Когда погаснет Кассиопея

Глава 7 ***       Она бежала сломя голову по тёмным коридорам, нещадно пытаясь найти выход из этого непроходимого лабиринта. Но за каждым новым поворотом её ожидал очередной бесконечный коридор. Сердце стучало как ненормальное, полностью поглощённое чувством паники и безнадёги. Здесь точно где-то должен быть выход, она в прошлый раз его нашла. Хотя не была уже в этом так уверена, как будто сознание намеренно скрывало от неё правду. Там точно был свет, и она словно мотылёк, летела на него. Он должен быть где-то поблизости. Находиться взаперти собственного сознания становиться уже совсем невыносимо.              ***              В этот раз подчинить сознание этой юной волшебницы было гораздо сложнее. Она действительно имела не только мощный магический стержень, но и прекрасно владела навыками контроля сознания. Но куда уж ей до Великой Богини Сехмет. Пока она не закончит свои дела, ей необходимо это тело. А парнишка совсем не промах, сразу убил двух зайцев, и помолвку заключил и к себе привязал. Но это ей не помеха, что он сможет её найти. Она успеет всё сделать быстро.       Она летела в песчаном вихре, направляясь в очередной город, которому требовалось очищение. За те века, что её не было на Египетской земле, она изрядно запятналась человеческими грехами, страхами и пороками. За одни сутки она успешно наказала всех нечестивцев в Каире. Сейчас её путь лежал на юг, в её любимый и обожаемый Луксор. Пролетая над окрестностями, она поражалась тому, как люди вероломно надругались над их цивилизацией. То, что должно было быть глубоко в земле и остаться загробным пристанищем для великих людей, сейчас находилось раскопано, осквернено и разграблено. Она так просто это не оставит и накажет каждого.       Когда-то давным-давно, она была счастлива, гуляя по окрестностям Луксора. Особенно любила райские сады в их дворце. Ещё, будучи маленькой принцессой, отец, великий Бога Солнца Ра, приводил её в свой сад и показывал великое множество чудесных растений и цветов. Тогда мир был чист и понятен.       Но однажды, он пришел к ней с важным разговором, после которого она навсегда изменилась. Он нарек её Богиней, одарил магической силой и поручил стать воительницей, охранять царство фараонов от врагов. Одним лишь взглядом она могла извергать огонь, который способен был сжечь всё вокруг. А своим дыханием она могла создать великую пустыню. Быть защитницей, охранять фараонов и их подданных от бед, охранять дома и храмы. Но кроме силы разрушать, ей так же была дарована сила, и исцелять. Дабы во всём поддерживать равновесие.       Она действительна была благодарна за эти дары, и незамедлительно принялась исполнять свой долг перед фараонами и народом Египта. Она была беспощадна, но всегда справедлива. Наказывала жестоко, но только тех, кто действительно этого заслуживал. Но народ начал бунтовать. Тогда им было предложен способ искупления и задабривания Богини. Жрецы каждый день проводили ритуалы жертвоприношения перед статуей египетской богини, чтобы успокоить её гнев. Она наслаждалась вкусом крови. Она была теплой, тягучей и живительной. Привкус металла ощущался как целебный нектар. Ещё она любила пиво. Ей очень льстило, что во время празднества в её честь все должны были пить этот священный напиток. Но он, к сожалению, и погубил её.       Люди подняли восстание против самого Ра, царя всех богов и её любимого отца. Несмотря на то, что Ра был богом, он состарился и слабел с каждым днём, и глупые люди решили, что сами станут богами.       Ра направил против них своё Око, Сехмет, свою горячо любимую дочь, как она думала. Пустыня была окрашена в красный цвет человеческой кровью, в то время как Око преследовало предателей и убивало их одного за другим. Это не прекращалось, пока пески не покрылись телами. Затем, временно насытившись, она с триумфом вернулась к своему Отцу. Она надеялась, что отец будет благодарен ей, наградит её, и она продолжит свое правое дело, во благо истинного Бога Ра. Она продолжала убивать всех мужчин и женщин в поле зрения в течение следующих нескольких дней, но в какой-то момент Ра решил пощадить остальное человечество. И теперь проблема заключалась в том, как помешать Сехмет выполнить её задание. Ра приказал ей прекратить убийства. Но