История появления семьи

Мурата ходил по дому довольно задумчивый, сын должен был прийти через два часа, а вот отец чувствовал себя одиноко. Не хватало внимания и любви от настолько родного человека, с каждым днем видел как они все больше и больше отстранялись от друг-друга, но что сделал не так не знал. Отстраняться они начали около трех лет тому назад, не понятно почему и от чего, знать бы лишь причину, чтобы исправить все. Сильно не хотел терять своего излюбленного сыночка на все-все готов пойти рады него, в этом году у них пропали совместные чаепития, они почти что не общались. Мужчина пытался начать разговор, но все тщетно, казалось его преднамеренно избегали. Пытался выяснить причину и у слуг, но они ничего поэтому поводу не знают, хотя показалось что один из них что-то скрывает, но у него могла и развиться паранойя. Александр постоянно рисовал и писал что-то в блокнотах, необычного зеленого цвета, но никак не соглашался показать, отец и не упрашивал сильно. Неправильно было лезть в чужое личное пространство, и вот стоит у двери, его терзало куча сомнений по поводу правильности своих действий. Вдох-выдох, вошел в комнату, сразу же заметил один из таких аккуратно лежачий на тумбочке рядом с кроватью. Сел на нее и взял вещь в руки, его все еще терзала совесть, но это был единственный шанс спасти их отношения которые и так на нуле. Открыл, собираясь внимательно осматривать, с первой страницы сразу же удивившись начиная листать. В блокноте было много рисунков одного игрока, отец сразу понял кто нарисован — Риколит. Мало того в романтическом контексте, провернув чуть дальше увидел нарисованную его сыном порнографию с ним. Значит его сыну понравился этот мальчишка, неужели все что рисовал его сын, был именно он? Ну детки вырастают гормоны и бушуют, да и надо уже действительно пару ему как-никак двадцать один год, подумал так генерал, остаточно определили то что он прав фотографии врага на одной из страниц. Хм… Если подумать так и не вручил подарок сыну когда ему стукнуло восемнадцать лет. Ибо расспрашивал, расспрашивал, а ответа не было. Риколит вполне мог пойти как хороший подарок, раз уж настолько нравиться, правда отец понять не мог, почему нельзя сказать об этом сразу. Наверное стеснялся, боялся чего-то. Отца эта недоверчивость расстроила, ибо тот запросто мог отдать игрока тому, и принять в их семью, уж точно не против был бы. Да и тем более не против с внучатами понянчиться потом. Полицейский все понял, положил его на место, как не трогал и ушел принявшись звонить всем своим подчиненным и выдать новый наказ, с полным запретом причинения вреда парню. Слуги конечно же были удивленны таким милосердием, но без лишних вопросов принялись ловить. Спустя несколько недель все же поймали, принесли тому в подвал и удалились. — Что ж, привет Никитка. — По приветствовался генерал, видя в глазах мальца явный испуг, был видно наслышан о его кровожадии. Но он ни в коем случае не пытался тому навредить. — Не боись, мне с тобой поговорить надо. — Не лезь ко мне, почему я связанный? Не подходи! — Мужчина подошел впритык специально, чтобы повеселиться от чужого испуга. — Не лезь ко мне я сказал, не подходи! — Ах-ха-ха, успокойся, я просто поговорю с тобой. Знаешь ты такой красивый, молоденький, не могу поверить что у тебя нет парня до сих пор. — От этих слов парниша пришел в бешенство, разве похож на гея? Конечно же нет! Неужели генерал ему смеет предлагать отношения с ним? — Чего?! Никогда даже не надейся, педик! — От чужих слов Силюк лишь сильнее задергался, показывая что недоволен тем что происходит. Его перевязали на славу, и выбраться было на грани невозможного, каждое движение давалось с огромной болью. — Во-первых я тебе не со мной встречаться предлагаю, а во-вторых нашего моба не привлекают женщины игроки, да и оплодотворить мы можем только мужчин игроков и себе подобных. — Объяснил полицейский, но игрок даже слушать ничего про это не хотел, как бы там не было, он против, в любом случае. — Да какая мне разница, отпусти! — Риколит все еще пытался сопротивляться, пускай это и было бесполезным, хотелось свалить отсюда как можно скорее. — Тц… не перебывай, давай сразу к