Глава 9
3 августа 2023 г., 07:50
Курохэби едва открыла глаза, как черный клубок под боком довольно заурчал. «Пробуждения с котом определенно приятные» - улыбнулась Куро, не глядя поглаживая черныша. Голова не болела после вчерашнего, но неприятный вязкий туман все равно мешал думать.
Рюгуджи лениво слезла с кровати, выпустила кота на улицу и закрыла окно на случай, если Баджи вдруг решит все-таки появиться. Она прекрасно помнила данное самой себе обещание с ним не пересекаться хотя бы до того момента, пока ей не перестанет быть неловко. Все также неспешно она побрела в ванную, где грустно осмотрела порезанную вчера рубашку. «Черт, она мне нравилась больше остальных. У Мицуи что ли новую заказать?». А потом Куро замерла.
Только пробуждающийся мозг осознал увиденное спустя полминуты: когда она проходила мимо кухни, боковое зрение точно кого-то там увидело. Куро недоверчиво выглянула из ванной и увидела Баджи, делающего уроки как ни в чем не бывало. Правда, осознать, что парень в школьной форме – это Кейске, тоже получилось не сразу. Баджи мельком глянул на нее и потянулся включить чайник. Куро досадливо простонала и закрылась в ванной.
Баджи только усмехнулся себе под нос: он слышал, как Куро закрыла окно впервые с момента заселения в эту квартиру и легко сопоставил факты. Он уже почти два часа сидел у нее в квартире; чтобы мама ничего не заподозрила, он полностью собрался как в школу и воспользовался окном в квартире Чифую, подговорив друга не сдавать его. Все это время Кейске изучал материалы, которые должны будут проходить сегодня, и сейчас с удовольствием прервался на приготовление чая для себя и кофе для хозяйки квартиры.
Куро вошла на кухню, выбрав стратегией игнорирование вчерашнего вечера. Некоторое время она присматривалась к Баджи, который почти не отвлекался от учебника и тетрадей, и быстро поняла, что парень от нее ничего и не ждет. Курохэби, почувствовав себя спокойнее, зашла за спину Баджи и склонилась над тетрадью.
- Мне казалось, ты старше, - протянула Куро, посмотрев на уровень учебника.
- Ой, да отвали. Да, оставался на второй год, и че теперь? – огрызнулся Кейске.
- Сложности с японским? Да не напрягайся так, ты не единственный японец с проблемами с родным языком. Вы изучаете синдзитай, верно? Отсюда и ошибки. Ты знаешь, как этот кандзи пишется по кюдзитай? – Куро забрала у Баджи карандаш и ткнула в ошибочно написанный иероглиф.
Дождавшись отрицательного кивка, Курохэби написала старую версию кандзи рядом с ошибочной, рассказав его историю и логику именно такого написания. А затем написала рядом уже новую форму, объяснив, какие элементы и почему убрали. Так они разобрали все слова на странице, прошли домашнее задание, и воодушевленный Баджи попросил помочь еще и с математикой, но Куро отказала:
- Прости, но точные и естественные науки для гейш не так важны, нас учили только азам. Этих формул я не понимаю, - флегматично пролистала учебник Рюгуджи, допивая уже остывший кофе.
- Но вы изучали кюдзитай? Странные приоритеты, - вздохнул Баджи, стягивая резинку с волос. Учебы на сегодня хватит.
- Конечно. Это важно для каллиграфии и умения поддержать разговор на должном речевом уровне, - ответила Куро уже из комнаты, куда ушла переодеваться. Ей не хотелось сегодня никуда выходить, но интуиция – которой Курохэби привыкла доверять – отчаянно звала на улицу. Поэтому Куро решила, что пройдется по нескольким людным улицам и как минимум сворует несколько ценностей у прохожих, чтобы укрепить свое финансовое положение.
- И куда мы идем? – вопрос Баджи заставил Куро подозрительно прищуриться.
- Мы – никуда, я – по делам, а ты – куда хочешь, - медленно ответила Рюгуджи, зачесывая волосы в низкий хвост, из которого потом сделает привычный пучок.
- Ну, значит я с тобой, - пожал плечами Баджи, прислонившись к косяку и наблюдая за сборами Курохэби.
- Возможно, я что-то не так сказала, - мягко сказала Куро, как если бы говорила с ребенком.
- Я могу идти куда хочу. Я хочу пойти с тобой. Обычно там, где ты, всегда есть кому ебало сломать, - широко улыбнулся Баджи.
- И когда я успела обзавестись телохранителем? – в притворном удивлении вскинула брови Курохэби.
- Просто хочу сбросить напряжение перед собранием, - сказал Баджи и тут же скривился.
«О, ему нельзя было мне это говорить. Неужели сегодня примут «Вальхаллу» в свои ряды?» - Рюгуджи моментально поняла, куда ее так отчаянно звала интуиция.