это было просто смехотворно, он действительно не видел и не понимал, что стоит только остановится, как люди снова решат, что у них есть право что-то решать в этом мире. Она попробовала человеческую плоть, и ей это понравилось. Она решила снова убивать. Ра пришел к Верховному жрецу и спросил его совета, что делать с дочерью, ослушавшейся его приказа. На что Верховный жрец ему ответил, что было великое пророчество, говорившее о том, что Душа Богини Сехмет найдет покой, когда погаснет Кассиопея. Она случайно подслушала этот разговор и успела вовремя уйти и остаться не замеченной. Ра решил, что это было слишком туманное и неправдоподобное изречение. Сколько ещё должно быть пролито крови, пока это случится. И тогда Отец нашел единственный способ остановить дочь от убийства - напоить её пивом, её любимым напитком. Ра принес из пустыни красный пигмент и растер его в мелкий порошок, который он смешал с пивом. Затем он разлил по земле семь тысяч кувшинов красного пива. Она была несказанно рада такому подарку, ещё до конца не понимая, чем это в итоге обернется для неё. Когда она увидела красную жидкость, она подумала, что это кровь, поэтому она жадно пила её, пока не напилась и не заснула...       Она не знала, сколько прошло времени, но очнулась она незадолго до своего конца. Она уже была на ритуально столе и девять жрецов стояли над её телом, читая заклинания из Золотой Книги Амон-Ра. В этот момент она поняла, отец предал её, раскромсал её тело и душу и решил убить. Она не могла поверить в то, что за её любовь и преданность он оплатил ей смертью и вечным скитанием Души. Ведь он услышал пророчество, да оно было не точным и туманным, но рано или поздно оно исполнилось бы. За что он так с ней. Когда были зачитаны последние строчки заклинания, все свечи в зале затрепетали, затем огонь в них взорвался такой мощью, что пламя поднялось на несколько метров. Её тело пронзила нестерпимая боль, она закричала так, что все жрецы упали на колени, хватаясь за голову, истекая кровью из ушей и носа. В один миг её Душа вырвалась из тела и Верховный жрец заключил её в сосуд, обрекая на вечное страдание.       Боль предательства до сих пор ощущалась горечью в горле. Она не предполагала, что сможет вырваться из своего заточения, но вера всегда была с ней. Накапливая свою силу и магию, она плела узоры, и распространяла нити, которые отыскали бы подходящий сосуд для её Души. Много времени утекло. И вот она стоит на развалинах Луксора, некогда великого города, её родины, и сердце этой волшебницы билось так сильно от волнения и предвкушения чего-то сокрушительного. Сехмет не знала, это только импульсы этого тела или её собственные ощущения.       Взмахнув изящной рукой, она облачилась в искусно расшитое золотом платье из прозрачной ткани. Поверх него появились золотой корсет, украшенный драгоценными камнями, закрывающим грудь, талию и бедра. На руках появились золотые браслеты. Голову украсила золотая корона с огромными гранатами, в волосах тоже появились украшения из бусин и золотых нитей. Ступая босыми ногами по холодному ночному песку, она ощущала подземную мощь магической силы, что была погребена под тоннами песка. И она намеревалась эту силу использовать. Тихим пением она позвала своих верных слуг, бестелесных палачей, её верных помощников. На её зов со всего города потянулись вереницы теней, словно черные нефтяные реки. И им был отдан приказ, абсолютно точно такой же, как и накануне, найти всех нечестивых, грязных, грешных людишек и привести к ней для расправы. Как только тени растворились в толще песка, она направилась на руины своего дома.       Подходя ближе к Луксорскому храму, она была поражена, насколько плохо сейчас всё выглядело. Идя по алее сфинксов, она увидела, насколько время было нещадно к ним. Хоть люди и пытались сохранить остатки, этого всё равно было недостаточно. Когда-то по этой священной дороге проходило шествие египтян в день бракосочетания её отца, Бога Солнца Амона Ра, и его супруги Мут. Воспоминая об отце обожгли, словно раскаленные угли. Она никогда не простит ему предательства. Дальше на пути виднелся Обелиск из розового гранита. А раньше их было два. Пока она прогуливалась по пустынным улицам храма, на пути ей попадались люди, скорее всего служители, охраняющие храм. Одним взмахом руки они падали без сознания. Ни одна душа не должна была видеть её, но это только пока.       