Попутчик

      На улице уже третий день стояла стабильная тридцатиградусная жара. Феликс, конечно, жару любил, но не в таких количествах. Он бы с удовольствием не выходил из дома, пока температура не упадёт градусов так на десять, но обстоятельства вынуждали. Ещё месяц назад он купил билеты, чтобы устроить своей сестре сюрприз на день рождения. Теперь Феликсу предстояло ехать почти сутки, чтобы ранним утром оказаться перед дверью Рейчел, которая даже не знала про его приезд. У него уже мелькала мысль сдать билеты, но сестра будет действительно рада его видеть, да и сам Феликс по ней очень соскучился.       Единственный плюс этой ситуации в том, что Феликс не пожалел денег и выкупил себе половину купе. Купить все четыре места и ехать в одиночестве хотелось очень сильно, но это уже слишком дорого, поэтому он выбрал золотую середину и планировал держать оборону своей половины, что бы ни случилось. Учитывая, как ему обычно везло на попутчиков, он заранее себя настроил, что ничего хорошего ждать не стоило.       Через пятнадцать минут уже должно было подъехать такси, поэтому Феликс, приложив все моральные усилия, наконец-то соскрёб себя с кровати и отправился одеваться. Рюкзак с необходимым минимумом вещей он собрал ещё вчера, решив, что для пятидневной поездки много не понадобится. Особенно, если учесть, что два дня из этих пяти он должен провести в купе поезда.       Выбрав самую лёгкую, почти прозрачную белую рубашку без рукавов и рваные светло-голубые джинсы с максимальным количеством дырок, он начал перерывать полки шкафа в поисках кепки. Обычно он редко носил головные уборы, но когда представил, как солнце будет напекать чёрную макушку, желание выходить на улицу устремилось к нулю со скоростью света.       Телефон пиликнул уведомлением об ожидающем его водителе, как только он наконец-то отыскал свою кепку в недрах шкафа. Феликс побежал к выходу, закидывая рюкзак на плечо и хватая связку ключей с крючка у двери. Закрыв дверь на все замки, он закинул ключи под молнию в наружный карман, к целой куче всякого хлама. Там даже завалялся тюбик смазки, который он купил на днях, но забыл вытащить и закинуть в прикроватную тумбочку. Феликс решил, что возвращаться ради того, чтобы оставить смазку, было глупо, и вообще, Рейчел будет сама виновата, если полезет в рюкзак и обнаружит её. Тем более, в смазке он не видел ничего криминального, они оба не дети, и сестра должна понимать, что со своими партнёрами Феликс по ночам совсем не кроссворды разгадывал.       Уже в такси Феликс понял, что ему трястись в поезде двадцать часов, а он даже не скачал ни одного фильма. Он быстро поставил на скачивание свои любимые плейлисты ради возможности заткнуть уши, включив музыку на полную, и не слушать своих драгоценных попутчиков. Приехав на вокзал за пятнадцать минут до отбытия поезда, Феликс не спеша нашёл нужный вагон и, показав на входе билет, пошёл на поиски своего купе. Открыв дверь и не обнаружив за ней никого, он вздохнул с облегчением.       Когда Феликс брал билеты, он видел, что остальные два места в его купе тоже заняты. Это действительно странно, какой идиот при свободной нижней полке стал бы выбирать верхнюю? Впрочем, ему это только на руку. Закинув рюкзак на верхнюю полку, Феликс достал из него наушники и, выкинув мешающую теперь кепку куда-то в ноги, развалился на своей нижней полке. Права на территорию нужно заявлять заранее.       Когда до отбытия оставалось меньше пяти минут, в нём начала зарождаться надежда на то, что соседи просто забили и решили не ехать. Вполне реальный вариант, учитывая, что в его голову тоже закрадывалась подобная мысль. Ещё через пару минут его надежда разбилась от вида залетевшего в купе запыхавшегося парня. Ничего такого парня, стоило отметить. Феликс практически облизал взглядом его длинные ноги, обтянутые узкими чёрными джинсами, зацепился за выглядывающие из-под свободной белой футболки ключицы и остановился на просто идеальном лице, обрамлённом чёрными прядями. Это явно не то, что он ожидал увидеть в своём купе.       