Куро хмыкнула с хитрой усмешкой, в тишине накрасилась, и они пошли. Рюгуджи повела Кейске сначала в торговые ряды, а потом и в торговый центр. По пути она успела подцепить несколько ювелирных изделий с прохожих, стащить пару кошельков и мысленно много раз поблагодарить Мицую, вшившего пару десятков маленьких внутренних карманов в пальто. Когда Куро решительно направилась в магазин одежды, Баджи уже почти рычал от безысходности. Он пошел за Курохэби, чтобы та не улизнула из города, как и грозилась, но он никак не рассчитывал на такую прогулку. Кейске, конечно, отвел душу почти сразу, как они вышли из дома: мимо проходящий бедолага отпустил сальную шуточку в сторону Курохэби и кулак Баджи не заставил себя долго ждать (к его удивлению, Куро всю потасовку, улыбаясь, простояла неподалеку с сигаретой в зубах, а не попыталась сбежать). Но чем больше Куро бесцельно таскала Кейске по магазинам, тем ближе он был к тому, чтобы устроить драку прямо в торговом центре.
- Я примерю пару вещей, и пойдем отсюда, - прощебетала Рюгуджи, закрываясь в примерочной. Баджи только рыкнул и еще сильнее ослабил порядком надоевший галстук, усаживаясь на диванчик.
Куро не выходила пять минут, десять, пятнадцать. Когда прошло уже почти двадцать, Баджи раздраженно вскочил и подошел к примерочной, крикнув, чтобы девица поторапливалась. Но ответа не последовало. Кейске, краснея, отодвинул шторку, и обнаружил в примерочной только пальто, старые брюки Куро и трость с запиской: «Принеси ее на собрание и отдай Кену». Баджи медленно перевел взгляд вверх и понял, что кабинка не упирается в потолок. Курохэби его изматывала, чтобы он потерял бдительность, и свалила. «Чертова девица!».
***
- Эй-эй, почему он тут? Почему на собрании «Тосвы» присутствует Ханма из «Вальхаллы»? – возмущенный ропот проходил по толпе, которую Куро не видела. Зато она прекрасно видела спины Майки и Ханмы, стоя в тени дерева. Она весьма удачно сбежала из магазина в обтягивающих джинсах и сейчас ждала развязки собрания, чтобы понять, нужно ли сбросить рубашку. Холодная погода ничуть не смущала Рюгуджи, после суточных запираний в холодильной камере поздняя японская осень еще теплая. Стоя позади Майки и Ханмы, Куро гадала, послушает ли ее совета Майки и зря ли она потратила пару часов на подготовку «сюрприза». - В битве на Хэллоуин у «Вальхаллы» было 300 человек, а у нас - 150, - достаточно властно начал Майки, и у Куро пробежали мурашки по спине от ощущения, что Майки сейчас точь-в-точь как лев-вожак, представший перед прайдом: - В такой невыгодной ситуации каждый из вас внес свой вклад в победу. Вас поприветствует проигравший заместитель «Вальхаллы» Шуджи Ханма. - Я Шуджи Ханма из «Вальхаллы». У нас никогда не было главы, - Куро скрипнула зубами: «Ну же, Майки, ты же знаешь, что тебе пиздят прямо в лицо»: - Поэтому в этой битве мы проиграли и оказались под «Тосвой». «Вальхалла» переходит под контроль «Тосвы»! Секунда оглушающей тишины сменилась сначала неуверенными перешептываниями, а затем и вовсе радостным скандированием: «Тосва! Тосва!». Майки чувствовал, что его спину прожигал недовольный взгляд и даже догадывался, кому он принадлежал. - Есть человек, связавший меня с Майки, - продолжал Ханма, перекрикивая толпу: - Все это произошло благодаря ему. Выйди вперед, Кисаки Тетта! Куро как током ударило. «И точно, я не же не знала его фамилии. Это надо мной так судьба шутит? Как тесен мир, правда, Ичиро?». Когда с относительно близкого расстояния (ближе, чем она видела Кисаки на Хэллоуине) Курохэби увидела светлые глаза за блеснувшими линзами, не осталось сомнений в том, что Кисаки и Ичиро не однофамильцы. Куро затрясло от бессильной ярости. «Теперь не нужно уезжать, достаточно присесть парнишке на хвост. И стоит узнать, насколько близки Ичиро и Кисаки» - лихорадочно соображала Куро, глядя на рукопожатие Майки и Ханмы, скрепленное Теттой. - Собрание окончено! – проревел Дракен, когда Ханма и Кисаки спустились к остальным. Он сжимал в руке трость сестры и всем телом ощущал надвигающуюся опасность, но не мог понять откуда она угрожает. «Тосва» начала расходиться и Дракен спустился на пару ступенек вниз, чтобы уточнить у Баджи, правильно ли тот все понял, как вдруг увидел, что некоторые люди смотрят ему за спину: туда, где стоит Майки. Дракен