Зайдя внутрь храма, она втянула носом воздух, и выдохнула пламя, зажигая свечи по всему периметру. Взмахом руки она безошибочно определила направление, по которому ей необходимо было идти, и направилась в подземные залы, что бы найти ту самую ритуальную комнату. Стены, потайные ходы, всё открывалось перед ней, поднимая столбы пыли и песка многовековой давности. Ритуальный зал предстал перед её взором в том самом виде, в котором она его и запомнила, только слой пыли выдавал запущенность данного помещения. Комната была круглой формы, по периметру на равных расстояниях находились каменные колонны, а посередине был ритуальный алтарь. Он представлял собой каменную плиту, украшенную древними священными текстами. Именно здесь её и убили. Она ещё чувствовала на кончиках пальцев ту боль, что прошибла её тело, в момент чтения заклинания из Книги Амона-Ра. Книги, как она и предполагала, здесь не оказалось, но она и не была ей нужна. Великая Богиня Сехмет сама нашла путь к возвращению. Сейчас это было идеальным местом для расправы.       Спустя некоторое время она начала ощущать вибрации. Сначала это были легкие колебания, затем по мере приближения это ощущалось уже всем телом и даже стены храма подрагивали от напряжения и силы магии в воздухе. Она снова начала петь, и на её мелодичный голос стали сползаться её верные Тени, таща за собой тела грешников, убийц, террористов, маньяков, наркоторговцев и работорговцев и всех остальных омерзительных людишек. Зал стал постепенно заполняться темными сущностями и телами, что они волокли за собой. Все они уже были изрядно измученными, окровавленными и в полуобморочном состоянии. Конечно, чем сильнее сопротивляешься Тени, тем больнее тебе будет в пути. Они расположись по периметру, образуя полукруг. Тела были в сознании, но обездвижены Тенями и зависли в воздухе, ожидая приказа.       Она подняла изящные руки вверх и тени растворились в воздухе, все тела упали на пол, покрытый слоем песка и многовековой пыли. У всех в глазах плескался неподдельный ужас. Они не понимали, что происходит, их глаза метались по залу, ища пути отступления, но пускай не надеяться, их просто нет.       -Добро пожаловать, - промурлыкала Гермиона низким бархатным голосом.       -Вы должно быть меня не знаете, но я представлюсь. Я Великая Богиня Сехмет. Вы, непременно, слышали обо мне, - она сделала небольшую паузу, наслаждаясь зрелищем. По залу послышались шепотки. Определенно народ Египта знал её историю, и знал, чем прославилась эта Богиня.       -Если вы сегодня оказались передо мной, значит, за вашей душой тянется след греха, - она понизила голос до ужасающего шепота.       -Нет, я не виноват, это ошибка. Меня здесь быть не должно, я ничего такого не делал, - послышался жалобный голос справа. Это оказался мужчина средних лет, с тоненькой бородкой и маленькими глазками, бегающими из стороны в сторону. Вся его одежда была в крови, руки ободраны, ноги босые, на лице так же виднелись струйки запекшееся крови. Гермиона взмахнула рукой, и рот этого мужчины мгновенно сросся. Он судорожно начал ощупывать его, пытаясь найти губы, но там было пусто, в его глазах полыхал неподдельный ужас. Еще взмах и он застыл на месте. Только маленькие глазенки крутились во все стороны, норовя выйти из орбит.       -Никто не имеет права перебивать Богиню, - сладким тоном проговорила Грейнджер. Она выставила руки вперед, соединяя указательные пальцы с большими и расширяя их в стороны, перед её взором материализовалась светящийся полупрозрачный свиток. На нём быстрыми символами образовывался текст.       -Итак, Кеймнвати Исил, работорговец и держатель притона. Милый, это ты называешь ничего такого? – она хищно улыбнулась ему, и вихрем подлетела к оцепеневшему мужчине, застыв в долю секунды прямо перед его носом. Глаза его были полны ужаса, но он ничего не мог сделать, тело было словно залито свинцом. Гермиона подняла руку, и, щелкнув пальцами, обе его руки отсеклись от тела, словно она отрубила их бронзовым хопешем. Горячая кровь хлынула из тела из того места, где секунду назад были его руки и его рот разлепился. Наполняя зал душераздирающем воплем. Кровь заливала пол ритуального зала, постепенно сливаясь к центру комнаты, к каменному алтарю.       -Может кто-нибудь ещё хочет обсудить его нахождение в этом зале? – тихим, но властным голосом проговорила Гермиона. Глаза её светились как никогда, словно два огненных шара.       В зале стояла оглушительная тишина, никто больше не пытался что-либо говорить. Одного показательно выступления было достаточно, чтобы ощутить мощь этой женщины. Каждый из них по-своему надеялся, что если сидеть смирно, то участь его не настигнет и всё само разрешиться. Она слышала мысли каждого из них. Всех семнадцати человек, преимущественно мужчин. Но как оказалось, сегодня тени нашли для неё и двух грешных женщин. Это было весьма интересно.       Она вихрем переместилась по диагонали, приблизившись к женщине, лет сорока. Она была не так сильно покалечена Тенями, однако на руках были видны следы крови.       -Ох, милая пташка, чем же таким непростительным ты успела запятнать свою душу? – спросила она её приторно милым тоном. Она подняла одним пальцем её подбородок и заглянула в глаза. – Соврешь мне, пожалеешь.       -Я, меня… то есть да, я держательница борделя, - дрожащим от ужаса голосом произнесла женщина.       Гермиона также вызвала свиток с описанием женщины и принялась изучать.       -Ты не до конца честна со мной, голубка, давайка ещё раз, - она прикоснулась указательным пальцем к её лбу и женщина завизжала, будто её резали на куски. Через секунду она убрала руку, и женщина судорожно глотала ртом воздух, пытаясь придти в себя.       -Я… предоставляю женщин, которые не….не являются проститутками. Они…у меня в плену и я…. накачиваю их наркотиками ….перед…перед… принятием клиента, - заикаясь и дрожа всем телом сказала женщина.       -Плохая девочка, - цокнув языком проговорила Грейнджер, - и ты не сказала правду сразу. Взмах руки и обе её ноги были отрублены чуть выше колена. Ярко-бордовая кровь хлынула из подколенных артерий, стекая струйкой и окрашивая песок всё к тому же алтарю. Пронзительный визг разнесся по всему ритуальному залу, женщина схватилась за остатки свои ног трясущимися руками, которые мгновенно окрасились в алый цвет. Она будто не могла поверить своим глазам, ища продолжение конечности.       Грейнджер умиротворенно прикрыла глаза, отходя к алтарю, наслаждаясь звуками пыток. Затем она вспомнила о второй женщине, и спустя секунду присела на корточки напротив неё. Это была взрослая тучная дама уже в годах. Седые растрёпанные волосы скрывали часть её лица. Гермиона нежно убрала прядь серебристых волос, открывая смуглое морщинистое лицо.       -А вот тебя я ждала с нетерпением, моя хорошая, - она подняла её лицо двумя руками, проникая в самые глубины сознания. Перед её взором начали друг за другом появляться картинки, это были пещеры, раскопки, много мужчин с различными инструментами, разбитые палатки посреди пустыни, люди, вытаскивающие бесценные сокровища из-под толщи песка. Бегло просмотрев воспоминания женщины, она вынырнула из её сознания. Для всех остальных прошло не больше секунды.       -Расскажи-ка, чем занимаешь ты. Всем здесь очень интересно узнать твою историю, - приторно сладким и ласковым тоном говорила Богиня губами Гермионы.       -Пожалуйста, умоляю вас…я только продаю диковинные и редкие вещицы, - верещала старуха.       -О неужели, а что это за вещицы? – не унималась Грейнджер. Её глаза пылали яростью. Она хотела правды, только и всего, почему признание нужно вытягивать из каждого раскаленными клещами.       -Это…это антиквариат, - женщину трясло от страха, слова никак не хотели срываться с её уст.       -Ложь! – взвизгнула Сехмет и одним движением ее запястья всё тело женщины начало биться в судорогах. С кончиков пальцев на руках и ногах, начали растягиваться открытые незаживающие язвы, распространяющиеся по всему телу, будто женщину бросили в раскалённое масло. Протяжные крики, словно большого раненного животного, нарушали тишину этого магического строения. Ещё одно движение руки и всё стихло, рот женщины сросся, точно так же как и у первого мужчины, остались лишь невнятные утробные мычания. Женщина продолжала мучится, а её кожа лоскутами сползала с окровавленного тела, обнажая кости.       -Грустно, даже почтенная старость не знак мудрости, что уж говорить об уважении к предкам. Гермиона начала плавно прохаживаться вдоль всех оставшихся нетронутых пленников, ступая босыми ногами. Её платье мягко шуршало, а металлические браслеты слегка позвякивали.       –Внесу ясность для всех остальных, эта женщина, -она резко развернулась и указала на неё пальцем, - глава банды расхитителей гробниц, Нубити Хадж, собственной персоной. Думаю, многие из вас сталкивались или слышали о ней. Но напомню, они с мужем организовали свою банду, но по глупости её нерадивый муж погиб от неизвестного проклятия, - она зло сверкнула своими огненными глазами.       -Глупенький мужчинка решил, что имеет право на сокровища, которые веками хранились не для его поганых ручонок, - она продолжала плавно ходить по полукругу своих пленных, искрясь от переполняющей её ярости.       -И вот тогда, Нубити решила, что никогда в жизни сама не спуститься не в одну пещеру, а всю грязную работу делали её верные люди. А все сокровища, книги, артефакты никогда не касались её рук. Она была осторожна. Но она и не подозревала, что кара её настигнет от самой Сехмет. Повернувшись в сторону, Гермиона с особым удовольствием наблюдала за остаточным действием проклятия, что разложило тело этой женщины до костей.       Так продолжалось на протяжении нескольких часов, каждый не был до конца честен, ведь самое трудное, это признаться в своих грехах и пороках. Хоть каждый, абсолютной каждый видел исход лжи, до последнего хотел обелить свою репутацию. В этом и была слабость человеческой натуры, признаться, осознать свои ошибки. Однако, даже если бы человек полностью признал их, это ещё не говорит о том, что он раскаялся в них. Душа этих людей была черной и вязкой, как мазут, но кровь всё смоет. Сехмет любила очищение кровью. Только живительная сила, заставляющая наше тело функционировать, способна очистить тело от греха.              ***       Драко даже не успел глазом моргнуть, как в песчаном вихре растворилось тело Грейнджер.       -Блять, - не сдержавшись, ругнулся парень. Он предполагал, что у них совсем немного времени, но всё равно это было неожиданно. Он скорее думал, что Богиня сможет завладеть сознанием Гермионы, когда та уснёт. Но, как оказалось, ей даже не нужно ждать, когда контроль будет ослаблен, она может подчинить её тело в любой момент.       Он подумал, что сегодня, скорее всего, будет повторение предыдущих суток, и Сехмет направилась в теле Грейнджер совершать очередной «ритуал очищения». Поэтому решил сразу не выдвигаться вслед за ней, а найти её спустя несколько часов, потому что, даже найдя Гермиону, это будет всё равно не она. А как побороть или хотя бы совладать с воинственным духом Богини, он пока не знал.       За поиском ответов на эти вопросы, он вновь отправился в кейс, шерстить книги и свитки. Он ещё слабо ощущал легкий запах духов Грейнджер. Вся эта ситуация страшно нервировала, ведь всё пошло совершенно не по плану. Они должны были спокойно всё устроить, провести вместе неделю, может чуть больше и отправиться в Лондон. Там он обязательно бы навестил мать и познакомил их как следует. Теперь же нужно найти способ извлечь душу Богини и лучше оставить её на египетской земле. Или, в крайнем случае, найти способ её контролировать в сознании Грейнджер. В свитках, которые они нашли ранее, было очень мало информации, поэтому он тщательно начал искать продолжение того, что они читали ранее. Драко судорожно пыталась схватить глазами хоть какую-нибудь мало мальскую деталь, хоть какую-нибудь небольшую зацепку, отсылку, да что угодно, лишь бы стать чуть ближе к разгадке. Интересно, как там Гермиона, что чувствует, находясь замкнутой в своем же сознании. Возможно ли подавить часть сознания, ведь теперь Богиня часть Грейнджер, как и она часть неё.       Неожиданно Драко наткнулся на свиток некоего Великого жреца, он описывал последние годы жизнь Сехмет. В нем было о том, как Отец Амон Ра умолял Сехмет остановиться, как было произнесено то самое пророчество, и что Ра его не послушал. Он обманом опоил дочь и с помощью Книги Амон Ра совершил ритуал извлечения души собственной дочери и заточил её в сосуд навсегда. Драко жадно впитывал каждый символ, стараясь не упустить не одной детали. Если однажды им всё таки удалось остановить её, значит, они могут повторить этот ритуал, теоретически. Правда насколько было известно Малфою, Книга Амон Ра до сих пор считалась мифом, и её упоминание было всего в нескольких писания, включая и это, которое он только что изучил. Саму Книгу никто и ни где пока не нашел. И, скорее всего, это будет первым, о чём позаботиться сама Богиня, так это о том, что бы её найти и уничтожить.       