У парня был такой же рюкзак, как и у Феликса, который он точно так же закинул на верхнюю полку, сам упав на нижнюю. Феликс ещё раз быстро окинул его заинтересованным взглядом и снова уставился в телефон. Сосед по купе был очень красивым, и, судя по тому, что до отправления поезда было меньше минуты, единственным. Он, конечно, был рад, но не от всего сердца. Всё-таки ехать одному было бы гораздо комфортнее.       Когда поезд наконец-то тронулся, Феликс ослабил оборону территории, перестав занимать всю нижнюю полку своим телом. Он сел, положив локти на стол, и перевёл взгляд с телефона на окно, пейзаж за которым начал стремительно меняться. В наушниках всё ещё играл любимый плейлист, заглушая все посторонние звуки. Краем глаза Феликс увидел, как сосед потянулся на верхнюю полку за рюкзаком, вытащил что-то из него, немного покопавшись внутри, и устроился напротив за столиком. Не придав этому значения, он продолжил наблюдать за тем, как город в окне поезда постепенно сменялся на красивые виды ещё не тронутой рукой человека природы.       Примерно через тридцать минут наблюдения пейзаж за окном всё-таки наскучил своей однообразностью, и Феликс снова перевёл взгляд на соседа. Тот сидел, покусывая ручку и уставившись в какой-то журнал. Феликс на несколько секунд залип на пухлых губах незнакомца, которые так сексуально обхватили кончик ручки. Голову моментально заполнили недвусмысленные картинки. Феликс резко перевёл взгляд на журнал, который так внимательно разглядывал парень, только чтобы больше не смотреть на эти губы. И еле сдержался, чтобы не хихикнуть в голос, когда увидел, что тот гипнотизирует взглядом сборник кроссвордов.       Неуместное возбуждение быстро отступило, и Феликс задержал взгляд на открытой страничке. Разгадано было слов десять от силы, причём из категории «самый маленький палец». Он снова перевёл взгляд на лицо соседа, действительно прикладывая усилия, чтобы не залипать на губах, которые всё ещё обсасывали ручку с невероятным усердием. Это было сложно, но Феликс справлялся.       Лицо парня выглядело так, будто он стоял на пороге научного открытия, и с каждой секундой Феликсу было всё сложнее сдерживать смех. Сосед был явно интереснее сменяющих друг друга кустов за окном, но задерживать взгляд на его лице всё ещё было опасно. Именно поэтому Феликс перевёл всё свое внимание на кроссворд, сосредотачиваясь на пустых клеточках. В глаза бросился самый большой вопрос на странице: «Какая планета вращается вокруг Солнца по часовой стрелке?». Незнакомец, видимо, тоже обратил на него внимание, поднёс ручку к вопросу и вписал верный ответ, не задумываясь.       Это действительно удивило Феликса — такой переход с мизинцев на планеты был весьма неожиданным. Но дальше процесс снова застопорился: ответив ещё на пару легчайших вопросов, незнакомец подвис на несколько минут, просто пялясь в исписанную страницу. Феликс всё-таки не сдержался и, полностью забив на кроссворд, рассматривал задумчивое лицо своего соседа. Если честно, он не мог не восхищаться. Эти чёртовы губы так и манили, да и в целом, сам парень был прекраснее любого, кого Феликс когда-либо видел. Резко стало жарко. Мучиться со стояком всю поездку в его планы явно не входило.       Закрыв глаза, Феликс откинулся спиной на стену, запрокинув голову, тяжело выдохнул и потянулся к пуговицам на рубашке, расстегнув их до середины груди. Немного перебор, но выносить одновременно и ужасную жару, с которой не справлялся кондиционер, и ужасно горячего парня напротив было для Феликса пыткой. Он ещё немного посидел, прислонившись к стене и пытаясь выгнать из своей головы навязчивые картины весьма непристойного содержания. Поняв, что это не работает, Феликс оттолкнулся от стены, выпрямляясь, и наткнулся на взгляд того самого горячего парня, который без всякого стеснения рассматривал его шею и то, что раньше было спрятано под пуговицами рубашки. Заметив ответный взгляд, незнакомец смутился и снова вернул всё своё внимание на кроссворд, тыкая кончиком ручки в вопрос, на который, видимо, пытался найти ответ в глубинах своей памяти.       