Демоны живут напротив ворот храма

      - Итак, куда мы приехали? – Дракен с подозрением смотрел на сестру, оглядывающуюся по сторонам.       Курохэби сообщила, что ей нужно забрать свои вещи, раз уж ее временно пристроили в дом Сано. И теперь вся компания, кроме Мицуи (уехал, сославшись на скучающих сестер), остановилась напротив многоквартирного дома в спальном районе.       - Ну что ты, братец, мы в Шибуе, не узнал, что ли? Ваши байки мне все портят, конечно, - Куро нервно закуривала, всматриваясь уже в окна здания: – Уезжали бы вы, я сама могу добраться. Тебе все равно не понравится все, что будет дальше.       - Почему-то я ей сейчас верю. Может реально свалим? А то к Па не очень хочется, поймите правильно, - Баджи быстро понял, что к чему.       - Я хочу посмотреть, никогда не видел домушников в деле, - беззаботно рассмеялся Майки.       Дракен все еще пытался осознать ситуацию и свое отношение к происходящему, но дал себе обещание не судить Куро, пока не узнает, как она пришла к такой жизни:       - Забирай вещи. Мы подождем, - Кен отвел взгляд на дорогу.       - Дело ваше. И я не домушник. И Баджи прав, если что, все вместе на нары пойдем, - попыталась припугнуть Куро, получив скупое угуканье в ответ.       Куро случайно узнала, что жильцы одной из квартир уехали в отпуск. А окна этой квартиры весьма удачно выходили в переулок, и при должной грации туда можно было попасть. Именно там ночевала Куро последние три дня. Утром хозяева должны вернуться, и Куро, разумеется, не хотела, чтобы они заметили ее присутствие.       Она, прихрамывая, перебежала дорогу. После поездки на байке нога ныла сильнее обычного, что усложняло все дело. Услышав в спину: «Трость забыла», чертыхнулась и змеиным шепотом посоветовала заткнуться. Нырнула в тень дома и сняла туфли, чтобы шум каблуков не выдал ее присутствия. К туфлям сложила цепочку с декоративным крестом, звеневшим при каждом движении. Куро бесшумной тенью забралась на мусорный бак, опиравшийся на нужную ей стену. Перепрыгнула (громче, чем хотела) на каменный забор, прилегавший к зданию, зацепилась за выступ в стене и, подпрыгнув, зацепилась уже за отлив. Подтянулась на руках (со стороны парней кто-то удивленно присвистнул), присела на отлив и вцепилась одной рукой за оконную раму. Она уже вскрывала это окно ранее, поэтому сейчас достаточно было его толкнуть.       Запрыгнув внутрь, Куро первым делом поставила свою единственную сумку с вещами на подоконник, и бегло осмотрела квартиру. Убедившись, что ничего не оставила, Куро скинула сумку вниз, вылезла наружу, прикрыла за собой окно до щелчка, и спрыгнула на забор, спружинив на одной ноге. Травмированную правую ногу было больно сгибать, и Курохэби научилась балансировать на левой. Подхватив сумку, Куро снова повесила украшение на шею, обулась и перебежкой вернулась к парням.       - Можем ехать и, на всякий случай, лучше побыстрее, - закинув сумку на сидение за спину Майки, Куро еще раз оглянулась, чтобы убедиться в отсутствии наблюдателей в окнах. Затем подмигнула Майки: - В сумке вся моя небогатая жизнь, отвечаешь головой.       - Ты же не прихватила лишнего? - хмурился Дракен.       - Не задавай вопросов, на которые не хочешь знать ответ, - нравоучительно ответила Куро. Проследив за желваком на лице брата, Курохэби решила быть помягче: - В этот раз не прихватила. Поехали.       Долго уговаривать не пришлось. К моменту, когда три байка долетели до дома Майки, Куро уже была готова выть от боли в колене. Она привыкла скрывать физическую боль, и с каждой секундой следовать привычке становилось сложнее.       - Дед на соревнованиях с учениками, дома только Эмма, - начал рассказывать Майки. Указав на пристройку, продолжил: - Я живу там. Дракен сегодня тоже останется. У тебя есть планы на завтра?       - Думаю, после таких поездок никаких планов построить нельзя, - проворчала Куро, пытаясь незаметно помассировать колено. Бросив неудачные попытки, Курохэби сняла трость с байка, и тяжело на нее оперлась, скривившись от собственной слабости.       - Я понял. Пойдем в дом, Эмма наверняка приготовила ужин. Баджи, ты с нами?       - Не, я домой, мама уже волнуется скорее всего.       - Тогда приходи завтра.       - Майки, с возвращением! - На пороге дома появилась Эмма: - О, ты с Дракеном? Ой, и с Курохэби…       Эмма явно стушевалась, когда заметила брюнетку. Баджи наклонился к Куро и тихо сказал:       - Вот видишь, у всех от тебя мурашки.       Куро беззлобно усмехнулась и шутливо стукнула Баджи в плечо.       - Добрый вечер, - Курохэби вежливо поклонилась Эмме: - Мы так и не познакомились. Зови меня Куро, пожалуйста. Сегодня меня привезли сюда переночевать, но, если ты против, я с радостью развернусь и уйду.       - Сбегать – это твое кредо по жизни? – подошел к девушкам Дракен.       - Эмма не против компании, правда? – Майки уже снимал обувь в доме.       - Да-да, конечно не против, просто неожиданно, - размахивая руками, затараторила Эмма. Ей также, как и Майки, было важно настроение Дракена. После появления Куро в больнице, Кен был подавленным, а сейчас, стоя рядом с сестрой, выглядел хоть и напряженным, но радостным. Эмма хотела бы, чтобы Дракен был веселым как можно чаще, и, если для этого нужна была Курохэби – значит хорошо, если она будет рядом: - Проходи, пожалуйста, не стесняйся.       Куро снова вежливо кивнула и прошла в дом. Оставив обувь, Куро последовала за Майки, который проводил ей экскурсию. Дракен заметил, что без каблуков Куро ходила на цыпочках. Ему было странно замечать новые привычки Куро, хоть он и понимал, что за девять лет она ими обросла бы в любом случае. Было что-то грустное в том, что Дракен не знал, как эти привычки сформировались.       - Куро, ты будешь ужинать с нами? – Эмма уже гремела тарелками на кухне.       - Нет, спасибо. Я бы воспользовалась ванной и легла спать. Тебе чем-то помочь?       - Нет-нет, я справляюсь. Майки же показал, где ванная? Тогда иди, когда захочешь.       Вежливо поклонившись всем, Куро удалилась.       - Спасибо, Майки, - оставшись наедине с другом, Дракен устало провел ладонью по лицу.       - Я рад помогать друзьям. И надеюсь подружиться с Куро.       - Есть ощущение, что ты единственный, кто хочет с ней подружиться, - усмехнулся Дракен.       - Я бы тоже хотела поладить, - Эмма расставляла тарелки: - И Баджи как будто уже нашел с ней общий язык. Есть в ней что-то отталкивающее, но мне кажется, что Куро хороший человек.       Парни тактично не стали упоминать, свидетелями чего стали буквально полчаса назад. За ужином время пролетало быстро, и от непринужденных разговоров компанию отвлек приближающийся стук трости в коридоре.       - Прошу прощения, не хотела мешать. Эмма, возьми, пожалуйста. Надеюсь, что они тебе не понадобятся, но все же извини за возможное беспокойство.       Куро протянула беруши. Эмма сглотнула и приняла «подарок». Дракен осмотрел сестру. Его внимание привлекла бархотка, которая все еще была на шее Курохэби. «Она вышла из душа переодевшись в широкую футболку и спортивные шаровары, но также надела украшение. Еще один вопрос, который нужно будет задать».       - Спасибо за гостеприимство и доброй всем ночи, - откланялась Куро и ушла в выделенную ей комнату.

