Просто сон.

      Поэнцы вообще не имели такого понятие как сон, у них он всегда был нерегулярным, не считая пряностников. Сан-Фран погружался в иное царство только когда напьется или сильно устанет, так как он сначала обладал двугильдейством, а после стал гарантом безопасности, то изнуряющий день стал обыденностью; заваливаясь к себе домой, Фран без сил упал на кровать, мечтая поскорее уснуть и насытиться жизненной энергией, чтобы снова с улыбкой на лице бегать по Поэне и решать дела гильдий, но в этот раз что-то пошло не по плану: маг лежал на постели, всматриваясь в потолок, закрывая глаза тело словно уменьшилось в размерах, до Траина. Резко посреди рефлексии по двери громко застучали, готовясь выбить её.       — Франя! Открывай! Я знаю, что ты дома. – вот она, нарушительница покоя Ашра. Так и не дождавшись ответа дверца была выбита. — Фран, срочно на площадь! Лололошка... он...       Девушка накрыла ладонями лицо, сдерживая слезы. Сан-Франу не требовались подробности, он сразу всё понял, поэтому быстро накинул одежду, выбегая на место происшествия.       — Рассказывай подробности. Сейчас же! – с ноткой беспокойства, приказал эльф, проносясь по тёмным переулкам.       — Пришёл Эбардо и они с Лололошкой сражаются сейчас.       — Твою ж..! – вздыхая, крикнул Сан-Фран. — Я виноват.       — Ты?! – вскрикнула Ашра.       Взрыв. Они ускорились, и каждый по своей причине. Девушка беспокоилась за друга, а Фран хотел уйти от ответа, ему слишком стыдно сейчас, ведь нападение Эбардо прямое последствие его же ошибок, даже сейчас. Как он посмел пропустить столько громких звуков, учитывая, что живет чуть ли ни в самом сердце города? Нельзя настолько уставать... Внутри всё сжималось то ли о волнения, то ли от вины, эти два чувства всегда вместе сопровождали Франческо, но ему так и не удалось научиться отличать что именно сейчас чувствует. Его преследовали мысли о том, какой же он неудачник, самый отвратительный гарант Поэны. Уже не хочется смотреть в глаза всем главам гильдий, так как Фран подвел их, хоть и прикладывались все возможные силы, чтобы отсрочить нападение врага, но это произошло...       Добежав до площади, пара друзей увидели то, как Лололошка прикладывал все силы, чтобы сражаться с Эбардо на равных, даже его небольшие познания в пустотной магии помогали и не были исключением. Периодически из уст врага вылетали до боли смешные фразы, чтобы раззадорить шатена, но это явно не получалось из-за излишне молчаливого оппонента, что отдавал предпочтение концентрации в бою, нежели отпускать комментарии. Тогда Эо решил действовать иначе, краем глаза он заметил Ашру, что стояла в стороне, думая над тем, как аккуратнее подобраться к врагу. Один взмах палочкой. Девушка уже наверху, конечности парализовало, она казалась беспомощным котенком, которого выгнали из дома на улицу на произвол судьбы, единственное, что она могла – выкрикивать все ругательства с проклятиями что знала.       — Что же ты выберешь, Лололошка? – ухмыляясь, поинтересовался Эбардо, поворачивая палочку в разные сторону, а скованное тело подруги послушно следовало движениям. — Спасти Ашру, своего драгоценного друга, и разрушить город или же... – Эо на секунду задумался. Всё же стоит повторно попробовать заманить голубоглазого на свою сторону. — ...даешь ей умереть, я оставляю Поэну в покое на некоторое время и у тебя будет вторая возможность подумать над тем, чтобы пойти со мной. – внимательно смотря в глаза, наблюдая за реакцией собеседника, проговорил Эбардо, отчеканивая каждое слово, будто делал монеты со своим изображением в профиль. Иногда за Лололошкой забавно наблюдать, так как этот тугодум никогда не может попробовать развеять достаточно простое заклинание и напасть, словно он действует уже по заранее заготовленному сценарию.       — Даже не думай! Не выбирай меня, Лололошка. Будь разумнее, спаси Поэну. – с улыбкой на лице произносила Ашра, она уже смирилась с тем, что умрет и её запомнят исключительно как контрабандистку, которая была не такой как все, ведь под конец жизни начала заботиться о дасках, самых низших в городе.       — Хорошо... – прошептал шатен, разворачиваясь.       Ему дальше не хотелось смотреть на смерть подруги, перед Ло оказался Фран. Пощечина. Щека неприятно горела; он смотрел беспомощным взглядом на гаранта, на глазах наворачивались слёзы, которые очень тяжело сдержать.       «<Новичок, ты идиот. Думаешь, что Эбардо не может тебя обмануть? Имбецила ты кусок. Спасай Ашру, пока не поздно» – беловолосый передавал сообщение по червефону, после чего голубые глаза засветились от надежды.       Немедля шатен резко развернулся с палочкой в руке, вкладывая в заклинания всю свою концентрацию, отставляя эмоции на второй план, ведь с ними ничего не получилось бы. Еще один вздох, Лололошка целиком сосредоточился на ударе по Эбардо, что не прошло мимо последнего. Он резко потерял интерес к Ашре, оставляя её витать в воздухе.       — Слишком медленно. – прошептал Эбардо, оказываясь под боком мироходца и схватив его руку, направляя удар на грудь Лололошки. — За свои ошибки платить надо, не так ли?       Прошла доля секунды и в грудной клетке появилась крошечная, но невероятной силы дырочка, задевшая ОМП. Боль. Невероятная. Лололошка свалился вниз. Эбардо откинул Ашру в обломки здания, превращая тело в отбивную.       — Бедный кролик думал, что он лев. – склоняясь над телом шатена произнес Эо. — Ты не дорос до меня, малыш.