Это уже становилось интересным. Феликс ухмыльнулся и тоже перевёл свой взгляд на кроссворд. Прочитав «Воспламеняющая любовь», он почувствовал, что вселенная над ним просто издевается. Пламя в его мыслях определённо присутствовало. И не только в мыслях. И, судя по тому, что его сосед снова потянул кончик ручки в рот, угасать оно и не собиралось.       Так продолжаться точно больше не могло. Феликс выключил музыку, вытащил наушники, укладывая их в кейс, и кинул на сиденье рядом с собой. Он посмотрел на вопрос, в который до сих пор тыкали ручкой, медленно перевёл свой взгляд на парня и сказал, наконец-то нарушая тишину купе:       — Страсть.       — Что? — незнакомец наконец-то вытащил ручку из своего рта и уставился на Феликса, удивлённо хлопая глазами.       — Там ответ, по вертикали. Страсть, — Феликс улыбнулся и еле удержался, чтобы не подмигнуть красавчику.       — А. А, да. Спасибо. Действительно подходит.       Парень ещё больше смутился и записал ответ. Феликс просто не мог оторвать от него взгляд. Теперь он, конечно, выглядел скорее мило, чем горячо, но возбуждение угасать почему-то даже не думало.       — Как ты вообще отвечаешь на сложные вопросы про планеты, но не смог ответить на легчайший вопрос про страсть? — Феликс усмехнулся, в упор смотря на него и не планируя отводить взгляд примерно никогда. — И почему кроссворд? Можно же было скачать фильмов в дорогу или просто взять книгу.        — Только на вокзале понял, что в поезде не будет связи. А я себе ничего не скачал и решил купить это, чтобы было хоть какое-то развлечение. Чуть не опоздал, — незнакомец мягко улыбнулся и поднял глаза от кроссворда.       Когда они наконец-то встретились взглядами, Феликс понял, что просто не доедет. Лучше бы он продолжал смотреть в окно, потому что парень напротив был каким-то персональным наваждением. Он одновременно был ужасно милым и горячим, Феликс от него плавился так, как не плавился от взбесившегося в последние дни солнца. Хотелось сразу перевести их общение в горизонтальную плоскость, но для начала неплохо было бы узнать имя его неожиданного увлечения.       — А я уже понадеялся, что буду ехать один. Ли Феликс, кстати, — он протянул руку своему соседу, не отводя взгляд ни на секунду. Тот незамедлительно ответил на жест и представился в ответ.       — Хван Хёнджин.       — Я тоже забыл скачать фильмов в дорогу, поэтому могу присоединиться к твоему кроссворду, если ты не против, — кажется, Феликс выглядел как маньяк, с улыбкой разглядывая своего нового знакомого.       Но того, видимо, это не пугало, потому что он с ответной улыбкой произнёс:       — Конечно, как ты уже заметил, помощь как раз не помешает. Сядешь ко мне?       Феликс бы с удовольствием сел, конечно, но была одна проблемка. И если стол прекрасно скрывал её от глаз Хёнджина, то сидеть со стояком рядом с парнем, который тебе представился меньше минуты назад, было как-то, ну, не очень тактично.       — Хорошо, только я отойду ненадолго. Вернусь, и продолжим мучить твой кроссворд, — Феликс потянул рюкзак за свисающую лямку, заставляя тот упасть с верхней полки прямо ему в руки, и пошёл к выходу, пытаясь не очень палевно прикрываться.       Закрыв за собой дверь купе, он выдохнул и пошёл в сторону туалета, неся рюкзак прямо перед собой, на всякий случай. Закрывшись в туалете, он минут пять боролся с краном, чтобы умыть лицо холодной водой. Не то что бы это ему сильно помогло, но хоть что-то. Отдышавшись и ещё несколько раз умывшись ледяной водой, немного успокоившийся Феликс вытащил полотенце из рюкзака и, вытерев лицо, направился назад в купе.       Положив рюкзак и полотенце на свою нижнюю полку, он наконец-то сел рядом с Хёнджином и кинул взгляд на кроссворд. Тот не продвинулся ни на йоту. Хёнджин же снова потянул ручку в рот, и Феликс понял, что отходить было, в общем-то, бессмысленно: если он не перестанет отсасывать ручке, Феликс уже через минуту сможет предложить ему кое-что более интересное для обсасывания.       