***

      - Юная Курохэби, ты хорошо справляешься со всеми дисциплинами. Я смотрю на силуэт директора Ичиро, который по-доброму улыбается мне. Мы в его кабинете, тускло освещенном настольной лампой. Между нами большой деревянный стол, за которым сложно рассмотреть директора, но я слышу улыбку в его голосе.       - Спасибо за похвалу, я стараюсь быть хорошей ученицей, - я кланяюсь, сидя на коленях.       - Это радует, да. Думаю, ты готова к новому учебному предмету. Надеюсь, ты будешь изучать его с таким же рвением, - директор поднимается над столом, и я вижу, что его улыбка не добрая. Она предвкушающая.       Я слышу шорох за спиной и оборачиваюсь. Вокруг меня темнота подвала, и я знаю, что смотрю на крысу, хоть и не вижу ее. Каждое движение отдает болью, и я стараюсь дышать через раз. За шорохом следует писк, и я понимаю, что крыс несколько. Я пытаюсь их отпугнуть, махнув рукой, и из глаз тут же брызнули слезы боли. Я снова собираюсь в комок. В таком положении не так сильно болят ребра. Только правую ногу не могу согнуть. Опухшее колено белеет в темноте словно что-то инородное. Мне мерещится движение впереди и, подняв взгляд, я вижу мимолетный блеск маленьких черных глазок крысы, грызущей мою ногу.       Я пытаюсь закричать, но голос не выходит из горла. Я хватаюсь за шею и чувствую влажный провал под пальцами. Вся ладонь в темно-красной жидкости. Я не хочу думать о том, что это. Мне кажется, что если я об этом подумаю, то умру. Я с трудом дышу и концентрируюсь на том, чтобы ползти. Сквозь шум в ушах я слышу голос директора:       - Я тебя из-под земли достану, чертова сука!

***

      Курохэби распахнула глаза. Одежда липла к телу, от частого дыхания пересохло в горле. По саднящему ощущению Куро поняла, что снова кричала во сне. Она перевела взгляд на часы. Уже наступило утро. Сегодня она смогла поспать немного дольше обычного.       Курохэби знала, что больше не уснет, и, прихватив с собой трость, пошла на улицу. Свежий воздух и сигарета помогали проснуться, выветрить остатки кошмаров из головы и взять себя в руки. Еще вчера вколотое обезболивающее помогало, и Куро оперлась на трость уже на земле, чтобы не разбудить Эмму.       Наслаждаться утренней тишиной помешали глухие ритмичные звуки, разносившиеся по улице. Куро пошла на шум. «Додзе Сано» гласила надпись на отдельно стоящем небольшом здании. Дверь была открыта, и Курохэби решила, что это, разумеется, приглашение.       - Ты мог бы попытаться, Майки, - Дракен стоял, оперевшись на стену. Неподалеку сидел на матах Баджи, и только Майки сосредоточенно отрабатывал удары на груше.       Куро отметила про себя, что и ее брату, и Баджи очень шли завязанные в хвосты прически. Сама Куро забыла даже собрать волосы на ночь, чтобы не путались, а с утра и подавно еще не пыталась расчесаться.       - Казутору еще можно образумить. Или мне хочется в это верить, - вздохнул Баджи. Куро решила вмешаться:       - Кажется, мне становится очень интересно, кто же этот Казутора.       - И долго ты еще будешь подкрадываться?! – вскрикнул от неожиданности Баджи.       - Слушай, я и так шумная, как быть еще громче? – демонстративно покачала тростью Курохэби.       - Доброе утро. Ты рано, – отвлекся от груши Майки.       - Кто бы говорил. Как давно у вас тут заседание?       - Да час точно, - ответил Дракен. Он почти привык к способности сестры появляться в самый неподходящий (или подходящий?) момент: - Как-то не спалось сегодня.       Куро подошла к брату и нагло стянула с его руки запасную резинку.       - И все-таки, что за Казутора?       Повисла тишина. Баджи покосился на Майки, Майки нахмурился и поджал губы, Дракен тяжело вздохнул.       - Ясно, мне нужно обращаться к тебе, уважаемый глава, - чуть саркастично протянула Куро, завязывая небрежный низкий пучок: - Посвяти меня в эту тайну, а то умру от любопытства.       Майки лениво пнул грушу и присел на маты:       - У всего своя цена, не так ли?       - Как же вы все тут любите цитировать, - улыбнулась Куро: - И чего ты хочешь взамен?       Майки перевел взгляд на Дракена, словно что-то оценивая. Куро уже знала, о чем он спросит, поэтому не удивилась, когда Майки произнес:       - Твоя нога. Что за травма? Откуда?       - Информация за информацию, весьма банально. Но справедливо. Кто первый? – Куро присела напротив, рядом опустился Дракен.       Начал Майки. Его иногда дополняли Кен и Баджи. История была грустной. Каждый новый факт из жизни Казуторы и его дружбы с ребятами заставлял сердце болезненно сжиматься.       - И сейчас он хочет меня убить, - ровно закончил Майки.       - Так. А в чем проблема? В смысле, да, я поняла, как все было, но в чем проблема поговорить?       - Он не станет слушать, - Баджи распустил хвост, зарывшись пальцами в пряди.       - Не станет, значит, - задумчиво протянула Куро, и Баджи с удивлением понял, что сегодня эта девица какая-то… Искренняя?       - Так что черт его знает, с кем сейчас бодаться, - резюмировал Дракен.       - И когда вы пойдете разговаривать с Казуторой? Да бросьте, попытаетесь же, по глазам вижу. Я с вами пойду, - простодушно выпалила Куро.       - Не хочу грубить, но это не твое дело, - Дракен удивленно выгнул бровь.       - На нее этот аргумент не действует, - широко улыбнулся Баджи, получив ответную довольную улыбку Куро. – Эта девица уже что-то задумала, я прав?       - А ты быстро учишься. Это во всем так или я одарена особым вниманием? – в очередной раз вгоняя Баджи в краску, Куро поняла, что ей нравится это делать.       - Что ты хочешь провернуть? – серьезно глядя в глаза собеседницы, спросил Майки.       - Разумеется то, чего вы сами не сможете, - Куро надменно улыбалась.       - Тебе нечего делать на разборках «Тосвы», - настаивал Дракен.       - О, я думала, что это будет беседа старых друзей, а разборки планируются позже, - наигранно наивно хлопая глазками, Куро потянулась за тростью: - Не возьмете с собой, сяду кому-нибудь на хвост и буду следить до самой встречи.       - Сделаешь так, и я тебя запру где-нибудь, - проворчал Дракен.       - Не грози, если не можешь исполнить – это демонстрация слабости, братец, - Куро легко щелкнула Кена по носу и встала, направляясь к выходу: - Свою историю буду рассказывать только за чашкой крепкого чая.       Парни переглянулись и, улыбаясь, пошли за Курохэби. Было в ее поведении что-то ненормальное, но это удивительным образом успокаивало. Хотелось верить, что она знает, что делает.       У Дракена даже появилось ощущение, что не было этих девяти лет разлуки, настолько органично вписалась Куро в компанию его друзей (хоть у всех и мурашки от нее, как поделился утром Баджи), ее легкость и наглость в общении позволяла быстро выстраивать контакт с людьми.       В доме уже готовила завтрак Эмма. Курохэби снова предложила помощь, и Эмма снова отказалась.       - Иди сюда, - Дракен указал на стоящий перед ним стул. В руках у него была расческа.       - Мне не пять лет, - Куро скептически выгнула бровь.       - Садись давай, раньше не ворчала.       - Раньше мне было как раз пять лет, - язвительно ответила Куро, но на стул все же села. Она понимала, что брат пытается установить контакт, и была рада, что он сам проявил инициативу. В детстве он часто ее причесывал и заплетал.       Дракен аккуратно приподнял пучок, медленно выпутывая резинку. И в момент, когда все волосы были на весу, он увидел рубец, торчащий из ворота футболки. Куро почувствовала немой вопрос:       - Если присмотришься, увидишь не только этот. Если хочешь, посмотри.       Тихая и напряженная интонация сигнализировала о том, что сестре было неприятно такое внимание. Дракен перевел взгляд на открытые руки сестры и увидел паутинку шрамов. Не таких рубцовых, как тот, что виднелся на спине, но от этого не менее жутких. Он не стал заглядывать под футболку. Распустив волосы Куро, Дракен оценил масштаб работ. Волосы шли волнами, были густыми и плотными – как его собственные до того, как он начал их осветлять. Куро отрастила длину ниже поясницы, а значит расчесывать ее можно долго.       Дракен в глубине души порадовался тому, что во время рассказа сестры будет находиться позади нее. Он боялся, что может не выдержать. Он не знал, чего ждать, но те сигналы, которые он получил за это короткое взаимодействие не внушали надежд.       - У вас тут как-то напряженно, - нервно хихикнула Эмма, занося чай и тарелку с блинчиками. До этого молча сидевшие Майки и Баджи попытались изобразить непринужденность:       - Да тут просто Куро с Дракеном о своем говорят, а с нами не делятся, - широко улыбнулся Кейске.       - Давай тоже о чем-то своем поговорим? – Майки не был уверен, что именно происходит, но чувствовал то напряжение, о котором говорила Эмма. Он не хотел, чтобы сестра волновалась.       - Эй, а мне с кем секретничать? – притворно возмутился Баджи.       Куро взяла эту ситуацию на заметку. Видимо Эмму очень оберегают. Это было здорово, но Курохэби все равно почувствовала легкий укол зависти. А еще Куро почувствовала, как изменились движения Дракена с появлением Эммы. «Все понятно, братец. Хороший выбор», - усмехнулась про себя Куро, забирая свою чашку с чаем.       - А вы еще больше похожи, когда ты не накрашена, Куро, - Эмма дружелюбно улыбалась, сидя напротив Куро.       - Так вот оно что! А я все думал, че с тобой не так сегодня, - в ответ на реплику Баджи Куро одарила его снисходительным взглядом.       - Наблюдательность мужчин оставляет желать лучшего, - притворно сокрушалась Куро: - Вот для чего гейшам макияж, больше похожий на маску, по-другому не заметит ведь никто.       Куро часто рисовала стрелки и пользовалась красной помадой. Даже в последние разы, когда виделась с Баджи она была при полном марафете. Поэтому сейчас, когда она действительно была без косметики, Куро искренне не понимала, почему это не бросилось в глаза.       - Да все я заметил! Просто не понял, что именно, - стушевался Баджи.       Дракен пропустил весь разговор. Сосредоточенно прочесывая локоны сестры, он пытался сконцентрироваться на процессе, а не на сжирающем нетерпении. Дракен потом поблагодарит Майки за его договор с Куро. Кен хотел узнать хоть что-нибудь из прошедших девяти лет в жизни Куро. Хоть что-нибудь правдивое и от самой Куро. Ему не нравилось, что Курохэби это расскажет не только ему, но Кен мог с этим смириться. Он не торопил начало разговора, было неизвестно, какому количеству людей сможет открыться Куро. Может, стоило подождать, когда Эмма и Баджи уйдут. Из мыслей его выдернул вопрос Эммы:       - Куро, извини, а что у тебя с ногой? Ты можешь не отвечать, - невинный вопрос Эммы вернул напряжение в комнату. Эмма беспомощно оглядывалась, не понимая почему вдруг все так посуровели: - Эту тему нельзя поднимать, да?       - Да нет, ты просто очень вовремя, - Куро улыбалась одними губами. Ровный тон не способствовал спокойствию Эммы.       - Куро как раз должна была нам рассказать эту историю, - Дракен попытался звучать дружелюбнее сестры, но голос предательски дрогнул.       Эмма интуитивно чуть наклонилась к Майки, и брат погладил ее по спине. Баджи нахмурился. Парни не знали точно, но предполагали, что Дракену сейчас может быть тяжело. Они переживали за друга.       - Если я мешаю… - начала Эмма, но ее тут же перебил все тот же ровный голос Куро:       - Все в порядке, Эмма. Кен тебе доверяет, а значит я тоже, - Дракен напряженно дернул прядь волос, на что Куро едва заметно усмехнулась. – Трещина в коленной чашечке, выход берцовой кости из сустава, разрыв двух связок и повреждение мягких тканей. Вроде так звучал диагноз.       Дракен тяжело сглотнул. Эмма прикрыла рот ладошкой. Майки сохранил непринужденный вид:       - Это могут восстановить.       - Верно. Если обратиться своевременно.       Снова повисла тишина. Куро понимала, что ей нужно рассказать это все, но не могла заставить себя начать. Она сделала глоток чая, вздохнула, и попыталась смягчить интонацию, опустив взгляд в чашку:       - Мне будет проще, если будут вопросы.       Дракен за спиной Куро посмотрел на Майки. В этом взгляде была просьба. Да, Кен хотел знать, что случилось. Но он боялся спрашивать. Боялся этой правды. Майки его понял и начал:       - Это тот случай, о котором писали в газетах два года назад?       - Верно.       Два года назад они основали «Токийскую свастику». Два года назад Дракен был счастлив в поездке с друзьями к храму. Два года назад его сестра стала калекой. Дракен сжал челюсти.       - Писали, что это несчастный случай.       - Неверно.       Дракен закрыл глаза. Одно из плохих ожиданий оправдалось.       - Это случилось на учебе?       - Можно сказать и так. В интернате был так называемый курс «особого обучения». Я опущу подробности, хорошо? Скажу только, что мне не хотелось. Это, - Куро повела плечами, давая понять, что говорит о шрамах на спине, - за непослушание. Там их много. Тот случай два года назад… В особом обучении планировался особый урок. «Это нужно, чтобы ты стала лучшей». А я и просто «учиться» не хотела, какое там становиться «лучшей», - Куро снова сделала глоток чая. Она подбирала слова: - Обычно, когда я сопротивлялась, я… была не такой агрессивной. За агрессию доставалось еще больше. Обычно достаточно было быть неудобной, иногда немного поотбиваться. Тогда ему надоедало, и он отпускал к воспитателям, чтобы те придумали наказание. В тот раз не получилось быть достаточно неудобной. Сама ситуация была нестандартной. Я слишком… испугалась. В общем, я навредила ему и его достоинству. И он вышел из себя. Я слабо помню сам инцидент. Помню, что сначала получила по лицу, потом по ребрам. Колено он перебил, когда я пыталась убежать. Помимо ноги были трещины в трех ребрах, сломана пара пальцев на руке, и часть шрамов на спине с той ночи. Это из серьезного.       