Нежность утра

Утро только вступало в свои права, в небе разливался тёплыми пастельными цветами рассвет, но в маленькой квартирке шумного Токио уже бодрствовал один человек. Очередной кошмар не дал Нираги спокойно доспать положенные пару часов. Сна не было ни в одном глазу, поэтому, встав максимально аккуратно, чтобы не потревожить Чишию, и накинув тёплый халат, Сугуру направился на кухню. Этот халат раскраски "а-ля жираф" Нираги подарил блондин на первый их совместный Новый год. "Это тебе, чтобы прекратил меня морозить своими холодными конечностями", - заявил тогда Чишия. И хоть Нираги никогда ни от кого бы не принял подобные подарки, потому что "чёрт, как же это по-девчачьи, котяра, не думал, что ты такой сентиментальный", но всё же брюнет часто стал носить это "махровое безумие". Сугуру заварил кофе и включил телевизор, оставив тот работать без звука, просто чтобы хоть что-то отвлекало его от только что увиденного кошмара. Однако, как бы Нираги ни стрался вести себя тише, уже примерно через 15 минут раздались тихие шаги. Брюнет раскрыл полы своего халата, даже не посмотрев в сторону дверного проёма, и вскоре на колени, боком к нему, уселся Кот. Только со сна, взъерошенный и такой домашний Чишия каждый раз заставлял сердце Нираги замирать от нахлынувшей нежности. Сугуру запахнул полы халата, как бы укрыв Шунтаро, спрятав его в тепле. Тот в свою очередь обнял брюнета, уткнувшись носом в изгиб его шеи. Нираги и Чишия никогда не нуждались в чьём-либо тепле, всегда со всем справляясь в одиночку. Но дорвавшись до этого самого тепла, оба поняли, насколько сильно им этого хотелось. В какой-то момент они осознали, что стали зависимыми от касаний. Их тактильный голод усиливался, пока они были порознь, даже доводил до непонятной обоим тревоги. И как только они встречались после работы, то уже не отходили друг от друга до самого утра - засыпали парни тоже в обнимку. Вот и сейчас Чишия, оказавшись без своего главного источника тепла, проснулся, чтобы вновь его найти. "Ну совсем как кот", - в очередной раз пронеслось в мыслях Нираги. На кухне стояла уютная тишина, нарушаемая лишь тихим сопением Шунтаро, всё ещё находящегося в полудрёме. Брюнет легонько поглаживал Чишию по спине, улёгшись щекой на блондинистую макушку. Чишия, видимо, начал потихоньку просыпаться и решил нарушить тишину: - Снова кошмар? Его голос был хриплым и более низким, чем обычно, от чего по коже Нираги пробежали мурашки. Угукнув в ответ, он продолжил гладить Кота по спине, второй рукой зарывшись в его волосы. Сам Чишия чуть ли не мурлыкал, когда Сугуру перебирал его волосы. Но сейчас, понимая, что таким образом брюнет хочет отвлечь его от темы кошмаров, он перехватил руку Нираги и поднял голову, чтобы встретиться с любимым взглядом. Нираги слегка улыбался и смотрел так, как не смотрел ни на кого. Тепло его взгляда когда-то и растопило холод в глазах и в сердце блондина. Но хоть Сугуру и пытался показать, что всё в порядке, он понимал, что ничего не сможет скрыть от Шунтаро. Не сможет да и не захочет. А Чишия знал, что не нужно давить на Нираги - если он захочет высказаться, он это сделает. Парни создали идеальный баланс в своих отношениях, что и помогало им изо дня в день. - Что-то совсем пугающее? Брюнет отвёл взгляд, собираясь с мыслями. Эмоции на его лице резко сменились грустью и виной. Через ещё несколько минут молчания Нираги всё же ответил: - Я тебя не спас. Более того, я... В общем... Я стрелял в тебя. Не помню всей сути сна, не помню причины своего поступка, но факт остается фактом... Я причинил тебе боль... - Нираги, это только сон. Посмотри на меня. Я здесь, живой. Так ведь? Сугуру перевёл взгляд на Шунтаро и кивнул, отвечая на его вопрос: - Я знаю, просто... Чёрт, это слишком больно, вот и всё. Блондин знал самый действенный способ, который помогал отогнать тревогу от Нираги, и решил в очередной раз его использовать. Он начал покрывать лицо брюнета лёгкими поцелуями, вскоре заметив, как тот расслабился. Чишия снова обнял Нираги, решив продолжить разговор. - Ты сегодня на работу? - Да, ребята попросили прийти ненадолго. Им какая-то помощь понадобилась. Кстати, у тебя когда отпуск заканчивается? - Через две