Он ненавязчиво положил руку на бедро Хёнджина и наклонился ближе к кроссворду. Конечно, он всё прекрасно видел даже сидя напротив, но не воспользоваться шансом немного нарушить чужое личное пространство просто не мог. Феликс, продолжая свои поползновения в сторону Хёнджина, повернулся, оказываясь в опасной близости от его лица и, ухмыльнувшись, спросил:       — Над каким вопросом думаешь?       Хёнджин, застывший с ручкой во рту, кажется, не думал вообще. Просто смотрел на Феликса, хлопая глазами, и наугад, не глядя, ткнул пальцем куда-то в страничку. Феликс потянулся к ручке, аккуратно вытаскивая ту из плена пухлых губ, и перевёл своё внимание на кроссворд. Записав ответ на вопрос, в который ткнул Хёнджин, он протянул ему ручку и посмотрел прямо в глаза:       — Продолжим?       Хёнджин тяжело сглотнул и облизал свои невозможные губы. Его щёки покрылись лёгким румянцем, взгляд бегал от глаз Феликса к губам и никак не мог остановиться. Рука Феликса всё ещё лежала на бедре, и он легонько её сжал, привлекая внимание. Хёнджин тяжело выдохнул и прошептал, уже не отрывая взгляда от губ:       — Продолжим.       Воздух между ними, кажется, трещал от напряжения, которое определённо достигло своего предела. Мысленно послав всё нахер, Феликс притянул Хёнджина за шею и жадно набросился на губы, которые с самого начала поездки испытывали его выдержку. Всё-таки не он один тут мучился, потому что чужие руки без промедления начали судорожно расстёгивать оставшиеся пуговицы на его рубашке. Феликс, на секунду оторвавшись, помог отбросить её в сторону и притянул Хёнджина на свои колени, возвращаясь к поцелую. Он забрался руками под футболку и начал исследовать подтянутое тело, губами переходя на шею, ощутимо покусывая и сразу же зацеловывая, чередуя грубость и нежность. Хёнджин плавился в его руках, тихонько поскуливая и медленно теряя связь с реальностью, но через пару минут всё-таки взял себя в руки и несильно оттолкнул Феликса.       — Надо дверь закрыть, — прошептал он прямо в губы, крепко держась за плечи Феликса, — на всякий случай.       — Закрой, — Феликс прошёлся руками по бёдрам, мягко прикасаясь к его губам своими.       Если честно, отпускать Хёнджина не хотелось ни на секунду, поэтому, когда тот всё-таки плавно сполз с коленей, Феликс поднялся за ним. Он обнял Джина сзади, выцеловывая его шею, пока тот боролся с дверным замком. Прямо на двери висело большое зеркало, и у Хёнджина натурально подкашивались ноги, когда он смотрел на прижавшегося к нему сзади Феликса.       — Феликс, — едва слышно простонал он.       — Что? — Феликс тихо усмехнулся ему в шею, сжимая руками талию и, отстранившись, резко развернул Хёнджина лицом к себе, снова набрасываясь на пухлые губы.       Он взял запястья Хёнджина и прижал к двери, удерживая их одной рукой. Снова спустился поцелуями-укусами на шею, отодвигая второй рукой ворот футболки и оставляя на ключицах россыпь еле заметных следов. Хёнджин был очень чувствительным и тихо вздыхал от любого действия Феликса, которого это всё приводило в восторг. Было видно, что он ещё сдерживает свою реакцию, потому что гости, сбежавшиеся на подозрительные звуки, им сейчас явно были не нужны, и Феликса просто разрывало от желания услышать его на полную громкость. Но сейчас приходилось довольствоваться тем, что есть.       Нащупав край футболки, Феликс резко потянул её наверх, отстраняясь и отправляя мешающую одежду в неизвестном направлении, вслед за его рубашкой. Он замер на несколько секунд, разглядывая Хёнджина. Тот выглядел как произведение искусства, и Феликс даже на секунду задумался, реально ли всё происходящее. Он действительно никогда не видел кого-то настолько потрясающего. Было сложно оторвать взгляд от его тела, но трогать хотелось в разы сильнее, чем смотреть.       Хёнджин в этот раз не выдержал первым, и впился в его губы, обняв за шею и медленно оттесняя к столику. Феликс, не теряя времени, вернулся к исследованию такого желанного тела, прошёлся ладонями по спине, и наконец-то опустил руки на аппетитную задницу, несильно сжимая её. Хёнджин тихо, но протяжно простонал в поцелуй и, оторвавшись, приник губами к шее Феликса, спустился дорожкой поцелуев до ключиц и пошёл дальше, плавно опускаясь перед ним на колени.       