Куро закончила ровно, бездушно. Но в середине рассказа чувствовался надрыв. Эта душевная рана явно еще не затянулась. Дракен не заметил, в какой момент отпустил волосы и отошел на шаг назад, чтобы Куро не почувствовала его дрожи. «Особое обучение». Дракен не хотел даже думать о смысле этой фразы, но догадка сама вспыхнула в голове, на секунду ослепив его до красноты в глазах. И Дракен не мог больше выбросить этого из головы. Сердце так отчаянно гремело в груди, словно пыталось остановиться, не сжиматься так болезненно, что в легких не хватало воздуха. Тишина звенела в ушах. Эмма пыталась сморгнуть выступившие слезы, но смотря в пустые, почти мертвые глаза Куро, сдерживаться становилось сложнее. Она, к своему ужасу, поняла, что эта пустота была во взгляде Куро всегда. Эмма четко осознала, что теперь, даже когда Курохэби будет смеяться, Эмма все равно будет видеть этот неживой омут в глубине брюнетки. Она перевела взгляд на Дракена, и увидела в таких же, как у Куро, глазах целую бурю эмоций. И даже эта гремучая смесь ярости, боли и вины во взгляде Дракена не пугала так сильно, как пустота во взгляде Курохэби.       Баджи чувствовал мелкую дрожь, охватившую его тело. Он знал, что это злость, но не понимал до конца ее причин. Дело в том, что он ненавидел, когда обижают женщин? Или в том, что теперь он понимал, что бешеный калейдоскоп фальшивых эмоций был броней, скрывавшей сломленную Курохэби? Или в том, что Куро не смогла даже сдаться и опустить руки как обычная девочка? Почему она сейчас не плачет и не ищет утешения хотя бы в объятиях брата? Почему она все еще сидит с гордо выпрямленной спиной? Прямо как его мать, когда отец ушел. Такие женщины пугали Баджи. Он не знал, чего от них можно ждать. Но точно знал, что оскорбленная женщина опаснее раненого зверя или разъяренного мужчины.       - Кен, можешь продолжить, пожалуйста? – Куро чуть тряхнула волосами, намекая. Баджи поджал губы. Ладно, какого-то утешения эта девица все-таки ищет. Только это начало злить еще сильнее. Не должна такая девушка нуждаться в утешении. Не должно быть в ее жизни ситуаций, которые бы заставили утешение искать.       - Да, прости, - Дракен с усилием разжал кулаки и потянулся к волосам. Руки были словно деревянные, совершенно не хотели слушаться, но Дракен начал заплетать косу. Майки видел, что Курохэби – сплошная боль и злость, закованная в облик человека. Он чувствовал какое-то странное эмоциональное родство с этими волнами тихой ярости, слабо исходившими от брюнетки. И чувствовал, какую боль сейчас испытывает Кен. Его передернуло от мысли, что на месте Куро могла бы быть Эмма, но он глубоко вздохнул и тихо задал следующий вопрос:       - «Если обратиться своевременно». Почему этого не произошло?       - Мне кажется, если я отвечу, Кен вырвет мне половину волос, - Куро отшутилась, почувствовав, как напрягся Дракен от вопроса.       - Отвечай, все в порядке, - голос тоже не слушался. Кен никогда не курил, но отчетливо почувствовал, что сейчас не помешало бы.       - Меня не отвезли в больницу, потому что я еще не понесла наказание. То, что он сделал, было его личной инициативой, так сказать. За дисциплину отвечали другие люди. Поэтому какое-то время я провела в подвале. Кажется, неделю.       - В подвале? – дрожащим голосом переспросила Эмма.       - Верно. Нас там запирали за проступки. Либо там, либо в холодильной камере, в основном. Мне бы тогда холод не помешало приложить к ушибам, но камера была занята другой ученицей, - отчаянные попытки Куро отшутиться только сильнее нагнетали.       - Неделю? – подал голос Баджи, и сам не заметил каким хриплым он был.       - Верно. Воспитатели решили, что это поможет. Они тогда еще не знали, в каком именно состоянии меня там заперли. Поняли, что дело дрянь, когда выпускали.       - Но тебя же кормили, разве не замечали, что…       - Кормили? С чего ты решил? Если ты на наказании, значит с тобой никто не связывается. Правда, обычно запирали на два-три дня.       