний напал, завязывая легендарную битву с самим создателем, которая меньше чем через минуту разрушила здание высвобожденными потоками энергии с обеих сторон, и битва перенеслась на руины, под уже полностью затянутое серыми густыми тучами небо, из-за чего казалось, что в Раю вот-вот наступит ночь. Харучиё безжалостно орудовал мечом, нанося удары и заставляя противника отбиваться, тем самым теряя энергию, которую он забирал себе, но всё равно чувствовал, как выдыхается и как на теле и крыльях иногда появлялись раны от пропущенных ударов. — Хару, — уже порядком ослабленный демон услышал родной голос, но не смог обернуться, чтобы не выпустить Бога из поля зрения, но самой кожей почувствовал, как Вару на него смотрела. В её глазах был животный страх за жизнь Санзу, но в душе теплились надежда и вера в его силу и способность победить. — Ты обещал! — крикнула она, срывая голос, и хоть Харучиё и не видел её, но знал, что она тоже уставшая и кое-где раненная после битв, но всё же не так сильно, как он, что вызывало радость. — Ты обещал, что справишься, так выполняй! Вару прокричала это из последних сил, которых и так было не слишком много, по сравнению с ним, и рухнула на колени, оперевшись руками в землю, чтобы не упасть полностью. А её слова подарили Санзу второе дыхание, и голубые глаза загорелись ещё пуще прежнего, ослепляя почти так же, как аура Бога, сгущённая вокруг него. Он уловил изменения и уже приготовился вновь отбиваться, хоть неизвестность в голове, которой никогда не было, ведь Бог знал всё, подсказывала, что исход не в его пользу. Меч и божественная энергия снова схлестнулись, и два силуэта утонули в ослепляющем свете, скрывающем их от посторонних глаз. Вару сильно зажмурилась и закрыла лицо руками, не в силах выдержать настолько яркое сияние, исходившее с места, где только что стоял Харучиё. Ветер продолжал усиливаться, небо темнеть, а земля задрожала, как предвестник чего-то недоброго, но Вару не сдвинулась с места. Она бы не ушла без Харучиё, который боролся за её жизнь и их будущее. — Хару, — прошептала она в пустоту, всё так же не в силах открыть глаза, а вскоре почувствовала, что свет становится слабее. — Что... Природа по-прежнему не унималась, но свет, сгущённый вокруг демона и Бога, ослабевал. И причину этому Вару поняла лишь тогда, когда смогла вновь рассмотреть их силуэты. Силуэт Санзу, слабо стоящего на ногах и опиравшегося на чужое плечо, и Бога, согнувшегося из-за меча, которым демон его пронзил насквозь. Божья кровь капала на землю, моментально испаряясь, а Харучиё смотрел на это как зачарованный, всё так же сильно сжимая пальцы на рукояти меча, вспоминая, как первый раз убил человека подобным орудием ещё на земле. — Это конец, старик, — сказал он на ухо Богу, резким движением вытащил меч из тела и отошёл на два шага. — Ты не ведаешь, что творишь, демон, — прохрипел он из последних сил, закрыв рукой кровоточащую рану. — Равновесие... — и не договорил. Тело упало на землю, создатель издал последнее издыхание, и на его лице навеки застыло изумление. Санзу же, едва стоя на ногах, поманил остатки энергии рукой точно так же, как однажды поманил душу Вару на земле, из-за чего она умерла, и в него впиталась сила, а тело Бога испарилось, словно его никогда и не было. — Харучиё! — крик Вару был всё ближе и ближе, но демон слышал его как через толщу воды и понял, что теряет сознание. Тело с крыльями от ангела и демона, рогами и нимбом рухнуло ровно на место, где до этого лежал поверженный противник. — Харучиё, эй, эй, что с тобой? Его всего трясло как от сильнейшей лихорадки, а по ощущениям разрывало изнутри и выедало внутренности кислотой. Вару переложила голову Санзу к себе на