Вид был прекрасным, лучше, чем Феликс вообще мог себе представить, когда смотрел на исчезающий между губ кончик ручки. Сейчас всё стремительно шло к тому, что между этих же губ будет исчезать уже другой кончик, и, осознавая этот факт, Феликс крепко ухватился руками за край стола. В устойчивости своих ног он был не уверен, спокойно стоять было тяжело даже от одного вида, прямо сейчас развернувшегося перед его ширинкой. Как он будет справляться, когда Хёнджин приступит к делу, Феликс понятия не имел.       Хёнджин же решил не медлить, спустившись поцелуями до мешающей ткани, отстранился и принялся расстёгивать ширинку подрагивающими руками, глядя Феликсу прямо в глаза. Сразу стянув джинсы вместе с бельём, он аккуратно провёл языком по всей длине от основания до головки, примеряясь. Феликс не удержался от громкого выдоха, и всё-таки переместил одну руку со стола на макушку Хёнджина, не надавливая, лишь мягко поглаживая его затылок.       Хёнджин, придерживая член у основания, на пробу аккуратно взял головку в рот, посасывая. Феликс легко сжал его пряди, и бросил все свои моральные силы на то, чтобы не застонать в голос и не кончить в ту же секунду. Только от одного вида этого совершенства на коленях уже было слишком хорошо. А увидев те самые губы не на ручке, а наконец-то на своём члене, Феликс буквально чуть не умер: что-то в его сердечке ощутимо ёкнуло.       Хёнджин быстро входил во вкус, с каждым разом опускаясь головой всё ниже, плотно обхватывая член как будто созданными для этого губами, и обводя каждую венку языком. Отсасывал он с нескрываемым удовольствием, не сдерживаясь и приглушённо постанывая, посылая по члену приятные вибрации. Рукой Хёнджин всё так же придерживал его, играясь красивыми длинными пальцами с основанием и яйцами. Феликс хотел посмотреть, как он будет растягивать себя этими пальцами специально для него, и действительно планировал обеспечить себе это зрелище в ближайшее время.       Он легко подавался бёдрами вперёд, стараясь не напирать, и сохраняя силы для продолжения. Хёнджин взял небольшую передышку, запуская головку за щёку, часто моргая и проводя пальцами по стволу. Это выглядело одновременно так невинно и грязно, невероятно горячо. Феликс даже не думал, что с членом во рту можно выглядеть настолько сногсшибательно. Он убрал руку с макушки Хёнджина, поглаживая свою же головку через щёку, и ловил нереальный кайф. Так хорошо от простого минета ему не было уже очень давно, если вообще когда-либо было.       Когда Хёнджин втянул щёки, насаживаясь почти до конца, и невинно посмотрел Феликсу в глаза, он еле сдержался, чтобы не кончить прямо в эту секунду и прямо в этот рот.       — Джинни, тише, — он мягко сжал волосы Хёнджина и потянул назад, — если ты так продолжишь, то я долго не продержусь, — Феликс опустил руку с его затылка и приподнял за подбородок, заставляя смотреть в свои глаза. — У тебя есть презервативы?       — Есть, но нет смазки, — Хёнджин ответил, тяжело дыша и не сводя глаз с Феликса.       — Смазка у меня есть. Доставай, они очень-очень нужны нам прямо сейчас.       Феликс помог ему встать с колен, и отвлёкся на свой рюкзак. Сейчас он благодарил всех богов за то, что не оставил смазку дома. Выловив небольшой тюбик из кармана и положив его на стол, Феликс наконец-то полностью избавился от оставшейся на нём одежды, пока Хёнджин искал в своём рюкзаке презервативы. Его задница, обтянутая узкими джинсами, конечно, очень возбуждала, но желание наконец-то их сорвать с нереально длинных красивых ног было слишком велико. Он прижался к заднице Хёнджина своим стояком и потянул его бёдра на себя.       — Феликс, подожди секунду, я так ничего не смогу найти.       — Сможешь, я в тебя верю, — после этих слов Феликс потянулся руками к ширинке, наконец-то расстёгивая джинсы и обхватывая рукой чужое возбуждение.       Хёнджин в ответ на это несдержанно простонал в голос, и Феликс без промедления накрыл его рот рукой. Он прижался грудью к чужой спине, соприкасаясь разгорячённой кожей, и прошептал прямо в ухо:       — Джинни, будь тихим. Ты же не хочешь, чтобы нас застукали?       