успел обернуться, чтобы увидеть сестру, стоящую перед Майки, но не успел ее даже окликнуть, как она швырнула зажженную спичку на землю и их двоих отделило огненное кольцо. - Майки! – Дракен было ринулся вперед, но его обдало жаром. Он точно знал, что бензин так не горит: над огнем поднимался густой черный дым, скрывая его друга и сестру ото всех. - Что происходит? Где глава? Майки там? Та девушка была на битве, да? – послышалось со всех сторон. Гомон нарастал, и Дракен крикнул, чтобы все уходили. - Кто эта девушка? Она подготовилась, это, скорее всего, напалм, - появившийся рядом Кисаки был проигнорирован Дракеном. «Что ты задумала на этот раз, Куро?». В центре огненного круга Куро повела обнаженными плечами, сбрасывая фантомное пламя, и подкурила сигарету, устало глядя на Майки. Глава «Тосвы» отвечал слегка удивленным выражением лица, но первым не заговаривал. - Я не отниму у тебя много времени, глава, - саркастично протянув последнее слово, начала Куро после глубокой затяжки: - Какова твоя цель, Майки? - Мы это уже обсуждали, - ровно отозвался Манджиро. - Верно. И ты даже не попытался об этом подумать. Твоя заносчивость раздражает, но не могу тебя осуждать, я такая же, - Куро сделала очередную затяжку, а когда продолжила, глядя в небо, Майки снова удивился: - Я не знаю, кто дал нам с Кеном имена. Но у этого человека определенно есть к этому дар. Знаешь, что означает имя брата? У него много значений. Но все они ему подходят. Это и «сильный», и «твердость», и даже «мудрость» или «здравый смысл». Хорошее имя, правда? - К чему ты ведешь? - Мое имя однозначно. «Черная змея», - Майки мельком взглянул на открытую сейчас татуировку Курохэби, изображающую именно это животное: - Был период в жизни, когда я ненавидела свое имя. Но повторю: тот человек, который дал нам имена, явно понимал, что делает, - очередная затяжка, и Куро выудила из волос небольшую метательную иглу: - Я часто развлекалась в интернате, метая гвозди в стену. Не думаю, что с этой штучкой будет сложнее. С вероятностью в 80% я попаду этой иглой в тебя раньше, чем ты успеешь меня ударить. Если твои решения приведут к тому, что Кен снова окажется на больничной койке или, не дай Бог, в могиле, я приду за тобой, да так, что ты не узнаешь об этом, - Куро внезапно тепло улыбнулась Сано будто старому другу: - Майки, это угроза. Надеюсь, ты заметил разницу. Куро отвесила легкий поклон в европейском стиле, не отрывая от Майки взгляда полного мрачных обещаний. Стараясь не выказать удивления, Курохэби поняла, что не знает, о чем думает Майки в этот момент или что он чувствует. Но агрессии или ответной угрозы от него точно не исходило. - Ты можешь не успеть даже выйти из этого круга. А если и выйдешь, внизу вся «Тосва». Как-то глупо для тебя угрожать мне при таких условиях, - голос Майки звучал ровно, и он надеялся, что Куро не видит мелкой дрожи, сотрясающей его тело. Нет, конечно, он не испугался. Но смотря на эту очевидно отчаянную попытку Курохэби что-то до него донести, он признавал ее волю, в какой-то мере даже восхищался. Ему даже показалось, что Куро специально вышла к нему в облегающих джинсах и топе, как бы наглядно демонстрируя откуда у нее такой стержень: «Меня калечили, но я не сломалась». Но это было бы слишком театрально даже для Куро, Майки понимал, что это всего лишь мера предосторожности, чтобы ничего не загорелось. - Ты ничего мне не сделаешь, - сбросив маску надменности, мягко улыбнулась Куро: - И своим не позволишь. И дело не в том, что я девушка, а в том, что ты уверен – ты прав, а значит у меня нет поводов воплощать угрозы в жизнь. Да будет так, Майки. Я буду счастлива, если ты не получишь нож в спину. Очевидно, что Кисаки предложил тебе что-то большее, чем освободить Па-чина из тюрьмы. Вот только не было ли и второе обещание фальшивым? Куро, как и Майки, знали из переписок в телефоне Ханмы, что Кисаки даже не планировал помогать Па-чину, и именно этим аргументом Курохэби наконец-то пошатнула уверенность Майки. Рюгуджи моментально это заметила, но не стала издеваться и расшатывать эту тему еще сильнее, только тихо и почти ласково добавила: - Спроси любого из друзей – кто капитан вашего третьего отряда? Уверена, что никто не назовет Кисаки. И шагнула через огонь, сразу оказываясь на лестнице, ведущей вниз. - Ты