Когда снова повисла густая тишина, Куро встрепенулась, вновь натянула улыбку и сказала:        - Ой, да что как на поминках. У вас история тоже не из веселых. Мне даже кажется, что обмен не очень равноценный получился.       - Ты была одна, - тихий низкий голос Дракена непривычно дребезжал: - Все это время ты была одна. Я не знал, что ты не получаешь писем. Нам приходили твои ответы.       - Да, я уже тоже сложила дважды два. Прости, что злилась, - Куро улыбалась и от этого Дракену становилось больнее.       Когда Куро встала и обняла брата, Кен спрятал лицо в ее плечо. Куро выплакала все свои слезы еще в ту неделю в подвале, поэтому сейчас она просто радовалась, что смогла рассказать брату, пусть и не все, но хоть немногое. А еще Куро чувствовала облегчение от понимания, что ее в этой истории никто не осуждает.       С дивана послышался печальный голос Эммы, которая, утирая так и не пролившиеся слезы, причитала: «Возьми блинчик, Куро! Хочешь, я буду всегда тебя кормить?», и Куро рассмеялась:       - Вот уж спасибо, Эмма, век не забуду, - она разжала объятия, выпуская Кена. Он утер глаза об ее футболку и попытался подхватить настроение:       - А мне девушки еще не обещали кормить пожизненно, - улыбнулся Кен.       - Ну, я с детства говорила, что самое лучшее в генах досталось мне, - игриво подмигнула Куро.       - О, так ты с интерната замки взламываешь? – Майки улетел на свою волну. Куро усмехнулась:       - А то ж. После того случая и начала практиковаться. Сначала замок в комнате, потом коридорный. Даже холодильную камеру вскрывала.       - В смысле замки взламываешь? – Эмма непонимающе смотрела то на брата, то на Куро.       - Это значит, что тебя не спасет твой маленький замочек на дневнике, если Куро захочет узнать твои секреты, - рассмеялся Баджи.       Напряжение постепенно уходило, хоть и ощущалась некая неловкость в этом веселье. Под перешучивания парней Куро тихо вышла на улицу и достала сигарету. Ей было спокойно в этом доме и с этими людьми. И Курохэби это не нравилось. Девушка привыкла не доверять спокойствию, оно часто бывает обманчивым. Ей предстоит решить куда она пойдет сегодня ночевать. На этом можно сосредоточиться и уйти отсюда, чтобы не обманываться легкостью пребывания рядом с Кеном и его друзьями. К ней подошла Эмма:       - Ребята собираются опять в додзе. Пойдешь с нами?       - Тоже дерешься? Что вообще за додзе у вас?       - Наш с Майки дедушка обучает тхэквондо. В детстве я тоже занималась, но быстро остыла, - дружелюбно рассказала Эмма.       - Вот как. Я думала отлучиться поискать ночлег на сегодня.       - В смысле? Оставайся пока у нас. Я уверена, что Дракен поможет тебе найти что-то… постоянное, - Куро заметила, как очаровательно порозовели щеки девушки при упоминании брата.       - Не хочу доставлять неудобства.       - Ты про кошмары? – тихо спросила Эмма. По тому, как она отвела взгляд, Куро поняла, что блондинка ее слышала этой ночью.       - И про них в том числе, - затушив сигарету, Куро улыбнулась: - Я благодарна, что вы меня приютили, но нужно и меру знать.       - Оставайся, правда. Так и Дракену будет спокойнее, и может нам с Майки веселее, - Куро поняла, что Эмма надеется на постоянное нахождение Кена рядом с ней.       - Эй, вы идете? – позвал Баджи.       - А что, красоваться не перед кем? – Куро не могла упустить возможность подколоть Кейске.       - Пойдем, - Эмма, смеясь, взяла Куро за руку и повела к додзе. Куро только смиренно улыбнулась в ответ и последовала за девушкой.