делу? Ты понравился моему сыночку, и я думаю что вам б стоило попробовать повстречаться. — Перешел к самому основному не ставая тянуть кота за хвост, не в его стиле так делать. Понимал что это информация сильно могла удивить мальца, реакция на это была довольно предсказуема. — Чего?! Совсем обнаглел?! Ни-ко-г-да. — Проговорил последнее по буквам, уж точно не собирался проводить время с каким-то усатым тараканом, который с большой долей вероятностью имел противный избалованный характер. В ответ на это, его потрепали по волосам, как не принимая эти слова близко к сердцу. — Тебе он понравиться поверь очень хороший, добрый, интересный, в общем идеал. — Генерал понимал что деньгами того не заинтересуешь, и начал пересчитывать хорошие качества, то что игрок был не подкупным это очень похвально, зато будет с сыном не ради денег и по-настоящему любить. А то мало каких игроков этот моб интересовал, и к сожалению большинство интересовали только деньги. — Ага, ага, расскажи кому-то другому, придурок. — Риколит не принимал чужие слова слишком всерьез, а относился как к обычной, дешевой лжи, направленной на то чтобы впечатлить. Знал что зачастую яблоко от яблони не далеко падает. — Не обзывайся, хочешь тебе больше и детальнее о нем расскажу? Его зовут Александр, вы кстати с ним почти одногодки, только ему на один год больше… — Рассказывал Генерал, сначала базовое, а потом перешел к многочисленным достижениям своего сына, заслуженных честным путем, между прочим. — Да не интересно это мне! Отстаньте, отпустите, не хочу! — На эти крики особого внимания не обращалось, полицай стоял на своем и пытался заинтересовать, чтобы парень согласился. Понимал что это было сложным, но надеялся что сработает, если нет то будет не очень хорошо, но привыкнет к их семье рано или поздно. Генерал начал восхвалять своего сына, говорить какой тот хороший, добрый, умный и что вообще счастье свое теряешь Никит, другие игроки б сразу согласились. Тот был действительно похож на заботливого отца. Не то чтобы на заботливого, а на очень даже слишком заботливого, парня не особо волновали их семейные проблемы, самое главное было уйти отсюда. Вот только его слова не принимались, а полностью игнорировались, уже даже горло начало побаливать, что заставило его значительно притихнуть, понимал что не стоило растрачивать на это. — Ну и что, согласен? — Поинтересовался генерал, видя что парень успокоился, думая что заинтересовал. А ведь перестал перебивать, кричать, пытаться выбраться, значит что по описанию понравился, правда отец его немного приукрасил, ну ничего, ведь не бывает человека без изъянов. Сначала нужно показать плюсы, а минусы потом сами покажутся. — Никогда, твой сын такой же конченый, как и ты. — Нагрубил игрок, за что получил сильную пощечину от которой закричал, а на лице появились слезы. Место удара прям горело, мужчина не смог сдерживаться. Когда что-то плохое говорили о его семье, он не мог контролировать свою злость. — Что ж, мне видно надо применить силу… Знаешь думаю с заклеенным ртом ты выглядишь куда презентабельнее и прекраснее. — С этими словами тот подошел к нему впритык и заклеил рот, теперь слышно было только мычание. — М-м-м… говоришь что не терпится встретиться с моим сыночком? Сначала приоденем тебя, расчешем, тем еще милашкой будешь. После этих слов мужчина куда-то ушел, но к несчастью сразу же вернулся. Уложил того на кровать начиная развязывать веревки, конечно же в ответ пытался вылезти из-под чужого тела, но не получалось. Хватка слишком сильна, вот уже почти голый, остались только трусы которые полицейский тоже собирался снять, спустя некоторое время сопротивление видалось неудачным. И вот он полностью голый, его член обхватывает рука, заставляя встать, после слова "миленько" отпустил. На него напялили девчачью одежду, и связав намного сильнее, начали аккуратно причесывать, благо быстро закончил. — А теперь, жди… — С этими словами генерал оставил его самого в подвале, удалившись. Силюк пытался дергаться, но перевязали сильнее чем в прошлый раз, что не давало шансов, все тело чувствовало боль. Поэтому пришлось успокоиться, ведь неприятных ощущений хватало в состоянии бездействия.