переходишь все границы, - угрожающе-спокойно сказал Улыбашка, подбадриваемый одобрительными кивками брата. - Ты напала на главу «Тосвы», ты вообще осознаешь, что творишь?! – почти одновременно с Нахоей взревел Чифую, которого от нападения на Курохэби останавливала только рука напряженного Баджи. Дракен смотрел на Куро со странной смесью боли и гнева во взгляде, и у Курохэби неприятно ёкнуло где-то в груди от этого лица. Она молча забрала у брата трость и беспрепятственно прошла мимо него. Все, кто остался после того, как загорелось пламя, замерли на месте, не понимая, как реагировать. Куро проходила мимо парней словно не замечая их, но Нахоя не собирался ее так просто отпускать: - Нет уж, тебе придется ответить, - он потянулся, чтобы схватить Куро, но остановился, услышав голос Майки: - Не трогать ее! – огонь становился тише, но черный дым все еще не давал возможности рассмотреть главу. Улыбашка растерянно посмотрел на Дракена, услышал, как тихо усмехнулась Куро («Я же говорила») и отошел, скрипя зубами. Возле Кисаки Курохэби остановилась, вскинула трость и уперла клыки змеи в сонную артерию парня: - Твоя фамилия? – ей все еще не хотелось верить, было проще думать, что показалось. - Эй, - выступил вперед Ханма, но Кисаки остановил его одним движением руки. - Тетта, - назвался он и увидел, как яростно блеснули глаза Курохэби. Он давно понял, что эта девушка из интерната «Сунеки», которым владел его двоюродный дядя, хоть и не смог узнать ее имя. После битвы, в которой она порушила его планы, он навел справки, и во всей Японии оказалось не так много сверстниц с неизлечимыми травмами ноги. Но один вопрос не давал ему покоя, и он решился его задать уже в спину Куро: - Это тебя в «Сунеки» назвали Киджо? Куро дернулась и остановилась. «У нее есть прозвище?» - Дракен слышал разговор, но слабо понимал. В статьях о пожаре и некоторых других несчастных случаях в «Сунеки» писали, что это все происки Киджо, но нигде не говорилось, что подозревают кого-то реального. Кен думал, что это просто присказки для хороших продаж газеты. - Давно я не слышала этого обращения, - елейно протянула Куро, оборачиваясь к Кисаки с высокомерной усмешкой: - И правда, меня ведь так называли. Вы тоже так меня и зовите впредь. Рассмеявшись в полной тишине, Куро окончательно ушла. Дракен даже не сомневался, что в квартире ее точно не будет. Сестра снова оставила его одного.***
Баджи не спалось. Он в очередной раз сменил позу, но это не избавляло от мыслей в голове. После ухода Курохэби никто не решился шагнуть в огонь, да и Майки не рвался повторить за Куро. Пламя горело недолго, и вскоре оставшиеся члены «Тосвы» увидели целого и невредимого главу, сидящего на земле. Уверив, что все в порядке, Майки снова повторил, что все могут идти, но Баджи, Дракен, Мицуя, Чифую и Такемичи никак не хотели уходить без ответа на вопросы. - Она просто хотела поговорить, - дипломатично увиливал Майки. - У вас все разговоры так проходят? То столы ломаются, то поджоги? – недоверчиво вскинул бровь Баджи, оглядываясь на непривычно молчаливого Дракена. - Вы все слишком много ей позволяете, - никак не успокаивался Чифую: - Я не говорю, что ее нужно отпиздить, но припугнуть точно следует. - Припугнуть девушку, изготовившую напалм из говна и палок? Смотри сам не обосрись, - фыркнул Мицуя, разглядывая след от огня. Такаши не нервничал с самого начала, будто ничего необычного не произошло. - Может, ей что-то не понравилось? – аккуратно вставил реплику Такемичи, и на него сразу же накинулся Чифую: - Да ей может хоть вообще все не нравиться, ее вообще ничего здесь не касается! - Ну, кроме пары жизней, спасенных ею и лично, и косвенно, - напомнил Мицуя и Чифую пристыженно поджал губы. - Да и если б не телефон Ханмы, кто знает куда бы все повернуло, - вздохнул Баджи. - Может ей еще и право голоса в «Тосве» дать? – буркнул Мацуно, окончательно стушевавшись. - Кенчик, о чем думаешь? – Майки было непривычно без комментариев друга, который как будто полностью ушел в себя. - Ощущение, что мне нож в спину засадили, - хрипло отозвался Дракен, не поворачиваясь к друзьям. - Ты не прав, - дружелюбно сказал Майки: - Тебе эту спину очень надежно прикрыли. После этого от Майки никто не смог добиться никакой конкретики. Баджи раздраженно отпихнул