Миоцу

⋅•⋅⊰∙∘☽༓☾∘∙⊱⋅•⋅

      Где-то в чаще ужасающего леса живет достаточно много Ёкаев, но о них непринято говорить в обществе. В любом. Те немного отличаются хотя бы от того, который с регулярной периодичностью докучает Арсению. Ну или не немного.       Тот, что достает Арса — вообще-то, вполне себе безобидный, и это он скорее отличается от всех остальных. Конечно, он может разодрать глотку, если к нему полезть, но в целом он не опасен.       Те Ёкаи, что действительно несут в себе зло и опасность — прячутся достаточно глубоко, чтобы их не обнаружил случайный прохожий. Новенькие о них не знают, так как им первым делом вдалбливают в голову — в лес не соваться, особенно в его глубь.       Выглядят они так же, как и тот что живет на одной линии с Кицунэ. Только оскал злее, и нападут, не спросив кто ты и зачем пожаловал.       И только по этой причине, Антон умалчивает о своих не очень-то приятных снах, сидит тихо-мирно в своей «берлоге» и изучает все, что задают ему Олеся и Сережа.       Молчит, но в своей кудрявой голове постепенно простраивает план побега, грубо говоря. Конечно, никакой это не побег, а обычное желание посетить лес. Обычное, ага. Каждый же так и желает простого человеческого попасть в запретный лес, где даже высоты и темнота деревьев пугает, не говоря уже об их обитателях — изученных на пять процентов.       Но Антона это почти не пугает. Точно не так сильно, как картинки в его снах. Ему бы, конечно, надо просто спросить об этом у Олеси и Сережи, хотя бы, но ему семнадцать — он уверен, что и сам со всем этим разберется. Нужно только время. И чтобы, вышеупомянутые люди ни о чем не узнали.       Наивный.

⋅•⋅⊰∙∘☽༓☾∘∙⊱⋅•⋅

      Все, кто знает Арсения лично — без раздумий назвали бы его затворником. Но в лицо такое может сказать только лучший друг, без негатива, конечно, а просто как факт. Арс с ним и не спорит — сам все прекрасно знает про себя, и жизнь такую тоже выбрал сам. Он самостоятельный. Ну почти.       Родители давно уехали в большой город, жить самую обычную людскую жизнь с крутой работой. Они дали Арсению возможность выбрать свою жизнь самостоятельно, и регулярно присылают ему деньги.       Денег хватает и на разнообразное питание, и на рваные джинсы, но как будто бы в почти двадцать шесть лет уже не хочется сидеть на родительской шее, хоть это и очень удобно. Ну или хотя бы оставить свешанной только одну ногу, а второй уже наконец-то пойти работать, — в конце концов скучно просто так сидеть в лесу, и лишь изредка выбираться за запасами.       Поэтому Арсений вновь обращается человеком — лисицу на работу не возьмут, какой бы милой она не казалось. Ну если только в цирке выступать, но цирка-то и нет даже.       Работы в деревне не то чтобы много — скорее наоборот. В основном, все чем-то торгуют: кто травами лечебными, кто, собственно, едой, а кто одеждой. Арс себя в торговле не видит совсем, да и что ему продавать? Если только уроки по выживанию поблизости с надоедливым Ёкаем. Арсений на несколько секунд задумывается об этом, но быстро отметает эту мысль, продолжая прогуливаться по торговым рядам.       Ничего его здесь не вдохновляет. Может нужно было уезжать вместе с родителями в город и жить обычную человеческую жизнь, думает он. Ну да, где обычность и где Арсений — понятия противоположные. К тому же, ему совсем не хочется гасить в себе свою истинную природу. Хотя, смысл-то какой в том, что он Кицунэ?       Арсений грустно вздыхает своим мыслям, которые так и скребут по черепной коробке, и продолжает исследовать улицы.

⋅•⋅⊰∙∘☽༓☾∘∙⊱⋅•⋅

      Антон сидит в привычной уже позе лотоса на привычной лужайке, под ослепительным солнцем. Настолько, что даже пришлось воспользоваться SPF кремом и надеть кепку, дабы не получить солнечный удар — а ведь еще только середина марта.       Весна в этом году особенно ранняя и теплая, а иногда и прямо-таки жаркая, даже становится страшно, что же тогда будет летом.       Впрочем, Антон старается об этом не думать раньше времени, а наоборот наслаждается теплой весенней погодой.       Он уже перестал превращаться в кота, когда не попадя, то есть более-менее научился контролировать свои порывы обрасти пушистым мехом. Через месяц ему будет восемнадцать лет — наконец-то! — а это значит, что пора продумывать свой план похода уже досконально.       Хотя, по факту продумывать особо тут и нечего. Надо только уметь четко контролировать свои обращения и не попасться никому на глаза на пути в лес. Конечно, он не пойдет туда в облике человека — если уж найдет виновника торжества, тогда уже и придется превращаться обратно, а то мяуканьем он вряд ли чего-то добьется.       Антону, естественно, страшно, но гораздо страшнее так и не попытаться узнать правду о своей семье и проклятье. Если это конечно, вообще проклятье, а не просто шутка природы. Он уже понял, что всякое может быть. В конце концов, те же Ёкаи — никакое не проклятье, а вполне себе природное явление, как и Кицунэ, о которых он тоже уже наслышан.       Кстати о них. Антону до сих пор не удавалось встретить Кицунэ — то ли они так редко появляются на улицах, то ли это он появляется там не вовремя. А это ведь тоже интересная часть, теперь уже его, жизни, между прочем!       Но кто знает, может он и лису встретит среди жутких деревьев. Антону хотелось бы.