Он продолжил неспешно водить рукой по члену, задерживаясь на головке, и наслаждался приглушёнными стонами. Хёнджин был настолько возбуждён, что естественной смазки хватало для свободного скольжения, Феликс и сам уже еле выдерживал. Хёнджин был слишком прекрасен, и слушать его стоны на полную громкость хотелось чертовски сильно, но если они хотят дойти до конца без лишних ушей, то всё ещё стоит стараться быть потише.       Феликс аккуратно стянул джинсы, укусив его за задницу, на что Хёнджин возмущённо шикнул. Кажется, он уже ничего не искал и просто наслаждался прикосновениями, прогибаясь в спине и опираясь руками на сиденье. Феликс взял со стола смазку, выдавил небольшое количество на руку и растер между пальцами, согревая. Он огладил колечко мышц, мягко надавливая, и удивлённо взглянул на макушку Хёнджина, когда один его палец не встретил абсолютно никакого сопротивления.       Хёнджин повернул голову и, глядя ему в глаза, решил объясниться:       — Я твой взгляд даже затылком почувствовал. Просто было жарко, и я пошёл в душ перед выходом. Решил не тратить воду просто так и провести время с пользой. Из-за этого, кстати, тоже чуть не опоздал, не только из-за кроссворда.       — Получается, ты в прямом смысле жопой предчувствовал наше знакомство, — Феликс хихикнул. — Очень удобно, молодец. Но на всякий случай мы подстрахуемся. Дай сюда руку.       Хёнджин протянул ему правую ладонь, и Феликс переплёл их пальцы, размазывая по чужой ладони смазку, заводя руку ему за спину:       — Поработаешь для меня?       Феликс направил два пальца Хёнджина к колечку мышц, аккуратно вводя. Хёнджин запрокинул голову, тихо и протяжно проскулив. Его голос просто сводил Феликса с ума, и он уже ненавидел свою жизнь за то, что они встретились в поезде. Он добавил свой палец к пальцам Хёнджина, задавая темп, и сам не мог оторвать взгляд от этой картины. Хотелось выжечь это зрелище на сетчатке, чтобы никогда не забыть. Когда Хёнджин начал откровенно насаживаться, подаваясь бёдрами навстречу движениям их переплетённых рук, Феликс ввёл ещё один палец и надавил на пальцы Хёнджина, сгибая, чтобы те попадали точно по простате. Хёнджин дернулся, несдержанно хныкнул, и начал насаживаться ещё активнее. Через пару минут наблюдения за этим невероятным зрелищем, Феликс резко остановил его бёдра свободной рукой и вынул их переплетённые пальцы.       — Джинни, кажется, ты что-то искал? — его тон звучал насмешливо, но очень тепло.       — Блять.       Кажется, Хёнджин собрал все моральные силы на то, чтобы всё-таки выловить на дне рюкзака пачку презервативов. Передав её через плечо Феликсу, он снова опёрся руками на сиденье, красиво прогибаясь в спине и разводя ноги шире. Феликс быстро выудил из пачки один квадратик, разорвал упаковку, и спешно раскатал презерватив по члену. В этот момент его взгляд зацепился за зеркало на двери. Улыбнувшись своим мыслям, он потянул Хёнджина за талию на себя, заставляя того выпрямиться, и развернул его лицом к зеркалу.       Хёнджин уставился в отражение, наблюдая за руками, которые медленно спускались с его талии вниз, оглаживая подтянутый живот и останавливаясь на бедренных косточках. Он пошло закусил губу и зажмурил глаза, откидывая голову на плечо Феликса. Одна из рук тут же легла ему на шею, слегка сдавливая. Вид, открывающийся перед Феликсом благодаря зеркалу, был завораживающим, но он решил немного поиграть и установить свои правила:       — Нет, так не пойдёт. Смотри на себя. Не отрывай взгляд, если не хочешь, чтобы я останавливался.       Хёнджин натурально проскулил, ни капли себя не сдерживая. Феликс за это чуть сильнее сжал его горло, но тут же отпустил, позволяя немного собраться и вернуть взгляд на зеркало. Как только Хёнджин снова начал смотреть на своё отражение, Феликс прикусил его мочку уха и обхватил рукой чужой член. Хёнджин закусил губу, но взгляд не отвёл. Член в руке Феликса заинтересованно дёрнулся.       — Хороший мальчик, — тёплое дыхание Феликса пустило табун мурашек по всему телу Хёнджина, и он подался бёдрами вперёд, требуя внимания. Он хотел больше Феликса, на себе, внутри себя. Хотел, чтобы тот покрепче обхватил его член, чтобы наконец-то в него вошёл. Хотел его всего, целиком и полностью.       Улавливая каждую его мысль, Феликс потёрся своим твёрдым членом о задницу, сам сгорая от желания скорее оказаться внутри. Он уже предчувствовал, как прекрасно Хёнджин будет смотреться на его члене. На секунду отвернувшись, он схватил тюбик со стола, сразу же возвращаясь к Хёнджину. Выдавливая смазку прямо на член, и в пару чётких движений равномерно распределяя её рукой, он наконец-то провёл головкой по растянутому колечку мышц, надавливая и плавно входя. Хёнджин закрыл рот рукой, не сдержав стона, прикусывая пальцы, и подался в ответ, желая, чтобы Феликс как можно скорее оказался полностью в нём. Прижав его бёдра к себе одной рукой, давая привыкнуть, вторую Феликс снова вернул на член, легко поглаживая, больше дразня, чем реально доставляя удовольствие.       Когда Хёнджин в его руках начал несдержанно елозить, пытаясь слезть с члена, чтобы снова на него насадиться, Феликс ослабил хватку на чужих бёдрах и начал осторожно двигаться. Хёнджин теперь даже не пытался сдерживать лёгких поскуливаний, всё так же заглушая звуки своей рукой. Второй рукой он опёрся о дверь рядом с зеркалом, потому что с каждым толчком ноги держали его всё менее уверенно. Феликс смотрел на раскрасневшегося Хёнджина в зеркале, выглядевшего так по-блядски привлекательно, словно падший ангел, одновременно чистый и порочный, и не находил в себе сил сдерживаться дальше. Вцепившись обеими руками в его бёдра, он резко увеличил темп, толчки стали жёстче и глубже. Хёнджин подавался навстречу, закатывая глаза. Он уже был не в состоянии фокусировать зрение на зеркале, полностью отдаваясь ощущениям, насаживаясь на так идеально наполняющий его член, из последних сил зажимая рот своей же рукой. Ему хотелось кричать, но даже тихие стоны, которые он издавал, уже были перебором для ситуации, в которой они находились.       Феликс вновь перевёл руку с бедра на его шею, уверенно прижимая к себе и лишая опоры в виде двери. Он входил максимально глубоко, резкими толчками выбивая из Хёнджина судорожные вздохи и постанывания. Пошлые шлепки кожи о кожу разносились по всему купе, но никто из них уже не обращал на это внимания, отдаваясь ощущениям. Хёнджин завёл одну руку за спину, запуская её в волосы Феликса и прижимая того ближе к себе. Он откровенно насаживался на член и почти переходил на писк в жалких попытках сдерживать стоны. Всё-таки найдя в себе силы, Хёнджин распахнул глаза, посмотрев вперёд, и отражение в зеркале ещё сильнее распалило, заставило разорваться последние ниточки, связывающие его с реальностью. То, каким взглядом смотрел Феликс, просто убивало, заставляло отдаться ему без остатка. Его рука так идеально смотрелась на горле, пока он глубоко и резко входил в Хёнджина, больше не сдерживая себя.       Ноги Хёнджина подкашивались, и он всё ещё стоял только за счёт придерживающего его Феликса. Заметив эту слабость, Феликс вышел, и потянул податливое тело назад, аккуратно усадив на стол. Тот не внушал никакого доверия, но Феликс знал, что долго точно не продержится, а потому надеялся, что минут десять столик сможет выдержать. Он закинул ногу Хёнджина себе на талию и снова вошёл в него, одновременно впиваясь в его губы жадным поцелуем.       Хёнджин всхлипнул, когда Феликс вернул руку на его член, подстраиваясь под свой ритм. Взяв Хёнджина свободной рукой за бедро, он ещё шире развёл его ноги и приподнял повыше, углубляя проникновение. В такой позе его член бил прямо по простате Хёнджина, и тот наслаждался, скуля в его губы, притягивая ближе к себе за шею, будто пытаясь слиться в единое целое. Резкие, грубоватые толчки сопровождались поскрипыванием столика и откровенным скулежом. Оторвавшись от поцелуя, Феликс посмотрел на раскрытого перед ним, смотрящего в ответ подернутым дымкой удовольствия взглядом Хёнджина. Только от одного такого вида можно было кончить. Феликс, увеличив скорость, начал резко вдалбливаться в податливое тело, и ускорил движения рукой на чужом члене, чувствуя приближение своего оргазма. Хёнджин крепко вцепился руками в его плечи, доверчиво посмотрел в глаза и сладко простонал, всё ещё пытаясь держаться краем сознания за мысль, что надо контролировать себя.       