одеяло. «Она наехала на меня, что я ни с кем планами не делюсь, а сама поступает так же!». Кейске бегло посмотрел на подоконник. Пальто Курохэби все еще оставалось у него, и Баджи решил оставить его на открытом окне, за которым нещадно бушевал дождь, но так, чтобы увидеть появление воровки. Вещь лежала на месте. Как и Дракен, он уловил что-то прощальное в поведении Куро, и не сомневался, что в ближайшее время она не появится. Однако пальто ей было дорого, и Баджи верил, что у него есть шанс поговорить с Курохэби. Хоть он и не знал, что говорить, Кейске обязан был попытаться. «Да почему меня вообще это волнует?!» - вскинулся он в очередной раз, швыряя подушку в стену. Тихо рыкнув (чтоб не разбудить маму), он поднялся забрать ее с пола и краем глаза заметил движение у окна. Быстро обернувшись, он никого не обнаружил, но пальто пропало. Баджи метнулся к окну и успел увидеть в стене дождя тень, промелькнувшую между домами. Раздосадовано цыкнув, Кейске обнаружил на подоконнике записку: «Спасибо за вчерашний вечер». «И как с тобой вообще общаться?» - нахмурился Баджи, закрывая окно.***
- Дракен! Эй, проснись! – Кен вскочил с кровати, не понимая кто его зовет. Пара секунд понадобилась, чтобы разозлиться на Тэкео, разбудившего его почти в пять утра. - Мне завтра в школу, а потом в мастерскую, че надо? – недовольно проворчал Рюгуджи, открывая дверь. - Она сюда приходила! – Тэкео был бледным и явно испуганным. Дракену даже показалось, что он плакал. - Да кто приходил? Кто-то из бывших сотрудниц? - Курохэби, она была здесь, - затрясся Тэкео, а Дракен окончательно проснулся. - Ее узнал кто-то из девушек? - Нет, она приходила лично ко мне. Дракен, ты же с ней виделся, да? Что с ней случилось? - Она тебе ничего не рассказала? – нахмурился Рюгуджи. - Нет, сказала «спроси у приятеля». Она оставила неприлично большую сумму денег, попросила узнать про семью Тетта, и пообещала заплатить еще. Дракен, откуда у подростка такие деньги? – голос Тэкео сошел на шепот. У Дракена не было ответа для Тэкео. Если Куро ему ничего не рассказала, значит не доверяет. Тем не менее, пришла к нему за помощью, пусть и подкупив. «Она пришла сюда, но даже не зашла ко мне» - с досадой подумал Кен. Он потратил час на то, чтобы успокоить Тэкео и уверить его, что Куро не нужно бояться (хоть и сам не был до конца в этом уверен). За окном лил дождь, что не добавляло настроения Дракену. По какой-то неведомой ему причине он ненавидел ночные ливни. Уже вернувшись в свою комнату, он обнаружил на столе крест, который сестра постоянно носила на шее, и записку: «Я обязательно вернусь за ним». Дракен грустно улыбнулся, надел украшение на себя и попытался уснуть.***
- Дядька, приюти на месяц-другой, - Куро ввалилась в бар, едва не выбив дверь с ноги, и сразу заливая пол водой, капающей с одежды. - И тебе доброй ночи, мелкая. Ты не охренела ли? – добродушно улыбнулся Мамору, натирая бокал, но его взгляд оставался серьезным: - Чего стряслось? Сожгла квартиру? - Неа. Почти сожгла лучшего друга брата, спрятаться надо, - беззаботно улыбнулась Курохэби в ответ, выжимая пучок волос. «Черт, ненавижу дожди. Хорошо, что солнце уже встает». - Ты б с поджогами завязывала, а то уже в привычку входит, - Мамору хохотнул и сразу перешел на серьезный тон: - У меня судебный процесс сейчас, проверки от опеки постоянные. Я ж дочку вернуть хочу. А на складе уже холодно слишком, чтоб опять тебя туда положить. На пару ночей приючу, но дальше сама как-нибудь. Если деньги есть, то помогу варианты найти. - У меня уже давно нет проблемы с деньгами, - горделиво ухмыльнулась Куро: - Только с людьми. Ладно, мне сегодня спать не надо, а завтра и на складе нормально смогу пристроиться, если не помешаю. Тебе за ночлег тоже копеечку подброшу. - Да упали мне твои копеечки, - фыркнул Мамору: - Вот подрастешь, нормально заработаешь, тогда и поговорим. - С каких пор ты меня пытаешься жизни учить? – притворно возмутилась Куро. Мамору не брезговал раньше выдвигать условие, что ночлег только за ответную услугу. - Да как понял, что у тебя один ветер в голове и взяться некому за то, чтоб образумить, - Мамору шутливо шугнул Рюгуджи полотенцем. - Стареешь, дядь, раз молодое поколение воспитывать решил, - рассмеялась Куро, уже собираясь уходить: - Спасибо за помощь. И если увидишь