Малыш...

      Слово эхом звучало в голове Франа, а в глазах темнело. Меньше, чем за минуту он лишился двух самых близких людей. Это его вина, тело онемело, а органы внутри резко сжались, требуя освобождения наружу как звезда... Оставшиеся жители Поэны стали набрасываться на общего врага, обходя Сан-Франа стороной; кто-то делал всё в одиночку, а некоторые объединились в группы, атакуя. Эбардо смотрел лишь на эльфа, хитро улыбаясь, его не волновали люди вокруг, хотелось показать беловолосому насколько бывает лишней самоуверенность, когда ты мышка в игре и к чему это приводит.

Глаза закрылись.

      Ночь. Тёплая кровать. Дождь за окном. Фран резко вскочил, взявшись за голову. Снова и снова ему снится Междумирье, где в бою погибли почти все, но не он... Отдышка, снова проблемы с дыханием, за последние несколько лет это стало чем-то привычным, на тумбе рядом с кроватью всегда стоял графин с водой и кружка. После перемещения в Эрессию мужчина совсем расклеился: первые несколько недель он не спал, боясь вновь оказаться на поле боя или увидеть последствия собственных действий, не использовал магию, хотя представить его без магических способностей тяжело. Если и проваливался в сновидения, то просыпался от каждого шороха, в слезах, позже во сне всегда бормотал про свою вину и о том, как ему жаль, что не смог спасти всех, даже самых важных для него людей. Навязчивые мысли преследовали Сан-Франа в течение долгого времени, они твердили, что он жалкий трус, эгоист, который выбрал жизнь вместо того, чтобы умереть в развалинах города, что считал домом.       Когда Фран бежал в Эрессию, то думал о единственном человеке, что никогда не покинет разум мироходца, – о Седрике. Он не мог точно рассказать о связи между ними, они ментально чувствовали, что с кем-то из них случилась беда, конечно, чаще всего происшествия были у эльфа, нежели у человека, живущий в почти вымершем мире. Если Эбардо и жив, то последнее место куда наведается, чтобы пожинать плоды безумной идеи – Эрессия. Да, эта планета не просто так выбрана, когда освобождали мироходцев, кто подумает сюда соваться, однако, что-то внутри подсказывало Эо, что никто туда не приходил. Первое время Фран желал отомстить врагу, но разговоры с Седриком помогли ему понять, что этот вариант точно обречен и точно закончится смертью первого, затем затишье... Посреди одной из бессонных ночей, к Франческо на огонек заглянул Джодах, начиная короткий диалог с фразы: «Удивительно, что жители Поэны живы и могут сохранить историю о ней». Точно... История невозможного города, которая сохранится на века.       Седрик с трудом раскрыл глаза, рукой пройдя по месту, где должен спать Фран. Холодно, значит проснулся. Парень включил лампу и поднялся вслед за сожителем, тихо спрашивая.       — Фран, снова кошмар?       Ответа не последовало, только тихие всхлипы разбавляли тишину в комнате.       — Милый, все прошло. Никто тебя не достанет, это в принципе невозможно, ты же знаешь. – гладя по спине, говорил Седрик, подавая кружку с водой.       — Помню, но...       — Никаких «но», Сан-Фран, пожалуйста, держи в голове, что я рядом и всегда помогу, даже с твоими безумными идеями, но это утром. Сейчас спать, ложись поближе ко мне.       Беловолосый выполнил просьбу, Седрик сразу крепко обнял руками парня, нашептывая какую-то сказку, что читали детям перед сном. Его ровное сердцебиение успокаивало, а тикающие часы дополняли всё, переключая внимание Франа.       — Просто сон. – впадая в царство Морфея, шептал Сан-Фран.       Позволяя угольным глазам закрыться до утра, чтобы со свежей головой начать новый день, а после свой рассказ о Поэне.