недели. Слушай, Нираги... Можно сегодня поехать с тобой? Брюнет усмехнулся, немного удивлённо приподняв брови. - Ты каждый раз меня будешь об этом спрашивать? Или ждёшь, что я тебе откажу, чтобы ты наконец-то побыл в одиночестве, м, котик? - Дурак, прекрасно ведь знаешь, что я терпеть не могу оставаться без тебя слишком долго. - Знаю, знаю, просто мало ли что-то изменилось. В следующий момент Сугуру дёрнулся и зашипел от тычка в бок. - Да ладно, ладно, шучу. Конечно, поехали со мной. К тому же ты, вроде как, нравишься моим коллегам. Даже слишком нравишься. Блондин снова приподнял голову, с улыбкой и лёгкой насмешкой в глазах посмотрев на Нираги. - Ревнуешь? - Пф, ещё чего. Чишия попытался поймать взгляд Нираги, но тот упорно отводил глаза, якобы заинтересовавшись тем, что происходило на экране телевизора. - Ревну-у-уешь... - Да, ревную! Доволен? Нираги не любил повышать голос на Кота, но сейчас его застали врасплох. Он не хотел бы, чтобы Чишия узнал о его ревности, ведь тогда тот бы подумал, что брюнет ему не доверяет. Но каждый раз смотря на то, как увлечённо дорогой ему человек общается с его же коллегами, Нираги чувствовал, как в его груди что-то очень болезненно и неприятно сжималось. Он пытался подавить это глупое чувство, но пока это получалось не очень хорошо. Чишия после его реакции улыбнулся ещё шире. - Глупенький... - Ага, зато они все умные. Блондин тихонько засмеялся - его забавляла вся эта ситуация. Но в то же время Чишия был рад, что из Нираги вновь удалось вытащить чувства, которые тот так пытался скрыть. Сугуру не мог устоять против смеха Чишии, поэтому улыбка сама по себе появилась на его лице. Парни посмотрели друг на друга, а в их глазах плескалась, словно бескрайнее море, любовь. - Нираги, ты же знаешь, что я никуда не денусь от тебя. Если бы я был заядлым наркоманом, ты был бы моей самой сильной зависимостью. - Какой кошмар, Шунтаро, где ты понабрался таких подкатов... Блондин легонько ткнул Нираги указательным пальцем в лоб. - Учился у профессионала. Резко подняв голову, Нираги хотел схватить губами палец Чишии, но тот будто предугадал действия брюнета и успел отдёрнуть руку. А в следующий момент звонко чмокнул брюнета в нос. - Не кусайся. Только Шунтаро собирался подняться, чтобы начать приводить себя в порядок, как сильные руки перехватили его поперёк талии и вновь усадили на колени. Брюнет прижался грудью к спине Шунтаро и положил подбородок на его плечо, а тот, в свою очередь, откинул голову назад, на плечо Нираги. - Так мы до твоей работы не доедем, Сугуру. - Ну и ладно. Но вообще я хотел узнать, что ты предпочёл бы сегодня на завтрак. - Если я скажу, что на завтрак хочу тебя, это будет слишком предсказуемо? - Шунтаро, что за день подкатов у тебя сегодня?.. Парни громко засмеялись, нарушая тишину утра. - Приготовишь тамагояки? Мне очень нравится это блюдо в твоём исполнении. - То есть ты всё-таки признаёшь, что тебе нравится то, что я готовлю? - Мог бы и сам догадаться. Я же всегда съедаю твою стряпню. - Звучит так, будто я тебя заставляю... - Нира-а-аги, ну что ты пристал? Что ты хочешь от меня услышать? - Правду, котёнок. И ничего больше. Разве так сложно признаться? - Ну хорошо, хорошо. Я обожаю твою еду. Всё? Я могу идти? Брюнет несильно укусил Чишию за шею и только после этого расцепил руки, позволяя блондину подняться. - Вредный ты, просил же не кусаться. - Не ворчи, как старый дед, ты же ещё совсем маленький котёнок. - Ах ты!.. Только Чишия хотел возразить и дать щелбан этому невозможному черноволосому Демону, как тот поднялся со своего места, и блондин в очередной раз обратил внимание на их немалую разницу в росте - Нираги был выше его самого на целых десять сантиметров. А когда он стоял практически вплотную, как сейчас, Шунтаро не мог и слова сказать. Да тут и нечего было говорить - ему слишком сильно нравилось то, что Сугуру выше. Блондин подумал, что щелбан сейчас получит уже он, но Нираги лишь мягко коснулся губами его лба, от чего сердце Чишии ускорило свой бег. Шунтаро, чтобы скрыть своё смущение, уткнулся лбом в плечо Нираги. - О нет, я повержен... На его слова брюнет лишь тихо посмеялся, вновь зарывшись пальцами в волосы Чишии. Другой рукой он