Когда Феликс перешёл губами на его шею, оставив дорожку мягких поцелуев, так контрастирующих с их бешеным темпом, а потом резко укусил в местечко между плечом и шеей, Хёнджин наконец-то простонал в голос, кончив в руку Феликса. Тот, сделав ещё пару глубоких толчков, кончил следом.       Он вышел из Хёнджина, не снимая презерватив, и аккуратно опустил его бедро, которое тут же легло на талию Феликса. Хёнджин прижал его к себе ногами, оставляя руки на плечах, и тяжело дышал с закрытыми глазами. Феликс тоже пытался отдышаться, прижимая Хёнджина ближе за талию, и прошептал ему в губы:       — В следующий раз придётся выкупить весь вагон, чтобы ты мог не сдерживаться. Хочу тебя слышать.       — В следующий раз, — Хёнджин усмехнулся. — Звучит неожиданно.       — Ты же не думал, что я тебя теперь просто так отпущу? Когда у тебя обратный билет? Сходим на свидание, как только ты вернёшься.       — А с чего ты решил, что у меня вообще обратный билет есть? — Хёнджин улыбнулся и кинул хитрый взгляд на Феликса. Увидев его растерянное лицо, он не сдержался и засмеялся в голос. — Я возвращаюсь уже завтра, еду за Кками, своей собакой. Увидел объявление и понял, что хочу себе именно его, а владельцы не захотели заморачиваться с доставкой. Пришлось самому ехать и забирать. Так что, сходим на свидание уже когда ты вернёшься.       — Встретишь меня на вокзале? — Феликс улыбнулся с облегчением, смотря на Хёнджина так нежно, что у того сердце в груди сжималось.       — Хочешь пойти на свидание после суток в поезде? Уверен?       — Я точно успею так сильно по тебе соскучиться за четыре дня, что не смогу вытерпеть больше ни секунды. Поэтому да, хочу на свидание после суток в поезде, только если это свидание с тобой.

***

      Хёнджин лежал на Феликсе, слушая его сердцебиение и чувствуя тёплые руки, так правильно его обнимающие. К ночи кондиционер всё-таки стал справляться даже слишком сильно, настолько, что Хёнджин обязательно бы замёрз и, возможно, даже простыл. Но рядом с Феликсом было тепло. Лежать на нём и слушать его голос было прекрасно. За последние несколько часов они успели убрать последствия своего знакомства, получить пару комплектов постельного белья под странный взгляд проводницы, и обсудить, казалось, всё на свете. Но темы всё равно не заканчивались. И ещё одну он решил поднять, пока не забыл:       — Как удачно, что мы остались вдвоём в купе. Спасибо твоему соседу сверху, что он решил не ехать.       — У меня не было соседа сверху, Джинни. Я выкупил две полки и собирался держать оборону своей половины купе от противных попутчиков до последнего, — Феликс издал смешок и обнял Хёнджина ещё крепче, явно не собираясь отпускать в ближайшее время.       — Подожди, серьёзно? Ты выкупил два места?       — Ну, да. Мне обычно не везет на попутчиков. Решил немного перестраховаться.       — Мне тоже, — Хёнджин широко улыбнулся, приподнявшись на локтях и глядя Феликсу в глаза, — поэтому я выкупил сразу две полки, чтобы никто не трогал мою половину. Целое купе туда и обратно выкупать было дорого.       Он выглядел таким счастливым. Феликс рассмеялся и запустил руку в его волосы, мягко поглаживая.       — Это точно судьба, Джинни. Я очень счастлив, что встретил своего нового парня вместо очередных противных соседей.       — Парня? Мы даже ещё не сходили на свидание.       — Считай, что наше первое свидание было в этом купе. С этого дня я тебя официально забираю себе и больше никому не отдам.       Хёнджин ярко и нежно улыбнулся, и Феликс поспешил поймать эту улыбку своими губами, сливаясь со своим парнем в нежном поцелуе.       И если им обоим всю жизнь не везло с поездами, чтобы весь запас везения ушёл на эту поездку, то никто ни о чём не жалел. Потому что в этот раз оба, вместо раздражающих попутчиков на одну поездку, нашли друг в друге попутчиков на всю жизнь.