тех странных близнецов – меня здесь нет и не было, договор? - Что, и у них что-то подожгла? - Все того же друга, - широко улыбнулась Курохэби, выныривая на улицу. На раннее утро у нее была назначена встреча с посредником, который помогал обменять украденное на валюту. Конечно, он брал комиссию, но его услуги все еще значительно помогали упростить жизнь Курохэби. Противный дождь и не собирался успокаиваться, и Куро мысленно себя отругала за то, что не взяла из квартиры зонт. Она вообще не успела заглянуть к себе, бодрствующий Баджи нарушил ее планы. Поэтому сейчас, в пальто поверх топа, Куро начинала замерзать. «Не проблема, можно снять номер на сегодня в другом районе. Сейчас нужно просто залечь на дно и посмотреть куда подует ветер. Ты уже такое проворачивала, сейчас у тебя даже есть какие-то связи» - успокаивала сама себя Рюгуджи, сворачивая на уже знакомую улицу со сгоревшим домом, который никто не собирался ни сносить, ни восстанавливать. Оказавшись под крышей, Куро раздраженно зашипела: корка, покрывавшая уже почти затянувшийся шрам от ножа, размокла от влаги и Курохэби случайно ее задела, пригибаясь под балку. «Нет, какую-нибудь футболку найти точно надо». - Время – деньги, - раздался чуть игривый голос парня, намекающий на то, что Куро опоздала. - Я начинаю подозревать, что для тебя весь мир – деньги, Коко, - усмехнулась Куро, найдя взглядом силуэт собеседника. - Ты ведь без хвоста? – Хаджиме перешел сразу к делу. За это Куро его и ценила: не нужны были расшаркивания на любезности и торги. - Не переживай, проблемы возникли, но не по части нашей сделки, - Куро сбросила значительно потяжелевшее от воды и украденного металла пальто и повела плечами, разминая спину. - Сколько и к какому сроку? - Минимум 700.000 йен чистыми в течение недели, - Курохэби ловко прошлась по всем внутренним карманам, выуживая награбленное. Она знала, что в ее руках ценностей было на сумму больше, чем озвученная, но по их договоренности с Коко она называет сумму, которая ей нужна, а за сколько продать и сколько положить себе в карман как комиссионные решал уже Хаджиме. И Рюгуджи не удивилась бы, если бы ей сказали, что с продажи Коко получает больше, чем она сама. - Ты, как всегда, не мелочишься, - присвистнул Коконой, разглядывая наручные часы хорошего качества и явно прикидывая, за сколько и кому он их продаст: - С тобой приятно иметь дело. - Еще бы, - усмехнулась Куро, рухнув рядом с пальто и закуривая. Коко флегматично сгреб вещи на продажу в школьный рюкзак и развернулся уходить, но у самого входа остановился и вздохнул. Курохэби вопросительно выгнула бровь, глядя на спину Хаджиме. Все вопросы были оговорены, Коко уходит первым, Куро через некоторое время – таков порядок. Она с легким недоумением посмотрела на то, как Коко снимает куртку, затем толстовку, скрывающую школьную форму, и подходит к Куро, протягивая только что снятый предмет гардероба. - Это что за внезапный приступ заботы? Ты если что извини, я больше по девочкам, - слегка напряженно отшутилась Курохэби. - С твоего улова я спокойно куплю себе новую. И мне будет невыгодно, если ты заболеешь и перестанешь приносить мне деньги, - привычно заигрывающим тоном протянул Коконой, хотя сам не до конца понимал своего же порыва помочь. - Не забывайся, я не из твоих шестерок. Найду посредника повыгоднее – с тобой попрощаюсь, - прищурилась Куро, но толстовку все же взяла. - Не найдешь, - улыбнулся Хаджиме, высунув язык. Рюгуджи рассмеялась, шутливо попытавшись пнуть парня, но тот резво отскочил, накинул куртку и ушел.***
- Слышал, Казутора в больнице, - вместо приветствия спокойно сказал Мицуя, даже не посмотрев на присевшую рядом Куро. - Слышала, что ты потерял своего зама, - продолжила Курохэби, закуривая: - Вы вроде хорошо общались. - Да, Хаккай хороший парень. И заступился за Такемичи. И как они только подружились, ума не приложу, - грустно улыбнулся Такаши. Куро выдержала паузу. Они сидели на детской площадке, где резвились сестры Мицуи. За прошедший месяц Куро ни разу не встретилась ни с кем из «Токийской свастики», кроме Мицуи, с которым они пару раз сталкивались нос к носу. И судя по тому, что так и продолжалось, Такаши никому не говорил в каком районе следует искать Рюгуджи. Поэтому услышав об избиении Такемичи и конфликте между «Тосвой» и «Черными драконами» от Коко, Куро решила узнать новости именно от капитана второго отряда. - С Такемичи сложно не поладить, - спустя полсигареты протянула Куро и получила в ответ фырчание Мицуи. - Судя по всему так и есть. Даже Чифую сейчас чаще с ним, чем с Баджи. Но возможно это из-за того, что наш Баджи еще более хмурый, чем обычно, - Мицуя очень мягко намекал на то, что виной состояния Кейске была Куро и ее резкие поступки, и Курохэби была благодарна Мицуе за его мягкость и мудрость в этом вопросе. Он не давил и не осуждал, и за это Курохэби симпатизировала Такаши: - Уже декабрь, тебе бы потеплее что-нибудь надеть. Куро только тихо рассмеялась: с пальто, пошитым Мицуей она не расставалась, и обзавелась парой рубашек, игнорируя другую - более теплую - одежду. - Не будь бабушкой, я не такая мерзлячка как вы все, - она легко толкнула парня в плечо. - Так что там с Казуторой? – стал серьезнее Такаши, неотрывно следя за сестрами. - Мы несколько раз виделись, общались. Я сходила с ним ко врачу. На него многое свалилось, сам понимаешь. Врач ему понравился, я оплатила лечение. Полгода побудет в стационаре. Не переживай, клиника хорошая. И вся ваша четверка включена в списки тех, кому можно его навестить, дальше сами редактируйте, - последнее предложение заставило Мицую удивленно посмотреть на Куро впервые с начала их разговора. Рюгуджи была похудевшей, осунувшейся, с залегшими синяками под глазами от недосыпа, но с неизменно решительным взглядом и чуть нахмуренными бровями. - Спасибо за заботу. И о Казуторе, и о нас, - растерянно сказал Мицуя, искренне радуясь поступкам Куро: - Там если надо деньгами помочь… - Не смеши меня, - прервала его Куро: - Это мое решение. Точнее, решение лечь полечиться принял Тора, а оплатить лечение решила я. Ваша задача приходить к нему и восстанавливать старые связи. Большего ни я, ни Казутора от вас не требуем, - Куро оторвала взгляд от детей и тоже посмотрела на Мицую. И в этом прямом взгляде Такаши увидел усталость и одиночество. «Сама себя мучаешь, зачем?» - хотел он спросить, но воздержался. Он умел принимать решения других людей даже если не одобрял их. - Как дела с приветами из прошлого? Дракен рассказал о той гейше, - Мицуя снова начал следить за сестрами. - Подозрительно тихо, - напряженно проговорила Куро: - Благодаря долгой коме и тому, что сейчас он не способен даже говорить из-за травм, директор потерял большую часть своего влияния, но я уверена, что он еще попытается добраться. Другой вопрос, что я не знаю, что у него осталось в запасе. - Как-то не обнадеживает. - Знаю. Они замолчали, каждый в своих мыслях. Сестренки Мицуи уже заметили странную девушку, подсевшую к их брату и теперь заговорщически перешептывались, стреляя глазками. - А у Чифую девушка появилась, - внезапно сказал Мицуя, чтобы прервать тишину. - Да ты шутишь, - быстро включилась Куро. - Ага. К ним в школу перевелись две девушки, одна сразу зацепила Чифую, вторая вьется вокруг Баджи, но он у нас тугодум, - рассмеялся Мицуя, а Куро почувствовала, как неприятно кольнуло где-то в груди. «Ну, оно и к лучшему. Я все равно не собиралась сближаться», - успокоила Рюгуджи сама себя, подхватив смех Такаши: - Смотрите, уведут у вас Чифую, локти еще кусать будете. - Не думаю, что хоть кто-нибудь сможет занять в его сердце больше места, чем Баджи. - Заставляет задуматься о том, нужна ли ему девушка, - фальшиво огорчилась Куро, и они снова рассмеялись: - Что ж, я знаю, что скоро должен прийти братец, так что пойду. Знаю, что ты думаешь, но пока рано возвращаться, поверь мне. - Майки признался, что не знает, куда он стремится, - тихо добавил Мицуя на прощание: - Почему-то мне кажется, что вы именно об этом общались. Они одинаково грустно улыбнулись друг другу, кивнули на прощание, и Куро скрылась между домами. Она петляла по Шибуе до позднего вечера, прислушиваясь к разговорам прохожих. Люди часто не обращают внимания на случайных встречных и не контролируют то, что говорят. Так Куро узнавала новые слухи о «Тосве», так же она узнала и о Тайджу, возглавляющего «Драконов». В этот день ей никак не удавалось уловить нужных разговоров, и она раздосадовано прогуливалась по пути во временный дом, как вдруг интуиция заставила ее обернуться и посмотреть между домов на соседнюю