нащупал руку Шунтаро, переплетая пальцы. Спустя ещё несколько минут парни всё же смогли оторваться друг от друга. Нираги начал готовить завтрак, а Чишия отправился в ванную. Позже парни поменялись местами - Сугуру направился умываться, по пути, конечно же, обняв Кота, а Шунтаро пошёл на кухню, чтобы заварить чай так, как умел только он. Никогда раньше напитки особо не впечатляли Нираги. А чай Чишии смог это сделать. Позавтракав, парни вместе убрали со стола и помыли посуду. "Как в настоящей семье", - подумал Чишия. Блондин подошёл к Сугуру и поблагодарил того за завтрак нежным поцелуем. Но тут он решился на маленькую шалость и легонько укусил Нираги за нижнюю губу. Тот, промычав, отстранился. - Я тебя накормил, а ты всё равно голодный? - Вкуснее завтрака может быть только повар. - Пошли собираться, чудо. Нам выезжать скоро. - А ты сегодня снова будешь меня ревновать? Прежде чем Нираги начал возмущаться, Чишия побежал в спальню, чтобы, так сказать, не попасть под горячую руку. - Вот же неугомонный котяра. Улыбаясь, Сугуру медленно направился в их комнату, давая Шунтаро возможность спрятаться. Конечно же, брюнет сразу догадался, что тот закрылся в шкафу, но, зайдя в спальню, сделал вид, что даже не предполагает, где мог укрыться от него любимый Кот. - Хочешь поиграть в кошки-мышки, Шунтаро? Ну что ж, на этот раз котом буду я... Нираги обошёл всю комнату, "разыскивая" Чишию. Затем он очень тихо подошёл к шкафу, спрятавшись сбоку от него. Осталось только подождать... Вскоре дверца приоткрылась, и из шкафа выглянула блондинистая голова. Вдруг сбоку резко выскочил Нираги, обхватил Чишию обеими руками и потащил в сторону кровати. Шунтаро начал брыкаться, при этом смеясь. Он пытался вырваться из стальной хватки, но все попытки были тщетны. Брюнет тем временем уже дотащил свою "жертву" до кровати и повалил Шунтаро на неё, придавив парня сверху своим телом. Его руки находились по обе стороны от головы Чишии. Отсмеявшись, парни вновь с нежностью посмотрели в глаза друг другу. Блондин убрал за ухо Нираги прядку, выбившуюся из пучка, который тот привык себе заплетать. Чишия положил ладонь на щёку брюнета. Нираги повернул голову, чтобы прикоснуться губами к ладошке своего Кота, и прикрыл глаза. - Нираги... - М? Брюнет снова прижался щекой к руке Чишии и посмотрел на него. - Я люблю тебя. На секунду Сугуру растерялся. Они не так часто говорили друг другу признания в любви, ведь для того, чтобы выразить свои чувства, им никаких речей бы не хватило. Но каждый раз, когда эти три слова вырывались из уст, оба чувствовали некое волнение, будто признавались друг другу в первый раз. Брюнет резко согнул руки в локтях, наклоняясь ближе к Шунтаро и целуя его. Часто их поцелуи были похожи на борьбу за первенство: они могли кусаться, пытаться перехватить инициативу. Но в это утро всё было совершенно иначе. Их поцелуй был настолько нежным и чувственным, что в груди щемило от переполняющих чувств. Оторвавшись от мягких губ, Нираги произнёс ответное: - Я тоже люблю тебя, Чишия. Блондин обнял Сугуру за шею, заставляя того полностью лечь на себя. Оба понимали, что уже пора было ехать на работу к Нираги, но им так не хотелось разрывать тёплые объятия, так не хотелось друг друга отпускать. Сколько бы времени ни прошло, парни не могли друг другом надышаться, насытиться. Им хотелось больше, ближе, крепче. И с каждым днём чувства только нарастали. И это совсем не пугало, а даже наоборот, давало ощущение, что теперь всё встало на свои места. Через несколько минут они, конечно, всё же поднимутся и отправятся по делам. Нираги снова будет ревновать Чишию, но на этот раз будет чаще замечать на себе его нежный, а порой и заигрывающий взгляд. После они заедут в кафе, где на протяжении практически всего времени будут держаться за руки. Потом направятся в магазин и купят продукты, чтобы вместе приготовить ужин. Вечером парни немного поспорят о том, какой же фильм посмотреть. Так и не дождавшись титров, они уснут, завернувшись в плед и в объятия друг друга. И никакие кошмары в эту ночь ни одного из них не побеспокоят. Но это всё будет позже. А сейчас двух дорогих друг другу людей окружает ставшая уже такой привычной нежность утра.