Прошло уже порядком четыре часа с момента исчезновения Гермионы. Драко уже весь извелся, каждый раз прокручивая браслет на руке, он уже готов был сжать его с силой и переместиться к ней, но каждый раз что-то его останавливало. Так как сила браслета до конца ещё не была активирована (хотя он был не против), он не мог почувствовать чувства Грейнджер на расстоянии. Хотя он знал, что это возможно, но до конца всё таки не понимал, как это работает, а туманные рассказы отца и матери не давали точного прояснения. Всё было только в теории. Наконец, поборов свои страхи, он всё таки решил отправиться за ней, а уже на месте будет разбираться.       Аккуратно, накрыв ладонью запястье и сжав платиновый браслет, он сосредоточился на образе Гермионы и тугой узел внизу живота утянул его в пространство.       Оказавшись в тусклом помещении, освященным лишь несколькими свечами Драко сначала не совсем понимал, где оказался, глаза постепенно привыкали к тусклому свету. На полу была разлита тёмная жидкость, но когда он поднял глаза, его сердце пропустило удар молнии. Он увидел окровавленные, изуродованные и безжизненные тела людей, лежащих полукругом. Прямо перед ним находилась каменная плита, испещренная множеством надписей и египетскими иероглифами. Он сразу понял, что это ритуальный алтарь. Воздух был настолько густой, будто заряженный и наполненный неизвестным газом. Произнеси Инсендио и разразиться Адское пламя. Ступая нетвердыми ногами, он начал обходить камень и наконец-то увидел её. Грейнджер сидела в огромной луже уже запекшейся крови, в позе лотоса. Было похоже, что она медитирует. Она была одета не так, как он запомнил. На ней было платье древней эпохи египетских богинь, с множеством золотых украшений. Но всё это было в пятнах и брызгах крови, словно она попала под кровавый ливень. Одно дело испытать шок от фотографий в газете, а совсем другое увидеть это в живую.       Его собственная кровь застыла в жилах и совсем перестала циркулировать по организму. Конечности словно онемели. Такого первобытного ужаса он уже давно не испытывал. Последний раз такое было, когда он вернулся после пятого курса на каникулы домой, а тетя Белла вовсю развлекалась в подземельях Мэнора с маглами. Сначала он не придавал этому значения, так как не видел всего. Только отдаленные крики напоминали ему, о том, что там творилось. Но затем, она начала его обучать в своей излюбленной манере, и пытки маглов был одним из самых её любимых уроков.       -Не будь слабаком, несносный мальчишка, - каждый раз она говорила ему эту фразу, так, что она осталась высеченной у него на подкорке сознания.       И сейчас он будто вернулся в подземелья Мэнора. Единственным отличием была Она. Сейчас тем самым палачом была Гермиона. Не безумная Белла, которая была садисткой до мозга костей. А именно Грейнджер, которая всегда стояла горой за любое существо на этой грёбаной планете.       Пока все эти мысли нескончаемым потоков роились у него в голове, и он стоял молча, как вкопанный, не решаясь произнести и звука, Грейнджер открыла глаза.       -Долго будешь ещё стоять и пускать слюни, красавчик, - обратилась к нему Гермиона в несвойственной ей манере.       - Я так понимаю нет смысла спрашивать тебя зачем и почему ты это делаешь? – сказал Драко, внимательно вглядываясь в глаза Грейнджер.       - А ты умный парень, - бархатным голосом протянула Богиня.       - Почему именно она? Почему ты выбрала её?       - Потому что, она была для этого рождена…       Повисла пауза, в которой Драко, тщательно продумывал свой дальнейший вопрос. Что он хотел узнать больше всего? Когда это закончится, или сколько ещё убийств она планирует. Оставит ли она сознание Грейнджер или планирует завладеть её телом окончательно. Но не успел он ничего произнести вслух, как Сехмет начала говорить сама.       - Тише, мой милый. Как много вопросов, - она медленно начала подниматься, расправляя свое окровавленное платье, затем медленным шагом начала подходить к Драко. Её корона переливалась золотистыми бликами от мягкого света свечей. Так же как и золотой корсет, который невероятно тесно облегал фигуру Грейнджер. Легкий шифон платья приятно шуршал, заполняя мертвенную тишину ритуального зала. Она начала плавно обходить его по кругу, словно львица, наконец догнавшая свою добычу.       - Ты любишь её, верно? – слегка наклонив голову, спросила она, внимательно заглядывая в его серебристые глаза. - Да, - на выдохе сказал Малфой, - люблю. - Вижу. Ты так похож на моего Птаха, тот же взгляд, тот же напор и характер, - она подошла к нему совсем близко и коснулась рукой его щеки.       Её пальцы, полностью покрытые слоем запекшейся крови, плавно очерчивали линию скул и подбородка. Драко на секунду закрыл глаза, наслаждаясь этим прикосновением, но не почувствовал ничего, словно все его чувства заблокировались. Это была не Грейнджер. Её тело, её руки, но не она сама. Богиня увидела замешательство в его лице и усмехнулась.       - Но ты не он. Именно поэтому ты сейчас ничего не почувствовал. Ты любишь её душу, а не мою, - она развернулась и пошла в сторону тел. – Знаешь, она невероятно сильна, она ищет выход. Всё это время она бегает по моему лабиринту, в который я её заточила, и пока не собирается сдаваться.       - Она никогда не сдается, - глухо произнёс Малфой.       -Да, я знаю. Именно поэтому я выбрала её. Она словно моя реинкарнация. И отвечая на твои невысказанные вопросы, нет, я не собираюсь полностью завладевать её телом. Но оно мне необходимо для моих целей. Как ты видишь, - она обвела рукой пространство, указывая на тела убитых, - я провожу ритуал очищения, и мне понадобится ещё несколько ночей. Так что давай договоримся, - она в одно мгновение вихрем приблизилась вплотную к нему, - ночью, она моя. На рассвете я буду возвращаться к тебе и возвращать её сознание. Как видишь, я ещё не закончила, и на сегодня у меня в планах разобраться с Наделёнными.       - Но как же…- начал Драко, но Богиня не дала ему договорить, и щелкнув пальцами, его вынесло песчаным потоком из ритуального зала, перемещая обратно в его кабинет в Министерстве.       Полупрозрачные песчинки ещё кружили в воздухе, когда он оказался посреди своего кабинета. Что это было вообще? Сехмет договорилась с ним? Ей нужно разобраться с Наделёнными? Это с волшебниками что ли? Скорее всего так, потому что в прошлый раз маглы были отдельно, маги отдельно. Даже тела были продемонстрированы в разных частях города и способы наказания так же отличались. Увидеть относительно целую и невредимую Грейнджер было приятно, но осознание что с ней происходило внутри, разрывало Малфоя на части. Он очень хотел ей помочь, освободить. Хоть Богиня и обещала, что не планирует завладеть телом Гермионы полностью, но где гарантия, что это окажется правдой. Может она войдет во вкус, и не сможет остановиться, как и в прошлый раз. Ещё он был совершенно сбит с толку замечанием, что он похож на Птаха, бога-творца, который задумал мир и воплотил его в жизнь с помощью созидательной силы слова. Это что, шутка какая-то? За эти пять минут нахождения в обществе Богини, он словно оцепенел и не смог внятно проговорить ни слова, словно она заморозила его. Он стоял как вкопанный и не мог даже пошевелиться, не говоря о том, что бы что-то сделать или даже причинить какой-то вред Богине. Такую энергетическую силу, Драко не ощущал никогда. Даже находясь в пирамиде, или на голове Сфинкса, магический фон был маленькой искрой, по сравнению с тем, что был в том зале. Что излучала она. Он не мог доверять Богине и надеяться на её снисходительность по отношению к Грейнджер, так что нужно подумать, как можно ослабить её влияние.       Возможно существует какой-то способ, но какой именно? Может быть зелье подавления магии? Оно ослабит внутреннюю силу Грейнджер и соответственно силу Богини и она не сможет брать контроль над телом. Но тогда Грейнджер будет фактически сквибом. Она этого точно не одобрит. Точнее это самый крайний вариант и совсем исключать его не следует. Нужно подумать что-нибудь еще.       Уходя глубоко в свои мысли, Малфой не заметил, как уснул в своем кожаном кресле, в кабинете Министерства.