колени, зафиксировала ладонями трясущуюся голову и взглянула в глаза, свет в которых становился всё ярче и ярче, из-за чего девушка поняла, что происходит. — Тело не выдерживает такое количество энергии... С уст сорвалось осознание, а в душе разросся страх потерять, ведь если она ничего не сделает в ближайшие секунды, то Санзу буквально разорвёт на кусочки. Но Вару не знала, что делать, в той книге ничего об этом не было написано, а потому ответ ей искать было негде, что породило отчаяние. — Вару, — хриплый голос будто вовсе не принадлежал Харучиё, до такой степени ему было плохо. Но всё же рука через силу поднялась к лицу ангела и нежно, насколько он мог, погладила по щеке. — Поцелуй меня... — Ты же обещал... — из глаз брызнули слёзы, попавшие на лицо демона, и Вару готова была поклясться, что её точно так же разрывает, но от боли и осознания, что хоть они и победили, вместе им не быть. Она склонилась к Санзу, накрывая его губы своими и вкладывая всю свою нежность и любовь в этой поцелуй, который оба уже нарекли последним, и таким образом прощались друг с другом. Но божественная энергия, переполняющая Харучиё после убийства Бога, нашла другое вместилище и поделилась на две части, одна из которых перешла к Вару через этот поцелуй, наливая её тело силой, отбеливая посеревшие перья на ангельском крыле, выращивая на голове такие же рога, какие были у Санзу, и создавая над головой новый светящийся нимб. Энергия разделилась на две части, вместившись в два тела полностью, не переполнившись и не разорвав сосуд, а залечив все раны и породив сияющую ауру вокруг тел, но не светлую, какая была у Бога, а красную, словно кровь. Эта аура различала их от обычных ангелов и демонов, ставила на другой, высший уровень, неподвластный больше никому другому. Когда Вару отдалилась и открыла глаза, на неё уже смотрел улыбающийся своей коронной хитрой улыбкой никто иной, как демон Санзу Харучиё, прозванный дьяволом, от чего её сердце забилось быстрее, а сама она бросилась к нему на шею, заключая в крепкие объятия. — Не думала же, что я так просто умру? — спрашивал Харучиё, поднимаясь на ноги и утягивая за собой Вару, крепко держа за талию и поглаживая по волосам, на пару мгновений задержавшись на новых рогах и испытав восторг. — Я же обещал, что справлюсь. — Ой, замолчи уже, — нахмурилась ангел и, ухватившись двумя руками за воротник чёрного одеяния Санзу, притянула его к себе, заключая теперь уже в жадный поцелуй, сминая и покусывая губы, а пальцами зарываясь в спутанные розовые волосы. Мужчина умилялся такой реакции, но позволял Вару вести, подстраиваясь под её движения и даже не пытаясь перехватить инициативу. Ей он был готов позволить доминировать над собой, но только ей одной, ведь теперь Вару не просто его королева, а новая богиня, как и он — Бог, и вместе теперь они имеют власть над Раем, Адом и землёй, став двумя самыми могущественными существами, поглотившими божественную силу. Ветер вокруг стих, перестав развеивать их волосы и перья на крыльях, но всё небо по-прежнему было в густых облаках, которые из серого медленно переходили в красный цвет. Землетрясение утихло, но земля кое-где разверзлась, создавая прямые ходы из Рая в Ад и тем самым соединяя верхний и нижний мир. Равновесие не просто пошатнулось, а и вовсе исчезло. Мир изменился до неузнаваемости. Новые боги, изначально заслуживавшие Ад, это знали, но на данный момент им было не до нового мироустройства, ведь наслаждение друг другом стояло выше, а со всем остальным они разберутся позже, взяв власть в свои руки и встав на вершине мира, погрязшего в апокалипсисе после смерти Бога. Началась новая эпоха, властителями которой стали дьявол и ангел дьявола.