улицу. Такемичи ошарашенно вглядывался в силуэт напротив, который заметил пока что только он. Кисаки вел его, Чифую и Ханму на встречу со «своим» человеком из «Драконов». Ханагаки был уверен, что ему не привиделась Курохэби, и он поспешил догнать уже ушедших вперед парней. «Я рассказал Чифую, что я из будущего, но не уверен, что нужно рассказывать, что видел Куро. Кажется, они с Чифую не ладят. А Кисаки лучше и подавно не знать, что она рядом». Куро хитро ухмыльнулась («Наконец-то что-то интересное») и влезла на здание, чтобы последовать за компанией по общим балконам. Она успела увидеть, как они скрылись за дверями ночного клуба. Закурила и начала выжидать. Через пару минут в эти же двери зашел «Черный дракон», боязливо озирающийся по сторонам, а следом за ним уже зашли еще трое «Драконов», вышедших из-за угла. Куро безошибочно определила Коко и довольно усмехнулась: вот с кем точно можно договориться. Она едва успела докурить, как двое парней в белом выволокли первого вошедшего и потащили в неизвестном направлении, регулярно пиная его как мешок картошки. «Быстро дела решаются» - удивилась Рюгуджи про себя, спрыгивая со второго этажа и затаиваясь в тени клуба. Расчет оказался верным: следующим вышел Коконой с неизменной надменной улыбкой. Куро щелкнула зажигалкой, подкуривая сигарету и давая понять Хаджиме, что ждет его. Коко обернулся, не меняясь в лице, и подошел поближе. - Заплачу в два раза больше, чем они, если перескажешь разговор, - спокойно сказала Куро, выдыхая дым. - Я уже говорил, что с тобой приятно иметь дело? – расплылся в довольной улыбке Коко: - Правда, не могу понять, зачем тебе это. Но это и неважно. Триста тысяч и расскажу. Куро подозрительно прищурилась, понимая, что ее наебывают, но ничего не сказала и протянула деньги. - Хотели знать, когда наш босс бывает один, - пересчитывая купюры пожал плечами Коко. И отвечая на скептически выгнутую бровь Куро, продолжил: - Может, решили заработать себе авторитет и вальнуть его. Хотя у них не получится. - И что же ты им ответил? Я заплатила за полный пересказ, - Куро улыбнулась, а Коко издал смешок: - Только не говори, что и ты туда же. Без обид, тебе не тягаться даже с этими из «Тосвы». В Рождество в церкви во время вечерней молитвы. - Что-нибудь еще? - Спрашивали почему я предаю босса, - протянул Коко, но Куро только отмахнулась: моральные выборы Коко были для нее очевидны. - Я поняла. Спасибо. Но еще раз наебешь меня в расценках, я отомщу, - жестко ухмыльнулась Куро, скрываясь в тени окончательно. «И ведь все равно заплатила 300», - подумал Коконой, идя своей дорогой. Куро построила у себя в голове возможный маршрут Такемичи из клуба, и сейчас выходила на улицу, по которой он мог идти. Все люди имеют любимые места, и Ханагаки не был исключением: шумные улицы, уставленные торговыми палатками, ему нравились, Курохэби это подметила еще давно. - Нам нужно выпнуть Кисаки из «Тосвы», так еще и предотвратить убийство Тайджу! – подтверждая догадку Рюгуджи, орал Такемичи. Куро выглянула из-за угла. Такемичи изливал эмоции Чифую, совершенно не заботясь о том, что его слышно буквально на всю улицу. Рюгуджи усмехнулась такой искренней наивности и открытости, и убедилась в своих же словах: с Такемичи сложно не подружиться. Она плавно вышла из-за угла, смешалась с толпой и подошла к Ханакаги практически незаметно для Чифую. - … Я не хочу больше видеть то ужасное будущее, поэтому я объединяюсь с Кисаки, - уже спокойно говорил Такемичи, когда Куро мягко приобняла его со спины за талию под ошарашенным взглядом Чифую. - Какие интересные вещи ты говоришь и даже не пытаешься быть тише, - промурчала она на ухо парню, испуганно отшатнувшемуся от Куро. - А ты что здесь делаешь? – просипел Чифую, сразу же пытаясь оправдать друга: - У Такемичи просто жар, вот он и несет хуйню… Куро сложила руки на трость и сочувствующе кивала словам Мацуно, будто верила его попыткам прикрыть вопли Ханагаки об «ужасном будущем», которое он видел. - Чифую, хватит, - Такемичи поднялся с земли, быстро вернув себе серьезность: - Куро, вероятно, и так догадывалась обо всем. - И мне это все по-прежнему неинтересно. А вот про ваши планы на Рождество я с удовольствием послушаю, - мягко улыбнулась Рюгуджи, подцепляя парней под локти: - Но в более подходящем месте.