⋅•⋅⊰∙∘☽༓☾∘∙⊱⋅•⋅

      Разузнав, что Серега был прав и нормальной работы сейчас нет, Арсений устало хмурится и идет пополнять запасы в привычный магазинчик — зря что ли ходил тут столько времени.       Набрав корзину привычной еды, он останавливается у книжной полки — да, хороший магазин, однако, и поесть, и почитать, — и разглядывает корешки книг, вчитываясь в названия. Миоцу был бы не Миоцу, если бы на полках не было различных магических книг. И Арсения именно они и привлекают.       — Ищете что-то конкретное, — через чур весело спрашивает его продавщица, — молодой человек?       — Да нет, — улыбается он в ответ, — просто понял, что никогда не читал таких книг, почему-то.       Арсений и правда ловит себя на мысли, что за всю свою жизнь не прочитал ни одной мистической книги, и это при том, что он сам мистическая сущность. И с одной стороны, это странно, а с другой — ну и что с того? Он не маг, способностей у него вроде как нет, а о себе он и без этой писанины все знает. Но, сейчас, где-то на задворках сознания, он понимает, что ему интересно почитать хоть что-нибудь.       Кто знает, может он так найдет себе новое хобби.       Поэтому, недолго думая, он берет с полки книгу с простым названием «Магические существа» и идет на кассу. Женщина пробивает весь товар и внезапно хвалит за выбор:       — О, это хорошая книга для начала, — улыбается она, — здесь есть все, для первоначального знакомства с нашей мистической деревней. Тут и про лес этот страшный все: почему туда не стоит ходить. Вы же знаете про лес? — поднимает она резко глаза на него.       Арсению хочется ответить, что знает он его более чем, и совсем не понаслышке, но он лишь коротко кивает, а затем благодарит и прощается с продавщицей.       Вернувшись к себе домой, чудом не застав по пути приставучего, в последнее время, Ёкая, Арсений, не разгребая сумку с продуктами, садится на кровать и принимается за новую книгу. Уж очень ему любопытно стало, что же там нового он может узнать.       Книга встречает его красивыми рисунками — явно современными — лисиц, волков, котов и, прости господи, Ёкаев. Те изображены будто специально уродливее, чем есть на самом деле: клыки и когти острее, волосы растрепанные, а глаза как будто и вовсем забыли раскрасить, и вместо зеленого неона, в них светится лишь пустота.       Арсений хмыкает на эти картинки, и понимает, что сделано это только для того, чтобы простые люди еще больше пугались таинственного леса. Ну хоть остальных не изобразили страшными существами и ладно. Хотя, полистав еще страницы, он все же находит и изображения девятихвостой лисицы, да еще и пылающей в огне.       Интересненько.

⋅•⋅⊰∙∘☽༓☾∘∙⊱⋅•⋅

      — Серег, — они сидят у Арсения на диване, Сережа делился не очень интересными новостями в деревне и хвалился какие у него способные ученики, до того, как Арс его бесцеремонно перебил, — кстати, о магии… У Кицунэ могут быть способности?       — Магические типа? — усмехается он.       — Ну да. — Арсений пожимает плечами.       — Ну, есть поверье, что когда-то очень давно способностями обладали вообще все оборотни, — начинает тот издалека, — в том числе и Кицунэ, ага, но спустя пару веков эти способности отвалились вместе с восемью хвостами… На нашем веку, в общем, такого не наблюдалось. Магией обладают только люди, да Ёкаи, чтоб их.       Арсений переваривает в голове услышанную информацию и сопоставляет слова из уст друга с буквами из книги. Два плюс два легко складывается, но на душе становится как-то неспокойно. Он пытается решить для себя, а хотел бы он владеть магией, но при этом иметь еще восемь неудобных хвостов? От картинок в голове, как ему пришлось бы справляться аж с девятью пушистыми хвостами, бросает в дрожь.       — А они прям постоянно с этими девятью хвостами жили? — вдруг интересуется он у друга, будто тот справочник по лисам.       — Арсен, — хохочет он, — да мне откуда ж знать?       — Наверное, они могли их прятать… — рассуждает он, — если владели магией…       — Ты забываешь, что хвостов могло быть до девяти, то есть могло быть и три, и пять, и шесть…       — Я понял. Наверное, хорошо, что у меня он один.       — Да прибудет сила с тобой, друг мой однохвостый! Да сбудется пророчество древнее! — Сережа проговаривает это уже стоя у дверей, а затем добавляет как ни в чем не бывало:       — Ладно, пошел я уже, давай не грузись.       — Что ты сказал? — Арсений именно это и делает: грузится.       — Говорю, идти надо домой, спокойной ночи.       — Да не это! — хмурится Арс. — Какое еще пророчество?       — О-о-о, тяжелый случай. Пошутил я просто, — Арсений хмурится еще сильнее, — ну в тему же? — Сергей явно веселится.       Только вот Арсению почему-то не весело, и после ухода друга, он вновь открывает злосчастную книгу. Что он там пытается еще найти, сам не знает, но сердце заходится в бешеном ритме, при мыслях о том, что у него могли бы быть сверхъестественные способности.       Перелопатив книгу еще раз, Арс понимает, что прошлое в прошлом, и если его магический максимум — это превращаться туда-сюда, то видно, так тому и быть. И ничего уже не изменить, даже если бы очень хотелось.       Тем не менее, в голове ворох мыслей после насыщенного вечера, которые еще долго не дают уснуть.